Уникальный суд в Армавире над Андреем Мозжегоровым

[Сергей Николаевич]

Удивительно неадекватное решение суда. Оно ещё раз продемонстрировало страх ЭТОЙ власти перед любой правдивой информацией.
Не занимая времени на исследовании причинно-следственных связей ЭТОГО тупизма, сразу перехожу к выводам:
значит скоро начнут стрелять и стрелять начнёт простой росиянский народ, стрелять в этих. Они явно ускоряют течение исторических событий.

[Алексей Сорокин]

В то время, как правоохранительные органы покровительствуют инородческим криминальным структурам и прикрывают преступления инородцев против Русских, самих представителей титульной Нации России лишают свободы и бросают в застенки всего лишь за их Гражданскую позицию, за Убеждения и за Патриотизм. В 2006 году в Тульской области кавказскими головорезами была живьем сожжена целая семья Русского Православного священника Андрея Николаева, но «органы» преступников не разоблачили (ради толерантности по отношению к кавказким головорезам), заявив, что «виновата электропроводка». То же и в деле о расследовании ритуальных убийств красноярских подростков, совершенных несколько лет назад хасидами, которых власти разоблачать не стали, прикрыли, закрыв дело «за истечением сроков расследования». А Русских Патриотов за одно лишь слово Правды бросают в темницы, подвергая преследованиям и репрессиям (Борис и Иван Мироновы, Владимир Квачков, Юрий Буданов, еп.Диомид, казаки из Сергиевого Посада и многие другие). Имена всех наших славных Патриотов, пострадавших за Правду, за Родину, за Народ, следует знать и помнить . А также помнить имена всех этих судейских крыс (обвинителей, судей. свидетелей обвинения и т.д.), которые устраивали судилища Русским Патриотам, преследуя их за Правду. Когда придет Час Освобождения Страны от ненавистного иудо-масонского ига, тогда все враги Народа должны понести суровое беспощадное наказание за все свои преступления против Русской Нации. Спаси Бог !

[Сергей Александрович]

Материалы форума по делу в одном файле для печати находятся здесь:
http://srn.minsk.at.tut.by/pub/armavirforuminfo.pdf
http://srn.minsk.at.tut.by/pub/armavirforuminfo.doc

[Сергей Александрович]

Возможно ли опубликовать на форуме следующие документы:

- заключение эксперта № 2275/2-1.26.1 от 7 сентября 2007 года;

- заключение эксперта № 17/1275-лингв от 4 мая 2008 года;

- решение Промышленного районного суда города Ставрополя от 25 апреля 2008 года, которым по заявлению прокурора Ставропольского края брошюра «Отдайте нам Родину! или ВОКЗАЛ - БАКУ (без чемоданов)» автора Монаха Афанасия, в числе других брошюр, признана экстремистским материалами, указанным решением суда на территории Российской Федерации запрещено распространение данной брошюры, а также ее производство и хранение в целях распространения;

- заключение за № 3/257 от 21 июня 2007 года центра специальной техники Института криминалистики ФСБ РФ ?

[М.В. Назаров]

Информация с сайта "Антисемитизму нет!"

16.01.2009 | Жителя Кубани осудили за распространение книги

Армавирский горсуд признал жителя города Андрея Мозжегорова виновным в преступлении, предусмотренном ст.282 УК РФ («возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства»). Он приговорен к четырем месяцам колонии-поселения и взят под стражу в зале суда, сообщил заместитель прокурора города Андрей Сыромятников.

Он отметил, что приговор еще не вступил в законную силу. В свою очередь, жена осужденного Ольга Мозжегорова сообщила, что обвинительный приговор стал для ее семьи неожиданностью. «Мы будем обжаловать его»,— сказала она. Госпожа Мозжегорова пояснила, что ее мужа обвиняли в распространении в 2007 году брошюры монаха Афанасия «Отдайте нам Родину!». «Якобы ее текст возбуждает ненависть и вражду к евреям и „лицам кавказской национальности“ и унижает их национальное достоинство. Странно, что так было истолковано то, что написано в этой книге. Это книга православного монаха, это православное вероучение. В ней не может содержаться ничего подобного»,— сказала Ольга Мозжегорова. Она добавила, что суд отклонил ходатайство ее мужа о проведении повторной лингвистической, а также религиоведческой экспертизы книги.

