Татарская проблема...

[М.В. Назаров]

Татарстан не может определиться: регион — часть России или вилайет Турции

Раис Сулейманов, эксперт Института национальной стратегии

КАЗАНЬ, 22 Декабря 2015, 20:35 — REGNUM

Начавшийся 24 ноября конфликт между Москвой и Анкарой после обстрела турецкими военными российского боевого самолета Су-24, потерпевшего крушение, вылился в серию санкций России в отношении Турции. Коснулись они не только сферы экономики, но и вопросов культуры, образования, науки. Действия Турции, которые были охарактеризованы президентом России Владимиром Путиным как «удар в спину», так как Москва ведет войну против ИГИЛ в Сирии, и получается, что Анкара помогает террористам, неоднозначно трактовались в разных регионах Поволжья, хотя большинство областей солидаризировалось с федеральным центром. Исключением стал только Татарстан, который занял не до конца лояльную позицию в отношении действий федерального центра, предпочитая не портить свои связи с Турцией, попутно посылая четкие сигналы Анкаре «мы не на стороне Москвы». Это особенно контрастно на фоне Башкирии, региона, как и Татарстан, с тюркско-мусульманским титульным населением, где власти предпочли не отступать от политической линии федерального центра.

Стремительно развивающееся противостояние между двумя странами вызвало в России волну антитурецких настроений, которые вылились не только в акции протеста в Москве у турецкого посольства, но и были подхвачены и в регионах Поволжья: например, в Ульяновске закидали яйцами турецкий флаг, висевший на здании местного пивзавода «Эфес», а в Казани возле консульства Турции прошли пикеты как отдельных граждан, так и общественно-политических организаций. Впрочем, поначалу власти Татарстана попытались этому помешать: например, одного из таких организаторов пикета Михаила Щеглова, являющегося председателем Общества русской культуры Татарстана, задержала полиция, не дав ему провести акцию. Однако потом поток желающих выразить свое возмущение вероломным обстрелом российского самолета Турцией был большим, что уже этому не пытались препятствовать.

Российские санкции в отношении Турции ударили не только по туристической отрасли, но и по тем структурам, которые являются «мягкой силой» Анкары. Речь идет о культурных и научных центрах, открытых Турцией в России. Так, в Казанском федеральном университете был закрыт Центр изучения Турции Института им. Юнуса Эмре, помпезно открытый в 2012 году. Такая же участь постигла Российско-турецкий научный центр, действовавший в Государственной библиотеке иностранной литературы, и кафедру ТюрКСОЙ в Башкирском государственном педагогическом университете. С территории Чувашии был депортирован обратно в Турцию научный сотрудник факультета литературы турецкого Университета Тракья Джамаледдин Явуз, приехавший в Поволжье для сбора научной информации для своих исследований — за нарушение визового режима.

Министерство культуры России разослала рекомендацию в республики с тюркским титульным населением о необходимости свернуть отношения с международной ассоциацией тюркской культуры «ТюрКСОЙ», осуществляющей культурную экспансию Анкары в регионах расселения тюркских народов. Везде это было выполнено, хотя в Татарстане вызвало наибольшее сопротивление. В Татарстане в местных СМИ немедленно началась кампания против российского министра культуры Владимира Мединского, что наиболее отчетливо было высказано словами советника гендиректора Республиканского агентства по массовым коммуникациям Римзиля Валеева: «Вправе ли федеральное министерство культуры командовать региональными?».

Фактически националистическая фронда в Казани, стоящая на пантюркистских позициях, старается всячески бойкотировать антитурецкий тренд руководства России, озвучивая настроения протурецкого лобби в Татарстане. В близких к Казанскому Кремлю СМИ всячески подчеркивается вред и убытки, которые, дескать, несет экономика Татарстана от того, что Россия заморозила свои отношения с Турцией, заложником чего как бы и стала республика. Однако и тут есть своя положительная сторона: если до разразившегося конфликта у турецкого бизнеса были огромные преимущества в Татарстане (я бы даже сказал привилегии), которые ему оказывали местные власти, особенно в сфере строительства, то теперь местный бизнес, после начала вытеснения турок, с охотой стал смотреть на те подряды, которые раньше отдавались турецким стройфирмам.

