Владимир Шпаковский » Ср июн 18, 2008 11:05 pm
Здраствуйте, господа. Я не хотел вмешиваться в вашу полемику, однако все -же решил высказаться, поддержав позицию Евгения Вячеславовича.
1) О ст. 185,183 Основных государственных законов и о правиле 54.
Твердый и нерушимый порядок наследования Престола был установлен Высочайшим Актом Императора Павла I от 5 апреля 1797 г. специально с целью, которую законодатель определил так: "дабы не было ни малейшего сомнения, кому наследовать". Ст. 185 гласит:Брак мужеского лица Императорского Дома, могущего иметь право на наследование Престола, с особою другой веры совершается не иначе, как по восприятии ею православного исповедания".
Исходя из буквального толкования этой ст. исследователи ( В частности М. В. Назаров( подробнее см. КНРП глава 3) выдвинули такую версию: поскольку ст. 185 требует от лиц, могущих иметь право на Престол, жениться только на православных, то, следовательно, те, кто этого требования не исполняет, права на Престол иметь не могут.
Действительно, если ст. 185 рассматривать вне контекста, то может сложиться впечатление, будто закон предписывает всем Членам Императорского Дома мужского пола жениться только на православных, ибо все они в принципе "могут иметь право на наследование Престола". Но как же тогда объяснить браки Великих Князей с неправославными, совершавшиеся с соизволения Императора? Все дело в том, что существует ст. 184, в которой сказано: "По соизволению царствующего Императора, Члены Императорского Дома могут вступать в брак как с особами православного исповедания, так и с иноверными". В такие браки вступали, например, Великие Князья Владимир Александрович, Константин Константинович, Сергий Александрович.
Более того, статьи о бракосочетании Членов Императорского Дома приводились в действие непосредственно самим Императором - в силу ст. 183 для каждого такого бракосочетания необходимо Высочайшее соизволение. Требование ст. 185 предъявлялось только к Наследникам Престола, т.е. к тем, кто свое право на наследование Престола мог непосредственно осуществить.В связи с этим нужно отметить, что говорить о праве на Престол можно в двух смыслах. Так, правом на Престол как таковым обладают все Члены Династии и в то же время непосредственное право на Престол может иметь лишь кто-то один. Первое дано всем членам Династии от рождения, второе - лишь возможность, которой обладают Наследники Престола. Ст. 185 говорит именно о возможности, и лицо, к которому обращено ее предписание, обозначено в единственном числе( более того в предыдущей ред. основных государственных законов 1886 речь прямо идет о наследнике).Т.о. не бракосочетание с православной особой дает право на Престол, а наоборот: возможность иметь такое право служит поводом для предъявления требований ст. 185.
Интересно, что ст. 184, дозволяющая браки с неправославными имеет ссылку на источник - Акт от 18 августа 1721 г., помещенный в Собрании Законов под № 3814 и представляющий собой "Послание Св. Синода к православным - о беспрепятственном вступлении в брак с иноверными". Послание это содержит массу примеров допустимости и богоугодности браков с иноверцами начиная с Ветхого Завета; особенно интересны примеры, показывающие приемлемость таковых браков для Православных Царей: "Иоанн Ласкарь, Царь Греческий, имел жену Королевну Сицилийскую, латинского исповедания. Андроник Палеолог поял себе в жену Королевну Гишпанскую".
Ст. 35 рассматривает случай, когда право на Престол перейдет к потомству женских лиц Династии, и дойдет до лица, принадлежащего к другому царствующему дому, исповедующему иную веру. Понятно, что таковое лицо имеет и родителей неправославных. Для того, чтобы воспользоваться своим правом данному кандидату на Престол необходимо принять Православную веру "вместе с Наследником" - к супруге же такого требования не предъявляется.
Также толковали смысл ст. 185 и ведущие русские юристы - специалисты по государственному праву.Например, проф. А. Градовский писал: "Брак Великого Князя Владимира Александровича с принцессою Мекленбург-Шверинскою, ныне Великою Княгинею Мариею Павловною, не принявшею православие, должен дать повод к тому толкованию, что принятие Православной веры требуется от иноверных особ женского пола только в случае вступления их в брак с лицом, имеющим непосредственное право на Престолонаследие".
б)Нарушение церковного правила №54, не дозволяющего браки с близкими родственниками( в данном случае с двоюрордной сестрой).