http://www.antisemitizmu.net/site/site. ... IID=546012

[М.В. Назаров]

КАССАЦИОННАЯ ЖАЛОБА А.А. МОЗЖЕГОРОВА

Дело №1-21/09
(судья Поликарпов А.В.)
В СУДЕБНУЮ КОЛЛЕГИЮ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ
КРАСНОДАРСКОГО КРАЕВОГО СУДА
В защиту прав и законных интересов Мозжегорова Андрея Александровича, признанного виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 282 УК РФ
Защитник – адвокат Майкопской городской коллегии
адвокатов «Гарант»:
В.В. Давыдов
на приговор Армавирского городского суда Краснодарского края от 14 января 2009 года в отношении Мозжегорова А. А.
Кассационная жалоба
Приговором Армавирского городского суда от 14.01.2009 г. подсудимый Мозжегоров А. А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 282 УК РФ.
Суд назначил Мозжегорову А. А. наказание в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) месяца, с отбыванием назначенного наказания в колонии-поселении.
Суд первой инстанции также принял решение об изменении Мозжегорову А. А. меры пресечения до вступления приговора в законную силу - с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу.
Мозжегоров А. А. был взят под стражу 14 января 2009 года в зале суда в соответствии с обвинительным приговором и содержится под стражей до настоящего времени.
Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона (ст. 297 УПК РФ) и основан на правильном применении уголовного закона (См.: БВС РФ. 2006. № 4. С. 30).
Обжалуемый обвинительный приговор требованиям уголовно-процессуального закона не отвечает, поскольку постановлен судом первой инстанции с существенными грубыми нарушениями данного закона (УПК РФ); и никак не основан на правильном применении уголовного закона по причине нарушений требований Общей части Уголовного кодекса РФ, неправильного уяснения судом диспозиции ст. 282 УК РФ во взаимосвязи с нормами закона, исключающими преступность деяния.
При постановлении приговора судом также была допущена его несправедливость вследствие чрезмерной суровости наказания.
Кроме того, тем же судом оказались существенно нарушенными положения уголовно-процессуального закона при оценке доказательств по делу.
Поэтому обжалуемый незаконный, необоснованный и несправедливый судебный приговор во всяком случае подлежит отмене в кассационном порядке, в том числе - по безусловным основаниям.
Предусмотренные ст. 379 ч. 1 УПК РФ, ст. ст. 380, 381 ч. 1 и 2, 382, 383 данного Кодекса основания к отмене приговора видны из следующего.
Обжалуемый приговор в отношении Мозжегорова А. А. постановлен с нарушением уголовно-процессуального закона, обусловившим неправильное применение как уголовного, так и иного материального закона, чем определяется неправосудность судебного приговора и необходимость его отмены в кассационном порядке - с прекращением уголовного дела ( ст.ст. 381 ч.ч. 1 и 2 , 382, 384, УПК РФ).
Суд первой инстанции посчитал установленным, что Мозжегоров А. А., зная о том, что содержание брошюры направлено на возбуждение ненависти, вражды, а также унижения достоинства групп лиц по признаку национальности, происхождения, отношения к религии, действуя умышленно, с целью возбуждения у жителей г. Армавира национальной вражды и ненависти к другим нациям, сознавая и предвидя общественную опасность своих действий, создающих угрозу основам конституционного строя РФ и безопасности государства, - склонил другое лицо к публичному распространению брошюры среди жителей г. Армавира.
Исходя из этого, суд признал Мозжегорова А. А. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 282 УК РФ и квалифицируемого как действия, направленные на возбуждение ненависти, вражды, унижение достоинства групп лиц по признакам национальности, совершенные публично.
Суд критически оценил доводы подсудимого об отсутствии в его действиях состава преступления, недоказанности его вины, сочтя такую позицию Мозжегорова А. А. как и избранный им способ защиты и, найдя подтвержденной вину подсудимого совокупностью взаимосвязанных доказательств, опровергающих представленные подсудимым доказательства, - постановил по уголовному делу обвинительный приговор.
В соответствии с законом (п. 2 ст. 307 УПК РФ) при постановлении приговора должны получить оценку все рассмотренные в судебном заседании доказательства, как подтверждающие выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора (ст. 299 данного Кодекса), так и противоречащие этим выводам. Суд в соответствии с требованиями закона должен указать в приговоре, почему одни доказательства признаны им достоверными, а другие отвергнуты, - что разъяснено в пункте 3 Постановления Пленума ВС РФ от 29.04.1996 г. № 1 «О судебном приговоре».