В Башкирии начавшаяся «холодная война» между Россией и Турцией позволила заново актуализировать, только теперь уже в новых политических реалиях, вопрос о культе личности башкирского пантюркиста, одного из лидеров басмачевского движения и впоследствии гражданина Турции Заки Валиди (1890−1970), воспринимаемого современными башкирскими националистами в качестве своего кумира прошлого. В этом году отмечается 125-летие со дня его рождения, и башкирские националисты поставили вопрос об установке ему памятника в Уфе, однако сейчас очевидно, что это выглядит совершенно неуместно. Фигура Заки Валиди, которую пытаются возвести в ранг «отца башкирского народа», остается камнем раздора между русской общественностью и башкирскими националистами. К слову сказать, вопрос об установке памятника другому гражданину Турции, который также покинул после Октябрьской революции Поволжье, татарскому общественно-политическому деятелю Садри Максуди (1878−1957), работавшему советником у первого президента Турецкой Республики Мустафы Кемаля Ататюрка, также завис в воздухе. Именно ему планировали поставить памятник в Казани в сквере «Стамбул» (с таким названием его основали еще в 2013 году; ни один другой город не удостоен такой чести) и торжественно открыть во время визита турецкого президента Реджепа Эрдогана в Казань, запланированного на декабрь, но теперь уже отмененного.

Официальный Татарстан предпочел занять выжидательную позицию. Несмотря на то, что для Казани торгово-экономическое сотрудничество с Анкарой является приоритетным (в Татарстане действуют 280 турецких предприятий и 26% от всего потока иностранных инвестиций в Татарстан приходит из Турции), президент республики Рустам Минниханов до недавнего времени никак не высказывал публично своего отношения к ухудшению отношений России с Турцией. И это было понятно: протурецкие настроения в местной элите, конечно же, сильны, но открыто объявлять о своем недовольстве позицией Путина Минниханов не решался. Поэтому он старался тактично молчать, но тем самым наглядно показывая, на чьей стороне в этом конфликте симпатии правящей этнократии. Занимая позицию «открыто выступить не можем против линии Москвы, поэтому лучше промолчим», Казань подавала сигналы Анкаре, что мы не поддерживаем Путина. Кстати, есть опасность того, что если противостояние примет характер войны, то Татарстан будет в тылу России выглядеть в роли союзника Турции.

Однако 21 декабря Рустам Минниханов все-таки высказал свою позицию по татарстано-турецким отношениям. На встрече с местными журналистами, отвечая на вопрос, с какими странами Татарстан готов сегодня взаимодействовать, он заявил, что «готов дружить со всеми, кто в свою очередь готов инвестировать в экономику республики». Сложившуюся сегодня ситуацию глава республики характеризовал как «очень непростую и болезненную», «очень чувствительную для Татарстана». Он напомнил, что Владимир Путин четко обозначил, с кем и по какому поводу у России политические разногласия. «Эти вопросы решаются на политическом уровне между нашими странами. Что касается инвесторов, то здесь мы работаем в рамках закона, у нас нет разночтений, — сказал Минниханов. — Здесь я нахожу полную поддержку руководства нашего государства. Но в политику я не вхожу. Есть сожаление о том, что все так получилось». При этом глава региона отметил, что в республике ожидают «больших турецких инвестиций» и будет неправильным отказываться от специалистов из Турции: «Думаю, отказываться от таких специалистов с нашей стороны будет неправильно, — отметил он. — Надеюсь, что здесь мы найдем поддержку наших российских коллег в Москве. Пока находим».

Без внимания почему-то осталось то, что позиции Турции сильны не только в среде светской элиты Татарстана, но и в мусульманской среде. Ни для кого не секрет, что нынешний муфтий Татарстана Камиль Самигуллин принадлежит к турецкому фундаменталистскому джамаату «Исмаил ага», чей духовный центр располагается в Стамбуле.

