Форум издательства Русская Идея

120-летию со дня рождения посвящается.

Первый Монарх Югославии.

О жизни и убиении Короля-Витязя Александра I Петера Карагеоргия.

«Блаженной памяти благоверный Король Александр I Объединитель… был покровителем всей нашей Русской Белой эмиграции. Ему в первую очередь обязаны мы существованием и поддержкой нашего корпуса. Его искренняя любовь к Императорской России и благодарность за ее историческую, неизменную поддержку сербского народа проявилась всесторонне в поддержке и помощи во всём русским, бежавшим от красного ига».

М. М. Смирнов,
Кадет Первого Русского Великого Князя Константина Константиновича Кадетского Корпуса.

«Память о Благоверном Короле Александре является Священной не только для сербского народа, но и для русского».

А. Панаиоти

«Король Александр I был Великим Монархом. На войне герой, в мирное время государственный деятель. Лучшие годы своей молодости проводит на полях сражений около своих солдат, которые его обожали и которых он также обожал. Любил свой народ и народ, сербский, также любил его. Во Дворце был настоящим сербским хозяином, презирая блеск и роскошь. Привязан к Своей Семье и верен ей — Он представляет высочайший пример чистоты и безукоризненной жизни, что патриархальный сербский народ, с его высоким понятием о чести и морали, глубоко ценил и уважал. Желал государству и народу только добра, счастья и благополучия и применил даже личный режим, чтобы сохранить единое государство, в фундамент которого заложены кости сотен и сотен тысяч сербских сынов. За границей пользовался также большим почетом, как человек с характером, как надежный друг, верный союзник и способный государственный деятель. Его трагическая смерть искренно опечалила всех друзей, а выражая признание и уважение, пригнули головы и многие неприятели.
Крупный французский государственный деятель, Раймонд Пуанкаре, Президент Французской Республики в первую мировую войну, и Аристид Бриан, глава правительства и незаменимый Министр иностранных дел, считали Короля Александра «самым умным Монархом нашего времени». Французский маршал Фош, Верховный главнокомандующий союзными армиями в первую мировую войну, и вся французская армия видели в нем символ Витязя».

Душан Петкович,
бывший секретарь Королевского посольства Югославии.

«И как человек, Король Александр возвышается высоко над остальными и очаровывает всех. О нем один очень высокопоставленный иностранец сказал недавно в моем присутствии: — Жаль что Он – Король! Будь Он простым человеком я бы хотел, чтобы Он был моим другом до смерти, настолько Он полон чувства, внимания и сердечности».

Др. Мирослав Спалайкович,
посланник Королевства Югославия в Петрограде и Париже.

Предки Монарха.

Державный правитель православной Сербии происходил из древнего сербского Княжеского Дома Карагеоргия (Karageorge), основатель которого Кара Георгий Черный (кара – по-турецки «черный»), Георгий Петер (1752-1817), родился в бедной крестьянской семье и со временем в 1804-1813 гг. оказался руководителем первого Сербского освободительного восстания против турецкого ига, приняв 23 января (5 февраля) 1804 года титул Господаря Сербии.
В 1811 году Августейший предок Монарха Кара Георгий всем народом соборно провозглашен был наследственным «верховным сербским предводителем». Государь видел свою жизнь в нераздельной дружбе с братскою Российскою Империей, всегда покровительствовавшей угнетаемым магометанами славянам. Эту веру Кара Георгий передал всем своим Державным потомкам, с которою род Карагеоргия жил многие десятилетия.
Первого (14) июля 1817 года после убийства Князя Кара Георгия, престол Сербии перешел представителю совершенно другого сербского рода – Обренович – Милошу Тодору Обренович (1780-1860), который был всегда идейным сторонником европейского прогресса и покровительства над Княжеством Сербия Австрийской Империи. В результате совершенно противоположных мнений о будущем Сербии и покровительстве над ней на протяжении нескольких десятилетий в Сербии продолжалась острая династическая борьба между двумя Княжескими Домами Карагеоргия и Обренович, в которой только Карагеоргиевичи непоколебимо стояли на стороне православия и покровительства Российской Империи.
Державный сын первого Князя независимой Сербии Александр I Георгий Карагеоргий (1806–1885) правил государством только 16-ть с небольшим лет, с третьего (16) сентября 1842 по 22 декабря 1858 (4 января) 1859 годы, но после тягостного поражения Российской Империи в Восточной (Крымской) войне 1853-1856 гг. и активного противодействия русскому влиянию на Балканах со стороны Французской и Австро-Венгерской Империй, престол Княжества Сербия на долгие 45 лет, вплоть до начала XX века, находился у Дома Обренович, последним Августейшим представителем которого оказался Король Александр I Милош Обренович (1876–1903), мученически погибший от рук своих же подданных и единоверцев.

Рождение Короля.

Славный и Благочестивый первый Государь Югославии Александр I Петер Карагеоргий появился на свет четвертого (17) декабря 1888 года вторым (младшим) Августейшим сыном в Державной семье ставшего со второго (15) июня 1903 года Королем Сербии, а с 11 (24) ноября 1918 года – первым Монархом Сербии, Хорватии и Словении Петера I Александра Карагеоргия (1844-1921) и Княгини Зорки Любицы (1864-1890).
Венценосная матушка будущего первого Монарха Югославии приходилась старшей Венценосной дочерью Князю, впоследствии первому Королю Черногории Николе I Мирко Петеру Негош (1841-1921).
Государь Александр Петер Карагеоргий появился на свет Божий в шестой год счастливой семейной жизни Августейших родителей, которые браковенчались19 июля (1 августа) 1883 года в столице Княжества Черногория граде Цетинье. К несчастью, Венценосная матушка Государя скончалась 16 (29) марта 1890 года на 26-м году от рождения, успев явить на свет Божий четверых Державных детей.

Державные сродники Государя.

Первой в Августейшей семье на свет Божий 23 октября (5 ноября) 1884 года появилась Принцесса Сербии и Югославии Елена Петер Карагеоргий (1884-1962), которая браковенчалась в русском Петергофе со Святым Мучеником Князем Императорской Крови Иоанном Константиновичем (1886-1918), Августейшим правнуком Государя Императора Николая I Павловича «Подвиголюбивого» (1796-1855), от которого на свет Божий появились Князь Всеволод Иоаннович (1914-1973) и Княжна Екатерина Иоанновна (р. 1915). Вдовствующая Княгиня и Принцесса Елена Петер Карагеоргий скончалась третьего (16) октября 1962 года во Франции, в г. Ницца на 78-м году от рождения.
Принцесса Сербии Милена Петер Карагеоргий (1886-1887) появилась на свет Божий 16 (29) апреля 1886 года, однако, к великому огорчению Августейших родителей, скончалась девятого (22) декабря 1887 года на втором году от рождения.
27 августа (9 сентября) 1887 года Августейшая семья будущего Монарха осчастливлена была появлением на свет Божий Принца Георгия Петера Карагеоргия (1887-1972), который со второго (15) июня 1903 года по 15 (28) марта 1909 года являлся Августейшим наследником престола Королевства Сербия с титулом Кронпринца. К сожалению, Кронпринц вынужден был отречься от престола в пользу младшего Августейшего брата – Принца Александра Петера Карагеоргия после трагических обстоятельств – убийства в состоянии гнева своего камердинера. С 1925 года Принц Георгий Петер Карагеоргий пребывал в лечебнице для душевно больных, проведя в ней по настоянию старшего Августейшего брата и Короля 16-ть лет, вплоть до освобождения его немецкими войсками, оккупировавшими в 1941 году Королевство Югославия. Принц Георгий Петер Карагеоргий с 1949 по 1955 гг. пребывал в морганатическом браке с Радмилой Радонич (1907-1993), от которой потомства не оказалось.
Принц скончался в столице страны граде Белград четвертого (17) октября 1972 года на 86-м году от рождения, пережив многих Державных сродников.

Воспитание и образование.

Крестный сын Государя Императора Александра III Александровича «Миротворца» Принц Александр Петер Карагеоргий получил блестящее образование в Российской Империи, куда прибыл из Швейцарии вместе с Августейшим родителем и старшими Державными братом и сестрой в 1899 году, где воспитывался в приготовительных классах Императорского Училища правоведения.
В августе 1905 года Принц поступил в Пажеский Его Императорского Величества корпус в Царствующем граде Санкт-Петербурге. По словам директора Корпуса генерала от инфантерии Николая Алексеевича Епанчина (1857-1941), Святой Мученик Государь Император Николай II Александрович «Многострадальный» (1868-1918), объявляя генералу о зачислении Принца в Пажеский корпус, сказал: «Смотрите на Него как на Моего сына». «Указание краткое, но совершенно определенное; это отнюдь не значило, что Королевич должен воспитываться в каких-то особых условиях. Зная Государя, я понял Его указание как желание заменить молодому человеку Его отца, пока Он будет в России… Поведение Королевича было во всех отношениях прекрасное; оно не оставляло желать ничего лучшего и с начальниками, и с преподавателями, и с товарищами; но в первое время учебные занятия были недостаточно успешными. Трудно было Ему учиться в новых условиях жизни, совершенно иных, чем те, которые были в Белграде. Русским языком Он владел вполне, но одно из главных затруднений – слабая подготовка, которую Он получил в Белграде».
Однако впоследствии, по словам генерала, «Он стал учиться с большим вниманием и усердием; учебные успехи Его значительно увеличились и вскоре не оставляли желать лучшего».
В 1907 году, с чувством любви и признательности к русским, второй Августейший сын короля Петера I Александра Карагеоргия вернулся на родину, поскольку «петербургский климат был для него вреден». Однако Принц продолжал заниматься по программе Пажеского корпуса и в 1910 году окончил полный курс Корпуса.
В 1909 году в семье Принца разыгралась трагедия, в результате которой старший Августейший брат его Принц Георгий Петер Карагеоргий вынуждено отказался от престолонаследия. Так, Промыслом Принц Александр призван был стать Державным наследником престола Сербского Королевства, чтобы спустя несколько лет с оружием в руках защищать страну и народ от вторжения германо-австро-венгерских войск.

Во время I и II Балканской войны.

Во время I и II Балканской войны в 1912-1913 гг. Наследный Принц Александр Петер Карагеоргий командовал Первой Сербской Королевской Армией.
Как рассказывал российский посланник в 1909-1914 гг. в Белграде Н. Г. Гартвиг: "В битве под Кумановым Наследный Принц Александр проявил исключительную отвагу. В то время как турки сплошным ливнем шрапнелей и винтовочных пуль осыпали сербские позиции, Королевич верхом объезжал фронт, будучи заметной и притягательной мишенью для турок. Мало того, когда, наконец, после жестокого кровопролитного боя Куманово было взято, Принц Александр первым въехал в павший город. А между тем засевшие в домах албанцы и турки отстреливались изо всех окон, и чуть ли не каждую мусульманскую лачугу приходилось брать штурмом..."
Во время пребывания Его Королевского Высочества в Санкт-Петербурге в 1913 году Святой Государь Мученик Николай II Александрович «Многострадальный» Высочайше пожаловал Наследному Принцу Императорский орден Святого равноапостольного Великого Князя Владимира 4-й степени.
28 июля (10 августа) 1913 года Наследный Принц участвовал от имени Королевства Сербия в подписании Бухарестского мирного договора между Королевствами Сербия, Греция, Черногория, Царством Болгария и Королевством Румыния.
31 октября (13 ноября) того же года Державный наследник участвует в подписании договора о разграничении между Королевствами Сербия и Черногория, а после окончания II Балканской войны Августейшим родителем Высочайше пожалован был золотой медалью Милоша Облича.
25 июня (8 июля) 1914 года, в связи с болезнью Августейшего родителя – Короля Сербии Петера I Александра Карагеоргия, Наследный Принц Александр Петер Карагеоргий, Высочайше назначен был Принцем-Регентом Сербского Королевства.

Аннексия Боснии и Герцеговины.