Поскольку обвинительный приговор не может быть основан на предположениях (ст. 302 УПК РФ), судам надлежит исходить из того, что обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательства, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены.
Поэтому в приговоре необходимо привести всесторонний анализ доказательств, на которых суд основал выводы, при этом должны получить оценку все доказательства, как уличающие, так и оправдывающие подсудимого.
В описательно-мотивировочной части приговора в указанной связи должна быть дана оценка доводам, приведенным подсудимым в свою защиту.
(Пункты 4, абз.1; 6, абз. 2 и 3 упомянутого ППВС РФ от 29.04.1996 № 1 - с изм. внесенными ППВС РФ от 06.02.2007 № 7).
Приведенные выше нормы уголовно-процессуального закона и обязательные для суда первой (и любой иной) инстанции в силу ст. 126 Конституции РФ и Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации» разъяснения, данные в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.04.1996 № 1, - были нарушены и (или) не выполнены Армавирским городским судом при постановлении обвинительного приговора в отношении Мозжегорова А. А., что подтверждается нижеследующим.
В ходе судебного следствия, а также в прениях Мозжегоровым А. А. приводились доводы в свою защиту о том, что на момент приобретения им брошюры и распространения таковой в г. Армавире он, Мозжегоров, не знал, что эту брошюру распространять нельзя по причине ее «экстремистской» направленности. (См.: письменные показания подсудимого - С. 2, абз. 1, 2; в письменной форме исполненное выступление в прениях - С. 6, абз. 3).
Ссылаясь на свободное распространение означенной брошюры в некоторых регионах России (в частности — в Московской области и столице РФ), признание ее экстремистской лишь в 2008 г. районным судом г. Ставрополя, Мозжегоров А. А. высказывал позицию об отсутствии у него умысла в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 282 УК РФ.
В нарушение закона указанные защитительные доводы подсудимого судом в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора не приведены, не исследовались и не оценивались судом первой инстанции, - тогда как во всяком случае заслуживали внимания, будучи имеющими существенное значение для дела (в том числе для правильной квалификации деяния, а также установления умысла, мотивов и п.т.).
Уголовный закон (ст. 282 ч. 1 УК РФ) не конкретизирует действий, характеризующих объективную сторону такого преступления как «Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства», а указывает лишь на их направленность.
Поэтому сами по себе ссылки на установления статей 19 (часть 2), 21 (часть 1), 29 (часть 2) Конституции РФ, содержащиеся в обвинительном заключении по обвинению Мозжегорова А. А. - не являются достаточными для квалификации деяния по ч. 1 ст. 282 УК РФ.
(Судебный приговор не содержит в себе даже такого недостаточного обоснования квалификации, что весьма характерно).
Диспозиция ст. 282 УК РФ по сути является бланкетной, с учетом чего при разрешении соответствующих дел следует учитывать наряду с уголовным законом нормы Федерального закона от 25 июля 2002 года № 114-ФЗ «О противодействии экстремисткой деятельности», которым определены правовые и организационные основы противодействия экстремистской деятельности, установлена ответственность за ее осуществление (далее - федеральный закон, Закон об экстремизме).
Положения указанного федерального закона позволяют утверждать о существенности приведенных выше доводов Мозжегорова А. А., противоправно проигнорированных судом первой инстанции.
Данным Законом определено понятие экстремистской деятельности (экстремизма), которой является в том числе:
- деятельность физических лиц по планированию, организации, подготовке и совершению действий, направленных на: возбуждение расовой, национальной или религиозной розни, а также социальной розни, связанной с насилием или призывами к насилию; унижение национального достоинства; пропаганду исключительности, превосходства либо неполноценности граждан по признаку их отношения к религии, социальной, расовой, национальной или языковой принадлежности; создание и (или) распространение печатных, ауди-, аудивизуальных и иных материалов (произведений), предназначенных для публичного использования и содержащих хотя бы один из признаков, предусмотренных статьей 1 Закона об экстремизме (пункт «а» ч. 1 ст.1 федерального закона).
