Справка о Белоруссии

Справка о Белоруссии

Непрочитанное сообщение М.В. Назаров » Ср фев 28, 2007 10:00 am

Справка о Белоруссии из книги Вождю Третьего Рима (гл. Х):
http://www.rusidea.org/?a=410900

Белоруссия. Это единственная из всех бывших советских республик, глава которой А.Г. Лукашенко (в советское время он был директором совхоза) не допустил Великую криминальную революцию, за что подвергся шельмованию со стороны Запада как "фашистский диктатор". Без всяких западных кредитов и лишь выплачивая долги своего предшественника в условиях западной политической блокады, Лукашенко к 2001 году поднял уровень промышленного производства Белоруссии на 4 % над 1990 годом (это единственное такое государство в СНГ). В Белоруссии в госсобственности сохранилась мощная машиностроительная промышленность, экспортирующая большую часть своей продукции.

Согласно "Книге мiровых фактов ЦРУ", в 2000 году Белоруссия имела почти одинаковый с РФ показатель ВВП на душу населения (в РФ 7700 долларов, в Белоруссии 7500 – по паритету покупательной способности). При этом в Белоруссии он ближе к истине, ибо там нет столь огромного расслоения между нищими и богатыми, как в РФ, где на долю простого человека приходится гораздо меньшая доля ВВП, чем среднеарифметические 7700 долларов.

Главное же – эта часть Руси сразу выразила четкую волю к воссоединению с Россией, Лукашенко не раз называл белорусов и великороссов единым русским народом, характеризуя отличие белоруса словами: «это русский человек со знаком качества»[12].

Все это стало причиной ненависти к Лукашенко со стороны мiровой закулисы. С Запада финансируется оппозиция – в этом отличилась Консультативно-наблюдательная группа ОБСЕ, превратившаяся в инструмент ЦРУ[13] (в Латвии же и Эстонии эксперты ОБСЕ "не замечают" нарушений прав человека). За "преследования оппозиции" в 1997 году Белоруссия была исключена из Совета Европы. Зная методы действий мiровой закулисы, можно предположить, что против таких очагов сопротивления и таких вождей могут быть использованы самые циничные операции.

И правящий слой РФ всячески тормозит воссоединение, боясь, что политика Лукашенко найдет отклик в России. Все провозглашения "сообщества", "союза", "союзного государства" между Белоруссией и Россией (в том числе торжественный акт 2 апреля 1996 года на Соборной площади Кремля в присутствии патриарха) блокировались правящим слоем РФ и были лишь маскировкой отталкивания Белоруссии.

Российские демократические СМИ все эти годы старались дискредитировать планы объединения как "обузу" для России, присоединяясь к западной антибелорусской кампании. И это при том, что Белоруссия имеет огромное значение для России как транспортный коридор в Европу (Украине РФ платит за транзит газа в несколько раз больше) и как форпост на пути расширения НАТО (там размещен мощный комплекс ПВО, станции космического наблюдения, и все это работает на Россию безплатно, – напоминают эксперты). Белоруссия – единственный искренний военный союзник России, что стоит дороже любых денег.

Антибелорусская кампания усилилась с лета 2002 года, когда Путин, взяв курс на "дружбу с США", в унизительной форме отверг заключенный с Белоруссией договор о союзном государстве и предложил вхождение в РФ либо раздробленными областями – субъектами РФ, либо в качестве одного субъекта. И то и другое означало бы самоотстранение Лукашенко от власти и подчинение Белоруссии во всех решениях правительству РФ.

Разумеется, Лукашенко не согласился, ведь это означало бы подчинение проамериканской политике Путина и его олигархического правящего слоя. После чего РФ стала сокращать экономические связи с Белоруссией, отказалась от прокладки через белорусскую территорию газопровода (альтернативного проходящему через Украину, ворующую газ); а в 2003 году от Белоруссии – единственного военно-стратегического союзника – правители РФ потребовали платить за газ по мiровым ценам.

В качестве условий для объединения от Белоруссии требуют демонтаж регулирующей роли государства в народном хозяйстве, его приватизацию российскими олигархами и приведения всего законодательства в соответствие с российским, – точнее, с российским беззаконием. То есть требуют отказаться от того, что еще выгодно отличает Белоруссию от РФ. Разумеется, Лукашенко не хочет отдавать свою экономику и народ на разграбление.

Заметим также, что в отличие от России, в Белоруссии парламент принял закон, признающий «определяющую роль Православной Церкви в историческом становлении и развитии духовных, культурных и государственных традиций белорусского народа»[14]. Этот факт мог бы оказаться судьбоносным для всех нас при должной активности Церкви. И если правящий слой РФ не готов выполнять роль "удерживающего" и стремится переварить Белоруссию в прозападном апостасийном соусе, то Белоруссия могла бы поднять свое сопротивление этому на высочайший уровень: взять на себя миссию "удерживающего" для всего русского народа. Только так и сама Белоруссия сможет выстоять.
Аватара пользователя
М.В. Назаров
Администраторы
 
Сообщения: 6730
Зарегистрирован: Вс окт 01, 2006 8:54 pm
Откуда: Москва

Непрочитанное сообщение Дмитрий Геннадьевич » Вт авг 07, 2007 12:33 pm

Разрешите вопрос.
Как в Белоруссии обстоит дело с движением экуменизма?
С какой целью в Белоруссии вводятся паспорта нового типа, может ли это быть связано с процессами глобализации?
В фильме "Духовная война" на сайте "Русь Православная" высказывается мнение, что возможно Белоруссия является экспериментом государства нового типа. http://www.rusprav.org/load_War.htm
Заранее благодарю....
Дмитрий Геннадьевич
 
Сообщения: 1045
Зарегистрирован: Пт июл 13, 2007 7:12 pm
Откуда: Санкт-Петербург

Непрочитанное сообщение Дмитрий Геннадьевич » Пн авг 13, 2007 6:29 pm

Из книги Эдуарда Ходоса "Хабад - дорога в ад".

Не исключено, что появление небезызвестной Моники Левински в штате сотрудников аппарата Б. Клинтона и последующая скандальная история – следствие спланированной акции с целью шантажа президента ради достижения внешнополитических планов общины Хабад. Любопытно, что двоюродный дядя М. Левински, Михаил Левинский – уроженец СССР, проживающий ныне в Белоруссии, под Витебском, районе традиционного влияния Хабада.
Дмитрий Геннадьевич
 
Сообщения: 1045
Зарегистрирован: Пт июл 13, 2007 7:12 pm
Откуда: Санкт-Петербург

Re: Справка о Белоруссии

Непрочитанное сообщение Андрей С. » Вс фев 20, 2011 1:06 am

Белоруссия и Белосток - неотъемленная часть России!
Андрей С.
 
Сообщения: 28
Зарегистрирован: Вс май 02, 2010 8:41 am
Откуда: город Балаково

Re: Справка о Белоруссии

Непрочитанное сообщение Андрей С. » Сб май 12, 2012 11:32 pm

А в городе Брагин Гомельской области живут Моржи!
Андрей С.
 
