Издательство Русская Идея Издательство Русская Идея Движение ЖБСИ



Яндекс.Метрика
Рейтинг@Mail.ru
Календарь «Святая Русь»

Прибытие первой российской дипломатической миссии (Петлина) в Китай


1.09.1618 (14.09). – Прибытие первой российской дипломатической миссии (Петлина) в Китай

Россия и Китай

Великая Китайская стена

С призванием на престол династии Романовых закончилось Смутное время. Налаживалась мирная жизнь, в том числе дальнейшее планомерное государственное освоение Сибири, начатое в конце XVI века. Оно впрочем, всегда шло большей частью самотеком: русские первопроходцы – купцы, охотники, землепашцы, казаки – уже в конце XVI в. освоили междуречье Оби и Енисея, в первой четверти XVII столетия были построены Енисейский, Красноярский, Томский, Тобольский остроги. Вскоре русские вышли к Лене и Ангаре, заложив Илимский и Братский остроги, достигли Байкала и стали частыми гостями в Забайкалье.

К тому времени русские уже давно прослышали о китайском царстве и пытались разведать пути к нему. Еще в 1608 г. по указу Царя Василия Шуйского отряд томских казаков отправился во владения монголов на поиски «Алтын-царя мугальского», а заодно и китайского государства. Встретив отпор недружественных ойратских племен, казаки повернули обратно. Тем не менее, в своей отписке Царю, датированной мартом 1609 г., томский воевода Волынский сообщал некоторые сведения о Китае: «А до Китайсково де государства от Алтына-царя три месяца ходу. А живет де китайской государь, и у него, де, государь, город каменной, а дворы де в городе с русково обычья, палаты на дворах каменные, и людьми де сильнея Алтына-хана и богатством полные, а на дворе де у китайского государя полаты каменные. А в городе де стоят храмы у нево, и звон де великой у тех храмов, а крестов на храмах нет, тово де у них не ведают, какая вера, а живут с рускова обычья. И приходят де из многих земель с торгов к нему, а платье де оне носят все золотное, а привозят де к нему всякие узорочья из многих земель...».

В мае 1618 г. по инициативе воеводы князя И.С. Куракина из Томска выехал отряд казаков из 12 человек во главе с Иваном Петлиным, владевшим несколькими языками. Им было поручено исследовать и описать путь в Китай, собрать сведения о нем и соседних странах, а также установить истоки реки Обь. В Китае Петлин должен был выяснить возможность установления дальнейших отношений.

Путь до китайской столицы занял три с половиной месяца. Выехав из Томска 9 мая вместе с послами монгольского «Алтына-царя» (Алтан-хана), миссия поднялась по долине Томи, пересекла Горную Шорию, перевалила Абаканский хребет, Западный Саян и проникла в Туву. Затем она пересекла верховья Кемчика (бассейн Енисея), перевалила несколько хребтов и вышла к горному соленому озеру Урэг-Нур. Повернув на восток и спустившись в степь, через три недели после выхода из Томска миссия прибыла к ставке монгольского хана у безсточного озера Усап (Убсу-Нур). Отсюда путешественники двинулись на юго-восток, перевалили Хан-Хухэй – северо-западный отрог Хангайского хребта – и сам Хангай – и вдоль его южных склонов прошли около 800 км. У излучины реки Керулен повернули на юго-восток и пересекли пустыню Гоби. Не доходя Калгана, русские впервые увидели Великую Китайскую стену, которая поразила их воображение.

«Стена ведена кирпишная, – пишет Петлин, – и мы сочли по рубежной стене башен со 100, а всего башням, сказывают, числа нет. И мы у китайских людей расспрашивали: для чево та стена ведена, а башни на стене стоят часто? И китайские люди нам сказали: та де стена ведена потому, что де 2 земли – земля де Китайская, а другая де земля Мугальская, ино де промежу земель рубеж; а башни де потому часто стоят на стене, – как де придут какие воинские люди под рубеж, и мы де на тех башнях зажигаем огни, чтобы де люди наши сходились по местам. А за рубежом земля и городы китайские. А сквозь ту стену рубежа пятеры ворота, ниски и уски, на коне наклоняся проедешь. А окроме тех ворот у рубежа на стене в Китайское государство ворот нет; изо всех государств ездят в те одны ворота...».