Как следует из приведенных положений Закона об экстремизме (выборка - по критерию возможной относимости к настоящему уголовному делу), такой вид деятельности как: «распространение печатных... и иных материалов (произведений), предназначенных для публичного использования и содержащих хотя бы один из признаков», указанных выше и предусмотренных статьей 1 часть 1 федерального закона - выделен отдельно.
Частью 3 ст. 1 того же Закона определено, что экстремистскими материалами являются предназначенные для обнародования документы либо информация на иных носителях, призывающие к осуществлению экстремистской деятельности либо обосновывающие или оправдывающие необходимость такой деятельности, в том числе ... публикации, обосновывающие или оправдывающие национальное и (или) расовое превосходство и т.п.
В соответствии со статьей 2 федерального закона противодействие экстремистской деятельности основывается на принципах: признания, соблюдения и защиты прав и свобод человека и гражданина; законности; гласности; приоритета мер, направленных на предупреждение экстремистской деятельности, а также прочих, указанных в данной норме Закона об экстремизме.
Мозжегоров А. А. осужден по ч. 1 ст. 282 УК РФ именно за распространение печатного произведения, которое, исходя из вывода суда первой инстанции, содержит приведенные выше признаки экстремизма, предусмотренные федеральным законом.
В силу статьи 13 указанного федерального закона на территории Российской Федерации запрещаются издание и распространение печатных... и иных материалов, содержащих хотя бы один из признаков, предусмотренных частью 1 статьи 1 данного Закона.
Статьей 15 Федерального закона от 25 июля 2002 года № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» (в редакции от 10.05.2007) установлено; что за осуществление экстремистской деятельности граждане Российской Федерации, иностранные граждане и лица без гражданства несут уголовную, административную или гражданско-правовую ответственность в установленном законодательством Российской Федерации порядке.
Исходя из прямого указания ст. 13 названного федерального закона к запрещенным к распространению на территории Российской Федерации печатным материалам, содержащим признаки экстремистской деятельности (ч. 1 ст. 1 Закона), относятся в том числе «любые иные... материалы, содержащие признаки, предусмотренные частью первой статьи 1 настоящего Федерального закона» (пункт «в»).
При этом из данной нормы Закона об экстремизме следует, что установление наличия в печатных материалах, содержащих признаки экстремизма, признаков, предусмотренных пунктами «а» - «в» части 1 статьи 13 указанного Федерального закона, осуществляется федеральным судом по месту обнаружения или распространения таких материалов или по месту нахождения организации, осуществившей их издание, на основании представления прокурора (часть 2 ст. 13 - в ред. Федерального закона от 10.05.2007 №71-ФЗ).
Частями 3-6 ст. 13 установлено, что соответствующее решение суда является основанием для изъятия нереализованной части тиража; направляется в федеральный орган исполнительной власти в сфере юстиции - для включения экстремистского материала в федеральный список экстремистских материалов, не подлежащих распространению, который подлежит периодическому опубликованию.
Статьей 13 (часть 6) того же федерального закона специально установлено, что «лица, виновные в незаконном изготовлении, распространении и хранении в целях дальнейшего распространения указанных материалов, привлекаются к административной либо уголовной ответственности», что взаимосвязано с приведенной выше общей нормой ст. 15 Закона, согласно которой граждане за осуществление экстремистской деятельности несут уголовную, административную и иную ответственность в соответствии с законодательством РФ.
Согласно обстоятельствам уголовного дела, по которому постановлен обвинительный приговор в отношении Мозжегорова А. А., он «приобрел не менее 261 экземпляра печатной брошюры с заголовком «Отдайте нам Родину! или ВОКЗАЛ-БАКУ (без чемоданов)» автора Монаха Афанасия, ознакомился с их содержанием и с целью распространения перевез указанные брошюры в город Армавир Краснодарского края», - что следует из обжалуемого приговора и подтверждается самим Мозжегоровым, иными доказательствами по делу.
Какие-либо данные, свидетельствующие об изготовлении данной брошюры непосредственно Мозжегоровым А. А. - отсутствуют. Такую возможность надлежит исключить (вне зависимости от бездоказательности данного предположения), поскольку брошюра изготовлена типографским способом с указанием: «Издательство «АНКО», Лицензия ЛР № 062301 от 23 февраля 1993 г.; ISBN 5-7254-0006-9; к- 5140-50 000».