Сообщения: 28
Зарегистрирован: Вс май 02, 2010 8:41 am
Откуда: город Балаково

Re: Справка о Белоруссии

Непрочитанное сообщение Чемоданов » Пн фев 04, 2013 9:19 am

Беспристрастно и объективно о русском и белорусском языках


Сравним приспособленность русского и белорусского языков к нашему вербальному аппарату, т.е., к вербальному аппарату тех, кто у нас предпочитает пользоваться русским языком. Сравним усилия нашего вербального аппарата при произнесении слов и предложений на русском и белорусском языках. Волк – воук, вперёд – наперад, победа – перамога, штаны – нагавицы, Золушка – Папялушка, и т.д. Или, «Ваня пригласил Аню в кафе на чашку чая» и «Янка запрасиу Ганну у кавярню на кубачак гарбаты», «Продавщица предлагала покупателю разноцветные носки» и «Прадавачка прапаноувала пакупнику рознакаляровыя шкарпэтки», и т.д. и т.п. Не правда ли: произнести по-русски легче, нежели по-белорусски? Человеку, думающему на русском языке, чей вербальный аппарат эволюцией приспособлен к русскому языку, читать текст на белорусском языке (на «бел.мове») - что идти впотьмах по ухабистой дороге, то и дело спотыкаясь на ухабах. При чтении текста на «бел.мове» точно также нашему вербальному аппарату приходится спотыкаться на твёрдых «д» и «т» (аптэка, дырэктар, канстытуцыяи т.п.) и других, неудобных для вербального аппарата звуках. Даже при чтении текста на «бел.мове» лишь глазами, рефлексивно получаешь ощущение усталости вербального аппарата. Человек, пользующийся русским языком, добровольно не захочет преодолевать названные «ухабы» и прочие неудобства для своего вербального аппарата ради пользования «бел.мовай». Так что, сравнение явно не в пользу белорусского языка. Но это так лишь для нас - пользователей русского языка, не имеющих в своём коллективном бессознательном ориентации на звучание белорусского письменного языка. А если таковой ориентации нет, на что указывает наше добровольное пользование русским языком (т.е., тем языком, на звучание которого таковая ориентация у нас есть), значит, письменный белорусский язык не является нашим национальным языком. Итак, отметим: письменный белорусский язык не является национальным языком тех наших белорусов (представителей этнографической общности белорусов, а это не одно и тоже, что нация как культурный феномен), которые ныне письменно и устно пользуются русским языком в своей повседневной жизни. Если бы являлся, то мы бы сегодня не, смотря ни на что, писали бы и говорили «па-беларуску», как «навуковец» Адам Мальдис и «письменник» Владимир Липский.

У основной массы наших белорусов в их коллективном бессознательном (подсознании) не оказалось ориентации на звучание «письмовай бел. мовы» - этим и объясняется тот факт, что они от своих белорусских местных говоров, вроде бы и похожих на озвученную «письмовую бел.мову», перешли на русский язык. Для справки: лишь письменный язык является национальным, а не устные простонародные говоры неграмотного и малограмотного населения. В наше время всеобщей доступности образования приличного уровня и разнообразных средств коммуникации письменный язык, которым предпочитают пользоваться в повседневной жизни люди, живущие на родине своих предков, является определителем их национальной принадлежности.

Устные местные простонародные говоры неграмотного и малограмотного населения могут лишь определять принадлежность этого населения к какой-то природной этнографической общности. Местные говоры не несут информации о национальной принадлежности и менталитете их пользователей - населения той или иной территории. Во времена, когда население в основной своей массе было неграмотным и малограмотным, как это было на нашей территории ещё в первые десятилетия XX века, национальную принадлежность и менталитет этого населения определяло лишь его вероисповедание. И то лишь в том случае, если оно исповедало господствующую на его территории религию. Ибо таковая устанавливала культурно-языковую среду на территории своего господства и тем самым формировала нацию как свой по духу (по менталитету) культурный феномен. Национальная принадлежность и принадлежность к этнографической общности не всегда синонимы. Представители одной и той же этнографической общности могут быть разной национальности - в зависимости от того, какая религия в прошлых веках окультуривала их предков, и, значит, ориентация на какой письменный язык получена ими от предков в своё коллективное бессознательное. История этнографической общности, в XIX веке названной белорусами, была не простой. С конца X века и почти до конца XVI века их окультуривало православие русской традиции, а потом небольшую толику их, отвадив от православия, окультуривало католичество: кого – римско-католичество, а кого - греко-католичество (униатство). Неграмотное и малограмотное простонародье, по воле властей переведенное из православия в греко-католичество (униатство), и по своей неграмотности и малограмотности косневшее в местных говорах, оказалось не восприимчивым к окультуриванию его униатством. Ибо к моменту перевода его из православия в униатство в коллективном бессознательном (подсознании) этого населения уже имелась «священная информация» православия русской традиции. Она и продолжала храниться там и передаваться от поколения к поколению. Тем более, что и обрядность и богослужебный язык на первых порах оставались унаследованными от православия. Поэтому окультуривание униатством коснулось лишь достаточно грамотной униатской шляхты, предков «беларускихадраджэнцау» начала XX века и нынешних истых приверженцев письменного (литературного) белорусского языка (его носителей). Как видим, всё не так просто, как полагают наши «моваведы». Для них, что устные местные говоры, что несколько похожий на их звучание письменный язык - всё это, дескать, «беларуская мова», «нацыянальная мова народа Беларуси». Когда же основная масса этого народа предпочла письменно и устно пользоваться русским языком, «моваведы» не придумали ничего умнее, нежели объяснить это явление примитивной побасёнкой о насильственной русификации белорусов.

С подачи наших «моваведау» у нас принято ошибочно считать, что устные местные говоры, бытующие у наших пожилых сельчан - это, дескать, устный вариант «беларускай письмовай мовы». Поэтому в массовом сознании наших людей бытует (с подачи тех же «моваведау») смешное, примитивное представление о письменном белорусском языке: дескать, это язык наших когда-то неграмотных предков («матчынамова»), неважно, кем и когда записанный на бумагу. Потому наши люди, чьи не только матери, но и бабушки говорили по-русски, а значит и они сами с колыбели говорят по-русски, бездумно называют белорусский литературный (письменный!) язык своим родным языком. Тогда как письменный белорусский язык, появившийся на этой территории не ранее XVIII века на латинице, к ним никакого отношения не имеет. Откуда, к примеру, мои неграмотные предки-крестьяне, мой неграмотный дед и неграмотная бабка, знавшая много молитв на церковнославянском языке и русских песен, могли знать такие слова, как «нататки» (записки), «мапа» (географическая карта), «разынки» (изюм), «швэдар» (свитер), «шкарпэтки» (носки), «кшталту» (?), «выкшталцоная кабета» ( -- ???...женщина)? Даже я (их образованная внучка, выросшая в белорусских деревнях) затрудняюсь определить значения некоторых слов «литаратурнай бел.мовы». Насколько я помню своё деревенское детство, мои дед и бабка, мама и я говорили «изюм», «свитар», «наски», «дирэктар» (школы). А словом «вось», которое в белорусском языке употребляется в значении русского «вот», мой дед называл колёсную ось телеги («калёс») и повозки для сена («брыки»). Там же, где в белорусском литературном языке употребляется слово «вось» (многими носителями этого языка и для связки слов), он говорил «вот». И все так говорили в нашей деревне. «Литаратурная бел.мова» и «деравенская гаворка» (устные местные говоры) - это две большие разницы. Вот о каком, подтверждающем эту научную истину, факте упомянул корреспондент газеты «Свобода» (№23 за 4.04.97г) Виталий Цыганков в статье «Вясковы тупик»: «Во, як вы прыгожа па-беларуску гутарыце», гаварыли мясцовыя бабули «талакоуцам», якия у канцы 80-ых вандравали па рэспублицы у пазнавальна-этнаграфичных экскурсиях. «Дык и вы ж сами па-беларуску гаворыце», - здзиулена адказвали маладыя «адраджэнцы». «Не, мы па–тутэйшаму». Деревенские бабули сделали комплимент вежливым молодым людям, но одноязычными с собой их не признали. Дескать, вы - «па-беларуску» (как по радио), а мы - «па-тутэшаму», что не одно и то же. Вот так и мы когда-то в своей сельской белорусской школе. Пока учились в младших классах, казалось, что учимся на своём родном деревенском языке, а изучаемый как предмет русский язык казался чем-то любопытным, но трудным в постижении. А как перешли в 8-ой класс, как услышали сказки Пушкина из уст молодой учительницы, выпускницы МГУ, так и поняли, к овладению речью какого языка «лежит душа» и, что белорусский литературный язык - это «Федот, да не тот», и белорусская литература всё же не на нашем деревенском языке - лишь хочет казаться таковой. Но не наша. Хоть на учебниках значилось «Родная литаратура». Тогда как русский язык и литература предстали перед нами совершенством, к которому, оказалось, душа лежит, и которым хотелось овладеть. И перед тем, как идти в 9-ый класс, мы уже доставали учебники по математическим дисциплинам, физике, химии на русском языке. Называть «касательную» «датычнай» нам не хотелось. Повезло и с учителями. Вместо деревенских недоучек приехали выпускники Могилёвского педагогического института, говорившие, конечно же, по-русски. На их вопрос к нам, на каком языке преподавать, прозвучал наш ответ: «На русском!». Это было начало 50-ых годов. Так нас «насильна русификавали».