Весь 2015 год в Казань охотно прибывали турецкие религиозные деятели. В марте по приглашению муфтия Самигуллина в Татарстан прибыл исламский проповедник Фатих Календер, который принадлежит к тому же джамаату «Исмаил ага», что и сам муфтий Татарстана. Сколько раз уже говорили о том, что приглашать зарубежных лекторов, проповедников — зло, что ничего, кроме внедрения зарубежных форм ислама они не несут. Однако в Татарстане почему-то считают по-иному. Такое чувство, что ответственным за религиозную сферу чиновникам впрок не пошел опыт 1990-х годов, когда Казань была свободной ареной для зарубежных миссионеров. Ведь наступают же на одни и те же грабли второй раз подряд.

В том же месяце в Казань прибыл представитель «Вакфа» Управления по делам ислама Турецкой Республики Селчук Узтюрк и делегация во главе с заместителем главы Департамента по делам тюрков зарубежья при Совете министров Турецкой Республики Мехметом Кесе, а в Набережные Челны в медресе «Ак мечеть» вести занятия приехали ученые из Адыяманского университета Турции, кандидат наук, старший преподаватель факультета исламских наук Мустафа Гювен и кандидат наук, заместитель декана факультета экономики и административных наук Мурат Айан. Поток турецких религиозных деятелей в Татарстан последние три года весьма заметен.

Сеть турецких джамаатов с начала 1990-х годов пустила свои корни в Поволжье. 8 турецких лицеев движения проповедника Фетхуллаха Гюлена в Татарстане (ранее 4 лицея действовали в Башкортостане), пансионаты джамаата «Сулейманджилар» в Казани и Нижнем Новгороде, ячейки экстремистской организации «Нурджулар», — все это, естественно, формирует протурецкие настроения среди мусульман в регионе. Пантюркизм же остается составной частью идеологии современного татарского национал-сепаратизма, а Турция местной этнократией видится в роли «старшего брата» для татар.

Казанскому Кремлю пора уже определиться, чем является Татарстан — частью России или вилайетом Турции. А в Москве задуматься: стоит ли потакать капризам правящей в Татарстане этнократии, сохраняя тешащий ее тщеславие институт президентства.

http://regnum.ru/news/polit/2042002.html

+ + +

Двусмысленный ответ Путина Казани: Россия — асимметричная этнофедерация?

Комментарий эксперта Института национальной стратегии Раиса Сулейманова

КАЗАНЬ, 17 Декабря 2015, 17:29 — REGNUM Сегодня во время традиционной ежегодной пресс-конференции президента России Владимира Путина журналистка интернет-газеты «Бизнес Онлайн», близкой к казанскому Кремлю, спросила у главы государства о возможности сохранения наименования должности президента Татарстана Рустама Минниханова, в противном случае «это может стать ударом по национальным чувствам всех, собственно, татар мира». Ответ президента России оказался двусмысленным, и он будет истолкован татарстанскими властями в свою пользу, заявил ИА REGNUM эксперт Института национальной стратегии Раис Сулейманов.


«У нас ведь как говорят: хоть горшком назови, лишь бы в печку не ставили, — сказал Владимир Путин, отвечая на вопрос казанской журналистки. — Это дело самого Татарстана. Я не думаю, что это так чувствительно, что это как-то заденет национальные чувства. Вы же знаете, как остро реагируют на свои национальные чувства народы Кавказа. Но вот Чечня сказала: «Нет. У нас в стране должен быть один президент. Мы по-другому сделаем в отношении первого лица республики». Это был выбор чеченского народа. Мы с уважением отнесемся к любому выбору народа Татарстана. Поэтому, вы сами там решайте, ладно?»

«Ответ президента России, на мой взгляд, прозвучал очень двусмысленно, а не конкретно, — считает Раис Сулейманов. — Его можно понимать и так, и вот так. То Путин указывает на пример Чечни, где Рамзан Кадыров один из первых поменял название своей должности с «президента» на «главу», то опять же говорит, что «это дело самого Татарстана», что «вы сами там решайте». Это ведь очень принципиальный вопрос во внутренней политике государства: или мы сохраняем атрибуты региональной вольницы 1990-х годов, или мы все-таки делаем единым правовое поле внутри страны, где не будет больше асимметричной этнофедерации с ее сепаратистскими очагами в национальных республиках».