Более того, изготовление указанной брошюры не инкриминировалось Мозжегорову в обвинительном заключении от 24 ноября 2008 г., утвержденным заместителем прокурора г. Армавира советником юстиции Андреевым, - чем в силу ч. 1 ст. 252 УПК РФ исключается выход за пределы предъявленного Мозжегорову А. А. обвинения.
Автором произведения значится Монах Афанасий, но, во всяком случае, не Мозжегоров А. А.
Из обжалуемого приговора видно, что суд первой инстанции установил, что «Подсудимый Мозжегоров А. А. совершил преступление, квалифицируемое как действия, направленные на возбуждение ненависти, вражды, унижение достоинства группы лиц по признакам национальности, совершенные публично» - при обстоятельствах, приведенных в судебном приговоре и связанных с приобретением, перевозом брошюр Мозжегоровым А. А. с целью их распространения.
Исходя из приведенных в приговоре доказательств, которыми, по мнению суда, подтверждаются факты: приобретения Мозжегоровым А. А. брошюр, содержащих указанные на стр. 2 приговора выражения и призывы, направленные к осуществлению действий в отношении лиц определенных национальностей, их распространения в г. Армавире, и которыми не ставится под сомнение изложенное выше, - суд первой инстанции посчитал, что «совершенное подсудимым Мозжегоровым А. А. преступление, а именно действия, направленные на возбуждение ненависти, вражды, унижение достоинства группы лиц по признакам национальности, совершенные публично, установленным, а вину Мозжегорова А. А. в совершении данного преступления доказанной».
Давая правовую оценку действиям Мозжегорова А. А., суд, исходя из означенных выше обстоятельств по делу и доказательств, их подтверждающих, указал, «что действия подсудимого Мозжегорова А. А. правильно квалифицированы органами предварительного следствия и также квалифицирует действия Мозжегорова А. А. по ч. 1 ст. 282 УК РФ, поскольку установленные в судебном заседании обстоятельства свидетельствуют об умысле Мозжегорова А. А. на совершение действий, направленных на возбуждение ненависти, вражды, унижение достоинства группы лиц по признакам национальности, которые совершены путем распространения брошюр соответствующего содержания «Отдайте нам Родину! или ВОКЗАЛ-БАКУ (без чемоданов)» автора Монаха Афанасия среди жителей города Армавира, то есть публично. Состав преступления, по мнению суда, следует считать оконченным с момента начала совершения указанных действий».
Между тем, на основании приведенных выше норм Федерального закона от 25 июля 2002 года № 114-ФЗ (в ред. Федерального закона от 10.05.2007 № 71-ФЗ) «О противодействии экстремистской деятельности» (ст. ст. 1 ч. ч. 1 и 3, 13 ч. ч. 1 п. «в» и 6, 15 ч. 1) - Федеральным законом от 24.07.2007 № 211-ФЗ введена в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях (КоАП РФ) статья 20.29 «Производство и распространение экстремистских материалов».
В соответствии со ст. 20.29 КоАП РФ с момента её введения в действие: «Массовое распространение экстремистских материалов, включенных в опубликованный федеральный список экстремистских материалов, а равно их производство либо хранение в целях распространения» - влечет наложение административного штрафа на граждан либо административный арест на срок до пятнадцати суток с конфискацией указанных материалов и оборудования, использованного для их производства.
Следовательно, с момента введения в действие ст. 20.29 КоАП РФ с 24 июля 2007 года Федеральным законом № 211-ФЗ - само по себе массовое распространение экстремистских материалов, а равно их производство либо хранение — перестало являться деянием, преследуемым в соответствии с уголовным законом (ч. 1 ст. 282 УК РФ).
Уголовное дело № 740422 по факту распространения указанных выше брошюр: по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 282 УК РФ было возбуждено 26 марта 2007 года, то есть до введения в действие с 24 июля 2007 года статьи 20.29 КоАП РФ, предусматривающей административную (а не уголовную) ответственность за аналогичное деяние.
Однако обвинительное заключение по обвинению Мозжегорова А. А. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 282 УК РФ, было утверждено 24 ноября 2008 года - то есть после введения в действие ст. 20.29 КоАП РФ 24.07.2007 г.
Обвинительный приговор в отношении Мозжегорова А. А. постановлен судом 14 января 2009 года, что с учётом изложенного является грубым нарушением установлений Конституции РФ, требований Общей части Уголовного кодекса РФ; нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим безусловную отмену судебного приговора в кассационном порядке.