Родным языком наших детей, естественно, стал русский язык, а не местный говор (как у нас). А для наших внуков и правнуков «наркамаука» (официальный с 1933г. белорусский язык), похожая на «деравенския гаворки», после развала СССР почти слившаяся с «тарашкевицай», бытующей в «беларускайдыяспары» на Западе - это уже в полном смысле иностранный язык. Что и подтвердила одна «беларуская письменница» (в «СБ-Беларусь сегодня» за 6.12.11г.), поведавшая, что прежде, чем прочитать современным детям трёхминутную сказку на «бел.мове», приходится тратить десять минут на разъяснение значения незнакомых детям слов. Отсюда мораль: сказки детям надо читать на их родном языке. У нас же в республике на официальном уровне считается, что «письмовая бел.мова» - это родной язык всех наших белорусов от велика до мала. Узаконенный абсурд.

Как засвидетельствовала история XX века, для основной массы наших белорусов оказалось гораздо ближе к русскому письменному языку от белорусских местных говоров («деравенских гаворак»), нежели к вроде бы похожему на них белорусскому языку. Объясняется это тем, что, как гласит известная научная истина, местные говоры и литературный язык, не одно и то же, это разные феномены. Ибо литературный язык это озвученный письменный. А письменный язык это производное определённой религии её местной традиции. Не случайно в Европе в XYIII веке национальные языки народов изучали по языку молитвы «Отче наш». Так что далеко не одно и тоже местные простонародные говоры и озвученный письменный язык. Следует спросить наших «моваведау», почему они игнорируют названную научную истину? Почему, игнорируя её, они держат в заблуждении общественность, насаждая ей ложь? И в результате носители «литаратурнай бел.мовы», а это мизерное количество наших граждан, живущих в основном в Минске (как же: «нацыянальная интэлигенцыя», элита нации) считают себя национально сознательными «патрыётами Беларуси», в отличие от нас - якобы забывших «матчыну мову манкуртау». Причём, считают себя патриотами не существующей в реальности фактически русской страны с названием Республика Беларусь, а той «Беларуси», которая существует в ошибочных теориях и концепциях «моваведау» и «гисторыкау» и которую они видят в своих мечтах - «беларускай Беларуси». Почему каждый из них в меру своих сил и возможностей борется за преобразование существующей русской страны в «беларускую Беларусь». Уже сто лет «моваведы» и «гисторыки» трезвонят о ней. И с их подачи – как же, «акадэмики» и доктора «навук» - и нынче проводимая нашими властями национально-культурная политика направлена на её становление, а «беларускай Беларуси» всё нет, как нет. А есть на той территории, где она должна бы быть согласно теориям и концепциям «акадэмикау-моваведау» и «гисторыкау - дактароу навук», очевидная русская страна в лице нашей республики. И объективная реальность такова, что эти «моваведы» и «гисторыки» вкупе с другими истыми приверженцами «литаратурнай бел.мовы (её носители), коих в республике лишь очевидная горстка (2% в составе населения РБ – по данным опроса НИИ СЭПМ в 2011г.), остаются генералами без армии, элитой нации без нации. Однако в республике с названием на их «мове» - «Беларусь», считаются «беларускай нацыянальнай» элитой, сливками общества. И место в обществе у них соответствующее - это гуманитарные науки, это сфера культуры и искусства. Не случайно почти все они обретаются в столице. Почти половина из них по профессии - «мастацтвазнауцы» (искусствоведы). Словом, неплохо устроились, оставив манкуртам право работать на полях и заводах, в научных лабораториях, в медицине, словом - там, где надо работать и головой и руками, а не только языком молоть на симпозиумах «па мастацтву».

Да, устроились они так (в основном - в столице), как им позволили обстоятельства ещё в бытность БССР и СССР, обусловленные многими причинами, в т. ч. ложью зависимой от атеистической идеологии советской науки. С обретением республикой суверенитета стало возможным (было бы желание) очистить наши гуманитарные науки от работников, продолжающих культивировать ту же ложь, которую культивировала советская наука и определить подлинный национальный состав коренного славянского населения республики. Определить, наконец, кто у нас титульная нация, а кто – нацменьшинство. И, соответственно - какой язык является языком титульной нации республики, а какой - нацменьшинства. Однако по сей день в национально-языковой сфере республики по милости «акадэмикау-моваведау» и «гисторыкау-дактароунавук» господствует узаконенный абсурд – язык, которым в республике пользуется горстка граждан, считается и декларируется языком титульной нации, а язык, которым пользуется основная масса граждан страны, считается языком нац. меньшинства.

Никто из пришедшей к власти в середине 90-ых годов прошлого века нашей местной русской элиты не обратил внимания на то, что было выплеснуто со страниц газет на головы общественности. К примеру, коллективный труд самых заметных «беларуских адраджэнцау» (они же гуманитарии) «100 вопросов и ответов из истории Беларуси», впервые увидевший свет на русском языке (чтоб прочли «манкурты») на страницах тогда парламентской «Народнай газеты» (№№ за конец мая 1993г). В ответе на 54-ый вопрос: «Какой язык был средством сношений в Восточной Европе в прошлом?» читаем следующее: «После того как королём Польши стал белорусский князь Ягайло, в значительной степени белорусскоязычным стал краковский королевский двор. Польская и русская столицы вели переписку между собой по-белорусски. Когда в 1646 году польские дипломаты отправили в Москву письмо, написанное по-польски, те решительно потребовали писать, как «издавно повелось», по-белорусски». Каково? Или вот это: «Во времена средневековья Молдова и Валахия (современная Румыния) в государственной дипломатической переписке использовали официальный язык Великого княжества Литовского, то есть белорусский». Надо же, какой, оказывается, почтенный возраст и заслуги у «беларускай мовы»? Как видим, кроме той лжи, которая вколачивалась работниками советской науки в головы граждан БССР о якобы культурно-языковом отличии их от граждан РСФСР и УССР, в головы граждан суверенной Республики Беларусь вбивалась и новая ложь. Ведь на самом деле русский язык того времени был и языком дипломатической переписки Молдовы и Валахии, и официальным языком ВКЛ, и аж до 1646 года языком дипломатической переписки Москвы и польской столицы. Так что, все эти «лавры» на самом деле принадлежат русскому языку. Конечно, того времени. Ответ на 47-ой вопрос «Что такое униатство?» доктор исторических наук Леонид Лыч, известный пропагандист «бел.мовы», заключил вот какими словами: «На всех переломах истории – и во время восстания К.Калиновского, и в пору нашего Возрождения в начале XX столетия, и во Вторую мировую войну – среди прогрессивной части белорусского народа возникала мысль о возрождении униатской религии. Много сторонников у неё и сейчас, особенно среди молодёжи». В 1990г. в нашей республике возродилось униатство, каноническим языком которого с середины XX-го века является «литаратурная беларуская мова». Шикарно изданные на ней журналы «Уния» заполонили книжные прилавки. В республике появилась соответствующая малочисленная конфессия. Её единоверцами, стали, конечно же, представители «прогрессивной части белорусского народа», то есть, «беларуская нацыянальная интэлигенцыя». А за год до публикации «100 вопросов и ответов….» в г. Молодечно прошёл Съезд «беларусау» стран СНГ, на котором была поставлена задача «адраджэння» (возрождения) «беларускай культуры, беларускай мовы, беларускай рэлигии». Если вспомнить, что до разделов Речи Посполитой 75% населения будущей Белоруссии были униатами, то понятно о каком возрождении и какой религии шла речь на том Съезде. Тот же Л. Лыч в начале 2011г. издал книгу «Унияцкая Царква Беларуси, этнакультурны аспект». Где пишет: «Па линии майго бацьки дзеда называли Михась, бабу Магда. Пры адсутнасци у мяне погляду на сваих прашчурау як на колишних униятау наурад ци зъявилася б у свет дадзеная книга». Как видим, из всего этого следует, что «этнокультурны аспект» - это «беларуская письмовая мова» как производная униатства. Так оно и есть. Кстати, каким то образом в этой униатской культуре, в т.н. «беларушчыне», просторечные деревенские клички («мянушки») стали вполне официальными личными именами людей. И нынче приверженцы «беларушчыны» на страницах своей «бел.моунай» прессы именуют друг друга Михась, Юрась, Сяржук, Андрусь, Кася, Мася, Людка и т.п. Давно пора сказать подобному Юрасю или Андрусю, приверженцу белорусского языка: «Если он для тебя лучший в мире, ты на нём думаешь, говоришь и пишешь, не меряй других на свой аршин, не зачисляй в манкурты тех, кто игнорирует его и пользуется русским языком».

