Отрывок из статьи Михаила Делягина, председатель партии «Родина: здравый смысл»(Не стал только воспроизводить его несерьезные измышления о якобы имеющем место "предвыборном соперничестве" Путина и Медведева... - М.Н.)(...)
1. Что случилось
Убийство Егора Свиридова (и тяжелое ранение его спутника) стало копией летнего убийства Юрия Волкова: насколько можно понять, оно было абсолютно неспровоцированным, циничным, демонстративным и, если бы не массовый протест, – безнаказанным.
В обоих случаях милиция захватывала наиболее вероятных убийц и их соучастников – и в обоих же случаях торопливо выпускала всех или почти всех их, по сути дела, гарантируя безнаказанность.
Можно обсуждать, происходило ли это за деньги или из страха (милиционеры хорошо помнят историю своих сослуживцев из Митино, которые ночью в январе 2009 года задержали за драку группу чеченцев, один из которых – как потом выяснилось, племянник сенатора Аслаханова, - согласно показаниям свидетелей размахивал пистолетом и кричал «Всем бояться, здесь чеченцы отдыхают!» При попытке допроса он ударил сотрудника милиции бутылкой по голове, нанеся ему сотрясение мозга, после чего чеченцы и были задержаны. Однако затем они были немедленно освобождены, а четверо задержавших их милиционеров отданы под суд, который продолжается до сих пор, причем милиционеров пытались взять под стражу, и они голодали 11 суток, попав в больницу), - но на результат мотивы действий «правоохранительных» органов не влияет.
Аналогичных трагедий происходит довольно много. Так, накануне убийства Егора Свиридова – 5 декабря – в Москве был убит 20-летний член студсовета РГМУ Михаил Антончик. Он пригласил отметить с ним его день рождения встретившегося ему на улице молодого кавказца, после чего на него и его спутников набросилось семеро кавказцев. Его держали двое, а третий бил «хорошо поставленным ударом», как рассказывала мать его невесты, - так, что «в больнице зафиксировали размозжение костей». Его три спутника госпитализированы.
По словам его сокурсников, руководство вуза «пытается спустить историю на тормозах», а следствие «ищет не убийц, а занимается изучением вопроса, был ли погибший националистом или хотя бы футбольным фанатом».
Имеют место и демонстративно политические действия - достаточно вспомнить избиение в ноябре 2010 года известного питерского историка Пыхалова, которому сломали нос и вся вина которого, насколько можно понять, заключается в публикации архивных данных о массовом поведении чеченцев во время Великой Отечественной войны.
Однако убийство Свиридова отличается от целого ряда других убийств тем, что за память покойного оказалось кому заступиться, по сути дела, принудив «правоохранительные» органы к исполнению своих прямых служебных обязанностей.
Протест футбольных болельщиков против повторного безнаказанного убийства вылился в блокирование движения по Ленинградскому проспекту на следующий день, 7 декабря. В акции участвовало около тысячи человек, ведших себя организованно и лояльно к милиции. Существенно, что потенциально провокационные речевки, насколько можно судить по видеороликам, пресекались сразу.
В субботу в первой половине дня уже шесть тысяч человек в Москве мирно прошло мимо остановки, где был убит Свиридов. В то же время в Санкт-Петербурге в аналогичном мирном и организованном шествии участвовало около двух тысяч человек; правда, при попытке небольшой части заблокировать движение милиция задержала около 60 человек. Организованные и мирные акции памяти Егора Свиридова прошли еще в нескольких городах России.
К 15 часам дня на Манежной площади стали собираться футбольные фанаты и другие протестующие. На имеющихся записях видно, что к тому времени к площади были стянуты огромные силы ОМОНа. Было избито четыре прохожих кавказской внешности, ОМОНовцы защитили их – и начались столкновения с ним. Около 16 часов на площадь приехал начальник московского ГУВД Колокольцев, который вместе с командиром московского ОМОНа Хаустовым вступил в переговоры с протестующими, сообщив, в частности, о задержании двоих подозреваемых в убийстве Свиридова.
Интересно, что он обещал устранить возможности для критики МВД, что звучало крайне двусмысленно: под этим могла иметься в виду не только борьба с преступностью, но и полное подавление прав граждан на защиту своих интересов.
В начале шестого протестующие начали расходиться (правда, погром продолжался в метро), в полшестого площадь практически опустела.