Австро-Венгрия под предлогом строительства железной дороги через Ново-базарский санджак первой нарушила статус-кво на Балканах, на что болезненно отреагировали Российская Империя и Балканские Монархии.
Святой Государь Император Мученик Николай II «Многострадальный» принимая в Санкт-Петербурге 15 (28) февраля 1908 года бывшего посла Австро-Венгрии, Высочайше назначенного Министром иностранных дел, Барона и Андреевского кавалера Алоиза фон Эренталь (1854-1912) сказал ему, что Он ценит дружбу Императора Франца Иосифа I Карла фон Габсбург-Лотаринг (1830-1916), хотя эта дружба никогда не была популярна в России.
Святой Государь сказал, что Он намерен продолжать ее впредь, «хотя Ему эту задачу весьма затрудняют». Здесь Монарх имел в виду общественное мнение в России, действие и выпады по преимуществу еврейской печати и т. п. В это же время, как нельзя «кстати» для врагов мира и политического равновесия на Балканах, произошла революция младотурков в Османской Империи и последующее за тем провозглашение конституции, что создало правовой прецедент к пересмотру ранее данных условий мировых держав к Турции, в частности, к управлению ею провинций Босния и Герцеговина.
В этот сложный исторический момент Барон и кавалер Алоиз фон Эренталь 24 сентября (7 октября) 1908 года от имени Императора объявил об аннексии Австро-Венгерской Империей Боснии и Герцеговины, объясняя этот шаг необходимостью дать этим провинциям представительные органы, дабы местное население не оказалось в невыгодном положении по сравнению с турецкими владениями. Одновременно с этим Князь и Андреевский кавалер Фердинанд I Максимилиан Карл Леопольд Мария фон Саксен-Кобург и Гота (1861-1948) провозгласил полную независимость Болгарии и принял титул Царя. Оба эти акта, несомненно, были односторонним отказом от соблюдения обязательств, заключавшихся в Берлинском трактате, заключенной державами первого (14) июля 1878 года.

Угроза войны.

Одностороннее присоединение к Австро-Венгерской Империи турецких провинций Босния и Герцеговина восприняли с возмущением как в Российской Империи, так и в Королевстве Сербия, справедливо считая это действие первым шагом к установлению гегемонии Австро-Венгрии на Балканах, т. е. как самовольное присоединение Империей исконных славянских земель.
В ответ славянское движение в России и на Балканах решительно оживилось. Франция и Великобритания также отрицательно отнеслись к решению Австро-Венгерской Империи. Сербское Королевство ожидало, когда Российская Империя заступится, однако Святой Государь Мученик уклонялся от обострения дальнейшего конфликта в Европе, грозившего мировой войной и последующей катастрофой, о которой, Монарх, безусловно, знал из пророчеств русских Святых.
Австро-Венгрия, к руководству которой пришли доверенные лица Наследного эрцгерцога Франца Фердинанда Карла Луиса Марии д'Эсте, решилась воспользоваться случаем, чтобы силою утвердить свое преобладание на Балканах, и начала грозить Сербии войной, если та не признает аннексии. Сербское Королевство отвечало, что этот вопрос должен быть разрешен «международным трибуналом». Положение становилось угрожающим. В этот момент Германская Империя выступила с предложением о посредничестве, сообщив о том Российской Империи, которая после недолгих размышлений согласилась на аннексию, чем разрешила конфликт. Однако Боснийский кризис оставил глубокий след в международных отношениях и, в итоге, стал детонатором будущей разрушительной войны.

1914-й год.

Путешествуя по Балканам, Наследный эрцгерцог Франц Фердинанд Карл Луис Мария д'Эсте, будучи генеральным инспектором вооруженных сил Австро-Венгерской Империи, вознамерился посетить в этом качестве столицу Боснии город Сараево, где не мог не ощущать враждебного отношения к своей персоне со стороны местного православного населения. При этом Державный наследник отдавал себе отчет в рискованности подобной поездки, тем более, что ходили упорные слухи о готовящимся на него покушении.
О том стало известно даже Йовану Иовановичу, сербскому Министру иностранных дел в Вене. Министр Иованович предупредил Наследного эрцгерцога о грозящей ему опасности, но Державный наследник, как и следовало ожидать, отмахнулся и 12 (25) июня 1914 года вместе со своей Венценосной супругой, Герцогиней Софией Марией Альбиной фон Гогенберг, отправился на юг.
На июнь 1914 назначены были крупные маневры в Боснии, причем, это было привязано ко дню Святого Вита и 525-летию годовщины исторической битвы на Косовом поле 1389 года, когда турецкие войска разбили сербов, и Сербия на несколько столетий попала под власть Османской Империи. Маневры в такой памятный день восприняты были сербским народом как оскорбление национальных чувств. Впрочем, из без этой роковой ошибки, участь Августейшего наследника оказалась предрешенной – многие сторонники войны в Европе, ожидали этого убийства, как сигнал к войне за передел мира.

«Черная рука» заговора.

Наследный эрцгерцог и его свита провели ночь на 15 (28) июня 1914 года в отеле "Босния" в Илидце, в полусотне километров юго-западнее Сараево. В соответствии с программой высокий гость должен был присутствовать на приеме в городской ратуше, а затем планировалась поездка по городу и осмотр его достопримечательностей.
Как потом выяснилось, в толпе, приветствовавшей проезжавшего 15 (28) июня 1914 года мимо Наследного эрцгерцога Франца Фердинанда Карла Луиса Марии д'Эсте, находилось не менее семи террористов, принадлежавших к тайному сербскому обществу «Черная рука», девиз которого гласил: «Объединение или смерть».
Устав общества «Черная рука» был в свое время опубликован. Привожу два первых пункта из 37:
«1) Настоящая организация создается в целях осуществления национального единения всех сербов. Входить в нее может каждый серб, без различия пола, вероисповедания и места рождения, а также все лица, искренно сочувствующие ее целям.
2) Настоящая организация предпочитает террористическую деятельность идейной пропаганде. Поэтому она должна оставаться совершенно секретной для не входящих в нее людей...»
По 33-й статье, смертные приговоры, выносившиеся «Верховной центральной управой», приводились в исполнение, «каков бы ни был способ осуществления казни», что объясняет присутствие на печати общества ножа, бомбы и яда.
По статье 35-й, члены «Черной руки» клялись в верности ей «перед Богом, согревающим меня солнцем, питающей меня землей и кровью моих предков».
Устав и печать проясняют характер «Черной руки» - тайного общества карбонарского типа, не возводившего себя ни к Адаму, ни к Филиппу Македонскому и не ставившего себе мировых задач. По всему было видно, что общество организовали для конкретной цели – террора и развязывания войны на Балканах. Руководили им решительные люди, очевидно, пользовавшиеся черепами и кинжалами для воздействия на романтическую природу сербской молодежи, погруженной в национальную идею освобождения православной Боснии от католического и исламского гнета.
К «Черной руке» принадлежал и исполнитель убийства Наследного эрцгерцога – 19-летний гимназист Гаврило Принцип (1894-1918). Во главе общества стоял полковник Драгутин Димитриевич, одновременно возглавлявший разведку генерального штаба Сербии. Члены «Черной руки» знали его под псевдонимом Апис.
Как только Димитриевич – Апис получил сообщение о намерении Наследного эрцгерцога посетить Сараево, он принял самостоятельное решение о покушении, без труда найдя трех студентов (Неделько Кабриновича, Трифко Грабеца и Гаврило Принципа), горевших искренним желанием принять в нем участие, поскольку терроризм и анархизм среди молодежи Европы был, к несчастью, весьма популярен.
Апис представил такую возможность членам «Черной руки», заставляя повторить их полную клятву тайного общества: «Солнцем, греющим меня, землей, питающей меня, Господом, кровью моих предков, своей честью и жизнью я клянусь в верности делу сербской национальной идее и готовности отдать жизнь за него». Каждому из исполнителей предстоящего убийства дали пистолет и гранату, а чуть позже еще и шесть бомб, четыре браунинга и дозу цианистого калия для того, чтобы они успели покончить с собой во избежание ареста. Апис организовал террористам переход через боснийскую границу. Там они отсиживались некоторое Время в домике Данило Илича, члена отделения общества в Сараево.
Следуя инструкциям Аписа, Илич принял еще четверых добровольцев, вызвавшихся убить Наследного эрцгерцога. По субъективному утверждению историка Роберта Эрганга, «несколько членов сербского кабинета, включая премьер-министра, знали о заговоре, и будь у них намерение помешать покушению, они легко бы с этим справились».
Подобные этому утверждения и сейчас используют враги православия и сербской государственности, как идеологический штамп и раздражитель в сознании большинства европейцев и их потомков, пострадавших от разрушительных последствий Великой войны.

День мировой катастрофы.

12 (25) июня 1914 года Державный наследник Австро-Венгерского престола 50-летний Эрцгерцог Франц Фердинанд Карл Луис Мария д'Эсте прибыл в Боснию и Герцеговину на военном корабле, для проведения маневров, на которых он должен был присутствовать как генеральный инспектор Австро-Венгерской Имперской армии.
Маневры прошли успешно и 15 (28) июня должна была состояться политическая часть визита: торжественный проезд наследника по Сараево и посещение органов самоуправления.
В тот день Наследный эрцгерцог и его Венценосная супруга, Герцогиня София Мария Альбина фон Гогенберг встали рано и до отъезда успели побывать на утренней мессе. В 9 часов 30 минут четыре открытых автомобиля отъехали от гостиницы. В начале одиннадцатого часа кортеж не спеша продвигался по набережной Аппеля вдоль реки Милячки.
Наследный эрцгерцог, желавший чтобы народ имел возможность как следует разглядеть будущего Императора, одет был в форму генерала от кавалерии – голубой мундир, черные брюки с красными лампасами, высокую фуражку с зелеными попугаичьими перьями. На Венценосной супруге Державного наследника – нарядное белое платье и широкая шляпа со страусовым пером. Всё проходило торжественно и празднично – прогремели над городом 24 залпа приветственного салюта, люди на набережной махали руками, выкрикивали приветствия на немецком и сербском языках. В воздухе плыл звон колоколов: в церквах отмечали день Святого Вита.
Кортеж, направлявшийся в ратушу, поравнялся уже с мостом Цумурья, как вдруг некий юноша из толпы взмахнул рукой и бросил какой-то предмет в автомобиль Августейшего наследника. Предмет либо ударился о сложенную полотняную крышу, либо отражен был рукой Наследного эрцгерцога – во всяком случае, отлетел под колеса машины сопровождения, и с оглушительным грохотом взорвался под колесами. Так началось это покушение.
Брошенная бомба начинена была гвоздями, которыми оказались ранены двадцать человек в толпе и два офицера из свиты. Сам же Наследный эрцгерцог, по воле Божией, совсем не пострадал, у Герцогини же легко оцарапало шею. На набережной воцарилось смятение: машины остановились, окутанные пылью и едким дымом, кто-то из пострадавших дико кричал. На кинувшего бомбу юношу бросился один из офицеров, ему почему-то стал мешать оказавшийся рядом полицейский. Тем временем, террорист, которым оказался Неделько Габринович, успел достать из кармана яд, проглотить его и броситься в реку. Однако яд не подействовал, и прямо на мелководье террорист был, наконец-то, схвачен.
Перед тем как приказать быстро следовать дальше, Наследный эрцгерцог успел поинтересоваться состоянием раненых, при этом пребывая вне себя от гнева, а потому когда в ратуше городской глава Фехим Чурчич, не подозревавший о покушении, начал цветистую речь, Державный наследник резко оборвал его словами: "Господин староста! Я приехал в Сараево с дружеским визитом, а Меня тут встречают бомбами. Это неслыханно! Хорошо, продолжайте".
После приветствия Чурчича Державный наследник овладел, наконец, собой и произнес приготовленную им речь, сымпровизировав в конце по-немецки: "Сердечно благодарен за радостные овации, которые Мне и Моей супруге приготовило население, тем более что так оно выражает радость по случаю неудавшегося покушения", и по-сербски "Прошу передать населению вашего прекрасного города мой сердечный привет и засвидетельствовать Мои расположение и признательность". Вслед за тем Державный наследник осмотрел колонный зал ратуши и распорядился ехать в больницу навестить раненых офицеров.
На этот раз автомобили ехали быстрее. Рядом с Державным наследником по-прежнему сидели Венценосная супруга и военный губернатор Боснии генерал Потиорек. На левую подножку машины с обнаженной саблей вскочил Граф фон Гаррах. На углу улицы Императора Франца Иосифа I Карла фон Габсбург-Лотаринг генерал Потиорек заметил, что экипаж едет не в ту сторону, и резко приказал шоферу изменить маршрут. Машина затормозила и, наехав на тротуар, остановилась. По злополучной случайности на этом месте, в паре метров справа от автомобиля, стоял 19-летний Гаврило Принцип – следующий из подготовленных «Черной рукой» террористов, которых, как показало позднее следствие, всего было шесть.
После неудачи террориста Габриновича Гаврило Принцип лихорадочно метался по улицам, успел спешно испить в кофейне чашку кофе, а в момент, когда экипаж с Августейшей четой остановился, в оцепенении стоял, не веря своим глазам. Наследника трона он тотчас узнал и, выхватив из кармана револьвер, поскольку возиться с бомбой не было уже времени, стал стрелять практически в упор. На часах было 10 часов 50 минут.
Первая же пуля разорвала сонную артерию Наследного эрцгерцога, вторая перебила брюшную аорту его Венценосной супруги. Отлетела фуражка с зеленым султаном, белое платье обагрилось кровью. Герцогиня София Мария Альбина фон Гогенберг безжизненно сползла на пол. Венценосная чета уходила из жизни в мучениях, обливаясь кровью. Последними словами Державного наследника были: "Софи, Софи! Не умирай ради детей!". Герцогиню привезли в правительственный Дворец уже мертвой, Наследный эрцгерцог Франц Фердинанд Карл Луис Мария д'Эсте в беспамятстве дышал еще пятнадцать минут и испустил дух.
На набережной, тем временем, схватили стрелявшего Гаврило Принципа; первым на убийцу бросился случайный сербский студент, потом сбежались жандармы, офицеры. Убийца отчаянно сопротивлялся, пытался проглотить яд и застрелиться – ему не дали. В свалке, по счастливой случайности не взорвалась бывшая при нем бомба. Принципа много били, нанесли несколько ударов саблей, позднее в тюрьме ему пришлось ампутировать руку. Оказавшийся, как будто случайно, рядом с убитыми фотограф-любитель снял едва ли не самый момент покушения. Однако никто еще в то утро не знал, кроме организаторов покушения, что выстрелы в Сараево станут сигналом к началу Великой братоубийственной бойни европейских народов.
Император Франц Иосиф I Карл фон Габсбург-Лотаринг похоронил Августейшего племянника и его Венценосную супругу весьма сдержанно, если не сказать бесстрастно. Монарх положил на могилу Герцогини две белые перчатки, что означало, признание со стороны Государя покойной лишь в качестве придворной дамы.
Тем временем, Австро-Венгерское Имперское правительство приступило к тщательному расследованию убийства, желая извлечь из него максимальную выгоду и результат, с тем, чтобы представить доказательства заговора против Империи со стороны славянских народов и их Державных руководителей.
Принесенные Сербской стороной соболезнования и искренние извинения со стороны Короля Петера I Александра Карагеоргия (1844-1921) и Августейшего наследника – Регента-Принца Александра Петера Карагеоргия вполне могли удовлетворить в тот момент Императора Австро-Венгрии. К несчастью, престарелый Монарх уже не управлял государством как прежде – на руководящих постах Империи пребывали сторонники войны и решительного разгрома славянского единства в Европе. Вена твердо вознамерилась уничтожить не только Королевство Сербия, но любого, кто встанет на ее защиту. Начавшаяся в прессе антисербская истерия захлестнула умы и сердца австрийцев, Германия, давняя союзница Империи, уже была не в состоянии образумить Дом Габсбург-Лотаринг.

