Бубер, Ницше, "жидовосхищение" и "большевизм" Пользователь: Григорий Котовский (IP-адрес скрыт)
Дата: 21.11.2006 23:57
Наверное, приведенных примеров уже вполне достаточно, чтобы поставить правильный диагноз в отношении фактологических, методологических и концептуальных достоинств критики Православия, предложенной Предикторами в их фундаментальной работе
«К Богодержавию...».
Любой думающий и сведущий в богословии человек, после внимательного ознакомления с этой исключительно увлекательной по затронутой тематике книгой, неизбежно должен проникнуться
чувством искреннего восхищения перед глубиной и величием христианской доктрины: если для ее дискредитации потребовалась столь нетрадиционная «логика» и такая откровенная подтасовка фактов – значит, «опровергнуть» или «поколебать» ее не так-то просто.
Проблема, конечно, заключается в том, что думающих людей в современных условиях не так уж много, а сведущих в истории и богословии и того меньше.
Между прочим, такое же вольное обращение с фактами истории позволял себе и
Мордехай Бубер, всегда предпочитавший «образное художественное творчество» научной объективности и добросовестности, за что и был подвергнут в 1960-е годы довольно резкой критике со стороны более ортодоксального хасидского автора Гершома Шолема.
По мнению Г. Шолема, Бубер навязал своим читателям «совершенно ошибочные представления» и беззастенчиво переврал всю историю хасидизма с тем, чтобы приспособить ее под собственные экзистенциалистские установки. Как видим, и методология, и цели те же самые, что у авторов ВП СССР:
«ты виноват уж тем, что хочется мне кушать».
Как и Предикторы, Бубер вполне сознательно отказывался от научной объективности, и пренебрежительно называл ее «обращением с прошлым как с объектом». Его волновала не столько точность и добросовестность в обращении с историческими фактами, сколько целесообразность их использования в настоящем.
Такое чисто
утилитарное отношение к исторической истине (да и к фактам вообще) характерно не только для Предикторов и Бубера, но для всех дорвавшихся до власти бессовестных индивидов,
«реализующих свою способность управлять».
Ведь как известно, тот, кто контролирует настоящее, контролирует и прошлое, а на основании исторических мифов о прошлом возможно планирование и формирование будущего. Это хрестоматийная логика «Протоколов сионских мудрецов».
Изучение материалов хасидского междоусобчика М. Бубера и Г. Шолема могло бы многое прояснить и стало бы немалым подспорьем кобовцам в освоении нелегкой науки управления, но, к сожалению, в сети он освещен довольно скупо, а в материалах Концепции и вовсе не упоминается. По всей видимости, это не то знание, которым элитарная верхушка ВП СССР готова поделиться с рядовыми кобовцами.
К вопросу об элитарных амбициях авторов КОБ мы еще вернемся, а пока продолжим нашу тему.
Итак, товарищи, в прошлый раз я обещал разобраться с позицией, занятой отцом-основателем КОБ Мордехаем Бубером по вопросу о
различении качества духов. Позиция эта предельно ясна –
Бубер был радикальным противником такого Различения, и в этом заключается кардинальное расхождение его доктрины с христианским вероучением. Проиллюстрирую этот примечательный факт его собственными высказываниями.
//«С нами говорят знаками происходящей жизни.
Кто же говорит?
Бесполезно отвечать на это словом «Бог», если мы не сделаем это, начиная с того решающего часа личного существования, когда мы должны были забыть все, что, как мы полагали, нам было известно о Боге...
Если мы называем того, кто говорит этим языком, Богом, то это всегда Бог мгновения, Бог данного мгновения.»// «Диалог», Берлин 1934
//«Действительность – это когда мы восприемлем то, чем прежде не обладали, и восприемлем так, что знаем: это дается нам.
Словами Библии: «Те, кто уповают на Бога, взамен получают силу.»
Словами Ницше, который в своем повествовании еще остается верен действительности: «Берешь, не спрашивая, кто здесь дает.»
Человек восприемлет, и он восприемлет не «содержание», но настоящее, настоящее как силу...»//
//«И снова мне вспоминается странное признание Ницше, который, описывая процесс «вдохновения», говорит, что человек берет, но не спрашивает, кто здесь дает. Да будет – человек не спрашивает, но благодарит.
Тот, кому ведомо веяние Духа, погрешает, вознамерившись завладеть Духом или вызнать его характерные признаки.