Насколько можно понять, в митинге протеста на Манежной площади (а это был действительно митинг: ораторы выступали со ступеней Манежа) принимало участие около 8 тысяч человек (хотя оценки различаются от 3 до нескольких десятков тысяч). Основную часть составляли футбольные фанаты (о чем можно судить по специфическому типу поведения при столкновениях с ОМОНом), однако были и люди пожилого возраста, и женщины (одна из которых выступала). Задержано около 65 человек, 29 госпитализированы с ранениями.
Обращает на себя внимание мирные намерения протестующих: насколько не было судить, у них не было никакого оружия и никаких сопутствующих подручных материалов (кроме файеров), из-за чего впоследствии в качестве оружия использовались даже елочные игрушки.
Существенен и высокий уровень организованности и солидарности: значительное количество людей, заметная часть которых была агрессивно настроена, а некоторая пьяна, практически не дралось между собой (так как иначе пострадавших было бы на порядок больше).
2. Базовый процесс: благодаря клептократии
этническая экспансия приобретает политический характер
Объединенные в кланы представители Кавказа, Средней Азии и Китая с легкостью выигрывают конкуренцию у разъединенного городского и спивающегося от безысходности сельского населения.
Клептократия объективно заинтересована в замене мигрантами носителей русской культуры в силу их нетребовательности (они не «качают права», не мешая коррупционерам воровать, и значительно более толерантно, чем носители русской культуры, относятся к коррупции).
При этом масштабы коррупционных потоков из республик Северного Кавказа, насколько можно судить, исключительно велики из-за отсутствия контроля за закачиваемыми в них средствами федерального бюджета. Масштабы помощи этим регионам многократно превышают помощь даже беднейшим регионам остальной России – частью из-за коррупции, частью из-за сомнительной статистики.
Это напоминает выплату дани некоей новой «Золотой Орде» и обеспечивает непропорционально высокое влияние представителей северокавказских республик на территории остальной России (в силу как беспрецедентных финансовых возможностей, так и демонстративно жестокого применения насилия).
Экспансия представителей Кавказа производит впечатление наиболее энергичной и существенно затрагивающей органы государственной власти, включая судебную систему. (Классическими примерами являются осуждение Аракчеева и объявление экстремистским тома Большой Энциклопедии, содержащего статью о Чечне.)
Социальная катастрофа на Северном Кавказе способствует стремительной архаизации сложившихся там обществ – и, соответственно, архаизации мигрирующих на территорию остальной России, которые, насколько можно судить, все менее могут и все менее хотят интегрироваться в сложившуюся там жизнь.
По-видимому, они начинают не приспосабливаться к обычной жизни регионов, в которые приезжают, а переустраивать эту жизнь в соответствии со своими привычками, трактуя (с использованием этнических кадров юристов и профессиональных, в том числе этнических «правозащитников») естественное недовольство коренного населения как «экстремизм», «национализм», «расизм» и «фашизм».
При этом органы власти в целом, по всей видимости, выступают на их стороне, что создает ощущение полной и гарантированной безнаказанности и способствует развитию агрессивных настроений и агрессивного поведения, особенно молодежи.
Насколько можно судить, судебная система, как и вся система государственного управления, последовательно дискриминирует русских: в конфликтах с кавказцами и особенно с чеченцами они оказываются почти всегда виноватыми и практически лишены права на правосудие.
В результате в России, в частности, в Москве начинают развиваться те же тенденции, что наблюдались в Чечне перед началом этнической чистки невайнахского населения, - и беженцы из Чечни с ужасом наблюдают за этими тенденциями.
Демонстративные публичные исполнения лезгинки и некоторых иных танцев, стрельба (пока в воздух) в общественных местах в знак хорошего настроения, скандирование лозунгов типа «Москва будет наша!» и «Россия будет наша!», отличающаяся повышенной жестокостью, часто немотивированная бытовая агрессивность объективно направлены на самоутверждение за счет унижения коренных жителей, которые ощущают это все более болезненно.
Насколько можно понять, формируются боевые отряды кавказской молодежи (например, пресловутые «Черные ястребы»), осуществляющие демонстративный террор против коренного населения осваиваемых кавказцами территорий.
Весьма характерным для мироощущения активной части кавказской молодежи (в частности, глубочайшим презрением к русским и агрессивностью в отношении них) представляется следующее стихотворение, широко распространившееся в Интернете и посвященное вероятному убийце Егора Свиридова. Вряд ли оно когда-нибудь будет признано нынешней российской властью экстремистским и потому цитируется без изменений (источник:
http://vkontakte.ru/club22188487):
Аслан Черкесов – узник совести
Великий сын Кавказа гордо плечи расправляя
Встал и сказал: "Я невиновен в том,
Что русская собака пьяная и злая
Открыв свой рот поганый назвала меня скотом.