"Например, в письме от 26 февраля 1903 г. он писал: «Ведь ты хорошо знаешь, что ни церковными установлениями ни нашим фамильным законом браки между двоюродными братьями и сестрами не разрешаются. Ни в каком случае и ни для кого я не сделаю исключения из существующих правил... Поверь мне, ты не первый проходишь через подобные испытания; многие... должны были приносить в жертву свои личные чувства существующим законоположениям»."Тем не менее в 1905 г., будучи в Германии, Вел. Кн. Кирилл Владимирович женился на Виктории-Мелите - своей двоюродной сестре (что было запрещено как церковными канонами, так и тогдашними гражданскими законами Империи даже для частных лиц: «запрещается вступать в брак в степенях родства, церковными канонами возбраненных»"( М. В. Назаров. "Кто наследник Российского престола").Однако, Михаил Викторович, умалчивает,что "в июле 1904 г. Святейший Синод разрешил такие браки, но лишь при наличии особых к тому обстоятельств и причин. "
Говоря о запрещении подобных браков канонами Церкви, ссылаются на 54 правило VI Вселенского Собора. "Но ,каноника оставляет открытым, значение слова эскадельфи".Вот, что писал по этому поводу Митрополит Антоний (Храповицкий) в письме графу Ю. П. Граббе: "Еще в ранней юности я знал о существовании церковно-государственного закона, запрещающего брак с двоюродной сестрой, и был уверен, что это основано на прямом запрещении Вселенских Соборов. Но вот совсем недавно, наш русский лучший канонист профессор Суботицкого Университета С. В. Троицкий заявил мне, что в постановлениях Вселенских и Поместных Соборов такого воспрещения нет. [ Об этом слове много писал профессор Моск. Дух. Академии Лавров, впоследствии Архиепископ Литовский Алексий.]Воспрещенная для брака степень родства изложена в 54 правиле VI Вселенского Собора, и я действительно, внимательно читая это правило, усмотрел, что там подобного воспрещения нет, хотя, как я слышал еще раньше, а припомнил только теперь, некоторые канонисты стараются доказывать, будто упоминаемое в правилах слово "эксадельфи" означает не только племянницу, но и двоюродную сестру.[в современном же русском переводе стоит "двоюродная сестра]".("Письма Митрополита Антония", Джорданвиль, 1988, стр. 172).
Т.О. мы видим неясность в толковании положения, о чем Михаил Викторович совсем не упоминает.
в)Коснемся еще одного момента, связанного с семейным положением Вел. Кн. Кирилла Владимировича. Как известно, его бракосочетание, состоявшееся 25 сентября 1905 г., было совершено без позволения Государя, чем была нарушена ст. 183 и брак в силу этого был признан незаконным. Однако, в 1907 г. Именным Указом от 15 июля супруга Вел. Кн. Кирилла Владимировича и родившаяся к этому времени дочь были причислены к Императорскому Дому. По мнению М.В. Назарова "Это никак не выглядит "возвращением прав престолонаследия"."(указ.соч).Так ли это?
Во-первых, этот "официальный статус" заключался не в чем-нибудь, а в причислении к Императорскому Дому, причем не только дочери, но и ее матери, Вел. Княгини Виктории Федоровны.Во-вторых, принадлежность к Императорскому Дому предполагает происхождение от законного династического брака, ибо ст. 126 гласит: "Все лица, происшедшие от Императорской Крови в законном, дозволенном царствующим Императором браке, с лицом соответственного по происхождению достоинства, признаются Членами Императорского Дома".
Т.о. причисление к Императорскому Дому именно в корне "меняет суть дела" и означает ни что иное, как узаконение брака с признанием его династического достоинства Назначение Указа 1907 г. в том и заключается, чтобы "устранить первоначальное нарушение".
Все дело в том, что вопрос законности брака входит (в силу ст. 183) в компетенцию Императора, и он имеет неотъемлемое право устранить дефект, зависящий от его воли. Сходная ситуация была и с бракосочетанием Вел. Кн. Михаила Александровича, которое состоялось в 1912 г. также без разрешения Государя. В марте 1915 г. брак этот был признан законным, но Император не мог при всем желании сделать его династическим и причислить супругу и сына Вел. Князя к Императорскому Дому, ибо супруга не имела "соответствующего по происхождению достоинства", а закон о равнородности браков был неприкосновенным для самого Императора. Государь Николай II мог сделать незаконный брак законным[ поскольку это входило в его компетенцию], но ни один Император не мог бы сделать детей от неравнородных браков кого-либо из Романовых Членами Императорского Дома,[ в связи с отсутствием полномочии. Действительно, не мог же император не владельную династию сделать владельной].