Следствие и приговор.

Полиция арестовала почти всех заговорщиков. К суду привлечено было 25 человек, и среди них – Илич, Грабец и Попович.
Судебное заседание длилось всего неделю, после чего объявлен был приговор: Илич, признанный руководителем заговорщиков, был казнен, Гаврило Принцип, Кабринович и Грабец – к двадцати годам каторжных работ, Попович – к тридцатилетнему заключению. Для большинства осужденных это означало медленную смерть, что и произошло: Кабринович и Грабец умерли от туберкулеза и недоедания через два года. Гаврило Принцип, который произвел смертельные выстрелы, дожил до 1918 года. И только Поповичу удалось, отсидев весь срок, выйти на свободу уже пожилым человеком.
Убийца Гаврило Принцип, как несовершеннолетний, избежал смертной казни. Вынесенный ему приговор – странный и сложный гласил: двадцать лет тюремного заключения, с одним днем полного поста в месяц и с заключением в какой-то особый карцер в каждую годовщину Сараевского дела. Приговор этот чужд был по духу и русскому и французскому законодательству, однако надо признать, что в большинстве стран Европы Гаврило Принципв ожидала бы казнь.
Судил убийцу гласный суд, на который допущены были журналисты со всех стран. Пыткам террорист не подвергался ни на следствии, ни позднее, в заключении. Напротив, обращались с ним, по его собственным словам, хорошо. Каземат, в котором сидел виновник убийства Державного наследника престола Австро-Венгерской Империи до перевода в больницу, был холодный и сырой, а потому у террориста развилась чахотка. Условия для нее были достаточно благоприятны, поскольку в пору Великой войны, особенно в 1917-1918 гг., все подданные Империи, за исключением, очень богатых и ловких людей, находились в состоянии хронического недоедания. Нетрудно себе представить, как кормили в тюрьмах, да еще осужденных по такому делу. Едва ли Гаврило Принцип умер от голода; он умер от сочетания голода с раной и с тяжкими моральными страданиями.
О Великой войне, доходили до ее виновника печальные вести. Так новость об отступлении русских войск в 1915 году произвело на Гаврило Принципа впечатление ужасающее. С мыслью о том, что все пропало, Принцип и умер в апреле 1918 года, в пору высших, но последних успехов германского оружия, за три месяца до начала наступления верховного главнокомандующего союзными войсками стран Антанты французского маршала Фердинанда Фоша (1851-1929).
Сараевский убийца умер в полном одиночестве, совершенно незаметно — в камере в тот момент никого не было. Наутро часовой заметил, что уж очень неподвижно лежит на своей койке этот, столь нашумевший в мире заключенный. Позвали коменданта, врача, все как полагается. Так, человек, из-за которого возникла мировая война, был мертв.
Похоронили Гаврило Принципа ночью, где-то в поле. Присутствовавший на этих ночных похоронах австрийский солдат, славянин по происхождению, записал, как мог, где именно в поле погребен убийца Державного наследника Австро-Венгерского престола. По заметке солдата впоследствии отыскали тело террориста и перевезли его на родину. Вторые похороны террориста происходили совершенно иначе. На той самой улице Сараево, где когда-то было совершено преступление, и теперь находится музей в честь убийцы, давшего повод для развязывания Первой мировой войны. В Сараево есть даже мост, названный в честь террориста.

Ультиматум Австро-Венгерской Империи.

Империя воспользовалась этим трагическим происшествием в своем давнем желании уничтожить православную Сербию, а потому Правительство Австро-Венгерской Империи, считавшее Королевство Сербия ответственной за покушение в Сараево, отправило сербскому правительству ультиматум с такими требованиями, которых ни одно независимое государство не могло бы принять.
Регент и Кронпринц Александр Петер Карагеоргий обратился к Государю Императору Николаю II «Многострадальному» со следующей телеграммой:
«Требования Австро-венгерской ноты без необходимости представляют унижение для Сербии и не согласованы с достоинством независимого государства. От нас требуют в повелительном тоне официального заявления в «Сербских новостях» и Королевского приказа армии, которыми будут нами самими пресечены вое выступления против Австрии и признаны справедливыми обвинения в наших вероломных происках. Требуется допустить австрийских чиновников в Сербию, которые вместе с нашими будут вести расследование и контролировать исполнение других требований ноты. Нам предоставлен срок в 48 часов принять все, иначе Австро-венгерское посольство покинет Белград. Мы готовы принять Австро-венгерские требования, которые согласованы с позицией независимого государства, а также и те, которые были бы предложены нам Вашим Величеством; все лица, участие которых в убийстве будет доказано, нами будут строго наказаны. Некоторые требования не могут быть исполнены без перемены законов, а для этого требуется время. Нам предоставлен слишком короткий срок... На нас могут напасть после истечения срока, т. к. на нашей границе группируются Австро-венгерские войска. Нам невозможно защититься и поэтому прошу Ваше Величество прийти как можно раньше нам на помощь...»
Первого (14) июля 1914 года Святой Государь Мученик Николай II Александрович ответил:
«Ваше Королевское Высочество, обращаясь ко Мне в столь тяжелый момент, не ошиблось в чувствах, которые Я питаю по отношению к Нему и в Моем сердечном расположении к сербскому народу. Самым серьезным образом Мое внимание обращено на настоящее положение и Мое правительство всеми силами старается преодолеть настоящие трудности. Я не сомневаюсь, что Ваше Высочество и Королевское правительство облегчат эту задачу, не пренебрегая ничем, что могло бы привести к решению, которое предотвратит ужасы новой войны, соблюдая в то же время достоинство Сербии. Все Мои усилия, пока будет хотя бы самая маленькая надежда избежать кровопролитие, будут направлены к этой цели. Если, вопреки нашему самому искреннему желанию, успех не будет достигнут. Ваше Высочество может быть уверено, что ни в каком случае Россия не останется равнодушной к судьбе Сербии».
В разговоре со своим шурином, Великим Князем Александром Михайловичем (1866-1933), Святой Государь Мученик Император Николай II Александрович, на вопрос о том мог ли Он избежать войны, ответил дословно следующее: «Я мог избежать войны, если бы хотел совершить акт предательства по отношению к Сербии и Франции, но это не в Моем характере».

Начало Великой войны.

С убийства в г. Сараево, началась братоубийственная Великая мировая война 1914–1918 гг., - первый конфликт мирового масштаба, в который вовлечено было 38-мь из существовавший в то время 59-ти независимых государств.
Около 73,5 миллиона человек оказались мобилизованы; из них убиты и умерли от ран девять с половиной миллионов человек, более 20 миллионов получили ранения, три с половиной миллиона человек навсегда остались калеками.
Главным же трагическим последствием войны стало уничтожение трех христианских Империи, пребывавших до того в родственных и кровных узах не одно столетие. Алчность и гордость одних погубили все, что создавалось, по воле Божией, с такими усилиями!
День 15 (28) июня не охотно вспоминают в Европе, в том числе и в братской Сербии, что является не позволительным легкомыслием. К несчастью, в России до сих пор пребывают у власти те, кто предпочитает хранить в забвении события июня-июля 1914 года и все последующие события Великой войны. Россия и теперь не чтит должным образом героев Великой войны, страдальцев и мучеников, первыми положившими душу свою за Веру, Царя и Отечество. А потому нам следует непрестанно и сугубо молиться о душе всех убиенных и умученных христианах, скорбный счет которых начался с убийства 15 (28) июня 1914 года Наследного эрцгерцога Франца Фердинанда Карла Луиса Марии д'Эсте и его Венценосной супруги.
15 (28) июля 1914 года Австро-Венгерская Империя объявила войну Королевству Сербия.
Кронпринц и Регент Александр Петер Карагеоргий Высочайше назначается Августейшим родителем Верховным Главнокомандующим, полностью деля со своими солдатами и горечь поражений, и радость побед Сербской Королевской Армии.
24 июля (6 августа) Королевство Сербия объявляет войну Германской Империи, а 25 октября (7 ноября) – Османской Империи.
19 июля (1 августа) Германская Империя объявила войну Российской Империи, а 21 июля (3 августа) – Французской республике.
22 июля (4 августа) Великобритания объявила войну Германской Империи.
10 (23) августа 1914 года на стороне стран Антанты выступила Японская Империя.
27 ноября (10 декабря) 1914 года Сербские Королевские войска разбили наголову и взяли в плен 20 000 австрийцев при освобождении Белграда.

Высочайшая награда.

За мужество и личную храбрость Принц-Регент Александр Петер Карагеоргий Высочайше пожалован был Святым Мучеником Государем Императором Николаем II Александровичем орденом Святого великомученика и Победоносца Георгия 4-го класса.
В том же 1914 году Наследный принц Александр Петер Карагеоргий Высочайше пожалован был высшим Императорским орденом России – Святого Апостола Андрея Первозванного.

Сербская Королевская армия.