Но он нарушает верность и тогда, когда приписывает дар самому себе.»// “Ich und Du”, 1923
На что нам следует обратить внимание в приведенных фрагментах?
Первый из них содержит
«главный тезис КОБ» (многократно повторяющийся почти во всех работах Бубера со всеми возможными оттенками) и характерную для Предикторов специфическую трактовку слова «Бог», что делает его явно обособляющим понятием.
На это я уже указывал ранее. Ничего нового для нас тут нет, и я лишь прошу вас обратить внимание на место и год публикации.
Второй и третий фрагменты из классического философского труда Бубера «Я и Ты» обыгрывают цитату «Заратустры» Ницше, в которой тот разъяснял свои ощущения при применяемой им технике автописьма. Для лучшего понимания того, о чем тут, собственно, идет речь, приведу эту цитату в более развернутом контексте:
«Понятие откровения, в том смысле, что внезапно, с невыразимой достоверностью и тонкостью нечто становится видимым, слышимым, нечто такое, что глубоко потрясает и опрокидывает человека, - только описывает факты. Не слушаешь, не ищешь; берешь – и не спрашиваешь, кто дает; будто молния сверкнет мысль, с необходимостью, уже облеченная в форму, - у меня никогда не было выбора. Восторг, неимоверное напряжение которого иногда разрешается потоком слез, восторг, при котором шаг то бурно устремляется вперед, то замедляется; полный экстаз, пребывание вне самого себя, самым отчетливым сознанием бесчисленных тончайших трепетов и увлажнений, охватывающих тело с головы до ног; глубина счастья, в которой самое болезненное и мрачное действует не как противоположность, а как нечто само собой обусловленное, вынужденное, как необходимая краска среди такого избытка света...»
Как видим, это и есть самая настоящая страстная, всепоглощающая
«эмоциональная преисполненность без смысла». В устах Ницше, величавшего самого себя «Дионисом», «Антихристом», «Распятым», «Чудовищем», такое признание выглядит вполне естественным, но – позвольте, какое отношение подобное эмоциональное восприятие «вдохновения» или «наития Святого Духа» имеет к православной традиции?
Ровно никакого, оно прямо ей противоречит.
У нас есть все основания утверждать, что Предикторы в своей критике Православия не просто несправедливы и неправдивы. Они не только стремились любой ценой дискредитировать христианство, свалив вину с больной головы на здоровую, но, в полном соответствии с традициями активного и агрессивного люмпена, своими назойливыми, оглушительными криками
«держи вора!» изо всех сил стремились подретушировать подмоченную радикальным антирационализмом репутацию своего отца-основателя и главного концептуального авторитета – Мордехая Бубера.
Как я уже указывал ранее, Бубер был поклонником и подражателем Ницше (хотя и мягко его критиковал за некоторые «перегибы»), а в свое время даже перевел его «Заратустру» на польский язык. Не будем обманывать самих себя - в приведенных фрагментах он полностью разделяет подход Ницше к «Откровению»:
«дают – бери и не спрашивай, кто дает». В еще более резкой форме такое отрицательное отношение к «различению качества духов» выражено в другом высказывании Бубера из той же работы «Я и Ты»:
//«Но тому, у кого во внутреннем его угнездился призрак – лишенное действительности Я, - как собраться ему с силами для того, чтобы окликнуть по имени злого духа?»//
Занятая Бубером позиция не случайна, но является естественным продолжением
многовековой хасидской традиции «служения Богу злыми устремлениями» и «нисхождения ради восхождения». Ее начинателем был сам основатель хасидизма –
рабби Исраэль Баал Шем Тов (1700-1760). Не буду сейчас вдаваться в детали его теорий, тем более, что у меня нет прямого доступа к первоисточникам (которые по-прежнему остаются тщательно хранимой Предикторами тайной), но давайте попытаемся взглянуть на данную проблему с точки зрения здравого смысла, опираясь на имеющийся у нас жизненный опыт.
Бубер отрицает духовную составляющую человеческой личности (или, в терминологии КОБ, «Я-центризм»), называя ее «лишенным действительности призраком», а вместе с ней, свободу человеческой воли и саму возможность «нравственности».
Что Бубер предлагает вместо всего этого? Вместо этого он предлагает покорное служение «Богу» злыми устремлениями и всеобщую доступность забесовления или, что, пожалуй, вернее – доступность забесовления для «избранных» и слепое послушание им всех остальных.