2) О равнородности брака Леониды Георгиевны Багратион-Мухранской."Многих монархистов озадачил уже вопрос равнород-ности Леониды Георгиевны, ибо при буквальном истолковании статей 36 и 188 Основных Законов равнородным считается принадлежность к царствующему, а не царствовавшему Дому - в данном случае грузинскому, давно вошедшему в число подданных русского царя. (В сходном положении были многочисленные дворяне - потомки царствовавшего рода Рюриковичей, которые равнородными не считались). "( М.В.Назаров Кто наследник российского престола " глава 7 "И снова сомнительный брак...").
"Великая Княгиня (де-юре вдовствующая
Императрица) Леонида Георгиевна родиласьв Тифлисе 23 сентября/6 октября 1914 г. в семье Е.Ц.В. Князя Георгия Александровича
Багратион-Мухранского и Е.Ц.В. КнягиниЕлены Сигизмундовны(урожденной Новина-Злотницкой).
Древнейшая в Европе Династия Багратионов согласно легенде происходит от библейского Царя Давида Псалмопевца. Его потомку Баграту парфянский Царь Валарзий предоставил права возлагать корону на Царей древней Армении еще в 150 году до Р.Х. В 298 году по Р.Х. наследник Баграта Царь Тиридат принял Христианство и стал его ревностным распространителем.Грузинская ветвь Багратионов начинается с Царя Баграта, прибывшего в Грузию в 575 году. Линия Мухранского Владетельного Дома выделилась в 1469 году.
Тесные связи Багратидов с Россией установились еще в 1564
году, когда Царь Кахетии Леон обратился за покровительством к Иоанну IV Грозному. Окончательно этот процесс завершился в 1783 году заключением Георгиевского трактата, по которому Грузинское Царство, сохраняя автономию и свою древнюю Монархию, переходило под верховную юрисдикцию Императоров Всероссийских. При Александре I, с кончиной Царя Георгия XII и появлением антирусских настроений, Грузию полностью присоединили к России и Династия Багратионов лишилась Престола (1801).После угасания старшей ветви Дома Багратионов в конце XIX века наследие грузинского Престола перешло в линиюКнязей Багратион-Мухранских, но существовавшее тогда положение делало несвоевременным объявление о правах. Дед и отец Княжны Леониды верно служили Российской Империи. Дед Великой Княгини Князь АлександрИраклиевич Багратион- Мухранский (де-юре Царь Грузии)был расстрелян большевиками в Пятигорске в числе заложников. в 1918 году.В 1921 году, после свержения грузинскими болшевиками еньшевистского правительства Н. Жордания, семья Князей Багратион-Мухранских выехала за границу. С началом Мировой войны друзья помогли Княгине Леониде Георгиевне выехать в Испанию. Вскореона познакомилась с вождем испанского народа генералом Ф. Франко,о котором у нее остались самые светлые воспоминания. Со своей стороны.Каудильо с подчеркнутым уважением относился к Российскому и Грузинскому ЦарственнымДомам. Уже после заключения брака Великого Князя Владимира Кирилловича и Леониды Георгиевны, при встрече с Ними, по древней испанской традиции преклонил колено.
Еще в 1946 году к Великому Князю Владимиру Кириллу обратился от имени Испанского Королевского Дома Инфант Фернандо Принц Баварский в связи с намеченной свадьбой Его дочери Инфанты Мерседес и брата Леониды Георгиевны Князя Ираклия с запросом,можно ли считать этот брак равнородным. В ответ Глава Российского Императорского Дома восстановил историческую правду и своим Актом от 5 декабря 1946 года признал царственное достоинство Дома Багратионов."( "Российское монархическое движение" №29.Февраль 2005.с.2). Наличие такого права (потверждения владетельных прав вассальной династии )принадлежащего исключительно главе фамилии сюзерена, мы можем найти в доме Габсбургов. Кроме того, необходимо отметить,что факт равнородности брака был подвержден также всеми европейскими королевскими домами. .