О ходе военных действий в 1914-1915 гг. Сербской Королевской армии приведем здесь два отрывка из русской газеты «Нива», № 42-48, за октябрь-ноябрь 1915 года, в которых русским военным корреспондентом дается истинная характеристика мужества и героизма Сербской Королевской армии.
«В начале последней войны Сербия имела армию в 80.000 человек мирного состава, которая при открытии военных действий была доведена до 300 000 человек. После призыва войск второй очереди численность сербской армии была доведена до полумиллиона.
Сербская армия состояла из девяти дивизий. В каждой дивизии было 36 орудий и 16 пулеметов и один кавалерийский полк с четырьмя эскадронами. Если принять во внимание, что к концу 1914 года до 150.000 человек выбыло из строя сербской армии, а в начале нынешнего года вспыхнувшая эпидемия пятнистого тифа унесла до 50.000 человек, то убыль всей армии можно предположить в 200.000 солдат.
В 1915 году Сербия не вела почти никаких крупных операций. По сообщению «Армейского Вестника», сербская армия занялась серьезным пополнением своих рядов. В приказе, напечатанном в сербском официальном органе от 16 (29)-го июля текущего года, было сразу произведено новых 4 200 капитанов и субалтерн-офицеров. Пополнение к настоящему времени уже доведено до конца. Все 17-ти и 18-летние юноши были зачислены в войска, и таким образом снова набрано до 150.000 человек. Если прибавить этих новобранцев к старым войскам, то численность сербской армии можно считать в 250—300, самое большее 350 тысяч человек. Вооружение их, особенно артиллерии, стоит на высоте современных технических требований, а что касается боевого опыта, то, разумеется, он значительно превосходит опыт болгарской армии, разгромленной два года назад на Овчем поле и реке Брегальнице.
Во время последней балканской войны, по сообщению бывшего министра-президента И. И. Гешова в его новой книге «Балканский союз», Болгария выставила всего 563.000 человек. В то время Сербия выставила 350 000, а Греция 215 000.
Таким образом, сербская и греческая армии сообща могут выставить больше войск, чем одна Болгария. Но в расчете необходимо принять еще и Румынию, которая и в 1913 году вмешалась в братоубийственную войну. Численность румынской армии превосходит, в случае мобилизации, 600,000 человек».

Бой на улицах Белграда.

«Участник этого страшного, ожесточенного боя, офицер сербской армии Григорий Стефанович, сообщает в «Русском Слове», что вначале было решено сдать город без боя. Сербы вынуждены были принять бой на улицах своей столицы, когда выяснилось, что пути отступления отрезаны, и пробиться можно лишь силой. К тому же необходимо было спасти десятки тысяч людей, которые в последнее время вернулись в Белград и не могли выехать оттуда. Несмотря, однако, на полную неожиданность, сербские войска заставили немцев дорого заплатить за их столицу.
Главный бой разыгрался в квартале Теразии, где в течение двух дней происходила рукопашная борьба на улицах. Особенно упорный бой разыгрался на улице Князя Михаила, возле Дворца, а также у здания русского посольства. В этих местах были навалены горы трупов, которыми сражающиеся пользовались, как прикрытием.
В бою принимали участие не только войска, но и оставшиеся мирные жители, подростки и мальчики, которые устраивали баррикады, рыли окопы и т. д.
Сербы очистили Белград после трехдневного боя, когда армии их отошли за город, и когда большинству жителей удалось выехать. Войдя в город, немцы застали там лишь развалины и горы трупов».

Борьба в Сербии.

«Центральным стратегическим событием последних дней была, конечно, сербская операция. Как известно, сербский театр военных действий представляет собою два района: глав­ный район, где действуют австро-германские и болгарские войска, а именно — район прежней Сербии, и второстепенный район — район Македонии, где действуют войска англо-французского десанта и небольшая группа сербских войск.
С развитием наступления австро-германцев стало известно, что австро-германские силы значительно больше того, что можно было ожидать. Австро-германцы, пользуясь тем, что фронт их на русском театре сократился, благодаря тому, что достиг линии трудно-проходимых Пинских болот, смогли, в общем, сосредоточить против Сербии до шестнадцати дивизий, значительные силы ландштурма и особую австрийскую конную массу. Все эти войска, общей численностью до 350 тысяч, были раз­делены на две армии: армию венгерского генерала Кевесса фон Кевешхаза и армию германского генерала Гальвица, — того самого, который в свое время на нашем фронте перепра­вился через реку Нарев и стремился закрыть, крайне не­удачно, выход из «варшавского мешка».
Армия Кевесса состояла из четырех германских и двух австрийских дивизий, двух дивизий германского ополчения — ландштурма и австрийской конницы. Всего около 120 тысяч человек при 450 орудиях. Армия генерала Гальвица состояла из десяти дивизий германских войск, всего свыше 200 тысяч человек и до 650 орудий.
Эти две армии, переправившись с боем через Дунай, рас­тянулись вдоль всей сербской территории, от западной границы до восточной, на фронте, примерно, в 250 верст, и наступали: армия Кевесса — через западную половину Сербии, а армия Гальвица - через восточную половину Сербии. Посредине между ними пролегала долина реки Моравы, по которой проходил главный железнодорожный путь, соединяющий Австрию с Болгарией, а именно путь — Белград — Ниш — София.
В то время, когда австро-германцы наступали таким широким фронтом с севера на юг, с востока на запад насту­пали на сербов две болгарские армии - Бояджева и Тончева — всего до шести дивизий, общей численностью до 180 тысяч человек.
Наконец с юга наступала македонская группа болгарских войск, занявшая с боем Куманово и Ускюб и повернувшая отсюда с частью своих войск к северу, стремясь охватить сербскую армию у Ниша с юга.
Таким образом, на сербскую армию, расположенную в центре прежней Сербии, а именно у Крагуеваца и Ниша, наступали с трех сторон свыше 500 тысяч австро-немцев и болгар, стремясь при помощи этого двойного превосходства сил разда­вить сербов. В течение около двух недель сербы геройски оказывали сопротивление на всех трех фронтах, но вслед затем, по-видимому, по заранее определенному плану, стали отходить в общем направлении к западу, т. е. к Новобазарскому санджаку и к границам Черногории и северной Албании.
В то время, когда происходили вышеупомянутые события на, главном театре, высаженный в Салониках англо-французский десант, пройдя территорию Новой Греции, вышел в сербскую Македонию и стал наступать на находившиеся у Ускюба, Велеса и Струмицы болгарские войска. Как известно, всякая десантная операция представляется, вообще, длительной, и нам уже при­ходилось указывать, что англичане в начале войны высаживали свою 150-тысячную армию во Франции в течение трех недель. В силу таких особых условий десанта, первые высадившиеся войска были относительно немногочисленны и исчислялись, при­мерно, тысяч в 50—60 англо-французов.
Эти войска, имея перед собою третью болгарскую армию в составе не менее трех дивизий, часть которой вторглась в сербскую Македонию, а другая часть обороняла южную Болгарию, продвигались хотя и успешно, но относительно медленно, в виду численного превосходства болгарских сил. Поэтому глав­ное значение первого десанта англо-французов заключалось в том, что они отвлекли на себя до 100 тысяч болгарских сил, которые, в противном случае, должны были бы обрушиться все на ту же сербскую армию. Далее, при таких условиях, как нетрудно видеть, создалось положение, при котором: во-первых, сербские войска отходили под натиском двойных сил австро-германцев и болгар к западу от района Ниш — Крагуевац и, во-вторых, англо-французский десант приковал к себе до 100 тысяч болгарских войск, но более решительные действия этого десанта могли иметь место только в случае прибытия новых подкреплений, которые бы могли дать превосход­ство десанту над третьей болгарской армией, — что и ожидается. В силу всего этого настоящий стратегический момент обязывает как сербов, так и союзников к некоторому выжиданию, впредь до того, когда силы союзников на Балканском полуострове возрастут настолько, что можно будет рассчитывать перейти в наступление и иметь успех против соединенных сил австро-германцев, болгар и турок. Это, в свою очередь, создает отдельный, крайне запутанный, стратегиче­ский узел на Балканах, ибо ни одна сторона не пожелает уступить другой на этом театре, и вследствие этого на Балка­нах могут постепенно накопляться войска той и другой сто­роны, что, в свою очередь, поведет к ослаблению войск на главных фронтах европейской войны.
Вместе с тем выжидательное положение представлялось наилучшим для сербской армии потому, что решительное сражение с превосходными силами австро-германцев и болгар было бы для сербов слишком рискованным. Однако, так как при выжидательном положении сербам приходилось отходить под натиском превосходных сил, возникал вопрос, до какого именно предела может продолжаться это отступление.
Практически этот вопрос, конечно, разрешался в зависи­мости от австро-германского и болгарского наступления. 350 ты­сяч австро-германцев, наступающих с севера на юг, до­шли до района Крагуеваца и заняли таким образом северную половину Сербии, понеся однако при этом громадные потери. Еще большие потери понесли болгары, наступавшие в составе двух армий с востока на запад и достигшие при этом Ниша. У Ниша завязался бой.
Из этого можно видеть, что, так как в северной и вос­точной части Сербии находился противник, то сербское со­противление сосредоточилось в юго-западном углу Сербии. Ка­кое же значение имело это сопротивление доблестных сербских войск?
Кроме того выжидания прибытия союзных войск, о котором мы говорили выше, сербы, отказываясь от решительного сражения и отходя к западу, к границам бывшего Новобазарскаго санджака, в Черногорию и северную Албанию, притяги­вали на себя австро-германские и болгарские армии.
В этом именно и заключалась вся идея сербского отхода к западу. Если бы сербы дали решительное сражение, то, в виду двойного превосходства сил противника, они могли бы его проиграть, и тогда австро-германские армии вернулись бы туда, откуда они были взяты, т. е. на наш фронт, и, сверх того, в распоряжении немцев могли оказаться и турецкие и болгарские силы, которыми бы они воспользовались для главного фронта.
Совершенно иное дело — при отходе сербов к западу. В этом случае австро-немцы хотя и имели сообщение через Сербию с Болгарией и Турцией, но путь этот всегда находился под угрозой сербских войск. Вследствие этого германский штаб не мог снять австро-германских армий из Сербии, как и не мог воспользоваться турецкими и болгарскими войсками для главных фронтов. В этом заключалась серьезная услуга, которая оказывалась сер­бами союзной стратегии, и жертва наших доблестных союзников, как мы видели, была далеко не безцельна.
В этом же заключался и смысл тех новых подкреплений, которые было решено, согласно сообщениям английского министра в парламенте, послать на Балканы. Все эти союзные войска, которые уже прибыли и которые должны были прибыть, а также и сербские войска должны были не только бороться за судьбу Сербии, но должны были оттягивать на себя все те силы противника, которые находились на Балканах и которые, в противном слу­чае, могли бы хлынуть на главные фронты европейской войны и этим поколебать установившееся ныне равновесие.
Вот почему, хотя и значительная часть сербской территории занята противником, но борьба на Балканах далека от своего конца. Допустить полное торжество про­тивника на Балканах признается неправильным, так как в состав австро-германской коалиции может, в таком случае, войти новая боевая сила, предста­вляемая контингентами балканских государств. Это станет еще более понятным, если обратить внимание, что позиция Румынии и Греции еще не определилась, и что она находится всецело в зависимости от результатов борьбы на Балканах.
Из всего вышеизложенного можно ви­деть, что в течение зимнего периода, ко­торый является подготовительным к ре­шительной борьбе на главных фронтах — нашем и французскому происходить вспо­могательная операция на Балканах, ко­торая должна, в зависимости от тех или иных результатов, увеличить силы той или иной стороны к предстоящей решительной весенней и летней кампании. На Балканах в настоящее время борются за те силы и контингента, которыми каждая сторона хочет воспользоваться для того, чтобы быть сильнее тогда, когда вес­ною будут происходить самые решитель­ные моменты войны, самые решительные операции на главных фронтах. При том равновесии, которое установилось на главных фронтах войны, эти новые силы, взятые с Балкан, могут сразу дать успех какой-либо одной из сторон. И в этом стратегический смысл всех важных событий, происходящих на Балканах, и то упорство, с которым обе стороны цепляются за свои «политические и стратегические позиции» на этом полуострове».

Отход сербов к албанской и греческой границам.