Тщательный анализ истории униатства и возможных его перспектив в вопросе формирования из этнографической общности, названной лишь в XIX веке белорусами, самобытной (белорусской) нации как культурного феномена, позволяет судить о том, что в тех исторических условиях, в которых униатству суждено было функционировать на территории проживания этой общности, подобное было невозможно. Сохранись та Речь Посполитая до половины XX века, единственной перспективой для униатства была перспектива влиться в польское католичество, а у униатов – стать поляками. После разделов Речи Посполитой, когда территория проживания этой этнографической общности (чьи предки до XYII века были русскими) отошла к Российской империи, единственной перспективой для местного униатства и униатов могло быть лишь то, что и произошло. А именно, сразу же 2 миллиона униатов перешли в православие, возвратились в веру своих предков. Затем после соответствующей подготовки униатство было упразднено в 1839г., основная масса униатов (простонародье) была переведена в православие, а большинство униатской шляхты стало римско-католиками. Униатский письменный («мужычы») язык потерял актуальность. Ибо возвратившиеся к вере далёких предков бывшие униаты потянулись к русскому языку, а ставшие римско-католиками, к польскому. К концу XIX века количественно незначительный контингент потомков ополячившейся католической шляхты, когда его прижали обстоятельства, возродил униатские культурные наработки, сменил на них свою родную «польщизну» и сформировался в фактическое нацменьшинство, которому предстояло жить в рассеянии среди русского населения Белоруссии. Вот что пишут сами униаты в журнале «Уния» №1 за 1990г. (перевод на русский язык М.Т.): «Пришло двадцатое столетие. Принесло с собой неслыханные политические волнения («узрушэнни»). В Белоруссии с интеллигентов-одиночек началось национально-возрожденческое движение («рух») – не очень пока многолюдное, но очень духовно концентрированное». Ещё бы! Ведь эти интеллигенты-одиночки, определившие свой национально-культурный облик культурными наработками униатства, духовно вдохновлялись мыслями о его возрождении, как религии воображаемой ими многомиллионной культурно-самобытной «беларускайнацыи». И что же? Как видим, прошло сто лет, а надежды на «шматлюднасць» (многолюдность) названного «руху» не оправдались. И сегодня носителей «литаратурнай бел.мовы», возрождённого теми «интэлигентами-адзинками» униатского языка (письменного белорусского), в нашей республике горстка. Какое-то количество их живёт в «беларускай дыяспары» в странах Запада.

К нынешнему времени столько накопилось фактов, свидетельствующих о том, что «письмовая бел.мова» и созданные на ней культурные наработки, «беларушчына» - это продукт здешнего униатства, что просто удивительно, что в нашем учёном мире на эту тему молчание и, в результате, общественность не понимает, что происходит вкультурно-языковой сфере республики. Почему узаконен абсурд? Ни общественность, ни власти, ни священноначалие нашей Православной церкви не видят, что пропаганда «бел.мовы», укоренение её в госструктуры и церковную жизнь Православной церкви, тщательное изучение её во всех школах республики и т.п. - это не что иное, как подлая по своей сути прозападная культуртрегерская экспансия на территории нашей республики, т.е., на этой части исконно русского национального пространства, в пределах православной цивилизации. Подлая экспансия, чинимая в наше время людьми, замороченными ложью вышеназванного мифа о существовании на территории обширного региона с географическим названием Белоруссия (а это не только территория нашей РБ) многомиллионной культурно-самобытной белорусской нации. Чинимая как носителями «литаратурнай бел. мовы», так и русскими нашими гражданами - т.е., людьми, пользующимися письменно и устно русским языком и комфортно себя чувствующими в нашей русской языковой среде, но верящими в то, что трактуют «акадэмики» и «дактарынавук». Причёмни те, ни другие радостей от этой экспансии (навязывания «бел.мовы») не имеют, ибо она встречала и встречает глухое сопротивление наших народных масс. Если первые, преодолевая это сопротивление, преследуют химерную «беларускую нацыянальную идэю», свою мечту о «беларускай Беларуси», где им будет комфортно в её «бел.моунай» среде, т.е., преследуют свои национально-культурные и цивилизационные интересы, то вторые действуютсебе во вред, не отдавая себе отчёта в том. Приходится удивляться, им-то, этим доброхотам пропаганды «бел.мовы» зачем «беларуская Беларусь» с её «бел.моунай» средой? Ведь в ней, случись она в реальности, они лишатся того, что имеют? Своих должностей, положения в обществе и т.п.? Хотя бы они и изменили своему русскому языку и перешли на «мову». С потомственными её носителями им, потомкам «хлопов» и «манкуртов», не сравняться. Но до таких степеней эти доброхоты заморочены названной ложью, что действуют во вред лично себе, нашим русским народным массам и нашей фактически русской стране. И эта подлая по отношению к нашим русским народным массам и нашей русской стране экспансиятворится по вине наших работников гуманитарных наук, «моваведау» и др. Когда уже с середины 90-ых годов её можно и нужно было пресечь, если бы эти работники науки соответствовали своему высокому званию и служили истине. Как подобает работникам науки.

Следует спросить с наших «моваведау» не только за то, что они игнорируют вышеназванную научную истину, но и за то, что они из каких-то соображений не узнают русский язык в гос.языке ВКЛ и считают его «старабеларускай мовай», тождественной «сучаснай письмовай бел.мове». Ведь, исходя из этого измышленного тождества гос.языка ВКЛ и современного белорусского языка, они, как выше продемонстрировано, дописались до того, что дипломатическая переписка между Москвой и Краковом якобы велась по-белорусски? Казалось бы, невозможно не узнать русский язык в языке текстов, старинная кириллица которых адаптирована к современному русскому шрифту и эти тексты звучат почти так же, как и наш современный русский язык. Отличаются от него лишь архаичными словами и некоторыми речевыми оборотами. Как можно не узнать русский язык документа, если подписи под ним, написанном в конце XVI века в г. Бресте выглядят вот так: «Михаил Рагоза, волею Божою архиепископ митрополит Киевский и Галича и всея Руси, рукою власною, ….Григорей Герман, милостью Божою архиепископ Полоцкий, владыка Витебский и Мстиславский, рукою властною….»? Однако наши «моваведы» умудряются не узнавать. Ведь, если узнать, да признать, что гос.языком ВКЛ был русский язык, что в ВКЛ была русская культурно-языковая среда - а территория нашей республики в бытность ВКЛ была срединной частью его территории?! – то получается, что та русская культурно-языковая среда возродилась на территории нашей республики? И наше сплошное русскоязычие - это результат русского национального возрождения? А куда же тогда девать их побасёнку о насильственной русификации белорусов, на которой основаны все их теории и концепции? Кошке под хвост? И туда же и их научные звания и степени? Нет уж, они на это не согласны! А потому мнений своих менять не собираются. Так, к сожалению, обстоит дело в отделении гуманитарных наук НАН РБ. Закономерен вопрос: если культивирующие ложь работники науки мнений своих о гос.языке ВКЛ и причине нашего, основной массы славянского населения республики, сплошного русскоязычия менять не намерены, то может быть заменить их самих? Теми, кто узнаёт русский язык в гос.языке ВКЛ и обосновывает факт наличия на территории нашей республики очевидной русской культурно-языковой среды русским национальным возрождением на ней, а не примитивной побасёнкой о насильственной русификации.

