значимость православия

[владислав крючков]

Запад признает, что «Непрерывающаяся история православной церкви восходит к истокам христианства». Однако, пишет католик-писатель И.Г.Лавриненко, «как бы мне не была дорога прелесть утреннего рассвета Православия, я не променяю на него блеск солнечного полдня Католицизма».
Но за утром следует полдень, а за полднем вечер. Западное христианство выделилось из православия официально в 1054 году и возвратилось в православие в 1917 году в православную Россию, выполнив, таким образом, свое особенное предназначение. «При этом следует помнить, что под православием здесь подразумевается не нынешнее вероисповедание Восточной Церкви, отличное от католического, а общее вероучение Церкви эпохи Вселенских Соборов. В этом смысле вероучение древней Западной Церкви вполне можно называть православием». (Ал. Мень).
Развитие православия в целом есть типичный трехчастный диалектический процесс, соответствующий схеме: синтез-анализ-синтез. В этой схеме крайние части характеризуются единством качества и количества, а в средней части качество выделено и противопоставлено количеству.

Непосредственность православия

Исходная абсолютность качества Христа полагает его идеальную завершенность, отсутствие в нем реального количества. Абсолютное качество Христа, поэтому, есть чистый смысл божественной вечности, существующий в знаковой реальности слова-логоса. Смыслом оказывается всеобщая любовь, в которой исчезла материальная зависимость от биологического тела. По сути, Христос - это человеческое качество – идеальное сознание, выделенное из материальности.
На некоторой удаленности от качественного абсолюта Христа материальное количество проявляется. Это - результат единичности возникновения качества. Если бы качество возникло не единично-скачком, а всеобще, то, очевидно количество было бы освоено-снято полностью, как это бывает в конце процесса.
Итак, количество проявляется, разделяя начало и конец вечности бога средней-количественной частью и начиная временной процесс. Христианский процесс развивается, таким образом, от своей исходной единичности до всеобщности через освоение проявившегося в нем материального количества. Но и не только материального… Согласно заповедям Христа, и знаковая реальность разума снята в абсолютном качественном смысле всеобщей любви. «Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное».
В первой-основной части православного процесса качество, заданное идеалом Христа, едино со своим материальным количеством. Это – содержательная-непосредственная часть православия. Процесс пассивен, поскольку полагает свою завершенность.
Во второй части идеальное качество выделено из своего материального количества и противопоставлено ему в форме разума. Это – особенное состояние православия, определяемое западным христианством как социальная форма.
В третьей части православие реализуется на уровне всеобщности. Качество православия полностью подчиняет себе материальность и возвращается к своему идеальному началу согласно закону отрицания отрицания, определяя его непосредственность на уровне всеобщности – действительно снимая все религии в христианстве, а христианство как веру и интуитивное знание вообще в точном знании - в науке. Это происходит в православной России в форме коммунизма. «Советский Союз, как и его Петрову предшественницу, можно считать русской православной мировой державой, которая цепляется за жизнь, нарядившись в западные одежды для удобства и маскировки. Исходя из этого определения, коммунизм можно рассматривать как идеологический заменитель восточного православного христианства, за который ухватились в пику либерализму, потому что либерализм – это западная правоверность, тогда как коммунизм, хотя и западного происхождения, есть в глазах Запада отвратительной ересью». (А.Тойнби).
В православном процессе выполняются все три основных закона диалектики. Осуществление идеала Христа происходит от содержательной идеальности в первой части, через формальную социальную идею во второй части к материальной практике в третьей части.

Непосредственное православие устремлено к полному завершению христианского процесса, оставаясь в границах веры и отвергая разум. «Ведь Бог презрел мудрость века сего, он упразднил разум и избрал в последователи себе слабых духом и немощных, облагодетельствовал их верой» (Григорий Палама).