3) О красном флаге и банте. "Великий Князь Кирилл Владимирович также нарушил присягу и 1 марта 1917 г. - еще до отречения Царя и как средство давления на него! - снял свою воинскую часть (Гвардейский экипаж) с охраны Царской семьи, под красным флагом явился в Государственную думу, предоставил этому штабу масонской революции своих гвардейцев для охраны арестованных царских министров и выпустил призыв к другим войскам "присоединиться к новому правительству" (М.В. Назаров. "Вождю Третьего Рима стр.141-142).Оставим в стороне легенду о "красном знамени", равно как и "красном банте" на груди у Великого Князя Кирилла Владимировича, каковой "видели своими глазами" многие "очевидцы".Достаточно почитать воспоминания бывшего депутата Госдумы полковника Б. Энгельгардта, который, в отличие от прочих "свидетелей"( на которых очень любят ссылаться), действительно ПРИСУТСТВОВАЛ тогда в Таврическом дворце: "Во главе Гвардейского Экипажа появился и Великий Князь Кирилл Владимирович. Он зашел ко мне в кабинет. Вопреки существующим рассказам, у него не было на плече красного банта"..Гораздо важнее другой вопрос: "ЗАЧЕМ приходил Великий Князь Кирилл Владимирович в Таврический дворец и С КАКОЙ ЦЕЛЬЮ он сделал цитируемое г-ном Назаровым заявление?" Михаил Викторович, рассматривает мотивацию вел. кн. Кирилла, исходя из наших современных знаний.Но ТОГДА происходящие события виделись совсем иначе, чем нынче. Представим себе на минуту картину:В Петрограде смута. Массовые беспорядки. Полный хаос и неразбериха. Правительство Империи как и военное командование в столице, практически бездействуют и полностью самоустранились от происходящего. Революционеры формируют собственные органы власти - Советы, поддерживаемые толпой. На их сторону одна за другой переходят воинские части, расквартированные в Петрограде. Ситуация все больше выходит из-под контроля. В этой обстановке депутаты распущенной Государем Николаем II Госдумы - как представители единственного легитимного органа власти в Империи - создают Временный комитет членов Государственной Думы для ВОДВОРЕНИЯ ПОРЯДКА В СТОЛИЦЕ и для сношения с лицами и учреждениями (именно таково было его полное название; о мятежных же их планах ведали лишь сами заговорщики!). Великий Князь Кирилл Владимирович - один из немногих командиров, сумевших сохранить порядок и дисциплину в вверенной ему воинской части - передает ее в распоряжение единственного в столице органа, поставившего своей целью прекращение беспорядков. Он также выпускает обращение, в котором, действительно, призывает воинские части и их командиров подчиниться Временному комитету. Только М.В. Назаров недоговаривает, что призыв этот сделан не к "верным присяге и Государю Императору частям", как утверждает он, а к тем, кто уже перешел на сторону революционных Советов! Иеромонах Никон (Белавец) пишет"Высочайшего Указа Государя Императора Николая Александровича:"На основании статьи 99 Основных Государственных Законов, Повелеваем: занятия Государственной Думы прервать с 26 - го февраля сего года и назначить срок их возобновления не позже апреля 1917 года, в зависимости от чрезвычайных обстоятельств. Правительствующий Сенат не оставит к исполнению сего учинить надлежащее распоряжение."Здесь самый важный момент - это ссылка на статью 99, которая гласит: "Продолжительность ежегодных занятий Государственного Совета и Государственной Думы и сроки перерыва их занятий в течение года определяются Указами Государя Императора" Дело в том, что в Законах присутствует также статья 105, гласящая: "Государственная Дума может быть до истечения пятилетнего срока полномочий ее членов распущена Указом Государя Императора. Тем же Указом назначаются новые выборы в Думу и время ее созыва".Отсюда со всей очевидностью становится ясно, что ко второй половине дня 1 марта 1917 года единственным легитимным носителем власти в столице Империи оставался Председатель Государственной Думы М.В. Родзянко.Именно к нему лично и явился Великий Князь Кирилл Владимирович. И именно в его личное (а не Временного комитета) распоряжение предоставил вверенный ему Гвардейский экипаж Августейший двоюродный брат Царя-Мученика.Первое время деятели февраля не говорили о роспуске Думы. Так 27 февраля в своей телеграмме на Высочайшее имя М.В. Родзянко пишет: "Занятия Государственной Думы Указом Вашего Величества прерваны (прим. и. Н.) до апреля". Даже 2 марта в разговоре по прямому проводу с генералом Н.В. Рузским он употребляет термин "перерыв занятий законодательных учреждений". С точки зрения права - это было бы таким же государственным преступлением, как и арест думцами министров последнего Правительства Российской Империи. Для нас монархистов совершенно очевидно, что Великий Князь Кирилл Владимирович ни на йоту не вышел из правового поля и до конца исполнил свой долг." ( "Досадное упущение" Иеромонах Никон (Белавенец), газета "Монархист" №52. 2005.)