Почему помянутую выше культуртрегерскую экспансию я называю подлой? Потому, что, если у населения западнорусских земель – исконно русских! — есть возможность пользоваться русским языком, своим подлинно национальным, то навязывание им иного языка является очевидной подлостью. Да, было время, когда с их территории исчез понятный им русский письменный язык и взамен его им предложен был другой, понятный им, с лексикой на основе субстрата их местных говоров. Но те времена канули в Лету? И у населения этих территорий появилась возможность пользоваться русским языком и в повседневности, и в деловой жизни. Так вот, если у этого русского населения есть такая возможность, то навязывание ему иного языка (законодательным кнутом либо сладким пряником лжи) есть очевидная подлая культуртрегерская экспансия. Ибо человеку ни к чему для домашнего обихода и местной деловой жизни два письменных (литературных) языка? Достаточно одного. Значит, речь идёт именно о подмене русского языка белорусским?! И это при том, что более, чем очевидно, что наши русские народные массы на эту подмену не согласны. Не согласны эти массы ни «дыкаць» («Дык падпишыся!»), ни «тыкаць» («тычыцца»), ни спотыкаться на ухабах твёрдых «д» и «т», ни вместо изящного «то бишь» говорить и писать «то бок».

Возможно, русский письменный язык потому такой удобный для нашего, восточных славян, вербального аппарата, что столько веков его «шлифовали» лучшие умы многолюдной русской нации. Тогда как белорусский письменный – униатский «мужычы», в XVIII веке (после того, как сейм запретил русский язык) вероятнее всего создавали пользовавшиеся польским языком кураторы униатства - высокообразованные монахи-базилиане. И, возможно, что не без насмешки над «мужыками»? Чтоб те спотыкались на помянутых выше «ухабах»? Ведь в белорусских местных говорах нет твёрдых «д» и «т», тех самых «ухабов».

Униатский (белорусский) язык - это побочный продукт полонизации русского населениянашей территории, вызванный к жизни запрещением на ней русского языка и появившийся как замена ему. Ибо в неканоническом общении с единоверцами после исчезновения с русских земель Речи Посполитой русского письменного языка без понятного единоверцам языка униатство обойтись немогло. В XVII веке униатство ещё пользовалось русским языком в неканоническом общении с единоверцами и в качестве основного языка обучения в своих школах. Когда в 1696 году русский язык был окончательно запрещён к употреблению на русских землях Речи Посполитой, униатство оказалось перед необходимостью придумать ему замену.

Униатами были в основном простонародье и мелкая шляхта - т.е. не шибко грамотный и неграмотный контингент населения, плохо понимавший или совсем не понимавший чужой ему польский язык. И когда вся государственная и общественная жизнь на территории его проживания потекла на чужом для него польском языке, для нормального функционирования униатства понадобился понятный этому контингенту письменный язык. Он и появился - на латиницеи на основе субстрата местных говоров, изрядно полонизированных к тому времени. Языком школьного обучения повсеместно стал польский язык и в униатских начальных школах ученики успевали лишь освоить чтение на латинском шрифте. Но освоить чужой язык не могли. Поэтому на страницах духовных книг здешнего униатства и появился понятный униатам местный письменный язык как язык «малитоуных гимнау» (униатских молитв) - т.е., как параллельный с церковнославянским языком канонический язык здешнего униатства. На нём печаталась духовная униатская литература, духовная и светская поэзия униатов и др. Видимо в своём кругу в основном на нём же общались письменно и устно грамотные униаты. Безграмотное униатское простонародье не видело разницы между его звучанием и своими устными говорами. Поэтому его звучание запечатлелось лишь в коллективном бессознательном достаточно грамотных униатов и их потомков - т.е., униатской шляхты, и то лишь той, которая была верными духовными чадами Ватикана, как язык, к которому «душа лежит». То есть, как национальный язык той части униатов, которая после упразднения униатства в 1839г. перешла в римско-католичество. В бытность униатства, до 1839г., эта шляхта обычно крестила своих детей дважды – в униатской «царкве» и в костёле. Потому у них были двойные имена - как у Костюшко и Калиновского (родившегося в 1838г. - за год до упразднения униатства). Всегда тянувшаяся за богатой шляхтой, небогатая шляхта после упразднения униатства стала пользоваться польским языком. И униатский письменный язык у её последующих поколений потерял актуальность. Иногда он использовался местными польскими литераторами в их произведениях при описании картин народной жизни, иногда целиком всё произведение на эту тему писалось на нём: «Размова хлопау», «Пинская шляхта», произведения Ф. Богушевича под псевдонимом «Мацей Бурачок» и т.п. Хотя ещё в 1858 году цензура запретила «печатать польским алфавитом литературные произведения на белорусском наречии», в XIX веке носители униатского языка пользовались в основном латиницей.

Перешедшие в православие униаты потянулись к русскому языку. Католическая же шляхта пользовалась в своей среде польским языком. Когда к концу XIX века ополячившейся здешней шляхте стало ясно, что родная для неё польская языковая среда на её родине неизбежно должна уступить место духовно чуждой для неё русской, эта шляхта перешла в своём творчестве и общении с родного польского языка на возрождённый ею униатский язык, называя его белорусским. И объявила себя, как грамотный контингент, национальной элитой якобы живущей на территории Белоруссии культурно-самобытной белорусской нации. Так проявил себя её сформированный католичеством национальный менталитет. Хотя в начале XX века выходцы из мелкой католической шляхты Белоруссии были уже хорошо образованными людьми, учились в университетах России и прекрасно владели русским языком и могли бы стать местной русской элитой на своей родине, но стать местной русской элитой на территории Белоруссии эти потомки униатской шляхты и не помыслили. Таков был их национальный менталитет. Русский язык для них был чужим и чуждым, языком «акупантау» их родины, Рэчы Паспалитай». Другими стать они уже не могли, тем более - русскими. Их менталитет, сформированный в нескольких поколениях католичеством, был уже необратимо антирусским. Поэтому, когда они поняли, что неперспективно оставаться поляками, они стали «беларусами», нарисовав себе перспективу остаться национальной элитой своей «радзимы» (родины). И после Октябрьской революции 1917 года им это удалось. И до сих пор удаётся оставаться в этом амплуа. Потому, что наши власти смотрят в рот «акадэмикам» и докторам «навук», вешающим им лапшу на уши. Хотя совсем не трудно, разобраться, что к чему. При наших языковых реалиях.