«После упорной кровавой борьбы, дли­вшейся свыше месяца, немногочислен­ная сербская армия под напором превосходных сил австро-немцев и болгар постепенно эвакуировала территорию собственно Сербии, с городами Белградом, Крагуевацем и Нишем, и отошла в пределы бывшего Новобазарскаго санджака. Здесь сербо-черно-горские войска заняли позиции по реке Лиме и по горным хребтам от австрийской Герцеговины через Новобазарский санджак до горного ущелья Качаника, находящегося в Старой Сер­бии, недалеко от Ускюба.
К этому времени сербо-черногорские войска образовывали три отдельные группы: санджакскую армию, главные сербские силы и македонскую группу сербов, действовавшую совместно с союзным десантом в южной Македонии.
Упомянутые выше санджакская армия и главные силы сербов занимали после отхода от Ниша и Крагуеваца фронт, тянувшийся от Герцеговины через Новобазарский санджак до Качаника.
Главному натиску австро-германцев подвергались в Новобазарском сан­джаке главные силы сербов, опиравшиеся на линию Митровица — Приштина, и санджакская сербо-черногорская армия, расположенная несколько се­вернее и западнее, — частью в Герце­говине, частью в Новобазарском сан­джаке на реке Лиме. Против этих двух находящихся рядом войск — санджакской армии и главных сил сербов — и дей­ствовали главные массы наступающих австро-германцев и болгар в составе армий: австро-венгерской — Кевеса, герман­ской — Гальвица, первой болгарской — Бояджева и второй бол­гарской —Тодорова. Против македонской группы сербов и союзного десанта действовала отдельная македонская группа болгар, бывшая вначале в составе двух дивизий, а потом усиленная за счет болгарских армий Бояджева и Тодорова, по-видимому, до четырех дивизий, т. е. до 100 — 120 тысяч человек.
Из этого видно, что австро-германцы и болгары действовали, в свою очередь, также двумя группами, при чем одна, большая группа, где были обе армии Макензена и две болгарские армии, наступала против главных сил сербов и санджакской армии, а меньшая группа вела отдельную операцію въ южной Македонии против македонской группы сербом» и союзного де­санта.
Обратимся к действиям главных масс Макензена против главных сил сербов и санджакской армии. Главные силы сер­бов, как мы указывали выше, были в десятых числах ноября расположены на фронте Митровица — Ппиштина — Качаник. Они были атакованы большей частью армии Кевеса, всей армией Гальвица, первой болгарской армией Бояджева и частью второй болгарской армии Тодорова. При этом армии Кевеса, Гальвица и Бояджева наступали на сербов с фронта, а армия Тодорова охватывала с юга правый фланг сербов, прикры­тый Качаникским ущельем. Поэтому в Качаникском ущелье сражение затянулось и отличалось большим ожесточением, ибо ясно, что сербы не пускали болгар к Качаникскому ущелью, чтобы задержать болгарский обход.
Другая часть армии Кевеса наступала против санджакской армии, при чем рядом с Кевесом, севернее, действовал отдельный австрийский корпус генерала Саркотича, стремившийся охватить санджакскую армию со стороны ее левого фланга, находившегося в Герцеговине, у Фочи и Вышеграда.
Таким образом обе главные группы сербов — их главные силы и санджакская сербо-черногорская армия были охвачены с обоих флангов: с севера левое крыло охватывалось корпусом Саркотича из Герцеговины, а с юга правое крыло сербов охватывалось у Качаника армией Тодорова. Этот охват обоих флангов, который обыкновенно намечает полное такти­ческое окружение, и дал повод австро-германцам и болгарам уверять, что они окружат сербов и вынудят их к капитуляции. Однако сербы и черногорцы, охваченные с обоих флангов, с необыкновенным мужеством продолжали оказы­вать упорное сопротивление в Новобазарском санджаке на позициях, расположенных на горных хребтах Шар-Планина и Копоник-Планина. Против обходов же сербы вели бои: против обхода правого крыла — в Качаникском ущелье, где небольшая часть сербских войск могла, благодаря узкому месту, сдерживать большие силы болгар, а против обхода ле­вого крыла черногорцы искусно отбивались на горных пози­циях в Герцеговине, у Фочи и Вышеграда.
Такое длительное сопротивление при охвате с обоих флан­гов, угрожавшем полным окружением, было необходимо сербам не столько в виду общих стратегических соображений, вынуждавших их удерживаться до прибытия подкреплений от союзников, но и вследствие того, что предстояло дать возмож­ность отойти обозам и тяжелым военным грузам, частью в Черногорию, частью в Албанию.
Силы сербов в этом кровопролитном сражении исчис­лялись немецкими обозревателями в 150 тысяч, тогда как силы австро-немцев и болгар, имевших до 23 дивизий, несо­мненно превышали сербские силы более, чем в 2 раза. Тя­желое положение сербов находилось не только в зависимости от того, что силы противника были столь многочисленны, но также и от того, что сербам все время приходилось прикры­вать пути в северную Албанию, так как в северной Албании находилась гавань Сант-Джио­ванни-ди-Медуа, служившая ба­зой для сербской армии. Это был единственный порт, при по­мощи которого сербы могли сообщаться с союзниками через северную Албанию и получать от них необходимое им снабжение.
Вполне понятно, что после того, как сербы должны были очистить территорию собственно Сербии и отойти в Новобазар­ский санджак к границам Черногории и Албании, они уже не имели возможности пользоваться средствами своей страны и имевшимися в Крагуеваце складами военных снабжений, по­чему дальнейшая оборона сербов всецело зависела от того, насколько удастся союзникам поддерживать снабжение сербо-черногорской армии продовольствием и военными припасами. Так как это снабжение шло через Сант-Джио­ванни-ди-Медуа на албанское побережье, а оттуда по долине реки Дрина к Призрену, то главным сербским силам неминуемо предстояло от­ступать в северную Албанию, на прикрытие этого пути но Дрину к Сант-Джио­ванни-ди-Медуа. В Черногорию же могла отходить лишь сравнительно небольшая санджакская армия.
При таких условиях в середине ноября 1915 года сербы под натиском противника должны были отойти с своих позиций в Новобазарском санджаке и очистить Митровицу и Ириштину. Тогда Макензен произвел, как бы при помощи движения в пол-оборота, перемещение своих и болгарских армий к югу и повел наступление на Призрень. стремясь выйти на дорогу, идущую по реке Дрину к Скугари и Сант-Джио­ванни-ди-Медуа.
Это движение главных масс австро-немцев и болгар на Призрен а следовательно и на Сант-Джио­ванни-ди-Медуа обнару­жило намерение противника вынудить сербов отойти в Черногорию Сант-Джио­ванни-ди-Медуа, единственной базой сербов, лишить возможности сербскую армию сопроти­вляться. В то же время санджакская армия отошла через границу в пределы Черногории. Из этого видно, что в середине ноября стало назревать окончательное решение всей сербской операции: главные сербские силы стояли у границ северной Албании. защищая путь от Призрена на Сант-Джио­ванни-ди-Медуа, а санджакская армия вступила в пределы Черногории, и в общем армии Макензена предстояло одолеть еще 100 верст пути до Адриатического моря, чтобы сломить сопротивление сербов. Таким образом можно было ждать решительного сражения, где небольшие сербские силы дол­жны были выполнить исклю­чительно трудную задачу не пустить далее противника на этих последних 100 верстах, остававшихся ему до моря. В случае же, если бы, вследствие неравенства сил, оказалось невозможным при­нять бой. сербам предстояло отойти в Черногорию и здесь продолжать дальнейшую ге­роическую борьбу в исклю­чительно трудных условиях, ибо при отходе сербов в Черногорию противник занял бы Сант-Джио­ванни-ди-Медуа, что лишило бы сер­бов морской связи с союз­никами, а вместе с тем и снабжения.
Одновременно с тем, как сербо-черногорские войска отошли в пределы Черно­гории и северной Албании, болгарская армия Тодорова заняла Качаникское ущелье. Как мы указывали выше, близ Качаника находится Ускюб, на который опиралась македонская группа болгар. Поэтому с занятием Качаникского перевала македон­ская группа болгар должна была усилиться за счет армии Тодорова, что, по-видимому, и вызвало наступление македон­ской группы болгар к югу, против союзного десанта и македонской группы сербов.
Союзный десант в это время занимал позицию в верстах в 15—20 впереди греческой границы, на реке Црне или Черной, до Криволака. Рядом с ним и не­сколько к западу располага­лась македонская' группа сер­бов у Прилепа. Здесь, у Прилепа, в течении свыше недели шло упорное сражение между сербами и болгарами, при чем болгары сначала заняли Прилеп, но потом сербы его вернули.
После усиления македонской группы болгар, последние, перейдя в наступление, снова заняли Прилеп, вследствие чего войска союзного десанта оказались несколько выдвинутыми вперед, и болгары имели возможность угрожать их левому флангу. Это обстоятельство вынудило войска союзного десанта отойти на пра­вый берег реки Црны, т.-е. податься назад, в сторону гре­ческой границы.
Между тем болгары, овладев Прилепом и потеснив не­большую македонскую группу сербов, подошли на 11 километров к Монастырю, что вынудило сербов приготовиться к эвакуации этого города. При таких условиях и македонская группа сербов и союзный десант, в общем, подались на­зад, к греческой границе, и оказались от нее в 12-16 верстах.
Поэтому дипломатам пришлось принять энергичные меры чтобы гарантировать спокойный отход македонской армии сербов и частям союзного десанта на территорию Греции в случае если бы такой отход понадобился. По газетным известиям, Греция обязалась не разоружать сербских войск в случае отхода их на греческую территорию. Но остался неразрешенным вопрос о том, что будут делать греки в случае, если за сер­бами и союзным десантом последуют на греческую террито­рию и болгарские войска, т. е. пустят ли греки болгар, или же окажут им сопротивление с оружием в руках.
В таком сложном положении назревало окончательное разрешение новой балканской войны как на севере, у границ Албании, где массы противника стремились наступать на Сант-Джио­ванни-ди-Медуа и этим лишить сербов возможности к дальней­шему сопротивлению, так и на юге, где массы болгар пере­шли в наступление, стараясь прижать македонскую группу сер­бов и войска союзного десанта к греческой границе...»

Монарх-воин.

Всю Великую войну 1914-1918 гг. Кронпринц-Регент Александр Петер Карагеоргий храбро сражался со своими солдатами на полях сражений.
Сербская Королевская армия, изнуренная двумя предыдущими Балканскими войнами, оказала героическое сопротивление неприятелю и одержала две блестящих побед на гг. Цере и Сувоборе в 1914 году.
Осенью 1915 года на Королевство Сербия одновременно напали Германская и Австро-Венгерская Империи и Царство Болгария, выступившее на стороне стран Тройственного союза. Под давлением объединенных и значительно превосходящих сил противника, Сербская Королевская армия отступала, героически сражаясь, перешла хребты Королевства Черногория и негостеприимную Албанию и вышла на Адриатическое побережье. Оттуда она была переброшена на греческий остров Корфу, оккупированный армией союзников, с которого, отдохнув и реорганизовавшись, направлена была на Салоникийский фронт. При этом переброска Сербской Королевской армии союзными кораблями на о. Корфу произошла лишь после решительного вмешательства Святого Государя Мученика Николая II Александровича и энергичного настояния Кронпринца-Регента Александра Петера Карагеоргия. Его Королевское Высочество отказался погрузиться на корабль, пока последний сербский солдат не будет переброшен на Корфу. Надо принять во внимание, что хотя в это время Кронпринц-Регент и оказался серьезно болен, забота Государя-воина о своих солдатах сильно повлияла на сохранение ими воинского духа.
Первым большим подвигом на Салоникийском фронте было освоение «неосвоимого» Каймакчалана. И это случилось непосредственно после переброски сербских частей на поле битвы. Прорывом Салоникийского фронта, второго (15) сентября 1918 года было ускорено окончание войны. Все это время Кронпринц-Регент Александр Петер Карагеоргий оставался со своими храбрыми солдатами, обходил их позиции, разделял с ними и радости, и тяготы, оказавшись их настоящим боевым товарищем.

Образование Королевства Югославия.

После падения Австро-Венгерской Империи 29 октября (11 ноября) 1918 года и провозглашения на следующий день Австрийской республики, 18 ноября (1 декабря) 1918 года Кронпринц-Регент Александр Петер Карагеоргий становится Державным наследником нового Королевства Сербов, Хорватов и Словенцев, к которому 31 октября (13 ноября) 1918 года после последовавшей революции, присоединилось и Королевство Черногория.
Так давняя мечта Кронпринца Александра Петера Карагеоргия осуществилась — славянские народы соединились воедино под Короной Династии Карагеоргий. Государь, разумеется, прекрасно понимал, что управлять страной с населением, представлявшим различные религии и культуры нелегкая задача, однако, Монарх все же решил принять управление обширной страной. Государь твердой рукой закладывал фундамент своего нового государства, стараясь соединить три главные ветви южных славян в одно целое.
Несмотря на тяжелую работу созидания молодого государства и формирование внешней и внутренней политики Королевства, Государь не забывал и о любимой им России.