.
4)О интервью Вел. кн. Кирилла. Михаил Викторович, вы прекрасно знаете,как в 1917 году создавались подобные "откровения", однако ссылаетесь на них."Вот что пишет в своих воспониманиях княгиня О. Палей (супруга Вел. Кн. Павла Александровича): "Что касается журналистов, то они прибегали к всевозможным уловкам, чтобы проникнуть во дворцы, оставшиеся еще обитаемыми. В газетах появилось несколько интервью с Великими Князьями. все они, вероятно, были неверны, так как по ним выходило, что Великие Князья одобряют революцию. Мы дали самые строгие приказания, чтобы к нам не пропускали ни одного журналиста, и тем не менее мы попались, как и другие. Однажды лакей приносит Великому Князю визитную карточку, говоря, что какой-то офицер, приехавший из Пскова, просит разрешения видеть нас, чтобы сообщить важные новости по поводу Великой Княжны Марии, дочери Великого Князя. Имя офицера нам ничего не говорило, все же мы были далеки от мысли, что это ложь. Но как только мы увидели входившего субъекта, мы поняли, что попались в ловушку. Молодой человек ярко выраженного еврейского типа, с курчавыми и слишком длинными волосами, затянутый в форму, которой он никогда не носил, продвигался по направлению к нам с блокнотом и карандашом в руке. Великий Князь рассердился, повернулся к нему спиной и вышел. Я на минуту осталась с ним, не попросила его садиться и, уверяя, что нам нечего сказать, кроме того, что мы глубоко несчастны, постаралась как можно скорее выпроводить его. А на следующий день появились четыре столбца интервью, в котором Великий Князь высказывался об Их Величествах в возмутительных выражениях. Великий Князь был сражен и вне себя от отчаяния. Он послал опровержения во все газеты, но те отказались поместить их".( М. Кулибин. М. Назарову от М. Кулибина.газета "Монархист" №52. 2005.)
5) О "выборах" царя в 1613 году. Ключевой идеей соборников является идея выбора царя на будущем Земском соборе.В потверждение чему очень любят ссылаться на пример 1613года. Однако в 1613 году не было никакого избрания( в том смысле в котором его понимают соборники), а было лишь призвание на царство ближайшего родственика прежней династии Михаила Романова.Термин "избрание" употребляется в грамоте,а) как указание на Божественное избрание, б) как синоним термина " призвание". Лев Александрович Тихомиров пишет об этом:
"Учредительная грамота 1613 года
Избрание на престол Дома Романовых, как известно, сопровождалось замечательным учредительным документом, который известен под наименованием "Утвержденной грамоты". Когда новоизбранный Царь Михаил Феодорович, после долгих отказов, изъявил наконец согласие принять скипетр и державу и депутация возвратилась в Москву с этим радостным известием, на Соборе возникла мысль о необходимости увековечить великое деяние особой "Утвержденной грамотой". Решение это было постановлено 14 апреля.
Разумеется, составление Грамоты потребовало довольно продолжительной работы, причем неоднократно изменялась редакция документа. Некоторые отрывки первоначально предложенных редакций дошли и до нас. Все поправки касались, однако, не существа царско-народных отношений, а имели или стилистический характер, или относились к изложению исторических событий. Так, Собор, видимо, не счел удобным слишком подчеркивать злодейское убиение Годуновым Царевича Дмитрия Углицкого и в окончательной редакции лишь мимоходом упоминает об этом и о Божией за это каре, тогда как в первоначальной редакции злодеяние было отмечено с особенным негодованием. Точно так же в окончательной редакции исправлены сведения о Григории Отрепьеве.
По составлении Грамоты она утверждалась подписями и печатями, что взяло также не мало времени, так что продолжалось даже еще в мае месяце, уже по прибытии нового Государя в Москву.
