Политический идеал Московской Руси
http://www.rne.org/sfk/0808/0808-21.shtml
Представление о том, что самодержавная монархия, и вообще власть, организованная не либерально-демократическим образом, несовместима с местными “вольностями”, разнообразным укладом жизни народа, с широким самоуправлением - есть один из самых распространенных и вредоносных мифов современной политологии.
Мифом вообще является утверждение о том, что “свобода” не может существовать без демократии в ее партийно-парламентарном виде, равно как и о том, что прямая демократия не может существовать и развиваться при монархическом строе. Так, эпоха Царя Иоанна Васильевича Грозного, завершившая формирование организованной системы государственной власти, стала и эпохой наивысшего развития самоуправления на местах, всеобщего участия народа в государственной жизни, поистине “народной монархией”, основанной на сословном (социальном) представительстве.
К середине XVI в. в России фактически сложились основы сословно-представительной монархии. Каждый подданный принадлежал к известному сословию, исполняющему свои обязанности – службы или тягла. Совокупность этих сословий, служилый или тяглых, и составляла понятие “вся земля”. Существенное значение имело взаимодействие верховной власти и сословий посредством “советов всея земли” (земских соборов) и челобитной деятельности. Представительство на советах всея земли осуществлялось на сословно-земельных началах. Советы были совещательными органами, принятие же решения находилось в руках верховной власти.
История местного управления в России неразрывно связана с историей уезда (провинции) как участка административно-территориального деления государства. Уезд составлялся из воссоединяемых по мере освобождения от татарского ига земель. Отсюда и неравенство уездов, и различие их наименований – “уезд”, “земля”, “царство”. Цельные земли постепенно делились на составные части – волости. Создаются такие особые единицы, как станы, трети, четверти. К концу XVI в. уездное деление становится основным административно-территориальным делением. Волость в то же время сохранялась как основная хозяйственная единица, в особенности на Севере, где большинство населения составляли свободные (“черносошные”) крестьяне.
По мере воссоединения русских земель в состав Московского государства вошло множество бывших удельных княжеств и “вольные города”. Первоначально взамен прежних князей, которые становились слугами великого князя, назначались наместники (в города) и волостели (в волости) с тем же объемом полномочий в отношении населения, что и прежние князья (часто последние сами становились наместниками). Наместник, являясь представителем верховной власти, осуществлял одновременно властные и судебные полномочия. Наместничья власть и суд распространялись на тяглое население, причем внутреннее управление осуществляли не сами наместники, а выборные сотские и старости.
Пороки управления наместников и волостелей были очевидны. К началу царствования Ивана Грозного кормленщики начали превращаться в своего рода паразитический нарост на теле как государства, так и местного населения. Они не только значительно превышали “корма” и, по существу, грабили местных жителей в городах и волостях, но и подрывали влияние верховной власти, не проводя в жизнь ее установки или по-своему толкуя их. Наибольшей силы самовластие кормленщиков достигло в годы малолетства Ивана IV, в годы боярского правления. Нарастающая волна городских волнений 40-х годов XVI в. и особенно “великий” московский мятеж 1547 г. – страшный финал боярских распрей, народного угнетения и произвола – поставили вопрос о необходимости коренной перестройки существующей системы управления.
Потребности дальнейшей централизации не могли сосуществовать с “государством в государстве” бывших удельных князей. Решить вопрос о местном управлении можно было только доверив значительную часть его местным жителям, что освободило бы силы для решения общегосударственных задач и одновременно усилило бы доверие к верховной власти, которая смогла бы более решительно проводить дальнейшие меры. Земские соборы возникли на Руси в одно время и в связи с местными реформами царя Ивана Грозного.
Дальнейшим шагом на пути развития самоуправления были земские преобразования, также проведенные Иваном IV. Важнейшим указом среди них был “Приговор царской о кормлениях и о службах” 1555-56 гг. В Никоновской летописи об отмене кормлений самоуправление именуется “службой царской”, но только, по представлению летописца, “безо лжи и без греха вправду”.
Отмена кормлений приводит к повсеместному учреждению земских властей. Таковыми являются по городам и волостям излюбленные головы (старосты излюбленные) и земские судьи (лучшие люди или целовальники). Земские власти были избираемы всеми земскими сословиями, кроме служилого. Последнее подчинялось не наместничьей власти, а прямо государю, поэтому выпадало из подчинения земских властей, а, следовательно, и не избирало их.
Избрание земских властей совершалось на неопределенный срок, хотя население всегда могло переменить выборных. Протокол выборов утверждался в Москве в соответствующем областном или финансовом приказе. Там же земские власти давали присягу. Обычно каждая волость или община, входящая в состав уезда или волости, давала своего представителя. Кроме того, население избирало также земского дьяка для записи судных дел. Все эти лица составляли земскую избу. Властные полномочия ее распространялись на тех, кто ее избирал, т.е. на тяглое население, посадских людей и крестьян.
Полномочия земских властей распространялись обычно на денежные, хозяйственные и судебные дела. Они заведовали доставкой в Москву всех прямых налогов. Объем судебной власти земских властей был равен объему прежней власти наместников с боярским судом и был даже выше ее, так как земские власти могли неограниченно решать даже дела о холопстве и дела, ведшие к смертной казни.
Политическим идеалом Московской Руси было сочетание верховной власти и самоуправления при “служебной” роли центрального управления. В данном случае самодержавие (централизация) и самоуправление не противоречат друг другу, более того, самоуправление представляет собой обязанность, способ осуществления “государева тягла и службы”. Такое делегированное самоуправление должно было способствовать усилению верховной власти.