Полное завершение христианского процесса – соединение с богом в форме исихазма осуществлено ценой ухода Византии из реальной жизни. «Последнюю точку в «политизации» исихазма поставил Григорий Палама (ум.в 1358 г.), который не только выступил с ярой защитой афонской мистики на церковных соборах в 1347 и 1351 гг., но и добился провозглашения ее официальной идеологией Византийской империи». (А.Замалеев). О.Шпенгер высоко оценивает роль Византии в утверждении человеческой духовности: «Мы проходим сквозь все времена, вооруженные византийской возвышенностью души, которая оставляет далеко позади все загадки и проблемы».

Русь, принявшая христианство от Византии, стремится следовать высокой христианской морали непротивления злу, и первыми святыми Древней Руси оказываются страстотерпцы Борис и Глеб. «Подвиг непротивления есть национальный русский подвиг». (Г.Федоров).
Русь еще дальше пошла в религиозном утверждении добра: «В Византии обычно подчеркивалась идея кары и возмездия. В живописи Успенского собора торжествует идея всепрощения. И в ангелах, и в апостолах, и в святых нет никакой суровости. Они полны приветливости, полны готовности прийти на помощь ближнему. Вот почему светятся такой радостью лица праведников: им нечего бояться, они наперед знают, что судья будет к ним милостив». (А.Лазарев).
Первая часть православия продолжает свое бесконечное-количественное развитие в России и в других славянских государствах, но особенное качество православия – западное христианство начато Блаженным Августином, заложившим основы «христианской философии».

Особенность православия

Можно сказать, что человеческая личность возносится до личности бога в форме государства – так Августин задает программу всего последующего развития западного христианства, поскольку в «его мышлении содержатся зачатки многого из того, что проявится в философии Нового времени» (П.Кунцман). «От града земного к граду Божьему». Град небесный основан «на любви к Богу, вырастающей до отрицания себя».(Блаженный Августин).
Процесс западного христианства также является типичным трехчастным диалектическим процессом, в котором первая-непосредственная часть представлена патристикой, вторая-особенная часть – схоластикой и третья-всеобщая часть – Новым временем. Идеальное государство, определенное на уровне идеи от социальной утопии Т. Мора до коммунистического государства К. Маркса, есть возврат к непосредственности государства Августина и бесконечное теоретическое определение его на уровне всеобщности. Личность в такой социальной утопии становится человекобогом, который начинает качественно гуманизм Возрождения.

Чрезвычайно важной, при этом оказывается средняя часть - схоластика, в которой бог-смысл как качество выделен из количества-средства и крайне противопоставлен ему.
Нигде в истории познания качество и количество не определяются и не осознаются так глубоко, как в схоластике. Нигде больше эти понятия не взаимовыделены и не отделены друг от друга так, как здесь. Качество оказывается первой, непосредственной единичной определенностью, дающей смысл всему своему последующему количеству-множеству. Определенность личности подымается от человеческой до божественной и, наконец, до понятия качества вообще как единичного-случайного начала всего, ибо «в силу своего всемогущества Бог мог создать вещи и другими». (У.Оккам).
Качество – это смысл, задаваемый универсалиями, а средством для проявления и реализации этого смысла является количество, определяемое номинализмом. Так, у Абеляра в слове различается «vox (просто звук) и sermo (значение слова), которому и приписывается универсальность». (П.Кунцман).

Центральная часть схоластики и процесса западного христианства в целом представлена Иоганном Дунсом Скоттом и Иоганном Экхартом. Именно здесь бог представлен качественно-эмоционально-положительно как воля-любовь, которой подчинено всякое количество-средство, в том числе и разум.
У Иоганна Экхарта качество оказывается абсолютом, в котором снята личность бога, и это надо понимать так, что всякое возникающее качество абсолютно и завершенно в себе, есть единство начала и конца – вечность, которая может быть воспринята только нашим идеальным сознанием как наша же осуществленная мечта.

