Священство и Царство. Царское церковное право 19 века.

[Александр Петрович]

Специально для господ монархистов и Вас г-н Назаров, делаю ссылку на интересную книгу, на нашем сайте подбирались книги церковного права, обосновывающие, что Государь Император как хранитель и блюститель догматов и канонов есть в этом смысле глава Церкви...

Петр Александрович Лашкарев. ПРАВО ЦЕРКОВНОЕ ВЪ ЕГО ОСНОВАХЪ, ВИДАХЪ и ИСТОЧНИКАХЪ. Изъ чтенiй по церковному праву

2-е исправленное и пополненное изданiе,

Учебнымъ Комитетомъ при Святѣйшемъ Синодѣ книга въ первомъ изданiи одобрена для фундаментальныхъ библiотекъ духовныхъ семинарiй. КIЕВЪ. 1889

По опредѣленiю юридическаго факультета Университета Св. Владимiра, 18 октября 1888 года, печатать разрѣшается. Деканъ В. Демченко.


Тѣмъ не менѣе понятіе союза въ примѣненіи къ означеннымъ отношеніямъ понятіе совершенно новое. Ни въ ка[153]нонахъ, ни въ законахъ императорскихъ греко-римскаго и византійскаго періода, ни вообще у отцовъ и писателей древнихъ, касавшихся отношеній государства къ церкви, или наоборотъ — церкви къ государству, нѣтъ рѣчи ни о какомъ союзѣ между ними. Правда, въ одномъ изъ новѣйшихъ сочиненій по исторіи греко-восточной церкви періода вселенскихъ соборовъ влагается въ уста императора Юстиніана такая рѣчь: "Всевышняя благость сообщила человѣчеству два великіе дара: священство (sacerdotium) и царскую власть (imperium). Исходя изъ одного начала (Бога), они совокупно украшаютъ жизнь человѣческую. Посему нѣтъ важнѣйшей заботы для государей, какъ благоустроеніе (?) священства, которое съ своей стороны служитъ имъ молитвами къ Богу. Когда и церковь во всѣхъ своихъ частяхъ благоустроена и государственное управленіе держится твердо и путемъ законовъ направляетъ жизнь народовъ къ истинному благу, то возникаетъ добрый и благотворный союзъ церкви и государства, столь благодѣтельный для человѣчества" ). Но эта рѣчь, хотя и подкрѣпляется ссылкою на одну изъ извѣстныхъ новеллъ Юстиніана ), неточно переданная вообще, въ заключительной своей части вовсе не отвѣчаетъ ни мысли, ни выраженіямъ подлинной новеллы Юстиніана. Императоръ дѣйствительно называеть священство и власть (imperium) великими Божіими дарами человѣчеству, совмѣстно украшающими человѣческую жизнь; говоритъ, что для государей поэтому нѣтъ важнѣйшей заботы, какъ честность (или благопристойность — σεμνότης, honestas) священниковъ (ἱερέων, sacerdotum), такъ какъ они молятся и за государей; но за тѣмъ продолжаетъ: "Ибо когда оно (священство) во всѣхъ отношеніяхъ безупречно и имѣетъ силу предстательства у Бога (fiducia Dei pollet), а эта (власть государственная) правильно и пристойно управляетъ ввѣренною ей республикою, тогда будетъ нѣкая добрая гармонія (συμϕωνία, concentus), которая принесетъ человѣческому роду всяческую пользу". Идетъ та[154]кимъ образомъ у Юстиніана рѣчь о священствѣ, какъ о представительствѣ или предстательствѣ народа предъ Богомъ, и о власти государственной, какъ непосредственно управляющей дѣлами народными; идетъ рѣчь о нѣкоторой особой гармоніи, приносящей всякаго рода пользу человѣческому роду, когда и священство по своимъ нравственнымъ качествамъ, и власть государственная по качествамъ правительственнымъ, соотвѣтствуютъ вполнѣ своему назначенію. Но о церкви съ одной стороны, и о государствѣ съ другой, и о какомъ либо союзѣ церкви съ государствомъ, у Юстиніана вовсе нѣтъ рѣчи. Будучи понятіемъ новымъ въ примѣненіи къ извѣстнымъ отношеніямъ государства и церкви, понятіе союза можетъ соединяться, и соединяется дѣйствительно, съ представленіями о возникновеніи и продолженіи, или такой или иной формулировкѣ этихъ отношеній, совершенно не соотвѣтствующими существу дѣла. Примѣняясь кь отношеніямъ лицъ или институтовъ человѣческихъ, понятіе союза обыкновенно соединяется съ представленіями о взаимномъ между ними соглашеніи, открытомъ или тайномъ, безмолвномъ, но во всякомъ случаѣ сопровождающемся тѣмъ, что каждая изъ сторонъ поступается въ пользу другой извѣстною долею своей независимости для болѣе успѣшнаго достиженія общими силами своихъ спеціальныхъ цѣлей. Между тѣмъ никакого соглашенія не лежало и не могло лежать въ основѣ тѣхъ отношеній, какія установило государство къ церкви съ царствованія Константина В.
Совершая извѣстный религіозно-политическій переворотъ въ пользу христіанства, Константинъ В. совершалъ его, какъ властный государь, исключительно motu proprio, руководясь убѣжденіями личными и указаніями исторіи; и когда распространялъ при этомъ на христіанство и церковь тѣ или иныя права религіи государственной, или издавалъ въ интересахъ христіанства новые законы, выходилъ изъ началъ чисто государственнаго свойства.

[М.В. Назаров]

В чем Ваш вопрос?