Тогда - утверждает Бубер, - всем будет очень хорошо, и получатся настоящие «сущностные отношения»: вместо пресловутой научной объективности и наваждения личностной воли – «преисполненная смыслом целокупная всемирность мира», вместо иллюзии отдельного существования - «целокупная яйность Я».
Чтобы вся эта словесная абракадабра не показалась кому-то моей собственной выдумкой и поклепом на израильского мыслителя, приведу соответствующую цитату из его главного философского труда:
//«Однако смысл бытия не есть некая мыслимая «воля», но именно целокупная всемирность мира, как и смысл самости не есть «познающий субъект», но целокупная яйность Я.»//
Не стану придираться к лексике – вполне возможно, что на идише или на иврите все это звучит гораздо более осмысленно, но беда переводчиков (да и Предикторов) заключается в том, что выразительные средства русского языка не позволяют им донести до русского читателя всю неисповедимую глубину концептуальной мысли основателя израильской академии наук с тем, чтобы читатели могли по достоинству оценить всю оригинальность ее философской начинки.
Впрочем, возможно, Предикторы и не ставили себе такой задачи. От массовки требуется только слепое послушание и заучивание догматов новой веры, сколь абсурдными они бы не были.
Уже теперь у всех участников форума МЕРЫ имеется прекрасная возможность получить представление о глобальных социальных последствиях широкого внедрения исторически сложившейся КОБ в обществе по ее локальному влиянию на «концептуальную массовку верующих» - тов. Игнатова, Паймуратова, Олега и прочих. Есть и другие источники информации, но не буду пока задерживаться на этом вопросе.
Особая опасность Концепции Мордехая Бубера заключается в
традиционной для каббалистов генетической и герметической невосприимчивости к какой бы то ни было критике. Мы здесь имели возможность убедиться в этом на практике, а в теории сам Бубер выразил свой взгляд на элитарность и отношение к критике следующим образом:
//«Избранность означает не чувство превосходства, а осознание судьбы. Это чувство возникает не из сравнения с другими, а из предвидения ответственности за выполнение задач, о которых постоянно напоминают пророки: “Если вы похваляетесь тем, что являетесь избранными, вместо того, чтобы жить в послушании Богу — это преступление”.» //
По существу, это
манифест психического троцкизма. Никоим образом нас не может ввести в заблуждение попытка Бубера прикрыться авторитетом пророков – его собственное понимание
«ответственности» и «послушания Богу» (да и самой концепции Бога) ничего не имеет с ними общего.
До какой же степени интеллектуальной распластанности и моральной раздавленности авторитетом Бубера (при одновременной неспособности распознать качество такого авторитета) должны были дойти Предикторы, чтобы сопроводить это его вопиюще троцкистское высказывание таким комментарием («К Богодержавию...», стр. 84):
//«Вряд ли кто, кроме атеистов и сатанистов, сможет настаивать на ложности высказанного М.Бубером утверждения: это призыв к Исламу в изначальном понимании этого слова.»//
Нет, уважаемые Предикторы, никакой это не «призыв к Исламу» - напротив, это и есть самый настоящий и
концентрированный сатанизм, усугубленный уголовно-расовым толпоэлитаризмом. Чтобы лучше уяснить содержащийся в утверждении Бубера смысл, приведу его высказывание по поводу «ответственности» из все той же философской работы «Я и Ты».
//«Кто предстает пред Лицом, тому в полноте настоящего мир становится всецело присутствующим, осиянным вечностью, и он может Одним Речением сказать Ты сущности всех существ. Здесь больше нет напряжения между миром и Богом, есть лишь Одна Действительность.
Он не освободился от ответственности: вместо боли конечной ответственности, идущей по следам действий, он обрел мощь бесконечной, могучую силу рожденной любовью ответственности за всю неисследимую глубину происходящего в мире, за глубокую включенность мира в Божий лик.
Нравственную оценку он, вне всяких сомнений, устранил навсегда: «злой» - это лишь тот, кто вверен его глубочайшей ответственности, кто особенно нуждается в любви; но он всегда должен будет сам принимать решение в безднах спонтанности вплоть до самой смерти, невозмутимо вновь и вновь решаться на праведное деяние.