Да ладно, это б вынес, но когда сказал про мать он
И кинулся ко мне с бейсбольной битою в руках
То гнева справедливого не в силах был сдержать я
И отплатил за всё сполна в его глазах увидев страх.
Меня зовут Аслан и я сын вольного Кавказа
Родился я свободным и свободным я умру.
Меня никто не в праве оскорблять, звать "черномазым"
И говорить чтоб я немедленно покинул "их" страну.
Я тоже часть России, у меня российский паспорт
И права жить здесь у меня не меньше чем у вас
Я всё сказал суду, прошу быть беспристрастным.
Пускай Аллах на небесах теперь рассудит нас."
Аслан! Запомни, друг сердечный по несчастью!
Ты не один и за тебя Кавказ стоит горой.
И будут испытания, страдания, ненастье
Тебя не бросим, брат в беде!Кавказ всегда с тобой!
В ноябре 2010 года на Курбан-Байрам более 50 тысяч мусульман пришли к соборной мечети в Москве на утреннюю молитву, наглухо заблокировав все движение в округе.
Поскольку в прошлые годы такого не происходило, а рост числа мусульман в Москве не носит скачкообразного характера, это было расценено многими москвичами как откровенная акция устрашения.
«Правоохранительные» органы даже не предприняли попыток обеспечить движение транспорта и пешеходов по блокированным улицам.
Корень зла, насколько можно судить, – в коррупционной мотивации российского государства. Однако коренное население, подавляемое в своей повседневной жизни, вынужденное встречать по вечерам своих женщин и детей на остановках транспорта и при этом еще и шельмуемое за «национализм», не в силах решить фундаментальную проблему и защищается от непосредственной угрозы - агрессивной экспансии, прежде всего с Кавказа.
3. Роль либералов
Либеральные СМИ еще после событий 7 декабря поспешили заявить, что болельщики скандировали «националистические лозунги». Таковыми считались, насколько можно судить, в том числе «Хватит убивать русских!» и «Один за всех, все за одного!».
После прекращения митинга на Манежной площади сайт «Новой газеты» сообщил о начале формирования «кавказских бригад»: «Столкновения начались (в настоящем времени!! – М.Д.), организованно и хаотично они ведутся на улицах и в метро». Других сообщений такого рода не поступало, что производит впечатление их недостоверности, направленности на запугивание и разжигание конфликтов.
Либералы, насколько можно судить, крайне болезненно реагируют на любые попытки самоорганизации и самозащиты граждан России, не принадлежащих к тем или иным национальным меньшинствам, считая это проявлением «русского фашизма», «нацизма» и «расизма».
Наиболее распространенное прилагательное, употребляемое ими со словом «русский» - это «фашист».
Вероятная причина – осознание или ощущение ими чудовищного вреда, принесенного России реализацией их идеологических догм и корыстных интересов, а также объективной несовместимости реализации своей идеологии и интересов с самим существованием России.
Это, по всей видимости, вызывает в них страх перед возможным возмездием, который сублимируется в повышенную, обычно истеричную агрессивность в отношении любых сил, хотя бы потенциально способных выразить интересы народа России, не говоря уже об их деятельной защите.
Насколько можно судить, либералы полностью смыкаются в этой позиции с представителями «правоохранительных» структур, строящих свою карьеру на подавлении частью придуманных, частью спровоцированных «националистов» или же на обслуживании интересов этнических организованных преступных сообществ.
ПОЛИТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ: ПРОВОКАЦИЯ
1. Попустительство милиции
Бросается в глаза, что МВД не предпринимало мер по подавлению акции протеста на Манежной площади. Огромные силы ОМОНа, бесчисленные автобусы и автозаки были стянуты к площади заранее, а народ собирался медленно.