«Еще в 2010 году был принят федеральный закон «Об общих принципах организации представительных и исполнительных органов власти субъектов РФ», запрещающий главам субъектов РФ называться президентами. При этом регионам позволили самим выбирать название должности своего руководителя в соответствии с историческими традициями, ограничив сроком до 1 января 2015 года, — продолжил политолог. — Однако особенно мудрствовать в республиках не стали, и везде название должности стало именоваться «глава». Везде, кроме Татарстана. С помощью своих лоббистских возможностей казанскому Кремлю удалось получить еще на один год отсрочку — до 1 января 2016 года. Нетрудно догадаться, что идя на такую уступку правящей этнократии, федеральный центр сам себя загонял в угол, поскольку допускал проведение в сентябре 2015 года выборов президента Татарстана, то есть не просто руководителя региона, а именно в должности президента Татарстана. Это автоматически было использовано в качестве политического козыря: дескать, это не просто выборы первого лица Татарстана, а своего рода референдум за сохранение должности президента в Татарстане. Учитывая, что Татарстан имеет дурную славу региона со стабильной практикой фальсификаций на выборах, итоги волеизъявления жителей были просто ошеломляющие: 94,4% за Минниханова при явке в 84,21% от всего числа избирателей. И это в воскресный день, когда значительная масса городского населения проводит на дачах».

По словам Сулейманова, «вскрытые факты фальсификаций и подтасовок как всегда остались без внимания властей, главное — использовать результаты как политический козырь в продолжении лоббирования сохранения названия должности президента Татарстана». «Причем достали еще одну козырную карту — наличие договора о разграничении полномочий между федеральными и региональными органами власти, заключенный по инициативе Татарстана и принятый в качестве федерального закона. Его срок деятельности — 10 лет, то есть заканчивается он только в 2017 году. И хотя содержание текста договора мало на что влияет, тем не менее, Татарстан — это единственный регион из всех, который имеет его с Москвой. Тем самым в России сохраняется юридическое неравноправие регионов внутри федерации. Цепляясь любыми способами за то, чтобы сохранить этот важный атрибут эпохи «парада суверенитетов» начала 1990-х годов, казанский Кремль, как и в 2014 году, тянет до самого конца, не желая отказываться от должности президента Татарстана. До конца года осталось две недели, и такое чувство, что и во второй раз Москва прогнется перед этнократией Татарстана, пойдя на выполнение ее капризов», — считает эксперт.

http://regnum.ru/news/polit/2038854.html

+ + +

В Казани на 7 суток арестован известный исламовед Раис Сулейманов

Известного исламоведа и эксперта Института национальной стратегии Раиса Сулейманова арестовали на 7 суток. Накануне состоялся суд, где ученого признали виновным в нарушении части 1 статьи 20.3 КоАП ("Пропаганда либо публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики, либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой…").

Накануне Раис Сулейманов написал на своей на странице в Facebook, что его вызвали в Центр по противодействию экстремизму 28 декабря 2015 года. Следователь интересовался опубликованными в соцсети постами Сулейманова и иллюстрациями к ним, а также его недавним интервью украинскому информационному агентству "Единство-информ".

Информационно-аналитический портал "Голос Ислама", публикуя информацию об аресте Сулейманова, не без злорадства назвал его арест, "пусть даже и на символический срок", "звонкой пощечиной" "имперским ястребам", определяющим "стратегию нынешней власти, в том числе по удушению исламского призыва".

Как пишет далее "Голос Ислама", Сулейманов - "инициатор десятков, если не сотен пропагандистских кампаний против мусульман и различных их джамаатов и лидеров". "Доигрался он, однако, судя по всему, за другое, а именно за свои последние провокации против руководства Республики Татарстан, которое в ряде своих статей в общероссийских СМИ выставлял в качестве "пятой колоны Турции", - сказано в публикации.

Арестом Сулейманова, подчеркивает "Голос Ислама", "руководство Татарстана показало, что не собирается терпеть на своей территории московских ястребов, что вкупе с твердой позицией Рустема Минниханова, заявившего о сохранении экономических связей с Турцией и братстве татар и турок, выглядит как явная фронда Казани в отношении... курса Москвы".

