ИНТЕРВЬЮ Т.Л. МИРОНОВОЙ В "РУССКОМ ВЕСТНИКЕ"
04.01.2007: ТАТЬЯНА МИРОНОВА О «ДЕЛЕ МИРОНОВЫХ»
События, развивающиеся вокруг бывшего главы Госкомпечати России Бориса Сергеевича Миронова и его сына Ивана, не оставляют никого равнодушным. Скандальные обвинения в покушении на главу РАО ЕЭС Чубайса, в разжигании межнациональной розни, недавний арест и этапирование отца в Новосибирск и роспуск коллегии присяжных в Москве по делу сына - все это оставляет, как минимум, неоднозначное впечатление. Борис Миронов всем известен как одна из ключевых фигур русского патриотического движения, и миллионы людей по всей стране озабочены судьбой этого человека.
Пролить свет на эту темную историю согласилась жена и мать арестованных доктор филологических наук Татьяна Леонидовна Миронова.
- В первую очередь хотелось бы уточнить подробности ареста.
- Сына арестовали 11 декабря в половине третьего дня на выходе из дома, где он жил. Так получилось, что он жил некоторое время вне Москвы, потому что спокойно писал диссертацию за письменным столом в окружении книг. А когда завершил кандидатскую диссертацию и сдал ее научному руководителю, приехал в Москву и здесь осенью прочитал несколько лекций в порядке доцентской практики. Естественно, ездил на машине по Москве, звонил друзьям и готовился к кандидатскому экзамену по специальности - по истории Отечества. И вот, когда его документы проходили через декана, тот в верноподданническом раже, видимо, вспомнив, что полтора года назад эта фамилия мелькала в деле о покушении на Чубайса, позвонил в прокуратуру и сообщил о наличии такого "преступника" (возвращаются старые времена недоброй памяти). После этого прокуратура усилила свои действия по поимке "преступника".
Тем более, что именно в этот момент они принялись его искать, потому что дело о покушении на Чубайса развалилось в суде. Главный свидетель обвинения Игорь Карватко показал, что на него оказывалось давление в ходе следствия, что ему предоставили выбор: его сажают как обвиняемого (и его жену с полугодовалым ребенком и вторым ребенком трех лет) в хранении наркотиков и боеприпасов, естественно, подкинутых им, либо он дает показания на Квачкова, Яшина, Найденова, Миронова. И он тогда согласился дать показания, но на суде нашел в себе мужество отказаться от них. Он рассказал правду в присутствии присяжных, как все было на самом деле. И он, в частности, сказал, что не мог Найденов, скажем, участвовать в покушении, потому что у него вообще распухла правая рука от сильного ушиба, что никакие коврики они не покупали, что собирались на даче, в общем-то, погулять, накануне покушения никто ничего не готовил, что аккумулятор этот злополучный, который является главной уликой, он опознал под давлением. На самом деле никакого опознания в соответствии с правилами процесса не было. Все эти детали, из которых следствие лепило дело, рассыпались в прах, и поэтому у прокуратуры благодаря декану истфака мелькнула надежда получить нового обвиняемого и выбить из него показания, видимо, любым путем (раз в методах с Игорем Карватко они не стеснялись, то и здесь не должны.) Тем более что в их руках одновременно оказался Борис Сергеевич.
Ваню привезли в прокуратуру сразу же. Три часа мы были в безвестности, что с ним и где он. Потом мне позвонил домой следователь генпрокуратуры Краснов и сообщил, что он у них. Далее они вызвали адвоката, который присутствовал при первом допросе. Сейчас Ваня в "Матросской тишине", в СИЗО. Порядки там очень строгие, и, я думаю, свидания с ним мне не дадут. Связи с ним никакой нет.
- Как потом вышли на Бориса Сергеевича?
- Честно говоря, Борис Сергеевич был одной из главных их целей. Дело Квачкова - это одна цель - дело о покушении на Чубайса. А Борис Сергеевич Миронов - это их давняя вожделенная цель. Как сказал следователь во время обыска, который проходил у нас ночью и куда не допустили адвоката в нарушение всех законов, Иван был приманкой, по сути дела пытались достать главную цель - Бориса Миронова. И у них это получилось.