Иван Петлин и его товарищи проехали по большому тракту от Великой стены до столицы, изумляясь, богатству и многолюдью китайских городов, а также их мощным оборонительным сооружениям. В Пекин прибыли в конце августа – начале сентября. Вот что рассказал русский посланник о столице Срединной империи: «Город велик добре, каменный, бел, что снег, а стоит город на четыре углы, а кругом езду четыре дни. А по углам стоят великие и высокие башни, белы, что снег, а посередь стен стоят башни же, велики, и высоки и белы, что снег, с подзоры, с красными и лазоревыми и желтыми. А на башнях по окнам стоят пушки и по воротам пушки и ядра, и караулы по воротям человек по двадцати...». Подобно всем европейцам, изумлен был Петлин и обилием товаров в этом величайшем из городов Китая.

По традиции, китайские власти рассматривали приезд в имперскую столицу чужеземцев как изъявление покорности владыке Срединного царства и требовали от них совершения разных унизительных обрядов. В частности, придворный церемониал китайского правителя предписывал иностранным послам простереться ниц перед императорским троном и несколько раз стукнуться лбом о землю. К столь крайней форме изъявления верноподданнических чувств европейские и в том числе русские посланники были, как правило, не готовы. Но главное, Иван Петлин был послан в Китай томским воеводой и не привез с собой ни царской грамоты, ни подарков от царского имени. Узнав о том, что люди из Русского государства прибыли ко двору китайского императора без верительных грамот и подарков от их государя, чиновники императорского двора не пожелали даже разговаривать с "западными варварами".

«А мы у царя Тайбуна [Чжу Ицзюня] не были и царя не видали потому, что итти к царю не с чем, – простодушно рассказывает Петлин. – И мне посольский дьяк сказал: у нас де чин такой держит – без поминков де перед царя нашего Тайбуна не ходят. Хоти бы де с вами, с первыми послами, ваш царь Белой послал нашему царю Тайбуну невеликие дары, и вас бы де, послов, с поминками наш царь пустил к себе и послал бы к нему свои дары...». В Пекине Иван Петлин и его люди пробыли только четыре дня, а потом их отправили восвояси, снабдив грамотой от императора, разрешавшей русским людям впредь приходить в Китай с посольством и для торговли.

Вот так скоротечно и все же дружелюбно завершилось первое русское посольство в Китай. По возвращении в Томск Петлин отправил свою "посольскую сказку" и грамоту китайского императора в Москву, но его донесения не имели сколько-нибудь серьезных последствий. Грамота десятки лет оставалась не переведенной, пока Спафарий не занялся ее изучением, готовясь к своему посольству. Распространенное выражение "китайская грамота" произошло именно от этого документа, который лежал в посольском приказе и содержание которого оставалось загадкой.

Россия, занятая войнами с Польшей и Турцией, не сочла нужным спешить с установлением официальных дипломатических контактов с далеким китайским двором. Ну а китайское правительство, верное своей изоляционистской политике, тем более не выказывало желания направить посольство в русские земли. Правители Китая имели древнее убеждение: в их процветающем государстве всякие товары имеются в изобилии, а их благоразумные подданные ни в каких новшествах не нуждаются.

Тем не менее миссия И. Петлина имела немалое значение, а его письменный отчет о поездке – "Роспись Китайскому государству и Лобинскому, и иным государствам, жилым и кочевным, и улусам, и великой Оби, и рекам и дорогам" – стал ценнейшим, наиболее полным со времен Марко Поло описанием Китая, содержащим сведения о природе, хозяйстве, торговле, населении (его обычаях, религии), а также о сухопутном маршруте из Европы в Китай через Сибирь и Монголию. Уже в первой половине XVII века "Роспись" была переведена на европейские языки.

+ + +

Следует также заметить, что установлению связей препятствовала и дальность расстояний, преодоление которых было непростым. В первой половине XVII в. между Русским государством и Китаем пролегали огромные территории, заселенные кочевыми и полукочевыми народами, большинство из которых не имело устойчивых государственных образований. Одновременно с присоединением русскими Восточной Сибири и выходом их в район Амура Китай был захвачен вторгшимися в него из Юго-Восточной Маньчжурии армиями завоевателей-маньчжуров, основавших Цинскую империю. Со второй половины XVII в. районы к югу от Амура становятся зоной параллельного проникновения русских и маньчжуров. Последние и раньше совершали сюда походы, но не пытались здесь закрепиться и не стремились к хозяйственному освоению этих земель.