Раис Равкатович Сулейманов - российский религиовед и исламовед, эксперт по ваххабизму, специалист по исламскому радикализму, исламистскому терроризму, исследователь этнорелигиозных конфликтов в Поволжье. Автор публикаций, посвящённых радикальным течениям ислама в России, преимущественно в Приволжском федеральном округе, по зарубежному религиозному влиянию на мусульман России и проблемам национал-сепаратизма в Татарстане и Башкортостане.

Источник: Newsru.com

http://mission-center.com/index.php/ru/pravoslavnie-novosti/1-pravoslavnie-novosti/22636-gon-rus-kazan-arest-raisa-suleimanova.html

[М.В. Назаров]

Раис Сулейманов. Я на свободе

Сегодня вечером 31 декабря 2015 года я вернулся домой из заключения. О том, как я там провел, я обязательно напишу свои «Записки из Мертвого дома» - много наблюдений. Это мало, кто описывает, особенно применительно к Казани, поэтому нужно оставить такой очерк для истории. Благодаря очень внушительной и массовой общественной поддержке, за которую я искренне благодарен всем, власти в Татарстане, которые явно не ожидали такого, вынуждены были отступить. Удалось обжаловать меру наказания в Верховном суде Татарстана: вместо 7 суток административного ареста мне присудили штраф в 1,5 тысячи рублей, что уже, конечно, лучше, но не снимает с меня сам факт признания за мной административного правонарушения. Я настроен и это обжаловать, поскольку не считаю себя правонарушителем: правда, я не уверен, что этого удастся добиться в Татарстане (сами понимаете почему).
Настроение у меня в хорошем смысле боевое, упадничества нет, я намерен продолжать свою научно-исследовательскую и экспертно-аналитическую работу, несмотря на то, что был подвержен административному аресту за то, что при перепубликации статей со своими интервью и комментариями про террористические организации ИГИЛ и «Хизб-ут-Тахрир аль-Ислами» на свою страницу в социальной сети «В контакте» я проиллюстрировал их фотографиями, опубликованными в этих же статьях как иллюстрации к ним. Именно это поставили мне в вину, уличив тем самым в пропаганде ИГИЛ и «Хизб-ут-Тахрир аль-Ислами». Я понимаю, что это абсурдно, но такова реальность в Татарстане. Понятно, что сейчас, если буду писать статью про сторонников ИГИЛ из Татарстана, я не смогу ее проиллюстрировать никакой фотографией с флагом ИГИЛ, потому что теперь это считается экстремизмом. Конечно, это затрудняет научно-экспертную работу, но раз теперь такие правила в Казани, придется это учитывать. Кстати, всем остальным это тоже стоит учитывать. Если будете издавать книгу про ИГИЛ, нельзя в ней публиковать фотографию, где изображен флаг ИГИЛ. Его надо обязательно заретушировать. Подчистите заодно свои страницы в социальных сетях. Будете писать курсовую или дипломную работу, готовить научный доклад со слайдами, писать статью про экстремистские организации, фотоиллюстрации с их символикой либо не помещайте вообще, либо замарайте, чтобы нельзя было видеть. Я понимаю, что это будет нелепо выглядеть, но теперь это так принято. По крайней мере, в Татарстане.
Уверен, что мой арест, который был инициирован кем-то в Казанском Кремле, преследовал цель устрашения, расчёт был на то, чтобы запугать. Но видимо те, кто планировал это, совершенно не ожидали такой общественной поддержки и возмущения подобными действиями местных властей. Логика была понятна: дескать, посадим перед Новым годом, всем будет не до этого, поскольку у всех праздничное настроение. Но все вышло по-другому: поддержка была очень мощной. Даже люди, которые не согласны были со мной, не разделяли мои какие-то экспертные выводы, мои научные оценки, некоторые мои оппоненты, но и они были против таких мер. Могу сказать одно: мой арест нанес определенный репутационный удар по Татарстану. Неужели стратеги, работающие в Казанском Кремле, не понимали этого? Очевидно, что они же подставили своего шефа – Рустама Минниханова. И еще раз спрошу: почему вместо стремления давить независимых от местных властей экспертов, не пытаться хотя бы прислушаться к тем проблемам, о которых говорит эксперт. Хотя бы начните общаться, что ли. Ведь правильно выслушивать мнения не только прикормленных «ручных» специалистов по этнорелигиозным проблемам в Татарстане, но и тех, кто имеет другую, независимую точку зрения, оценку, порой не всегда приятную. Что в этом плохого?