Если бы руководство «правоохранительных» органов хотело не допустить акцию протеста, оно могло применить хотя бы некоторые из методов, широко применяющихся против обычных протестантов – левых, демократов, рабочих, участников забастовок и молодежи (и даже иногда против участников санкционированных акций протеста – при том, что митинг на Манежной площади был несанкционироанным). Среди них (напомню, что это уже отлаженная практика – и здесь приводится далеко не полный список):
· блокирование Интернет-ресурсов, используемых для организации и оповещения о проведении протестного мероприятия (до личных адресов электронной почты включительно);
· блокирование мобильных телефонов потенциальных организаторов протестных мероприятий;
· профилактические беседы и угрозы о недопустимости участия в протестном мероприятии;
· превентивное задержание активистов (обычно в местах проживания или на выходе из дома) перед протестным мероприятием на время его проведения;
· задержание в транспорте при следовании к месту проведения мероприятия;
· провоцирование случайных бытовых конфликтов по дороге на протестные мероприятия и задержание в связи с этим;
· блокирование доступа на место проведения протестной акции с рассеиванием и частичным задержанием намеревающихся в ней участвовать, с целевым задержанием известных активистов;
· демонстративное рассеивание собирающихся на протестное мероприятие перед его началом, когда численность протестующих еще сравнительно невелика;
· отсечение небольших групп протестующих от основной массы с их избиением и/или задержанием;
· блокирование мобильной связи в районе проведения протестного мероприятия.
Наконец, в любой момент проведения митинга протеста ОМОН мог начать раскалывать и разгонять толпу (как это, собственно, предусмотрено его стандартными инструкциями). Возможно, ОМОН пал такой же жертвой реформы образования, что и остальное общество, и уже не умеет это делать, - но, как минимум, могла быть предпринята такая попытка.
Вместо этого ОМОН оцепил место проведения митинга протеста против безнаказанности этнической преступности, дождался сбора максимального количества людей и начал сдерживать их попытки прорыва на проезжую часть, периодически переходя в контрнаступление и оттесняя протестующих от проезжей части. Активные действия, по сути дела, не предпринимались.
Пассивность ОМОНа можно объяснить страхом перед народом, - но при наличии такого страха ничто не мешало «зачистить» площадь на этапе сбора участников митинга протеста или даже до начала этого митинга, не допуская сбора на площади значительной массы людей.
Версия о сочувствии ОМОНа протестующим, о понимании им их правоты и внутренней солидарности с ними объясняет относительную мягкость его сотрудников в индивидуальных столкновениях (хотя, по некоторым непроверенным данным, имели место и акты необычной даже для ОМОНа жестокости), но не отсутствие коллективных действий по пресечению митинга.
Беспрецедентным для подавления «обычных» акций протеста представляется и освобождение утром в воскресенье всех (около 65 человек) задержанных на Манежной площади, - хотя, возможно, данное сообщение носило пропагандистский характер, было направлено на успокоение людей и не соответствовало действительности.
Вывод: вероятно, целью руководства «правоохранительных» органов было не недопущение или пресечение беспорядков в зародыше, а их демонстрация – обществу и руководству страны.
Наиболее вероятная цель – создание обоснования для нового расширения полномочий (как раз в настоящее время Госдума принимает медведевский Закон «О полиции», улучшенный по сравнению с первой редакцией; руководство МВД могло хотеть как облегчить прохождение Закона и обеспечить его общественную поддержку, так и расширить предусматриваемые им права полиции).
Примерно так же в свое время в центре Москвы был разрешен скандальный «Русский марш» - для обоснования принятия 282-й «антирусской» статьи Уголовного кодекса (по которой можно лишать свободы до 4 лет даже за неаккуратную критику начальства).
Вторая по значимости цель, вероятно, - подготовка обоснования для проведения масштабных репрессий против недовольных. Механизм прост: провоцирование критически настроенных к правящей клептократии людей (в том числе далеких от национальной тематики) на высказывания или выступления по национальному вопросу, после чего клеймение их «националистами» и проведение против них репрессий, поддерживаемых напуганным обществом.
Характерно, что сначала виновниками беспорядков официальные СМИ называли футбольных фанатов. Затем они короткое время говорили о неких «левых» радикалах (что является бредом, так как левые на манежной площади чувствовали бы себя, как чернобурка в меховом ателье), затем – вероятно, по старой памяти – о «национал-большевиках» (что также является бредом в силу их интернационализма), и лишь к концу субботы доминирующими обвиняемыми стали «националисты».
Третья вероятная цель – переключение общественного протеста со все менее адекватной бюрократии на межнациональные отношения (представляется вероятным, что футбольные фанаты и боящиеся этнического террора продолжат добиваться правосудия, а кавказские группировки будут мстить за испытанный страх, активизируя нападения в ситуациях гарантированного численного превосходства).
При этом будет дискредитирован сам протест: его участники будут выглядеть не как борцы за общественное благо, а как опасные и агрессивные маргиналы, являющиеся большим злом, чем коррумпированная бюрократия.
Вероятно, не случайно Сурков провел в день митинга на Манежной площади встречу с представителями официозных молодежных движений...
http://rodina-zdraviy-smysl.ru/content/news/99/3398/