От этого абсолюта начат обратный процесс возврата к личности бога и человека. Ведь качество, а с ним и бог присутствуют во всем существующем и сами есть это идеальное существование во всем количественном – реально существующем. Основы бога и человеческой души тождественны.
Теоретическое качество западного христианства, представленно в своей максимальной чистоте-идеальности в форме разума Майстером Экхартом, при этом разум как реальное - знаковое средство и форма проявления качества оказывается полностью снятым в качественной эмоциональной содержательности мистики.
Абсолютное качество бога оказывается крайне противопоставленным материальной реальности католицизма. Теоретическое-знаковое качество западного христианства определяет-оформляет свою материальную количественную противоположность - католицицизм. Это проявляется в трудах Фомы Аквинского. При этом, если для высокой схоластики апологетом является идеалист Платон, то для реальности католицизма оказывается ближе рационалист Аристотель.
О том, что католицизм противоположен православию, свидетельствует его официальное отделение от православия в 1054 году. По отношению к теоретическому западному христианству католицизм является его практикой – основанием, склонным к возврату в дохристианское состояние, зависимое от материальности, что и проявляется, в конце концов, в предпочтении Бога-отца (Гегель) и еще более явно в протестантизме.
В завершении процесса схоластики теоретическое качество бесконечно сближается с практикой католицизма, стремясь преодолеть материальность, как это явлено в готических соборах соединением высшей святости с крайним злом, представленным химерами. «Человек стремился быть «как все», что являлось воплощением христианской добродетели под страхом смерти и вечных мучений».
Дух с необычайной силой стремится вырваться из плена материальности, преодолеть ее, что и проявляется в фанатичной устремленности вверх – к богу готических сооружений. Это проявление предельной напряженности порождало в обществе не только высший трагизм (отторжение тела от души), но и высшее счастье коммунистического-общественного социума. «Здесь зарождалось то готическое понятие счастья, глубину которого мы сегодня не в состоянии представить себе». (О.Шпенглер).

В качественном скачке к Новому времени личность, наконец, освобождается от давления материальности, снимая материальность в себе, оказываясь человекобогом Возрождения, а затем и определяясь в форме идеального государства – социальной утопии Т. Мора, Кампанеллы и др. Здесь – явный возврат к качественному началу западного христианства, заданному Августином и определение его непосредственности на уровне всеобщности. По мысли Майстера Экхарта, «Бог становится человеком, чтобы человек мог стать Богом».

Всеобщность православия

СССР стал первым государством, в котором человек официально освободился от материальной зависимости, определяющей человеческий и христианский идеал. Советское государство оказалось и осуществлением мечты Платона: «Платон так и не смог найти правителя в Греции, который бы попытался воплотить его идеалы. Советская Россия стала первой и единственной инкарнацией его проектов…. Вопреки генеалогической схеме, намеченной Энгельсом, русские большевики были наследниками «линии Платона», а не «линии Демокрита»…. В ходе революции они сражались на стороне духа и идеи против всего материального: социальных классов, богатства, доминации экономических интересов, чувственности, материальных привязанностей. В этом смысле гностический бунт против материи Октября 17-го стал квинтэссенцией всей русской истории». (В.Россман).
Принципиальное отрицание частной собственности в коммунизме определило христианский социум, но без бога переходом от веры к знанию. Но сам коммунизм явился чистой идеальностью-верой, определившей бесконечное будущее человечества. «Пусть, - заявлял Луначарский, - истинная любовь к Марксу, восторженное удивление перед его гением не помешают его делу расти. Не может застыть в догму последняя великая религия, подаренная титаном-евреем пролетариату и человечеству» (А.Луначарский).
Идеальность коммунизма была задана качественно – революционным скачком от капитализма к коммунизму в России и от теоретического западного христианства к его практике возвратом в православие. Человекобог Возрождения в России представлен культом личности, воплощенным в личности вождя - Сталине. «И Ренессансная, и Советская культура несли в себе достаточно мощный потенциал общественного развития, ибо были связаны с идеей нового Человека…. Как Советская эпоха, так и эпоха Ренессанса по масштабам того великого и мирового социально-культурного переворота, который являла каждая из них, не соизмеримы ни с какими другими эпохами в истории человечества, разве что только друг с другом» (Л.Булавка).

На некоторой удаленности от качественной непосредственности в СССР проявляется его православное основание, продолжающее свою бесконечную-количественную реализацию вопреки активнейшей атеистической пропаганде (религия – опиум для народа).