Здесь деяние не ничтожно; оно подразумевалось, оно было возложено, в нем нуждаются, оно принадлежит Творению; но то деяние больше не навязывает себя миру, оно вырастает в нем и растет из него, как если бы оно было недеянием.»//
Таким образом, Бубер видит
источник «элитарности» (избранности) одержимых злыми духами управленцев не в чувстве
«конечной ответственности» за судьбы вверенных им людей, но совсем в другом – в некой абстрактной
«могучей силе ответственности за всю неисследимую глубину происходящего в мире». А заодно пытается примазать к этим своим личным псевдо-интеллектуальным спекуляциям и пророков. Каково?
Немедленно вслед за этим отец-основатель КОБ отказывается от самого понятия нравственного дуализма и всяких попыток Различения Добра и Зла («
нравственную оценку он устранил навсегда»), что, однако, ничуть не мешает ему тут же
«невозмутимо вновь и вновь решаться на праведное деяние». Интересно, что же в данном случае является критерием «праведности деяния» - может быть, степень одержимости забесовленного? Мурашки пойдут по коже от таких «праведных деятелей».
Это не просто сволочь, а сволочь деятельная, активная, пассионарная.
Совсем не лишним для этих «элитарных управленцев» было бы сравнить собственные интеллектуальные возможности и нравственный облик с окружающими людьми и вывести из такого сравнения объективные заключения о собственных способностях к управлению. Но нет, этого делать нельзя, ведь недаром израильский корифей мысли провозгласил:
«Избранность означает не чувство превосходства, а осознание судьбы. Это чувство возникает не из сравнения с другими, а из предвидения ответственности за выполнение задач...», и так далее по кругу.
Выхода из этого круга для попавших в него уже нет. Отсюда и постоянные концептуальные блуждания и шатания «осознавших судьбу» и «окликнувших злого духа по имени» Предикторов.
Чтобы отсечь себе всякую возможность к отступлению и покаянию они, видимо, и сопроводили сентенцию Бубера грозным предупреждением:
«всякое сомнение в ее истинности приравнивается к атеизму и сатанизму». Какое уж тут может быть «различение духов по совести и смыслу»? – сплошной бессмысленный догматизм в духе Протоколов:
«Право в Силе». Мы обязательно продолжим разбор данной темы, а пока позвольте мне ответить на некоторые возникшие по ходу обсуждения вопросы.
............................................
Олег Владимирович Пустозвон в очередной раз стал жертвой досадного наваждения и нагромоздил здесь целую кучу словесного мусора – думаю, что отвечать на его выпады не имеет смысла, так как их вздорность очевидна всем, а по некоторым вопросам была ему ясно продемонстрирована, в том числе, и модераторами.
Тов. Игнатов с присущей ему бездумной эмоциональностью выдвинул в мой адрес целый букет незаслуженных оскорблений. Для ветерана-пропагандиста Концепции Мордехая Бубера такое поведение является вполне естественным. На этот раз, однако, ему повезло, и им оказались затронуты два важных вопроса, которые действительно требуют моих разъяснений.
// Так что если правильно ставить диагноз Са(в)лову-Котовскому, то его болезнь - это не проповедуемая им "гимнастика ума" - "антисемитизм", тут он наводит тень на плетень, болен он и уже давно совсем другим заболеванием - ЖИДОВОСХИЩЕНИЕМ. (Но в принципе, это - две стороны одной медали, плавно и зачастую совсем незаметно переходящие друг в друга)//
Первый из них касается термина
«жидовосхищение». Насколько мне известно, он был введен в употребление авторами ВП СССР и сразу получил применение, обратное тому, что можно было бы ожидать из его морфологической структуры. На этот характерный концептуальный прием я хотел бы обратить особое внимание кобовцев.
«Жидовосхищенцами» Предикторы (а вместе с ними, и тов. Игнатов) называют не тех, кто «восхищается жидами», а как раз наоборот - тех, кто такого восхищения не испытывает. К тому же, для выражения первого смысла вполне годился и старый термин
«жидовствующие», имеющий славную и многовековую традицию применения для изобличения наиболее опасных ересей в христианстве.
«Жидовствующие», в терминологии Канта – это
страдающие патологией воли, выражаемой в ее эмпирической обусловленности. Так, например, слепая вера в «Главный тезис КОБ» или в религиозный экзистенциализм Бубера со всей неизбежностью приводит человека к патологии жидовствования.
Если же русский человек жидовствовать не желает и сомневается в уместности и правильности «Главного тезиса», то для него у Предикторов оказывается заранее приготовлен обидный ярлык «жидовосхищенца».