Встреча двух цивилизаций – русской и китайской – произошла в середине XVII в. в далекой Даурии. В 1649–1653 гг. казаки Е. Хабарова, продвигаясь по Амуру и подчиняя местные племена, разгромили втрое превосходившее их численностью маньчжурское войско. Укрепление позиций Русского государства в Забайкалье и на Амуре вызывало недовольство маньчжурского Китая, а также северо-монгольских ханов. В 1680-х гг. они предприняли военные вторжения, от которых особенно пострадали Албазин и Нерчинск. Эти военные акции имели целью вытеснить русских с территории Даурии, однако мужественное сопротивление последних расстроило захватнические намерения южных соседей. В связи с этим маньчжурские правители, откликаясь на просьбы России урегулировать русско-китайские отношения, предложили провести переговоры для заключения мира и установления границы.

27 августа 1689 г. был заключен Нерчинский договор, впервые определивший отношения Русского государства с маньчжурской Цинской империей. Переговоры между русским посольством во главе с Ф.А. Головиным и представителями цинского правительства во главе с Сонготу происходили у стен Нерчинского острога, который фактически был осажден вторгшейся в русские пределы маньчжурской армией. Представителям России были насильственно навязаны территориальные статьи Нерчинского договора, вынудившие русских оставить обширную территорию Албазинского воеводства (ст. 1, 2, 3). Граничная линия по Нерчинскому договору была крайне неопределенной (кроме участка по р. Аргунь), так как названия рек и гор, служивших географическими ориентирами от Амура, не были точны, не были идентичны в русском, латинском и маньчжурском экземплярах договора; размежевание земель близ побережья Охотского моря вообще откладывалось. Маньчжуры не осуществляли фактического контроля на отошедшей к ним территории. Хотя территориальные статьи Нерчинского договора были крайне неблагоприятны для Русского государства, положения об установлении свободной торговли подданных обоих государств, о правилах принятия дипломатических представителей, а также о мерах по борьбе с перебежчиками (ст. 4, 5, 6) открывали возможности к развитию мирных политических и торговых отношений России с Цинской империей.

В середине XIX в. России удалось завершить многолетнюю дипломатическую борьбу за пересмотр условий Нерчинского договора, что нашло выражение в соответствующих статьях Айгуньского договора 1858 г. о присоединении к России Приамурья и Тяньцзиньского договора 1858 г. об определении взаимных дружественных отношений между Россией и Китаем.

Русская духовная миссия в Пекине

Вид северного подворья Русской духовной миссии в Пекине, 1850 г.

Интересно отметить, что с 20-х годов XVIII в. Российская империя, единственная из европейских держав, имела постоянные торговые отношения с Китаем и свое представительство в Пекине – в виде Русской Духовной миссии. Это старейшее зарубежное миссионерское учреждение Российской Православной Церкви было открыто в 1716 г. при Петре I. Именно через эту Миссию полтора века осуществлялись дипломатические контакты между русским и китайским правительствами. Такая форма взаимных отношений оказалась наиболее приемлемой для обеих сторон, так как она позволяла обходить весьма щекотливые вопросы дипломатического церемониала, затрагивающего престиж Российского и Цинского государств. Российская духовная миссия в Китае была одной из самых ранних по времени основания.

Правовые основы существования миссии в Китае (ее месторасположение, статус, состав, содержание) были определены рядом международных договоров Цинской империи с Россией (Кяхтинский [1727 г.] и Тяньцзиньский [1858 г.] договоры). Сроки пребывания миссии в Пекине, материальное обезпечение, способы связи с Отечеством, предметы занятий ее членов были строго регламентированы и осуществлялись на основе инструкций, разработанных Коллегией иностранных дел (с 1802 г. – Министерством иностранных дел) и Синодом и утвержденных императором после их рассмотрения в Сенате (с 1810 г. – в Государственном Совете). Это обогатило международную и внутрироссийскую делопроизводственную практику: в состав миссии были включены как духовные, так и светские представители; на миссионерах лежали функции не только духовного, но дипломатического и научно-исследовательского характера (до 1864 г.).

Миссия вела большую научную работу и положила основу российской синологии. Миссия также располагала собственными хорошо оборудованными механическими мастерскими, пекарней, мыловарней, литейной мастерской, котельной, типографией, переплетными мастерскими, метеостанцией, баней, мельницей, молочной фермой, фруктовыми садами, огородами и пасекой.