Белоруссией в XIX веке был назван северо-западный регион Российской империи, на котором были распространены местные говоры с некоторыми отличиями от говоров других регионов России. Поскольку униатский (белорусский) письменный язык в XVIII веке был создан на основе этих говоров и по звучанию похож на них, то «беларуския дзеячы», те самые «интэлигенты-адзинки», и начали с тех пор спекулировать определениями, производными от названия этого региона. Белоруссия на их «мове» стала «Беларуссю», униатский язык - «беларускай мовай», культурные наработки на нём, католические по духу - «беларушчынай», якобы присущей всем представителям этнографической общности, названной белорусами. С их подачи всех представителей этой общности стали считать «беларусами па нацыянальнасци». Асами носители белорусского (униатского) языка представились «беларускими нацыянальными дзеячами» (деятелями) и стали манипулировать неграмотными и малограмотными земляками. Это простонародье Белоруссии, приплюсованное ими к себе, любимым, было представлено этими «дзеячами» «беларускай культурна-самабытнай нацыяй». А национальным языком этой воображаемой нации был представлен белорусский (униатский) язык. Этот миф в силу некоторых политических соображений приняло за истину большевистское правительство в Москве, а значит, вынуждена была принять и советская наука.

В начале 20-ых годов XX века под эти манипуляции и для их культивирования был создан Инбелкульт - «Инстытутбеларускай культуры». Где и обосновались завиральные теории и концепции, основанные на примитивных измышлениях «беларуских адраджэнцау» (возрожденцев). На тех самых мифах. О якобы наличии на территории Белоруссии многомиллионной белорусской нации, и имевшей место в царской России её насильственной русификации. Так сказать, теоритическая подкладка под названные манипуляции и спекуляции. Таким образом, работники Инбелкульта стали культивировать ложь. По определённым причинам в советское время это приветствовалось. Вполне закономерно в лице БССР не получилось «беларускай Беларуси», но требовалось делать вид, что таковая получилась. Потому «на витрине» БССР (учреждения которой в надежде на «беларускую Беларусь» добились «беларуския культурныя дзеячы» вместо несостоявшейся БНР) красовалась униатская по духу «беларушчына», тогда как «за витриной» БССР текла русская жизнь. Так что у потомков сознательных униатов (греко-католиков), в чьём роду, по словам нынешних приверженцев «бел.мовы», обнаружились, как и у поэта М. Богдановича, «прочные униатские корни», душа лежит к белорусскому языку, с нашей точки зрения неудобному для вербального аппарата. А с их точки зрения, видимо, самому удобному. И поэтому для людей с униатскими корнями вроду, как то признал относительно себя д.и.н. Леонид Лыч, каким-то образом литературный белорусский язык - это самый удобный язык. Он, дескать, и сочный («сакавитая мова»), и самый благозвучный в мире («милагучная мова»). И ничего удивительного в том, что далёкие потомки той униатской шляхты, в коллективном бессознательном которой запечатлелся язык молитвенных униатских гимнов, считают письменный белорусский (униатский) язык - свою «бел.мову» -«самай милагучнай мовай у свеце», слагают о ней стихи и песни, поют на ней «хиты», молятся на ней о ней. Она для них - верх совершенства. Кстати, в середине XX века белорусское униатство, центр которого находится в Лондоне, окончательно отказалось от церковнославянского языка в качестве канонического, оставив единственным каноническим языком «литаратурную бел.мову». В таком виде оно возродилось в 1990г. в нашей республике. И это хорошо, ибо это лишний раз подчёркивает, что горстка наших «бел.моуных» граждан является нацменьшинством, живущим среди нас - русских народных масс республики, православных и потомков таковых. Так уж распорядилась история.

Межрелигиозная борьба на пограничье цивилизаций разделила когда-то русское во всех его сословиях население этой территории на две разные по национально-культурной принадлежности количественно разновеликие группы. Разделение по разным национальностям совпало с сословным. Высшие сословия, будучи достаточно образованными, перейдя из православия в католицизм, в лице своих потомков стали поляками. Неграмотное и малограмотное простонародье коснело в местных говорах и несло в своём коллективном бессознательном ориентацию на звучание богослужебного, церковнославянского языка (благо и в униатстве он оставался каноническим до середины XX века) и передавало из поколения в поколение, то есть, по ментальности оставалось русским. Ведь церковнославянский это старорусский язык. Как только появились к тому условия, это простонародье стало национально возрождаться как местное русское население территории своего проживания, исконно русской территории, в начале XIX века названной Белоруссией. Уж не говоря о православных представителях высших сословий Белоруссии. Поэтому предлагаемый с 1906 года этому простонародью литературный белорусский (униатский) язык, как якобы его национальный язык, отскакивал от него, как от стенки горох. Трагедия в том, что носители этого языка не понимали, в чём дело, «меряя» всех представителей этнографической общности белорусов «на свой аршин». После того, как ещё в XIX веке к униатскому языку был прилажен и русский (кириллический) шрифт, пропагандистам этого языка казалось, что земляки его примут. Казалось, ведь это так удобно: «Кали ты каталик, пишы лациницай, кали праваслауны, кирылицай» (если ты католик, пиши латиницей, если православный, кириллицей). Но напрасными были его пропаганда и надежды пропагандистов. В книге Бориса Саченко «На суд гисторыи» (Минск, 1994г.) упоминается, с какой огромной надеждой на «беларускае адраджэнне», а по сути на белорусизацию, жителей Витебска в 20-ых годах ехали из Минска «беларуския дзеячы» открывать в Витебске БДТ-2. Нынче это «тэатр имя Я.Коласа». И что? Десятилетия этот единственный в городе театр работал и по ныне работает на «бел.мове», а жители Витебска как говорили по-русски, так и говорят. Нынче «бел.мова» звучит с фонограмм в салонах городского транспорта, но эффект и от этого нулевой. Тот же эффект и от тщательного изучения в школах «бел.мовы» и «бел.литаратуры» - напрасная трата времени и сил учеников. Лишь единицы попадаются в расставленные сети. В наше время они чаще всего оказываются под бело-красно-белым флагом борцов «з акупацыйным рэжымам», пополняют собой ряды «Маладога фронту», «Маладой Беларуси» и т.п. Ибо этот флаг и «письмовая бел.мова» неразрывный тандем, обозначающий «беларускую Беларусь».

Равнодушие нашего коренного русского населения, представителей этнографической общности белорусов, к литературному (письменному) белорусскому языку держит в постоянном унынии его носителей. Постоянная тема их творчества это плач о гибели «мовы», это укоры землякам за то, что они «грэбуюць матчынай мовай» (презирают материнский язык). В газете «Наша слова» (печатный орган «Таварыства беларускай мовы») есть постоянная рубрика «Пагоня за мову». Вот что пишет в ней (в №4 за 25.01.12г.) «сябар ТБМ» из г.Слуцка в заметке «Замова за мову» (перевод цитат на русский язык М.Т.): «Директор одной из сельских школ пригласила меня на встречу со старшеклассниками – рассказать им про свою профессию журналиста. Я вёл беседу по-белорусски… вопросы задавали также по-белорусски… А когда после встречи я спросил у директора, на каком языке учителя разговаривают вне класса, дома, ответ был честным: «На русском, как и все в деревне», «… на очередном 16-ом съезде Союза белорусских писателей (оппозиционного Союзу писателей Беларуси –М.Т.) было озвучено такое грустное число: «На вопрос… «Как часто вы читаете литературу на белорусском языке)», - 80% опрошенных заявили: «Не читаю вообще», - вот так!», «Проведав летом свою деревню, заглянул в сад к соседке. А в саду встретился с её младшим братом, горожанином, рабочим. Услышав мою белорусскую речь, он вдруг спросил: «Ты наверно националист?». «Почему, - спрашиваю, - ты так считаешь?». «Говоришь по-бэнээфовски» - слышу в ответ». Таковы реалии, от которых приверженец «бел.мовы» пребывает в унынии.