Грамота эта, к сожалению, не была внесена в полное собрание законов, в котором должна бы была занимать первое место, ибо сам Собор 1913 года придавал ей чрезвычайное значение и прямо называет ее Соборным Уложением, придавая ей характер основного закона. "Да будет, - заявляет он в самом тексте, - впредь крепко и неподвижно и стоятельно во веки, как в сей утвержденной грамоте написано, и "всему инако не быти, как в сей утвержденной грамоте писано".
Не внесение этого важнейшего Соборного Уложения в полное собрание законов, почему-то не восходящего раньше Уложения Алексея Михайловича, причинило огромный пробел в развитии нашей государственно-правовой мысли, и не может быть называемо иначе как недозволительным кодификационным произволом графа Сперанского. Этот произвол обратил в простой исторический документ акт, Всенародным учредительным Собором утвержденный, как акт юридический, как Соборное Уложение, неповиновение которому объявлено было Собором как мятеж, подлежащий каре закона. Для развития идеи монархического государственного права в России это упразднение юридического значения Соборного Уложения 1613 года составило непоправимый ущерб, ибо сделало для нашего государственного права непонятной самую сущность Самодержавия и его отличия от простого "абсолютизма".
Идея юридической неограниченности Царской власти и нравственной обязательности известного содержания ее была, видимо, чрезвычайно ясна для Всенародного Собора 1613 года. С чрезвычайной тактичностью и тонкостью мысли, изощренной восьмилетними испытаниями, члены Собора не позволили себе дать каких бы то ни было прямых "инструкций" Царю, избираемому в качестве Верховной Власти, а посему получавшему всю полноту власти, но в то же время Собор указал совершенно отчетливо обязательные нормы этой Верховной Власти, объясняя для чего именно, во имя достижения каких задач она учреждается в лице Самодержавного Царя, и как она понимается всенародным сознанием. Таким образом, Соборное Уложение излагает самое содержание Верховной Власти, для осуществления которого она должна направить свои неограниченные права.
Безусловно, основною мыслью восстановляемого Собором государства является учреждение Православного Царства. Обязанности и отношения к вере и Церкви становятся во главу угла. Опасности, угрожающие вере и Церкви, есть основной мотив грамоты, обязанность противодействия этому выставляется самому Михаилу Феодоровичу, как неопровержимейший аргумент в пользу того, что он не имеет права уклониться от избрания. Всех иноверных кандидатов Собор признает недопустимыми. Восстановляя царство, от Господа ждут "государя праведно и свята, и благочестива и благородна и Христолюбива". Царя избирают, "чтобы наша святая и непорочная истинная православная христианская вера греческого закона во всем Российском государстве была по-прежнему". Поставляемый Царь есть Самодержец Православного Царства: это есть основа всех основ восстановляемой государственности. Понятно, что Грамота не забывает при этом и необходимости священного коронования Михаила Феодоровича.
Для всякого, изучавшего идею христианского царства, понятна логика всего остального государственно-правового сознания Собора.
Прежде всего, власть, вручаемая Михаилу Федоровичу Романову, понимается как легитимная. Царь Михаил Федорович получает власть как последний представитель фамилии Иоанна Грозного. Непосредственная связь с Рюриковичами (имевшаяся у Романовых через князей Горбатых) обходится полным молчанием, и "Царе Михаиле" именуется отраслью Московских Даниловичей, именно - племянником Царя Феодора Иоанновича, "благоцветущая ветвь, от благородного корени отрасль". Это неоднократно подчеркнуто в Грамоте. Новоизбранный Царь становился на то же самое царство, которого главами, как перечисляет Грамота, были Владимир Равноапостольный, Владимир Мономах, Суздальские Великие Князья, Александр Невский и т. д. до Грозного и Феодора Иоанновича. Во всей мере возможного Собор установил легитимную династичность, характер же народного избрания по возможности ослабляется. Всемерно подчеркнуто, что Михаил Феодорович поставляется на царство по избранию Божиему, а лишь затем и по избранию всего русского народа.
Власть эта определяется как наследственная, как продолжение прежней власти Царей, а вместе с тем подданным Грамотою вменяется в обязанность признавать Царями и потомков Михаила Феодоровича. Наследуя власть исторического Русского Царства, Михаил Феодорович тем самым получал власть неограниченную, Верховную. Термина "Верховная Власть" тогда не существовало, но Грамота именует Царя Михаила Государем и Самодержцем, что выражало наше современное понятие Верховной Власти. Слово "Государь" означало власть, выше которой нет.