Русская Духовная миссия занимала особое положение в Китае, ни одно другое государство не имело таких привилегий. Православные миссионеры пользовалась доверием китайского правительства. Русские миссионеры состояли на государственной службе у Богдыхана, и отношение к ним определялось как к подданным императора. На миссии лежала обязанность поддерживать православную веру только среди русского населения в Китае, что не вызывало подозрений со стороны китайских властей. В силу перечисленных особенностей, православная миссия избежала гонений, предпринятых китайцами против христиан. Однако в 1900 г., когда во время антиколониального Боксерского восстания в Пекине были сожжены христианские храмы и массово уничтожались крещеные китайцы, северное подворье Русской миссии было также разграблено и разрушено. Вот как описывали это очевидцы:

«Многие христиане, укрываясь от опасности, собрались в доме священника Митрофана. Среди собравшихся были и прежние недоброжелатели Митрофана, но он не гнал их. Видя, что некоторые малодушествуют, он укреплял их, говоря, что наступило время бедствий, и трудно избежать их. Сам он по нескольку раз в день ходил смотреть на сожженную церковь. 10 июня, вечером, часу в десятом, солдаты и боксеры окружили жилище Митрофана. В это время там было человек до семидесяти христиан; более сильные из них убежали, а Митрофан и многие другие, преимущественно женщины и дети, остались и были замучены. Митрофан сидел на дворе перед домом; боксеры искололи ему грудь, как соты, и он упал под финиковым деревом». (Они были прославлены Русской Церковью как Китайские новомученики, память их 11 июня.)

После революции 1917 г. в Китае образовалась крупная колония русской эмиграции с собственной администрацией на основе КВЖД с центром в Харбине. Другим крупным русским эмигрантским центром был Шанхай. Русская Духовная миссия также продолжила свою миссионерскую деятельность уже в лоне Русской Зарубежной Церкви и была закрыта лишь в 1954 г. коммунистами. Многие русские смогли эвакуироваться в Австралию и США.

Советско-китайские отношения, пережившие этапы от "дружбы навек" до военной конфронтации в конце 1960-х гг., не рассматриваются в данной статье.

Использованы частично материалы:
http://www.neuch.ru/referat/71993.html
http://www.bestreferat.ru/referat-115337.html

Гог и Магог?

Из книги "Вождю Третьего Рима", гл. X-5. Иудеи и жидовствующие о последней миссии Третьего Рима. Гог и Магог:

... В Апокалипсисе содержится еще один образ, заслуживающий внимания в данных размышлениях. В конце истории «на малое время... сатана будет освобожден из темницы своей и выйдет обольщать народы, находящиеся на четырех углах земли, Гога и Магога, и собирать их на брань» против «стана святых и города возлюбленного» (Откр. 20:7–8). Этот «стан святых» – несомненно, Церковь. Следовательно, упоминаемый наряду с нею «город возлюбленный» – это не Церковь. Но и явно не географический Иерусалим, поскольку именно в нем в восстановленном Храме Соломона воссядет антихрист (сам апостол, говоря о сходящем с неба «новом Иерусалиме», тем самым противопоставляет его старому, географическому).

Можно ли надеяться, что этот «город возлюбленный» в конце времен – остатки преемственной христианской государственности: восстановленного Третьего Рима, пусть и в виде всего лишь малого православного города-стана, атакуемого после осуществления им своей последней миссии всемiрного евангельского свидетельства?

В этом последнем городе-стане можно видеть симфоническое соединение духовно-церковной преемственности Русской Церкви от Иерусалима и государственной преемственности России от Римского царства. Если же сомневаться в том, что это будет выстрадавший свое восстановление русский Третий Рим – то какой же еще народ в состоянии выступить в конце истории в таком образе?..

Из книги "Тайна России" – Борьба за Удерживающего. (Об основах внешней политики посткоммунистической России):

"Гог и Магог" – это организованное диаволом ополчение множества народов «с четырех углов земли» против верного Истине «стана святых и города возлюбленного» (Откр. 20:7-8)… Народов "Гога и Магога", которых сатана «выйдет обольщать» на брань против «стана святых» в конце истории, чаще всего и европейцы, и мусульмане помещали на востоке Азии. Оттуда они в прошлом не раз приходили разорять Европу. Сегодня план объединить против православной России все народы «с четырех углов земли», при особо активной роли Китая, изложен с приложением карты у одного из влиятельных лидеров "мiровой закулисы" З. Бжезинского в юбилейном (сент.-окт. 1997) номере журнала "Foreign Affairs" - органа "Совета по международным отношениям" [глава из книги Бжезинского "Великая шахматная доска"]…