У меня есть веские основания полагать, что
этот новый термин был вылеплен на той же концептуальной кухне, что и введенное в 1870-е годы понятие «антисемитизм». Его единственная цель – шизофренизация массового сознания созданием органического противоречия между естественным морфологическим смыслом термина и практикой его употребления.
Это неплохой пример того, как Внутренние Предикторы бездумно идут на поводу у Глобального Предиктора, проявляя концептуальное безвластие (или же властность с негативным знаком) и способствуя интеллектуальному опусканию широких масс населения. Я хотел бы предостеречь кобовцев от употребления в будущем подобной неудачной терминологии.
Подлинные представители русской цивилизации так не поступают - они называют вещи своими именами, а в крайнем случае, при проявлении манипуляторами сознания особой настырности и бесцеремонности, прибегают к философскому приему "экспликации понятий".
Хорошим примером такой экспликации является предложенная мною расшифровка настоящего значения
термина «антисемитизм» («гимнастика ума»). Никакой уловки тут нет, это обычная «экспликация понятия». Пользоваться этим приемом должен уметь каждый концептуально властный управленец.
Второй вопрос тов. Игнатова касается термина
«большевизм» и его современного значения. Здесь, можно сказать, исторически сложилась большая путаница.
Дело в том, что со времен раскола на втором съезде РСДРП, который состоялся летом 1903 г. на «родине большевизма» в городе Лондоне, большевики не имели в партии численного преимущества, что, в частности, выразилось и во вчистую проигранном голосовании на съезде по вопросу о 1-м параграфе Устава партии.
Владимир Ильич потом задним числом хорохорился, утверждал, что, мол, проиграли на съезде, зато «в партии нас большинство», но цена такой похвальбе, понятно, не велика. После драки кулаками не машут.
Если же взглянуть в исторической перспективе, то даже сами Предикторы признают, что к моменту смерти Сталина и позднее, на ХХ-м съезде КПСС в 1956 г., в ЦК не оказалось ни одного настоящего большевика, а одни только оппортунисты и всякая меньшевистская, троцкистская пакость.
Уже из одного этого можно сделать вывод, что
этимологически термин «большевик» никакого отношения к выражению численного большинства не имеет: практически всегда это были представители и выразители воли меньшинства, а иногда и ничтожного меньшинства партийных «деятелей».
Откуда же тогда взялся этот термин «большевики»? Позволю себе высказать мое собственное предположение. На мой взгляд, термин был образован от все того же имени р. БЕШТа, или
Баал Шем Това (т.е., «обладателя доброго имени»), уже упоминавшегося ранее основателя хасидизма, к которому
искусственно подобрали ближайший по созвучию русский эквивалент, придав ему таким образом закодированное эзотерическое значение.
Как у Маяковского: «мы говорим: Ленин, - подразумеваем: партия; мы говорим: партия, - подразумеваем: Ленин». Примерно так.
Правильно говорить не «большевики», а «баал-шем-товики» или
«баал-шемики» (т.е., «обладатели имени» или знахари-каббалисты, творившие всевозможные «чудеса» при помощи тайного имени князя мира сего), и, поскольку у нас на форуме сложилась если не дружеская, то, во всяком случае, довольно непринужденная атмосфера, то я призываю
баалшемика тов. Игнатова не путать нас, а называть вещи своими истинными именами. В этом и выразится наша концептуальная зрелость как управленцев.
Вы к большинству, тов. Игнатов, ровно никакого отношения не имеете, ни с какой стороны, даже в границах Вашей собственной иудейской цивилизации. Так что и не пытайтесь примазаться.
Тихо и со смирением обдумывайте новые вопросы.
Тов. Юшин // Всё то, чем он тут занимается - вполне укладывается в понятие "наложить дерьма".
Увы и ах...//
Как я понимаю,
инверсия нравственных ценностей, широкое использование слов-перевертышей и обособляющих понятий, извращение всей понятийной структуры языка не могли остаться без последствий для актива МЕРЫ.
Вот и в этом случае Ян Юрьевич, видимо, пытался сказать что-то хорошее и доброе о моей взвешенной, достаточно основательной критике, но ему явно не хватило выразительных средств. Что ж, бывает...
Satzha // Я вот почитал книжки из КОБ и удивился Вашей теме: при чём тут вообще может быть Мордехай Бубер или ещё кто-либо персонально?//
Дорогой Сашхен, наши Высшие Академические курсы концептуального управления раввинатом (ВАККУР), к сожалению, не могут быть ориентированы на новичков, отстающих и двоечников. Догоняйте!
С уважением, Григорий