Также отмечу, что моим арестом этнократия в Татарстане доставила огромную радость ваххабитам, национал-сепаратистам и недругам России, это был единственный раз, когда они могли бы поблагодарить силовиков Татарстана абсолютно искренне. Помимо общественной поддержки со стороны коллег, друзей, элементарно адекватных людей, я увидел откровенное злорадство, циничное одобрение, злопыхательство, желание очернить, полное оправдание политического заказа, мерзкое потирание рук от удовольствия, что эксперта арестовали. Бог судья этим людям. Не знаю, если у них совесть.
Отдельно скажу по поводу АНО «Казанский межрегиональный центр экспертиз» - запомните название этой организации, созданной в 2010 году специально, чтобы сочинять «экспертизы». Это моя точка зрения на эту организацию. Именно ее специалисты будут сочинять на вас заказные экспертизы с заведомо обвинительным уклоном. Мне стыдно за тех мои коллег, ученых, которые согласны быть там специалистами (это вузовские преподаватели и научные сотрудники институтов). За каждую выполненную экспертизу (с заведомо обвинительным уклоном) они получают свои 30 серебряников. Совет к моим коллегам (а многих из тех, кто там подрядничает как специалист, я знаю) – не пачкайтесь и не марайтесь в этой организации, дистанцируйтесь от предложений там подзаработать, сочинив очередную экспертизу. Именно по заказным экспертизам этой организации еще недавно признали экстремистом выдающегося русского социолога, профессора Александра Салагаева (1952-2014), после чего сердце ученого не выдержало, и его довели до могилы. И в моем случае была подготовлена такая же заказная экспертиза. Мне стыдно за коллегу (я не стану называть его имя, но уверен, что он прочтет этот мой текст). Еще раз призываю коллег-ученых: в вашей биографии быть специалистом в этой структуре – это значит вам всегда будут тыкать в лицо тем, что вы там шабашили, сочиняя экспертизы, на своих же собственных коллег. Писать экспертизы на своих коллег – это равносильно тому, что делал Трофим Лысенко в отношении Николая Вавилова, устраивая травлю ученому. Неужели вы хотите, чтобы о вас думали с такой стороны? Несмотря на плюрализм мнений среди коллег, разногласия и разные, порой противоположные, точки зрения, даже если мы – научные оппоненты, недопустимо сочинять экспертизы, которые обязательно будут использованы против коллег. Ради Бога, не пачкайтесь этим, откажитесь от написания экспертиз, ведь вас никто не заставляет это делать. Неужели все дело только в желании подзаработать (экспертизы приносят авторам гонорары)? К сожалению, пока такова картина в гуманитарном научном сообществе Татарстана.
Во всей этой истории больше всего меня поражает заявление министра внутренних дел Татарстана в одном из интервью, где он сказал, что скоро в отношении меня планируется возбудить уголовное дело по статье «Экстремизм». Т.е. уже заранее решено, что меня посадят в тюрьму. Это как понимать? Команда «фас» уже дана? Сейчас уже началась следственная работа по возбуждению уголовного дела и признание меня экстремистом? Т.е. административное правонарушение – это только начало? Я правильно понял, что нужно перестать заниматься научно-исследовательской работой, потому что в Татарстане это теперь является экстремизмом?
Очень и очень хочется надеяться, что это какое-то недоразумение, и ученого не станут прессовать за то, что он пишет статьи про радикальные религиозные группировки, сепаратизм в регионе, положение русских и других православных народов в Татарстане, отстаивает важность укрепления позиций традиционного ислама и российского самосознания среди татар, чтобы они считали Россию – своей Родиной, своим государством и не ориентировались на зарубежные страны – Турцию и Саудовскую Аравию. Я понимаю, что это кому-то не нравится, но нельзя же эксперту ставить в вину, если он придерживается такого мнения, при этом называя его научную деятельность экстремизмом? Еще раз подчеркну: я надеюсь, что это всего лишь недоразумение.

Раис Сулейманов
24757
31 дек в 21:15

https://vk.com/id1049508