Журнал иллюстрирует это картой нашей страны, расчлененной на 'Дальневосточную республику' (без полосы южных регионов, без Благовещенска, Хабаровска, Владивостока, отданных 'Великому Китаю'), 'Сибирскую республику' (без юга Сибири, также прирезанного к Китаю) и на собственно 'Россию' до Урала с западной границей между Курском и Петрозаводском (без Пскова и С.-Петербурга, отданных Атлантической Европе) и с южной границей между Ростовом и Каспийским морем (без всего Северного Кавказа, Краснодарского и Ставропольского краев, также отданных Европе, куда отнесена и Турция). Посвящение книги на отдельном листе гласит: 'Моим студентам - чтобы помочь им формировать очертания мира завтрашнего дня'. (Ни перевод этой главы в 'Независимой газете' от 24.10.97, ни русское издание книги не содержат этой наглядной карты.)

 Карта с границами России в журнале 'Foreign Affairs'

Карта с границами России в журнале 'Foreign Affairs'

… Китай для России остается непредсказуемой "вещью в себе". Недавно вследствие тихой "демаркации границ" он получил от РФ территории, сравнимые с площадью южных Курил, оставив взамен лишь свое загадочное молчание. В России имеется немало симпатий к этой древнейшей цивилизации, тем более если она намерена сопротивляться всемiрной нивелировке. Настораживают, однако, планы Бжезинского [в книге "Великая шахматная доска"]: «Китай... должен стать опорой Америки на Дальнем Востоке в более традиционной области силовой политики, помогая таким образом формированию евразийского баланса сил, при этом роль Большого Китая на Востоке Евразии в этом смысле будет равняться роли расширяющейся Европы на Западе Азии... Достижение договоренностей с Китаем потребует своей собственной цены», - цинично пишет Бжезинский и, возмущаясь "тенденциями" нынешних правителей РФ "восстановить Российскую империю", во многих местах своей книги любезно предлагает сделать это Китаю, «сообразуясь с требованиями своей истории, географии и экономики». На вопрос: «Какие районы, находящиеся в настоящее время за пределами политического радиуса действия Китая, можно уступить в сферу влияния вновь появляющейся Поднебесной империи?» - дает ответ приложенная к его статье карта: Монголия, часть среднеазиатских республик СНГ, Афганистан, Пакистан, Индо-Китай с частью Индонезии, Корея, и, конечно, юг русской Сибири и Дальнего Востока, «почти призывающие китайское освоение».

Таким образом, роль главной "дубинки" против России на Востоке должен играть Китай, обозначенный как «важная стратегическая карта» США. Видимо, у США, давно ведущих переговоры с Китаем, имеются основания для такой его оценки и американцы неспроста отбросили всякие требования к "соблюдению прав человека" в этой еще коммунистической стране, открыв ей (в отличие от некоммунистической России) режим наибольшего благоприятствования даже при доминировании китайского экспорта в США над американским в Китай. У России в отношениях с Китаем такого "пряника" нет. Все это должно побуждать нас к особой оборонной бдительности, учитывая, что военные траты Китая составляют 20% ВВП, что он обладает и "демографическим" оружием нелегального заселения тех же территорий, и что как государство языческое Китай не имеет нравственно-религиозных сдержек от соблазна использовать свою растущую мощь для "расширения на северо-запад"…

+ + +

При продолжении нынешней внутренней и внешней политики руководства РФ план Бжезинского осуществится уже в скором времени.

Постоянный адрес данной страницы: http://rusidea.org/?a=25091404


 просмотров: 10986
ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ:
Ваше имя:
Ваш отзыв:




Архангел Михаил


распечатать молитву
 

ВСЕ СТАТЬИ КАЛЕНДАРЯ




Наш сайт не имеет отношения к оформлению и содержанию размещаемых сайтов рекламы

Главный редактор: М.В. Назаров, Редакторы: Н.В.Дмитриев, А.О. Овсянников
rusidea.org, info@rusidea.org
Воспроизведение любых материалов с нашего сайта приветствуется при условии:
не вносить изменений в текст (возможные сокращения необходимо обозначать), указывать имя автора (если оно стоит) и давать ссылку на источник.