Известно, что ещё в начале 90-ых годов прошлого века, когда тогдашнее руководство республики чинило языковое насилие, «литаратурную бел.мову» прозвали в народе «бэнээфовским языком». Однажды, в райисполкоме, зайдя туда сразу после обеденного перерыва, довелось слышать, как одна из сотрудниц похвасталась купленным пакетиком с супом и стала читать его состав, напечатанный на «бел.мове». Другая сказала: «Какой-то ты бэнээфовский суп купила». Вызывает улыбку наивная надежда тех, кто старается вот таким образом привить говорящим по-русски землякам любовь к «бел.мове». А если те игнорируют её, то её носители обижаются на них и укоряют их. Как тот «сябар ТБМ» из г. Слуцка, который тогда же упрекнул брата соседки: «…я сам беспартыйны, а мову матчыну не забываю. Шкада (жаль), што ты забыуяе, хоць вучыу у сельскай школе». Учить мало - надо любить. Ситуация в обществе такова, что носители «литаратурнай бел.мовы», с одной стороны пребывают в постоянном унынии от того, что им никак не удаётся привить эту «мову» окружающим массам и «мова» якобы «гине» (гибнет), а с другой стороны пребывают в самомнении, что они - «прогрессивная часть белорусского народа», как бы «белая кость», в отличие от нас, манкуртов, никчемной части этого народа. Тем самым эта горстка иноязычных с нашими народными массами людей навязывает этим массам некий комплекс неполноценности - дескать, вы презренные манкурты, забывшие материнский язык, не имеете права на власть в Беларуси. Поэтому для носителей «литаратурнай бел.мовы» (униатского языка) при их самомнении, что они «прогрессивная часть белорусского народа», «национально сознательные белорусы», категорически неприемлем существующий русский правящий режим (пользующийся русским языком), по их мнению, власть манкуртов. Хотя эти «манкурты» во властных кабинетах, включая президента А.Г. Лукашенко, внимающие «акадэмикам» и «дактарам навук», придавленные названным комплексом неполноценности, и клянутся русским языком в любви «да матчынай мовы», но это бесполезно. И «горит сыр-бор» в нашей республике из-за недовольства «нацыянальна свядомых беларусау» существующим положением, недовольства фактическим национальным обликом государственности республики, недовольства русским правящим режимом, «акупацыйным» по их определению и якобы угрожающим «незалежнасци» (независимости) республики. В этот «костёр» Запад умело подбрасывает «дровишки», т.к. в его интересах привести к власти в нашей республике людей с прозападным национальным менталитетом, чтобы с их помощью заполучить нашу республику в зону своего влияния, настроить против России. Нельзя не видеть, как стараются в этом направлении определённые круги Польши, пропагандируя через эфир на нашу республику «бел.мову», привечая у себя борцов «з рэжымам».

Назрела и перезрела необходимость освободить носителей «литаратурнай бел.мовы» от их столетней депрессии из-за того, что основная масса граждан игнорирует белорусский язык и пользуется русским, а также и от мании величия. Необходимо избавить и народные массы от навязанного им комплекса манкуртов, довести до их сведения, что они не манкурты, забывшие «матчыну мову», а русские по своей национально-культурной идентичности. Как? После разоблачения лжи «моваведау» и необходимых других процедур, определить очевидную горстку носителей «литаратурнай бел.мовы» в правовые рамки нацменьшинства. Пусть они сами там берегут и развивают свою «мову». И это будет правомерно, ибо наших поляков в составе нашего населения 3%, а количественный состав этого побочного продукта полонизации, носителей «литаратурнай бел.мовы», со всей очевидностью - и того меньше: на стр.7 газеты ТБМ «Наша слова» (№40 за 3.10.12г.) мелькнула цифра 2%. Об этом, о мизерности их количественного состава свидетельствует и зеркало нашего телевидения, в котором их не рассмотреть, ибо оно отражает русскую жизнь русской страны, нашей республики. Да и «акадэмик-мовавед» А.И. Подлужный незадолго до смерти сказал с телеэкрана (перевод его слов на русский язык—М.Т.): «Литературным белорусским языком пользуются лишь 10 тысяч, это писатели, учёные, журналисты, и 20 тысяч обучаются на нём». Если есть архив телевещания, то можно отыскать его слова. «Акадэмик»-«мовавед» знал, что говорил. А если учесть, что отнюдь не все те журналисты, кто с экрана вещает на «бел.мове», являются потомственными носителями «бел.мовы», а вещают на ней в силу служебных обязанностей? И что не все обучающиеся на «факультэтах бел.мовы и литаратуры» являются носителями «бел.мовы»? Во всяком случае, «чальцоу Таварыства беларускай мовы» чуть больше 5 тысяч. Это с учётом того, что особо активные носители «бел.мовы», вроде председателя «Таварыства беларускай мовы» Олега Трусова, своей ложью о насильственной русификации и о том, что гос.языком ВКЛ была «старабеларуская мова», тождественная «сучаснай бел.мове», навербовали туда зелёной молодёжи из числа старшеклассников и студентов. А если эти школьники и студенты узнают правду? Правду о том, что государственным языком ВКЛ был русский язык, что на его территории была русская культурно-языковая среда, из чего следует, что и наша русская языковая среда на территории республики - это результат русского национального возрождения на ней, а не результат насильственной русификации белорусов? Всю эту правду необходимо открыть, обнародовать и преподавать в школе. Воспитывать у школьников русское региональное самосознание. Ибо белорусы они лишь по гражданству. Тогда наши власти смогут обосновывать право республики на суверенитет не ложью о якобы «беларускай нацыянальнай самабытнасци» основной массы её граждан, а правом преемства русской государственности бывшего на этой территории русского государства - ВКЛ. Вот что значит разобраться по настоящему в национально-языковом вопросе на нашей территории.

Не следует опасаться каких либо межнациональных или межрелигиозных конфликтов при разоблачении названной лжи и определении этих 2% наших граждан, которые согласно опроса НИИ СЭПМ «сапрауды карыстаюцца беларускай мовай у якасци сродку зносин и мовы чытэльных книг» (взаправду пользуются белорусским языком в качестве средства общения и языка читаемых книг), в правовые рамки нацменьшинства с лишением белорусского языка государственного статуса. Никаких конфликтов между «моськой» и «слоном» быть не может. Об этом сказано ещё в басне Крылова. Известна и притча, когда кто-то повесил льву на хвост табличку со словом «Осёл». Другой кто-то, проходя мимо, прочёл: «Осёл». И лев поверил, что он осёл. Не напоминают ли наши граждане, с колыбели говорящие по-русски, в т. ч. и наши власти, бездумно называющие «беларускую литаратурную мову» своим родным языком, того льва, который поверил, что он осёл? Не будем же Ослами! Мы с нашим русским языком русские по национальности, часть русской нации как культурного феномена. Белорусы мы лишь в этнографическом смысле и по гражданству. Мы в нашей республике её титульная нация, наш русский язык является языком титульной нации нашей республики. Вот какова правда нашей истории и наших реалий.

Время нынче на дворе такое, что немецкая нация уже давно живёт в нескольких государствах. Все они самостоятельные члены ООН. И ни одно из них, ни ФРГ, ни Австрия, ни Швейцария (на ¾ немецкая), не опасается за свой суверенитет. С декабря 1991 года и русская нация стала жить в нескольких государствах: в на 80% русской РФ, в на 90% русской РБ и в Украине, на ¾ русской. И ничего страшного в этом нет. Страшное, если их граждан прозападные культуртрегеры отлучат от русского языка. Если гражданам РБ и русскому населению Украины навяжут взамен русского униатские языки, соответственно, белорусский и украинский. Чтоб этого не случилось, нужно всем русским миром ополчиться на вышеназванную ложь. И на неназванную в этой статье ложь, которая правит бал в Украине.