Восшествие на престол.

Третьего (16) августа 1921 года в столице Королевства граде Белград на 78-м году от рождения остановилось сердце Короля Петера I Александра Карагеоргия.
На престол государства взошел 32-летний Кронпринц-Регент Александр Петер Карагеоргий, к тому времени уже несколько лет управлявший Королевством Сербов, Хорватов и Словенцев.
20 сентября (3 октября) 1929 года Государь провозгласил создание Королевства Югославия, став т. о. первым Монархом нового на Балканах православного государства.

Державный защитник Королевства.

Король Александр I Петер Карагеоргий, всегда отличавшийся братской любовью к русскому народу, не отождествлял Россию с засевшими в Кремле безбожниками-сатанистами и потому проводил враждебную большевицкому правительству политику, принимая необходимые меры, включая достаточно строгие, к распространителям коммунистической чумы и другим элементам: шпионам и провокаторам, угрожавшим вверенному Ему Богом Королевству.
Известно, что еще в июне 1917 года благодаря энергичной деятельности Кронпринца-Регента Александра Петера Карагеоргия покончено было с масонской организацией "Черная рука".
Во внутренней политике Королю Александру I Петеру Карагеоргий с самого начала пришлось столкнуться со многими трудностями.

«Хорватский вопрос».

После образования Королевства Сербов, Хорватов и Словенцев Монарху пришлось прийти к заключению, что объединение осуществлено слишком рано.
Сербы внесли в это объединение весь свой национальный, моральный и военный ореол, в то время как хорваты с самого начала заняли недружественную позицию, образовав «хорватский вопрос», который в большой мере тормозил прогресс государства во всех направлениях. Атмосфера становилась все тяжелее и несноснее. Дело дошло и до выстрелов в Народной Скупщтине, и убийства предводителя Хорватской крестьянской партии Степана Радича, и еще трех хорватских народных представителей. Это привело к тому, что хорватские народные представители и члены Самостоятельной демократической партии вышли из Народной Скупштины.

Установление личной власти Монарха.

При всех обострявшихся отношениях оппозиции к Белграду, Король Александр I Петер Карагеоргий 24 декабря 1928 года (6 января) 1929 года распустил Скупштину, приостановил действие Устава.
Король Александр I Петер Карагеоргий запретил деятельность любых политических партий, основанных на этнических, религиозных или региональных принципах, и установил впервые в Европе православную Королевскую диктатуру, просуществовавшую пять с небольшим лет в 1929–1934 гг.
Помимо того, в отношении большевиков и Советского Союза, Король Александр I Петер Карагеоргий с первого момента занял непримиримую позицию. При жизни Государя вплоть до 1939 года, Королевство Югославия не признавала большевицкого режима и не поддерживала с ним никаких сношений. Государь совершил это с лучшими намерениями и с одной единственной целью — сохранить тяжело приобретенное единство и территориальную целостность государства. Если бы пули объединенных преступников не прервали жизнь Монарха, вероятнее всего, что Королю Александру I Петеру с его решительностью и любовью к стране это бы удалось осуществить.

Одаренный дипломат и политик.

Во внешней политике Король Александр I Петер Карагеоргий проявил бесспорную одаренность, блестящее понимание крупных международных проблем и непреклонное стремление сохранить мир во воем мире. Уже в 1921 году Государь вместе с президентом Чехословакии в 1918-1935 гг. Томашом Масариком (1850-1937) и Королем Румынии и Андреевским кавалером Фердинандом I Виктором Альбрехтом Мейнардом фон Гогенцоллерн-Зигмаринген (1865-1927) создает Малую Антанту, цель которой была предотвращать восстановление и возвращение Династии Габсбург-Лотаринг к власти в Австрийской республике.
В 1924 году, в целях нормализации отношений с Королевством Италия, Государь подписал пакт дружбы и сердечного сотрудничества, известный под названием «Римский пакт» с Королем Италии и Албании, Императором Эфиопии, титулярным Королем Кипра и Иерусалима и Андреевским кавалером Витторио Эммануэле III Фердинандо Мария Дженнаро де Савойя (1869-1947).
Принимая во внимание сердечные отношения между Французской республикой и Королевством Югославия, оба государства заключают в 1927 году Пакт дружбы, который имел характер союза. Через десять месяцев после приостановки действий Устава, 20 сентября (3 октября) 1929 года, название Королевства Сербов, Хорватов и Словенцев заменено было на Королевство Югославия. В тот же день закончен был административный раздел государства на девять бановин.

Покровитель русских.

В отличие от других союзников по Великой войне, отвернувшихся от русских изгнанников, вынужденных покинуть свою Родину после поражения в Гражданской войне, доведенная, практически, до нищеты Королевство Сербия предоставила им приют.
В Сремских Карловцах разместился штаб Главнокомандующего Русской Армией генерал-лейтенанта, Барона Петра Николаевича Врангеля (1878-1928) и Высшее Церковное Управление, позднее – Архиерейский Синод Русской Православной Церкви Заграницей. На территории Королевства действовали русские учебные заведения, издательства, театры, библиотеки.
Помимо этого, по Высочайшему Указу Монарха был организован сербский добровольческий корпус для борьбы с большевиками. Так, Августейший кадет — Принц-Регент Александр Петер Карагеоргий великодушно простер свою руку помощи и принял оказавшихся без Родины, никому в мире не нужных русских беженцев, дав возможность бывшим подданным Российской Империи обосноваться, устроиться, работать и существовать в Королевстве, которое нуждалось в культурной и интеллигентной силе. Государь прекрасно понимал это, а потому не из корыстной цели, а по зову сердца дал убежище русским людям, стараясь отплатить добром за добро и то радушное гостеприимство, которое Монарх получил в Российской Империи, будучи еще политическим эмигрантом.
Следует не забывать, что русские беженцы были в большинстве военные, многие приехали уже не молодыми и ко всему этому, не владели языком. Несмотря на все это Государь предоставил им возможность работать, а тем, которые были в преклонных годах и не могли уж более работать, назначил пособие от государства, через созданную им же «Державную комиссию», которая ведала, многие годы, делами русских беженцев.
Благодаря Державному покровительству Короля Александра I Петера Карагеоргия в начале 1930 годов в столице Королевства граде Белград, в память убиенного большевиками Святого Государя Императора Николая II Александровича построен был знаменитый Русский Дом – духовный очаг русской науки, искусства и просвещения. Средства на строительство и оборудование здания жертвовали сам Государь, члены Королевского Дома Югославии, Сербский Патриарх Варнава и многие другие.
Монарх также побеспокоился и о русской молодежи, для которой созданы были три кадетских корпуса, три института, гимназии и начальные школы, имевшие все права. Выпускники русских учебных заведений могли выбирать свое будущее — идти в военную академию и стать офицерами, или же продолжать свое образование в любых университетах мира.
По воспоминаниям М. М. Смирнова, кадета Первого Русского Великого Князя Константина Константиновича Кадетского Корпуса: «Поскольку в юности Король Александр сам был кадетом Пажеского корпуса, Он особо благоволил к кадетским корпусам. По Его милостивому повелению, 6 декабря 1929 года наш корпус получил шефство Великого Князя Константина Константиновича – генерал-инспектора всех военно-учебных заведений Императорской России. Только благодаря заступничеству Короля-Витязя, смог просуществовать в Югославии наш корпус, сохраняя и форму, и традиции, и уклад жизни по образцу старых российских кадетских корпусов».
«Офицерскому составу и кадетам всех кадетских корпусов в Югославии, - продолжает М. М. Смирнов, - было позволено носить старую русскую форму не только в расположении корпусов, но и вне их. Кадеты разъезжались на каникулы по всему государству в своих формах. На лето форму давали только неимущим и сиротам, не имевшим собственной гражданской ("штатской") одежды. Остальные кадеты летние каникулы проводили в штатском».
«Кадеты приветствовались отданием чести всех офицеров Югославской Королевской армии, в рядах которой с каждым годом становилось всё больше и больше бывших кадетов…
В Белой Церкви, где находился корпус, весь город и весь гарнизон не только знали, но и относились к кадетам с уважением. Корпус всегда приглашали принимать участие в парадах, процессиях и государственных праздниках. Солдаты Югославской Королевской армии отдавали честь русским господам офицерам. Вот такой жизнью "старой России" жили русские люди в братской Югославии, где о России сербы говорили не иначе как с приставкой "майка", то есть мать. Все это имело место, главным образом, благодаря неустанной заботе о русских Короля Александра I Петера Карагеоргия. С трагической кончиной, убийством 26 сентября (9 октября) 1934 года в г. Марсель (Франция), корпус потерял самого верного покровителя и благотворителя. Память о Государе все кадеты мира почитают до сегодняшнего дня, вспоминая о Короле с глубокой благодарностью и искренней любовью. После кончины Монарха отношение к Белой эмиграции в целом, и к корпусу в частности, с каждым годом ухудшалось».
Монарх всемерно покровительствовал Православию в своей стране и оградил десятки тысяч беженцев из России от преследования большевицкими властями. Сталин, Гитлер и Муссолини люто ненавидели Короля Югославии. Могли ли после этого эти диктаторы не сделать все возможное, чтобы прекратить православную Династию Карагеоргия и устранить с политической сцены Европы столь сильного соперника?!
После трагических событий октября 1934 года наши Церкви неустанно поминают убиенных Государей Николая II «Многострадального» и Короля Александра I «Объединителя». Вход же в Русский Дом украсили две памятные мраморные доски: одна с надписью: "Императору Николаю II – защитнику Сербии", а другая – "Королю Александру I – защитнику русских". Так, два братских народа через поминание своих убиенных Государей выражали духовную приверженность друг другу, оберегаемую и сегодня.
По счастью, после гибели Монарха славная Династия Карагеоргия не угасла.

Августейшая семья.