Узнав о захвате Ивана, Борис Сергеевич позвонил адвокату. Был засечен его звонок. Борис встретился с адвокатом, при этом условия безопасности не были соблюдены. Борис Сергеевич и сам не собирался прятаться. Он был готов сделать заявление в прокуратуру об обмене себя на сына. Он готов был на открытый процесс по 282-й статье, которую ему вменяли. И это обстоятельство, в общем-то, и явилось причиной того, что он не скрывался.
Задержали его в моем присутствии. К машине адвоката, где мы сидели и разговаривали об Иване и его судьбе, подъехало три автомобиля, один из них без номеров. Они заблокировали дорогу. Из них вышли люди, вежливо попросили Бориса Сергеевича выйти, пересадили его в другую машину и увезли в УВД Кунцево, где оформили задержание. На следующий день, рано утром, его увезли в Новосибирск.
Ивана задерживали краснодарские опера - почему-то московским не доверяют ФСБ и прокуратура. А Бориса Сергеевича - новосибирские. Причем прокуратура вызывала такую группу захвата шесть раз, но всякий раз, когда сообщалось о наличии Миронова в определенном месте, он там потом не находился или исчезал. Я могу предположить, что кто-то активно вел доносительскую работу - из тех, с кем связывался Борис по телефону. К сожалению, это уже старая традиция стукачества и доносительства. Приходится это учитывать.
Сейчас Борис в новосибирском СИЗО. Связи у меня с ним нет никакой. Адвокат у него бывает очень часто и говорит, что содержание у него нормальное, но попутно мне пришла такая весть. После закрытого суда по избранию меры пресечения вышел человек в погонах и сказал, что Миронов живым из СИЗО не выйдет. Вот такая прозвучала угроза, и я думаю, что эта угроза еще будет звучать при допросах моего сына, и это будет основной мотив давления на него при склонении дать признательные показания. Также, возможно, и на моего мужа будут давить тем, что его сын находится под стражей, и также будут угрожать опасностью для его жизни.
Это давняя уловка, известная нам с 1930-х годов. Меня часто спрашивают: неужели в прокуратуре не осталось ни одного честного совестливого человека, кто все-таки верит в какие-то идеалы справедливости, на что можно уже по двухлетнему опыту судов, допросов и прений ответить, что система сама очистилась от совестливых людей. Система судопроизводства свободна от людей совести. Все, кто там были таковыми, давно покинули эти места. Остались только те, кто продается и покупается. Поэтому ждать оправдания явно невиновных Бориса Сергеевича, Ивана, Владимира Васильевича Квачкова и офицеров Яшина и Найденова мы не можем. Свидетельством этого является роспуск суда присяжных.
Суд присяжных распустили на незаконном основании. На данном этапе они не могли его распустить. Прицепились к нескольким причинам, в частности, к тому, что старшина присяжных не показал свои реальные доходы в налоговой декларации. Видимо, старшина присяжных проявил себя как человек чести, не войдя в соглашение со стороной обвинения. Тогда они и начали разрушение всей коллегии. Вторая причина - это организация пикетов в поддержку Квачкова, Яшина, Найденова у суда. Каждый день там проводятся пикеты и молитвенные стояния. Приходит человек по пятьдесят, иногда по сто. Люди приходят самотеком, по своей воле, поддержать, посочувствовать. Когда проезжает машина - воронок - они скандируют слова поддержки. Это, конечно, является важным моментом для этого бесправного судилища. И вот это, как посчитала сторона обвинения, воздействует на присяжных и является незаконным. То есть у нас любое гражданское волеизъявление теперь незаконно. Третьей причиной роспуска послужило заявление Карватко о том, что его показания получены путем давления.
Будет собрана следующая коллегия. Возможно, в следующем суде будет введен в качестве обвиняемого мой сын Иван. Сейчас взяты основные экспертизы. Пытаются выяснить, был ли он на месте покушения, как утверждает Чубайс.