Новгородцы, соглашаясь признать все титулы Великого Князя Московского, упорно не хотели именовать его "Государем", потому что у них "Государем" был сам Великий Новгород: "Государи Новгородцы", "Государи Псковичи" - это был титул, народного собрания, несшего верховные права республики. Тот же смысл Верховной Власти имеет и слово "Самодержец". В настоящее время политическая тенденция производит жалкие передержки, стараясь уверить, будто бы титул Самодержца означает лишь автономность в отношении какой-либо иноземной власти. Толкование это в полном смысле юридически безграмотное. Само собою разумеется, что вассал татарский, или чей бы то ни было, не может быть "самодержцем" внутри страны, так как страна при этом не имеет собственной Верховной Власти. Но как только Московские Князья свергли Верховную Власть ханов, - они стали сами Самодержцами, Властью Верховной. Самодержец тот, кто сам державствует, независимо от кого бы то ни было. Государь есть власть, выше которой нет никакой; Самодержец есть власть, ни от кого не зависящая. Это суть два элемента Верховной Власти, которая, как наивысшая и ни от кого не зависящая, тем самым есть власть юридически неограниченная.
Таким образом, Царю Михаилу вручалась неограниченная Верховная Власть. Это являлось обязательной нормой восстановляемого царства.
Другой обязательной нормой, по выраженным Собором желаниям, является государственное единство России. Грамота очень внимательно, многократно повторяет, что Царю вручается одна и та же государственная власть над всей Россией нераздельно, поясняя, что в область этой власти одинаково входят и Владимирская земля, и Новгородская, и царства Казанское, Астраханское и Сибирское и вообще "все великие и преславные государства Российского Царствия". При этом постоянно выражается пожелание, чтобы Царь отторженные грады и земли "паки во своя возврати", и даже, чтобы его пресветлое имя было "к расширению и к прибавлению великих его государств". Это объединение Земли русской и дальнейшее расширение государства Российского красной нитью проходит сквозь желания и молитвы Собора, относящиеся к новоизбранному Царю.
Третий род обязанностей Верховной Власти относится к тому, чтобы Царь исправил все разоренное, устроил все в тишине и благоденствии, как было при прежних благочестивых Царях. Эта тишина и благоденствие неразрывно связываются с благочестием, уничтожением измены и мятежей и вообще с поддержанием того настроения, которое соединено с религиозными христианскими верованиями.
Наряду с этой стройной системой нравственных норм Верховного устроения и правления Соборная грамота обязывает и подданных беспрекословным повиновением, наказывает им служить ему и будущим, происходящим от него Царям, "верой и правдой", "души и головы за них положить", биться до смерти с их государевыми изменниками и во всех делах быть, как Государь повелит.
Исторический фон, на котором в Грамоте изъяснены эти основы государственного права, восстановленного Царства, - составляет как бы иллюстрацию к тому, как государство, в течение веков славное и грозное, пришло к упадку и разорению вследствие нарушения этих государственных норм, связанных с религиозным благочестием. Отсюда и Цари, и подданные должны были научиться, как жить и действовать на будущее время для того, чтобы снова восстановить и удержать свою благоденственную славу.
Этот замечательный учредительный документ, не имеющий ничего себе равного во всемирной государственно-правовой созидательной деятельности, должен был по мысли Собора остаться навеки основой Русского Царства. Наша кодификационная работа исключила его из числа актов юридического значения несмотря на то, что именно на нем основана была Верховная Власть, триста лет с тех пор владычествующая в Русском государстве. Это не уменьшает его громадного исторического значения, о котором особенно своевременно вспомнить в настоящее чествование трехсотлетия династии, воцарившейся в 1613 году."
Добавлено 19.06: Кроме того обратимся к тексту самой грамоты и увидем,что в ней настойчиво проводится мысль о Божественном избрании, а не о поставлении от людей:
"...целовали все Животворящий Крест и обет дали, что за Великого Государя, Богом почтенного, БОГОМ избранного [ видите, господа соборники , Богом избранного, а не народом]и Богом возлюбленного, Царя и Великого Князя Михаила Феодоровича, всея России Самодержца, за благочестивую Царицу и Великую Княгиню, и за Их Царские Дети, которых Им, Государям, впредь Бог даст, души и головы положити и служити Им, Государям нашим, верою и правдою...
Последний раз редактировалось
Владимир Шпаковский Чт июн 19, 2008 12:49 pm, всего редактировалось 2 раз(а).