26 мая (8 июня) 1922 года в граде Белград состоялось торжественное браковенчание Короля Александра I Петера Карагеоргия с Принцессой Марией фон Гогенцоллерн-Зигмаринген (1900-1961), третьей Венценосной дочерью Короля Румынии и Андреевского кавалера Фердинанда I Виктора Альбрехта Мейнарда фон Гогенцоллерн-Зигмаринген, Высокородной внучкой Великой Княгини Марии Александровны (1853-1920) и праправнучкой Государя Императора Александра II Николаевича «Освободителя» (1818-1881).
В счастливом, но, к несчастью, кратком Августейшем союзе, в котором соединилась кровь четырех Династий и славянских государств – России, Сербии, Черногории и Румынии, на свет появилось трое Августейших сыновей – прапраправнуков Императора Александра II Николаевича «Освободителя»:
– Кронпринц и последний Король Югославии Петер II Александр Карагеоргий (1923-1970) появился на свет Божий в Белграде 24 августа (6 сентября) 1923 года и назван был в честь Августейшего деда Петером. После гибели Августейшего родителя 26 сентября (9 октября) 1934 года, будучи 10-летним отроком Кронпринц возглавил Королевский Дом Карагеоргия, но на престол Королевства Югославия так и не вступил, пребывая в 1934-1941 гг. в тени Регентства Державного двоюродного дяди своего – Принца-Регента Пауля Арсена Карагеоргия (1893-1976).
К прискорбию сербов Кронпринц-Регент Павел Арсен Карагеоргий переориентировал страну на сотрудничество с Германией и Королевством Италия. Дошло до того, что в марте 1941 года правительство подписало в Вене протокол о присоединении Королевства к Тройственному союзу, что вызвало в православной стране бурю народного возмущения. Именно в этот момент молодой Монарх, не дожидаясь своего совершеннолетия, взял власть в свои руки. Однако вскоре, в апреле 1941 года, Германия и Королевство Италия оккупировали Югославию, и 17-летний Монарх вынужден был покинуть страну, вылетев в начале в Королевство Греция, потом в Египет и, наконец, в Лондон.
Воспользовавшись отсутствием Монарха в оккупированной стране, так называемое Антифашистское вече народного освобождения, руководимое коммунистами, под угрозой расправы запретило Королю возвращаться в страну. В ноябре 1945 года Учредительное собрание под давлением коммунистов, по сценарию И. В. Сталина (1879-1953) и его ставленника – иудея и тайного латинянина Иосипа Броз Тито (1892-1980), упразднило 16 (29) ноября 1945 года Монархию в Югославии. Так, оказалась разрушенной еще одна православная страна Европы, однако сам Дом Карагеоргия не прекратил своего существования.
Многие годы король Петер II Александр Карагеоргий проживал с Державной семьей в изгнании, в Лондоне, где и браковенчался седьмого (20) марта 1944 года с Принцессой Греции и Дании Александрой фон Шлезвиг-Голштейн-Зонденбург-Глюксбург (1921-1993), единственной Венценосной дочерью Короля Греции Александроса I Константиноса фон Шлезвиг-Голштейн-Зонденбург-Глюксбург (1893-1920), Августейшего праправнука Государя Императора Николая I Павловича «Подвиголюбивого» (1796-1855).
Четвертого (17) июля 1945 года у Королевской Семьи появился на свет Божий Августейший наследник престола Дома Карагеоргия Кронпринц Александр Петер Карагеоргий (р. 1945), который имеет троих Державных сыновей: Принцев Петера Александра Карагеоргия (р. 1980) и близнецов – Филиппа Александра Карагеоргия (р. 1982) и Александра Александра Карагеоргия (р. 1982). Так, можно надеяться на восстановление в будущем в братской Сербии трона Дома Карагеоргия.
Последний Король Югославии Петер II Александрович Карагеоргий скончался в США, в г. Денвер, штат Колорадо 21 октября (3 ноября) 1970 года на 48-м году от рождения.
– Принц Томислав Александр Карагеоргий (1928-2000) появился на свет Божий в Белграде, в светлый День Крещения Господня шестого (19) января 1928 года, браковенчался в первый раз 24 мая (6 июня) 1957 года в г. Салем, земля Баден, ФРГ с Принцессой Баден Маргаритой фон Церинген (р. 1932), с которой, к сожалению, развелся в 1982 году. В Державном союзе на свет появилось двое Высокородных детей: Принц Николас Томислав Карагеоргий (р. 1958) и Принцесса Екатерина Томислав Карагеоргий (р. 1959). Во второй раз Принц браковенчался третьего (16) 1982 года в г. Боунвилль с Княгиней Линдой Холбрук Ван Дик Боннау (р. 1949), от которой на свет появилось двое Державных сыновей: Георг Томислав Карагеоргий (р. 1984) и Михаил Томислав Карагеоргий (р. 1985).
Принц Томислав Александр Карагеоргий скончался в г. Опленак 29 июня (12 июля) 2000 года на 73-м году от рождения.
– Принц Андрей Александр Карагеоргий (1929-1990) появился на свет в г. Блед 15 (28) июня 1929 года, браковенчался дважды Державными союзами: 20 июля (2 августа) 1956 года в г. Кронберг с Принцессой Кристиной фон Гессен (р. 1933), от которой на свет появилось двое Августейших детей: Принцесса Мария Татиана Карагеоргий (1957-1990) и Принц Кристофер Андрей Карагеоргий (р. 1960), однако в 1962 году союз распался. Вторым Державным союзом в г. Лингтон Грин, Графство Кент пятого (18) сентября 1963 года Принц соединил свою жизнь с Принцессой Кирой Мелитой цу Лейнинген (р. 1930), от которой на свет появилось трое Державных детей: Принцы Карл Владимир Андрей Карагеоргий (р. 1964) и Димитрий Андрей Карагеоргий (р. 1965), а до браковенчания на свет появилась Лавиния Мария Карагеоргий (р. 1961). К сожалению, второй Державный союз был расторгнут 27 июня (10 июля) 1972 года. Третьим морганатическим браком Принц связал свою жизнь в США, в г. Палм Спрингс, штат Калифорния 17 (30) марта 1974 года с Евой Марией Лоу, урожденной Анделкович (р. 1926), от которой потомства не было.
Принц скончался в г. Ирвин, штат Калифорния, США, 24 апреля (7 мая) 1990 года на 61-м году от рождения.

Убийство Государя.

«Король сердца народного погиб. Россия и Король Югославии были связаны узами чести и крови, а смертью своей, давшей Ему бессмертие, Он вознес себя на алтарь мученичества, на котором стоит и распятая наша родина РОССИЯ.
Почтительно же склоним мы наши головы и мысленно вознесем наши молитвы перед гробницей жертвы произвола и ненависти людской, этого истинного рыцаря долга и чести и Монарха — Короля Югославии и нашего Короля, вечная слава и память Тебе боярин Александр. Во всенародной панихиде тихий перезвон русских колоколов, русские искренние слезы и горячие молитвы об упокоении Короля рыцаря, друга России сливаются воедино с великим горем Югославии».

С. Дурилин,
русский кадет.

Минуло семьдесят четыре года с трагического утра 26 сентября (9 октября) 1934 года, когда пуля, выпущенная из револьвера убийцы, оборвала жизнь одного из самых выдающихся православных Монархов в истории мира, первого Короля Югославии и славного сына сербского народа Александра I Петера Карагеоргия.
В этот скорбный день во всех православных храмах России, Сербии, Черногории, Греции, Румынии и Болгарии совершаются панихиды по убиенному Государю-Витязю. В память о нем в странах, где не забыли еще заслуги Монарха, в рассеянном по всему миру русском зарубежье пройдут памятные конференции, молитвенные собрания, возможно, откроются памятные доски и мемориальные выставки, рассказывающие о жизни Государя и совершенных поистине великих заслугах Его перед славянским миром и бывшими подданными Российской Империи.
В такой памятный трагический день принято выражать соболезнования и остающейся дружественной России истерзанной республике Сербии и Черногории. Но, прежде всего, русский монархист выражает искренние слова сочувствия всему многострадальному сербскому народу, праведные Государи которого во множестве своем за последние века сложили головы свои на поле брани во вселенской битве со злом.
Так и Король Югославии Александр I Петер Карагеоргий октябрьским утром 1934 года во французском городе Марселе пал от руки Владимира Георгиева-Черноземского (Величка Керина), члена Внутренней Македонской Террористической Организации, недовольного державной национальной политикой Государя, скрепившего балканскую страну своей верой, несокрушимой волей, бесстрашием и беспримерным мужеством в беспощадном преследовании врагов Православия и Богом установленной власти Монархии.
С первых дней своего Царствования истинный друг России Король Александр I Петер Карагеоргий ополчил против себя и воссозданного им Югославского Королевства всех известных и теперь внутренних и внешних врагов Православия: масонов, анархистов, коммунистов, социалистов и фашистов. Его злодейское убийство на территории дружественной Франции, которую Государь всю жизнь считал своей союзницей, как выяснило следствие, тщательно было подготовлено и осуществлено не убийцей одиночкой, а усилиями многих нелюдей, участвовавших в масштабном заговоре, нити которого вели в Рим, Берлин, Лондон и даже в порабощенную богоборцами Москву. До сих пор мы не знаем всей правды об этом дерзком убийстве, организаторы которого многие десятилетия заметают следы, устраняют свидетелей и улики.
Во Франции, Италии и Германии, в новой России, в Сербии и Черногории до сих пор не узнали всех подробностей и тайных причин этого убийства, в результате которого вместе с 45-летним Монархом погиб и Луи Барту (1962-1934) - консервативный политический деятель Франции, бывший в 1913 году премьер-министром страны, а незадолго до убийства назначенный Министром иностранных дел. О погибшем спутнике Монарха необходимо сказать несколько строк.

Союзник Короля.

Известно, что как и Король Александр I Петер Карагеоргий Луи Барту являлся непримиримым врагом в равной степени и большевицкой Советской Республики и пост кайзеровской Германии.
После заключения Версальского договора, Луи Барту занимал видные посты во Франции, а 26 января (8 февраля) 1934 года получил портфель Министра иностранных дел в правительстве премьера П. Э. Фландена, чтобы обеспечить международный мир на основе сложившегося после Великой войны 1914-1918 годов в Европе положения, путем укрепления позиций Франции в отношении Германии.
Луи Барту решительно отклонил давление британской дипломатии, добивавшейся "компромисса" с Германией ценой французских уступок. Бескомпромиссное определение Барту французской позиции в отношении гитлеровского реваншизма предполагало укрепление всей договорной системы, на которую опиралась политика Франции времен Третьей республики в Европе, как на западе, так и на востоке, и, прежде всего так называемых "тыловых союзов" в лице Польши, Чехословакии и Королевства Югославия. Именно Луи Барту в апреле 1934 года по возвращению после инспекционной поездки из Варшавы и Праги уведомил Советский Союз о создании проекта "Восточного Локарно" (или "Восточного пакта").
В феврале 1934 года образовалась Балканская Антанта в составе Королевств Югославия, Румыния, Греция и Турецкой республики, тяготевших к Франции. При этом Франция выступала гарантом защиты этих государств перед военной угрозой СССР. Отправившись с визитом в Бухарест и Белград, Барту стремился укрепить французское влияние в этих странах, вовлечь, как он говорил, "во французскую орбиту" тех политиков, которые не приняли влияние Берлина и Москвы.
Усилиями Луи Барту к 14 (27) июня 1934 года французский МИД подготовил развернутый проект "Восточного пакта". Проект предполагал заключение двух связанных в единую систему коллективной безопасности договоров: "Восточного пакта" о взаимопомощи между СССР, Германией, Польшей, Чехословакией, странами Прибалтики и франко-советского договора, по которому Франция брала на себя обязательства по "Восточному пакту", как если бы она была его участницей, а СССР в отношении Франции брал обязательства, как если бы он был участником Локарнских соглашений 1925 года.
В обмен на гарантии Москвы Луи Барту добился поддержания вступления СССР в Лигу Наций со стороны Англии, Чехословакии, Королевств Румыния и Югославия и ряда других непримиримых противников большевиков. Второго (15) сентября 1934 года СССР получил приглашение вступить в Лигу Наций, подписанное представителями 30 государств. Луи Барту считал это большим успехом своей дипломатической деятельности. Он полагал, что тем самым сделан важный шаг на пути налаживания франко-советского сотрудничества и укрепления "тыловых союзов" перед вероятным реваншем Германии. "Моя главная задача достигнута, - говорил Барту, - правительство СССР теперь будет сотрудничать с Европой".
Кроме того, к концу сентября 1934 года Луи Барту подготовил проект комплексного договора, по которому Франция, Королевство Италия и страны Малой Антанты – Королевства Югославия, Румыния и Чехословацкая республика должны были коллективно гарантировать независимость Австрии от Германии. Важная роль в реализации этого замысла Барту отводилась визиту Короля Югославии Александра I Петера Карагеоргия в Париж.
"Барту должен был убедить югославского Короля в необходимости переговоров с Италией", - записал 26 сентября (9 октября) в дневнике дипломат П. Алоизи. Посольство США в Берлине оказалось лучше осведомленным. "Визит Короля имел целью создать коалицию Франции, Италии и Югославии против Германии и Польши". "На этот раз, - говорил Барту в беседе с журналисткой Ж. Табуи за день до прибытия Короля во Францию, - я, действительно, сделаю кое-что для моей страны. Этот визит Александра будет иметь важное значение, и позволит мне поехать затем в Рим, имея уверенность в успехе".

Последний визит во Францию.

В связи с резким осложнением отношений между Королевствами Италия и Югославия, Король Александр I Петер Карагеоргий, препятствовавший готовящейся агрессии диктатора Бенито Муссолини (1883-1945) против Албании, прибыл в Марсель для переговоров с Министром иностранных дел Франции – союзницы в минувшей Великой войне 1914-1918 гг.
В ту пору Королевство Югославия испытывала экономический кризис, который отразился на жизни страны. Стремление Короля создать индустрию и преобразить свое земледельческое государство в индустриальную страну нельзя было достичь в течении нескольких лет. Это требовало времени и затрат больших средств, которыми страна не располагала.
1934 год был для Короля весьма напряженным: привлечение иностранного капитала требовало от Монарха поездок за границу, в том числе во Францию.
Было решено, что Государь будет плыть в Марсель, на единственном корабле Югославского Королевского флота, миноносце «Дубровник», а затем уже отправится поездом в Париж для продолжения официального визита. Незадолго до отъезда Монарх, как бы предчувствуя близкую кончину, написал завещание, в котором назначил, в случае своей смерти, Принца Павла Арсена Карагеоргия, своего Августейшего двоюродного брата, Станковича и Перовича членами Регентского Совета. Поначалу, решено было, что Королевская чета с Министром иностранных дел Евтичем поплывут на «Дубровнике» во Францию, но потом планы изменились, и потому решено было, что Королева Мария фон Гогенцоллерн-Зигмаринген, страдавшая от морской качки, поедет поездом в Париж, а Король Александр I Петер Карагеоргий с Министром Евтичем отправятся в путь на миноносце.