- На чем конкретно основывается сторона обвинения?
- Я не могу судить на основании дела, потому что дело закрытое. Причем закрыто оно по смешным обстоятельствам. Дескать, на суде будет рассматриваться взрывное устройство, которое проходит по делу десятилетней давности, вменяемому Александру Найденову. Зрители могу посмотреть, как это взрывное устройство собирается, научиться и пойти взрывать дальше. Полный абсурд! Но сегодня это дело за сроком давности уже ушло из судопроизводства, и какие теперь найдут основания закрывать суд, неизвестно.
Что очень важно, мы собираемся произвести сбор подписей за открытый суд по делу о покушении на Чубайса. Я думаю, что тысячи людей хотят знать правду, получать ее не из газетных утечек, слухов и домыслов, а из того, что есть на самом деле. В ближайшее время мы опубликуем образец письма, чтобы люди собирали подписи и присылали к нам в штаб Квачкова.
На момент 17 марта у Ивана есть алиби. Странно, но когда он его предъявил, никто не стал его проверять, а сразу заключили под стражу. Думаю, алиби никого не интересует, и еще не скоро его захотят проверять.
- В одной скандальной газете был опубликован материал, где, ссылаясь на то, что Мироновы не особо прятались до этого, намекали на театральность всей ситуации, на сговор властей и якобы оппозиции. Ваш комментарий?
- Авторам таких статей я бы посоветовала посидеть в СИЗО, а их женам, невестам, родителям побегать по адвокатурам. Пусть попробуют для начала, а потом пишут подобное. Я считаю, что пишут это мерзавцы, потому что подобный цинизм всех этих версий достигает виртуозных масштабов.
Понимаете, и среди патриотов это муссируется: может, они специально сдались? Может, им это на руку? Но надо быть совершенно безмозглым, чтобы подобное предполагать. Поэтому всем тем, кто будет так рассуждать, я могу выразить свое полное презрение.
- Вернемся к обвинению, но теперь уже Бориса Сергеевича. Там, насколько я помню, знаменитая "282-я"?
- Да, 282-я, часть 2 - разжигание национальной розни, вражды и ненависти. Но вот статью переквалифицировали. Остались только вражда и рознь. Без ненависти. Как выяснилось, было проведено четыре экспертизы по газетам "Первый" и "Второй Сибирский фронт", выпущенным во время губернаторских выборов 2003 года, и две экспертизы утверждают, что нет признаков разжигания вражды или ненависти, а две утверждают, что есть. Получается, ничья. Но следствие не берет это во внимание. Вообще это дело не нужно как предмет рассмотрения. Это формальный повод упрятать Бориса Миронова за решетку. А дальше действия будут развиваться совершенно неожиданным путем. Как предполагают адвокаты, которые работают в деле о покушении на Чубайса, вскоре 282-я в деле Миронова будет благополучно закрыта. В ближайшее время, скорее всего, его этапируют в Москву, где будут делать из него заказчика покушения на Чубайса, и тогда это дело приобретет так желанную для Генпрокуратуры завершенность. Они найдут "заказчика", "посредника" - сына Бориса Сергеевича, и они нашли "исполнителей". Торжествующая фемида, проплаченная, похоже, Чубайсом, отчитается пред ним об исполненном приказе.
По нашим сведениям, только суд получил от Чубайса порядка 2,5 миллионов долларов. Чего он там делает - не знаю.
Мы предполагаем, что Борис Сергеевич будет выведен как заказчик покушения еще на том основании, что Трапезников - представитель правления РАО ЕЭС и глашатай мысли Чубайса - уже высказался на эту тему в "Коммерсанте". Там говорится о том, что Миронов должен ответить за все, что он делал не только в 2003 году, но и после этого. А после он как раз и опубликовал две книги: "Приговор убивающим Россию" и "Чубайс - враг народа". И эта книга, хоть она и опубликована после начала процесса о покушении, хоть она обошла всю Думу, явится основой для развертывания вот этого глобального дела. Сейчас дело Генпрокуратуры - оттянуть на дальние сроки процесс сбора новой коллегии присяжных с тем, чтобы успеть подверстать под это дело и Бориса Миронова, и его сына Ивана.