Некоторые носители белорусского языка осознают себя нацменьшинством и не видят ничего страшного в том, если окажутся в его правовых рамках. В самой радикальной «незалежнай бел.моунай» «Нашай ниве» (№39 за 24.10.12г.) появилась заметка «Не трэба баяцца гета, кали тольки у гета можа захавацца беларускасць» (Не надо бояться гето, если только в гето может сохраниться белорусскость): (перевод на русский язык М.Т.) «…Индейцы в США, если б не жили в гето-резервациях, давно растворились бы в эмигрантском море. А взять наших цыган: если б не ими созданное своеобразное гето, ассимиляция сделала б своё в первые столетия их прибытия на наши земли. Открытость в мир – не всегда хорошо. Не нужно гнаться за признанием мира. Нужно просто жить в своём мире белорусскоязычной культуры, беречь его от внешних угроз, претворяя чужое в своё. Если внешнему миру белорусскоязычная культура будет интересна, он самповернётся к нам». Анализируя публикации «Нашай нивы», особенно частные объявления, можно убедиться в том, что уже сегодня носители белорусского языка живут подобно цыганам в созданном ими самими своеобразном гетто. Так что определение их в правовые рамки нацменьшинства будет лишь оформлением существующей объективной реальности. Для тех носителей белорусского языка, кто далёк от политики, ничего не изменится в худшую сторону. Они и сегодня, живя в нашей русской языковой среде, вынуждены знать и понимать русский язык, язык окружающей их среды. Им, живущим своими повседневными заботами, станет даже комфортнее жить в правовых рамках нацменьшинства. Когда их белорусский язык будет лишён гос.статуса, когда его перестанут навязывать тем, у кого к нему душа не лежит, для кого необходимость изучать его и иногда (по долгу службы)) пользоваться им, тяжёлая обязанность, тогда к ним, «бел.моуным», будет только доброжелательное отношение со стороны земляков, говорящих по-русски. Исчезнет настороженность «а не бэнээфовиц ли?». А вот те, кто на западные гранты занимается политикой, т.е. пропагандой «бел.мовы», проталкиванием её всеми способами в государственную и общественную жизнь нашей русской страны, останутся не у дел. Ряды их «культурных», а на самом деле, как то же ТБМ, политических организаций существенно поредеют. Ведь ложь, которой они завлекали молодёжь в эти организации, будет развенчана и это станет известно широкой общественности? Когда станет известно, что «беларуская Беларусь» на этой территории, где существует наше, её народных масс, русское государство, в принципе невозможна, тогда «погаснет» вышеназванный «костёр». И появится возможность строительства консолидированного гражданского общества. И заживёт на историческом русском национальном пространстве наша русская Республика Белоруссия также спокойно и счастливо, как уже давно живёт на историческом немецком национальном пространстве немецкая Австрия. И как Австрия дружит и сотрудничает с одноязычными ФРГ и Швейцарией, так и наша республика будет и впредьдружить и сотрудничать с одноязычными РФ и Украиной. Только русским Украины, тем 32-ум миллионам, числящимся украинцами по национальности, но, по словам польского политолога Мариана Калуского, «использующих русский язык в своём повседневном общении», надо взяться за ум и понять, что русские это не только «маскали» (великороссы). Но и они сами, малороссы, и сбросить с себя насаждаемое им ярмо униатского (украинского) языка, тянущего их в прислуги Запада. Пространством для украинского языка должны остаться лишь западные области, каноническая территория униатства украинского образца, необратимо выпавшая из русского национального пространства. Чтоб ничего подобного не случилосьвпредь в каких либо других регионах этого пространства, надо беречь на нём русский язык. Ведь письменный русский язык это «визитная карточка» православной национальной культуры, созданной за тысячелетие на исторической Руси, принявшей когда-то крещение в Киевской купели. То есть, культуры, созданной под опекой православия русской традиции. В наше время именно письменный язык, а не старушка-религия, способен уберечь народ от денационализации. Нельзя не видеть, что в наше время оказалось дозволенным менять тысячелетнюю языковую традицию православия Руси – его традиционный (церковнославянский, т.е. старорусский) богослужебный язык на богослужебные языки униатства – белорусский и украинский, так сказать, на «мовы». Как видим, над старушкой-религией дозволено надругаться. Поэтому только письменный язык способен защитить национальную и духовную самость. Поэтому малороссам в порядке отстаивания своего человеческого достоинства надо дать достойный отпор тем из «западенцев», кто по-гитлеровски вскидывает руку. И начать с того, что говорить по-русски не только у себя на кухне, но и везде: в магазине, исполкоме, на собрании, в суде, в парламенте и т.д. На исконно русском национальном пространстве, освящённом в Киевской купели, должна звучать русская речь, должны быть русские государства, а в них господствовать русский язык.

http://www.ruska-pravda.com/2008-05-08-14-25-53/39-st-alternativa/19844-2013-01-30-03-54-50.html
Аватара пользователя
Чемоданов
 
Сообщения: 425
Зарегистрирован: Пт мар 02, 2007 12:19 pm
Откуда: г. Брест-Литовск, Белоруссия

Re: Справка о Белоруссии

Непрочитанное сообщение М.В. Назаров » Вт фев 05, 2013 9:23 pm

У нас в библиотеке РИ см. также:

Гронский Александр. Белорусский национализм и язык в начале ХХ в.
http://www.rusidea.org/?a=32022
Аватара пользователя
М.В. Назаров
Администраторы
 
Сообщения: 6730
Зарегистрирован: Вс окт 01, 2006 8:54 pm
Откуда: Москва

Re: Народная Экономика. От монастырей - до государства.

Непрочитанное сообщение Белоногов Алексей » Вт янв 14, 2014 1:22 pm

Белоруссия опередила Россию, Украину и Прибалтику по уровню семейных доходов

Средний годовой доход белорусской семьи выше, чем в России, Польше, странах Балтии и составляет $15 085 в год



Такие данные обнародовали специалисты из американского института Gallup по итогам исследования в 131 стране мира. Средный подушевой доход в Белоруссии равняется $5 236 в год.

Таким образом, Белоруссия оказалась на 32-м месте в этом исследовании, опередив Украину (45-е место, медианный годовой доход семьи — $11 074, подушевой — $3 876), Латвию (44, $10 461, $4 000), Россию (42, $11 724, $4 129), Польшу (40, $15 336, $4 578), Литву (39, $12 375, $4 713), Кипр (36, $18 242, $4 932), Эстонию (35, $12 577, $5 031) и Хорватию (33, $16 231, $5 177). Белоруссия немного отстает от Словакии (31-е место), Португалии (30), Греции (29).

Опрос и обработка результатов проводились в 2006-2012 годах. В каждой стране проводился опрос представителей домохозяйств, которым задавался вопрос о годовом доходе семьи до налогообложения. В доходы включались все поступления: зарплаты, пенсии, пособия, доходы от приработков и др. Если опрашиваемый затруднялся назвать конкретную цифру, исследователи основывались на среднем уровне дохода для социальной группы, которую он представляет.

Источник: http://communitarian.ru/novosti/sng-i-s ... _08012014/
«…Уже и теперь чуют дальние и близкие народы: подымается из Русской земли свой Царь, и не будет в мире силы, которая бы не покорилась ему!...»

Н.В. Гоголь "Тарас Бульба"
Аватара пользователя
Белоногов Алексей
 
Сообщения: 734
Зарегистрирован: Ср июн 13, 2012 5:33 pm

Re: Справка о Белоруссии

Непрочитанное сообщение М.В. Назаров » Вт янв 31, 2017 9:31 am

Леонид Решетников
«Не нравится, что Белоруссия — часть Великой России? Обижайтесь на Бога».
«Обиделись на мое указание на документ Оргбюро ЦК ВКП (б) 1926 г. «О создании белорусского языка». Так опровергайте этот документ, а не нападайте на меня! Объясняйте почему он появился, почему он так называется. Не нравится заявление о принадлежности Белоруссии к исторической Великой России? Так обижайтесь на историю, на судьбу, на Бога. Только не переделывайте их, в конце концов это плохо заканчивается...».
http://rusidea.org/?a=130206
Там же: М.В. Назаров. Справка о белорусизации.
Аватара пользователя
М.В. Назаров
Администраторы
 
Сообщения: 6730
Зарегистрирован: Вс окт 01, 2006 8:54 pm
Откуда: Москва


Вернуться в Белая Русь


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1