Знак Божий.

Перед тем как расстаться с Венценосной супругой, Король пожелал побывать в Савином монастыре, который находится недалеко от местечка Зеленики. Там находилась большая сербская Святыня – древний Крест, подаренный монастырю еще Царем Душаном Неманьичем. Король желал перед отъездом преклонить колени и приложиться ко Кресту, а также показать эту реликвию сопровождавшему его Принцу Павлу Арсену Карагеоргию.
Уже много позже, после гибели Монарха, вот что рассказала Королева Мария: «... когда мы подъехали к белой ограде монастырской церкви Мы не нашли там ни души. Всюду была гробовая тишина; не слышно было ни молитв, ни песнопений, церковь была заперта. Мы никого не могли найти, ни священника, ни монаха, чтобы нам открыли дверь. Мы заранее не известили о своем приезде, а поэтому никто Нас не ожидал. Мой муж сказал Павлу: Я должен показать тебе Крест, пойдем, разбудим их. И тогда сделали то, чего не следовало бы делать. Конечно, это не было хорошо. Они нашли две веревки от колоколов и позвонили в колокола. Колокол, в который Мой муж позвонил употреблялся очень редко и у Него был странный звон, и те кто слышал его были весьма удивлены. Священник вдруг вырос как будто из под земли, быстро прибежав по тропинке к Нам и был очень удивлен увидев, кто прибыл. Церковь была отперта, и Мы смогли помолиться и зажечь свечи перед иконами иконостаса. Но, к Нашему разочарованию, Креста не оказалось в церкви, он был отвезен куда-то. После этого Мы расписались в книге для богомольцев и отбыли. Позже, много позже, мы услышали странную историю о нашем приезде в монастырь. Я не суеверна, а поэтому Я считаю слышанное только легендой. Мы слышали звон колоколов, в которые позвонили Мой муж и Князь Павел. Колокол, в который Король позвонил, был колокол смерти, а в который Князь Павел звонил, был колокол жизни. Колокол Короля был заупокойный. В него звонили, когда покойников хоронили в монастыре. Поэтому Он так странно звучал — заунывно и глухо».

Организаторы и исполнители заговора.

О предстоящей поездке Монарха во Францию было известно всем, а потому шайка хорвата-сепаратиста Павелича, планировавшая покушение на своего Монарха, тщательно подготовлялась к выполнению своей задачи.
Заговорщики обеспечивались финансами из Королевства Италия, а людской материал черпали из Македонии и Хорватии, упражняясь в стрельбе и метании бомб в Венгрии, в Янка-Пуста.
Миноносец «Дубровник» со своим Монархом прибыл в Марсель и торжественно встречен был французским флотом. По прибытии Короля в Марсель, Государю тотчас сообщили, что на его жизнь готовится покушение. Король спросил, а сколько человек должно участвовать? Государю ответили — два человека. На что Монарх возразил: разве Король боится двух хулиганов («зар се едан краль бои двоице вуцибатина»). Когда Король одевал свой адмиральский китель, его вестовой подал Монарху панцирь-кольчугу, но Монарх ее отклонил, сказав своему верному Зеке (вестовому): «Оставь это Зеко, ведь никто не умирает без судного дня («остави Зеко, не умира се без судньег дана»).
Король Александр I Петер Карагеоргий был бесстрашным солдатом, а потому привык смотреть смерти в глаза; как истинный христианин, Государь верил, что все в воле Божией, а поэтому никому не уйти от своей судьбы.
Исполнители убийства выбраны были заранее, для прикрытия заказчиков. Их имена хорошо известны – хорватские фашисты-усташи, добивавшиеся независимости Хорватии, во главе с Анте Павеличем. Последний после оккупации Германией Королевства Югославия стал во главе образованного фашистами независимого государства Хорватия. Возмездие настигло его в Испании 28 марта (10 апреля) 1957 года, куда он бежал после разгрома Германии и прихода к власти в Югославии коммунистов. Главарь усташей пал от руки наемного убийцы. Участь других высших заказчиков убийства Короля Александра I Петера Карагеоргия также незавидна и хорошо известна (Муссолини, Гитлер, Геринг).
Известно, что общая численность собранных в Королевстве Италия усташей в 1930-е годы не превышала пятисот человек, все они были пребывали в нескольких лагерях, расположенных на территории Италии. Кроме того, имелся лагерь в Венгрии (в местечке Янка Пуста). Несколько мелких групп вербовали единомышленников в европейских странах. В лагерях усташи проходили военную подготовку, малейшее отступление от правил и любое непослушание каралось смертью. Все они подвергались ежедневной идеологической обработке, воспитывались в духе животной ненависти к "сербам, жидам и коммунистам".
На основании устава, утвержденного в 1932 году, организация строилась на иерархическом "фюрерском принципе". Верхушку ее составлял главный усташский стан во главе с поглавником (фюрером) А. Павеличем. В верховное командование, являвшееся совещательным органом при поглавнике, входили его самые преданные последователи. В их числе были М. Будак и М. Бзик, А. Артукович и И. Перчевич, В. Серватци и Б. Елич.
При отсутствии массовой базы единственной формой активной деятельности усташей стал террор, если не считать шпионской деятельности, поскольку итальянская разведка вербовала из их среды своих агентов.
В начале 1930-х годов усташи организовали несколько десятков взрывов на железных дорогах в Югославии, прикрепляя мины замедленного действия к поездам, шедшим туда из Австрии. После этого последовала высылка за пределы Австрии всех проживавших там усташей.

Гибель Монарха.

26 сентября (9 октября) 1934 года Луи Барту встретил Короля Александра I Петера Карагеоргия в Старом порту Марселя.
Кортеж, двигавшийся без какой-либо охраны, уже достиг площади Биржи, когда Королевская машина обстреляна была террористом, вскочившем на подножку автомобиля.
Первый Государь Югославии погиб на месте. 72-летний Луи Барту получил тяжелое ранение и в тот же день скончался в госпитале.
Король и Министр были дерзко застрелены хорватским националистом. Как удалось установить позднее, этот террористический акт подготовлен был при активном участии Германа Геринга (1893-1946), а сам план операции известен в истории под названием "Тевтонский меч". Так, кознями фашисткой Италии и Германии, на радость большевистской клики в России, с политической арены Европы и Балкан устранен был доблестный, авторитетный и грозный политический соперник. Свершилось это в День памяти Святого Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова – небесного покровителя Балкан и Греции.
Последними словами Монарха были: «СОХРАНИТЕ ЮГОСЛАВИЮ» («ЧУВАЙТЕ ЮГОСЛАВИЮ»), которые Государь, Помазанник Божий, христианин и рыцарь прошептал, погибая на своем посту, уготованному Ему Господом.
После убийства Короля Александра I Петера Карагеоргия и Министра Луи Барту Королевство Италия оказалась серьезно скомпрометированным, а ее фашистские главари поняли, что деятельность их подопечных приносит больше неудобств, чем выгод.
Под решительным давлением Франции они были вынуждены на короткое время арестовать А. Павелича. Деятельность усташей поставлена была под жесткий контроль. Их активность заметно упала, но это заказчикам и было необходимо. Они сделали свое черное дело…
Вдовствующая Королева Мария 39 лет и 14 дней носила траур по почившему Монарху и Августейшему супругу, скончавшись в Лондоне девятого (22) июня 1961 года на 62-м году жизни.

Александр Рожинцев.
17 декабря 2008 года.
Святой град Тихвин.

Использованная литература:

1.«Король Александр I – Югославский». Доклад С. Дурилина из журнала «Кадетская перекличка» № 21.
2.«Король витязь Александр I Объединитель». Душан Петкович. «Кадетская перекличка». № 10 1974 г.
3.«Дом Романовых. Энциклопедия биографий». В. Федорченко.
4.«Кто наследник Российского престола». М. Назаров.

Уважаемый Александр Юрьевич!
Спасибо Вам за статью о Короле Александре, но, как мне кажется, России не надо было вступать в ту войну. Можно было подождать, пока Германия вынесет ногами вперед французов в Атлантический океан, а потом посмотреть, что будет дальше. А потом... триумф Императорской России во главе с Государем Алексеем Николаевичем в Берлине 9 мая 1945 г., завершая Вторую (Великую) Отечественную войну 1941-1945 гг. Мн не жалко французов, они сами во всем виноваты в том, что выродились в республиканское антимонархическое государство. Подумать только! Царская Россия вместе с Францией и Англией против Германской и Австро-Венгерской Империий!!!

Александр Юрьевич! Извините меня, но мне, мягко говоря, не жалко сербов. Они моглы бы договориться с Австро-Венгрией, могли бы вести себя тихо, чтобы потом в случае чего не просить: Россия, помоги!

Статья Первый Монарх Югославии. О жизни и убиении Короля-Витязя Александра I Петера Карагеоргия. опубликована на сайте "Русская линия" (Россия):

http://www.rusk.ru/st.php?idar=113604

и "Единое Отечество" (Украина):

http://www.otechestvo.org.ua/main/200812/1731.htm
http://www.otechestvo.org.ua/main/200812/1811.htm
http://www.otechestvo.org.ua/main/200812/1906.htm
http://www.otechestvo.org.ua/main/200812/2016.htm
http://www.otechestvo.org.ua/main/200812/2209.htm

Дмитрий Алекс писал(а):Уважаемый Александр Юрьевич!
Спасибо Вам за статью о Короле Александре, но, как мне кажется, России не надо было вступать в ту войну. Можно было подождать, пока Германия вынесет ногами вперед французов в Атлантический океан, а потом посмотреть, что будет дальше. А потом... триумф Императорской России во главе с Государем Алексеем Николаевичем в Берлине 9 мая 1945 г., завершая Вторую (Великую) Отечественную войну 1941-1945 гг. Мн не жалко французов, они сами во всем виноваты в том, что выродились в республиканское антимонархическое государство. Подумать только! Царская Россия вместе с Францией и Англией против Германской и Австро-Венгерской Империий!!!

Александр Юрьевич! Извините меня, но мне, мягко говоря, не жалко сербов. Они моглы бы договориться с Австро-Венгрией, могли бы вести себя тихо, чтобы потом в случае чего не просить: Россия, помоги!

Мир Вам и с праздником Святителя Николая!
1. Согласен с Вами о том, что война нам не сулила никаких выгод, кроме разрушения и бедствий. Это была братоубийственная война и гибельная прежде всего для Дома Романовых.
2. Но есть воля Божия и те пророчества Святых, о которых был предупрежден Святой Государь Мученик Николай II Александрович "Многострадальный". Против воли Божией идти никто не смеет - попустил, значит так было нужно и спасительно для будущего России в духовном плане (опыт Библейской истории это подтверждает не раз).
3. Если Вы читали мои статьи о президентах Франции - Андреевских кавалерах, то там ясно определена моя позиция - Франция - масонское и ж... логово Европы. Эта страна никогда не была по настоящему союзницей России. Но увы, Александр III "Миротворец" вывел Российскую Империю на союз с ней исключительно по материальным соображениям, поскольку Франция давала нам огромные кредиты. Вообще во внешней политике Царя-Миротворца было множество просчетов и трагических ошибок - это отдельная история...
4. Королевство Сербия и Балканские монархии были слишков военизированы и возбуждены результатами 1 и 2-й Балканских войн. Этого не нужно забывать. Они уже были под ружьем за несколько лет до Великой войны и нужен был только повод к взрыву. А поскольку волрос престолонаследия в Австро-Венгрии был крайне затруднем и шаток при старом Императоре, то было достаточно убить очередного наследника престола, чтобы взорвать мир в Европе и, как оказалось, во всем мире. Мои претензии духовные и нравственные к сербам кроятся в убийстве ими Короля Александра I Обреновича в 1903 году. Кровь Помазаника Божия никому не прощается и не проходит бесследно для народа. Это мы и по себе знаем.

Статья Первый Монарх Югославии. О жизни и убиении Короля-Витязя Александра I Петера Карагеоргия. опубликована на сайте "Русская линия" (Россия):

http://www.rusk.ru/st.php?idar=113604

и "Единое Отечество" (Украина):

http://www.otechestvo.org.ua/main/200812/1731.htm
http://www.otechestvo.org.ua/main/200812/1811.htm
http://www.otechestvo.org.ua/main/200812/1906.htm
http://www.otechestvo.org.ua/main/200812/2016.htm
http://www.otechestvo.org.ua/main/200812/2209.htm