- Как настроены сами работники прокуратуры по отношению к делу и обвиняемым?
- Они настроены очень жестко. Бориса Сергеевича судил в Новосибирске судья по фамилии Прокар Григорий Григорьевич. Любые попытки депутатов Законодательного собрания Новосибирской области прийти на встречу с Борисом Сергеевичем, хоть это и их право, блокируются по следующим основаниям - "а мы не знаем, хочет ли Вас видеть Миронов".
И все время ходят глухие слухи, что живым он не выйдет. Это угрозы, это звонки в патриотические организации. Та верхушка, которая сложилась в Новосибирской области, имеет явно антирусский, антинациональный характер. Эта верхушка, собственно, имеет сейчас в своих руках лидера русского национализма. Представляете, какая опасность его жизни! И если мы не будем поднимать вокруг этого информационную волну, они воспользуются тишиной вокруг их преступных действий.
Что касается Вани, то у меня нет никаких сведений относительно отношения к нему. Но я сама была на допросе 2004 года в связи с покушением на Чубайса и могу сказать, что там присутствует откровенная враждебность, и когда я высказала им все, что думаю по поводу этого дела, мне молодой следователь заявил: "С такими взглядами Вы станете женой декабриста".
Могу сказать, что сочувствующих нам там уже давно нет. А что значит, сочувствующих нам? Сочувствующих тому, что говорит и пишет Борис Миронов. Сочувствующих тому, что есть в России силы, сопротивляющиеся ее разрушению и разграблению, что есть люди, которые обличают главного грабителя России - приватизатора, творца дефолта, творца энергетических катаклизмов - Чубайса, который, по некоторым данным, является также и представителем мирового правительства в России.
Мы настаиваем на том, что это покушение было чистой фальсификацией. Тому есть несколько очень важных свидетельств. Охрана дала показания, где уточняла, что при первых же выстрелах связалась с начальником и тот дал команду в ответ не стрелять. Второе, машина Чубайса была сильно повреждена. Но, согласно показаниям свидетелей, между машиной Чубайса и очагом взрыва проезжала еще одна машина - Жигули, которая практически не пострадала. Это как же через голову одной машины страдает другая? В-третьих, по признанию Игоря Карватко, Чубайса в машине не было. Это сказал ему следователь в Твери, который выбивал из него показания. И эти факты вкупе с тем, что была определенная запрограммированность на обвиняемых, дают нам возможность утверждать, что дело сфальсифицировано и само событие сфальсифицировано.
В частности, согласно этому сценарию, нападавшие уезжали на двух машинах: на личном автомобиле Квачкова и на машине моего сына - на "Хонде". Позже выяснилось, что 17-го и даже раньше машина моего сына находилась в ремонте. Она стояла в автосервисе в разобранном виде, и у нас есть на это документы. Как только мы обнародовали этот факт, сценарий переигрывается, и машины, присутствующей на месте покушения, нет. И свидетель дает уже другие показания. То есть сценарий прописывался по ходу выяснения обстоятельств!
- Какие-либо публичные люди открыто выразили свою поддержку в этом деле?
- Во-первых, по делу Бориса Миронова в Новосибирске будет обжалование его заключения под стражу. И поручительство за Бориса Сергеевича подписали депутаты Государственной Думы Виктор Иванович Илюхин, Юрий Петрович Савельев, Сергей Николаевич Решульский и Александр Николаевич Крутов. Я им очень благодарна за то, что они выразили свою гражданскую позицию.
Точно так же за Ваню поручились Сергей Юрьевич Глазьев и Дмитрий Олегович Рогозин. Они лично знают Ваню, и на основе своего личного мнения и своей гражданской позиции они так помогли.
Филипп ЛЕБЕДЬ
http://www.rv.ru/content.php3?id=6683