В статье 54 (часть 2) Конституции РФ установлено: «Если после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, применяется новый закон».
В соответствии с ч. 1 ст. 10 УК РФ уголовный закон, устраняющий преступность деяния или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, - распространяется на лиц, совершивших соответствующее деяние до вступления такого закона в силу.
В понимании ч. 1 ст. 10 УК РФ улучшающим положением лица считается закон, которым деяние декриминализируется.
Такой закон, декриминализирующий деяние, имеет обратную силу как исключающий его преступность.
Декриминализация может являться частичной и в случаях, когда бланкетная диспозиция статьи Особенной части Уголовного кодекса РФ осталась без изменения, но изменилось позитивное законодательство, нарушение которого преследовалось данным уголовным законом.
Применительно к настоящему делу таким «улучшающим законом» является статья 20.29 КоАП РФ, которой осуществлена частичная декриминализация деяния по производству и распространению экстремистских материалов посредством отнесения ответственности за массовое распространение экстремистских материалов, их производство либо хранение в целях распространения к административному, а не уголовному праву. При этом бланкетная диспозиция ст. 282 УК РФ не изменилась — при изменении законодательства, определяющего правовые и организационные основы противодействия экстремистской деятельности и устанавливающего ответственность за ее осуществление (ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» в ред. от 10.05.2007).
Из нормы п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ следует, что возбужденное дело подлежит прекращению за отсутствием состава преступления, если выясняется, что само деяние, в связи с которым возбуждено дело, имело место, однако после его совершения принят закон, устраняющий его преступность и наказуемость. В таком случае орган или лицо, принявшее решение о прекращении уголовного дела, при обнаружении в деянии признаков административного правонарушения могут направить соответствующую информацию компетентным органам.
В силу ч. 2 ст. 24 УПК РФ уголовное дело подлежит прекращению по основанию, предусмотренному пунктом 2 части первой данной статьи, в случае, когда до вступления приговора в законную силу преступность и наказуемость этого деяния были устранены новым уголовным законом.
Прекращение уголовного дела влечет за собой одновременно прекращение уголовного преследования (ч. 3 ст. 24 УПК РФ).
В соответствии с п. 1 ст. 254 УПК РФ суд прекращает уголовное дело в случае, если будут установлены обстоятельства, указанные в части второй статьи 24 данного Кодекса.
Частью 2 ст. 381 УПК РФ императивно установлено, что основанием отмены судебного решения в любом случае является: непрекращение уголовного судом при наличии оснований, предусмотренных статьей 254 данного Кодекса (пункт 2 ч. 2 ст. 381).
Таким образом, суд первой инстанции вынес в отношении Мозжегорова А. А. обвинительный приговор по обвинению его в совершении уголовного преступления при условии, что вмененное ему деяние к моменту постановления приговора было, во всяком случае, частично декриминализировано путем отнесения ответственности за него в КоАП РФ (статья 20.29).
Тем самым, суд существенно нарушил уголовно-процессуальный закон, что влечет за собой безусловную отмену обвинительного приговора Армавирского городского суда от 14.01.2009 г. по делу № 1-21/09 в отношении Мозжегорова А. А. - с прекращением уголовного дела в соответствии со статьей 384 УПК РФ, которой установлено, что рассматривая уголовное дело в кассационном порядке, суд отменяет обвинительный приговор и прекращает дело при наличии оснований, предусмотренных данным Кодексом.
(См.: выше - статьи 24 и 254 УПК РФ в их взаимосвязи, в силу которых суд был обязан прекратить дело в суде первой инстанции).
Для целей принятия данного правильного правосудного судебного постановления не может иметь значение надуманное судом первой инстанции «склонение» Мозжегоровым А. А. знакомого ему Корнева М.В. к распространению брошюр (по мнению обвинения - экстремистской направленности), поскольку виды экстремистской деятельности, приведенные в ч. 1 статьи 1 ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» указаны исчерпывающим образом и этот перечень не подлежит расширительному толкованию.
Кроме того, из показаний Корнева М.В. следует, что Мозжегоров А. А. только попросил его совместно с другими лицами распространить брошюры, а не понуждал его (т. е. склонял) к публичному их распространению среди жителей города Армавира.
Мозжегоров А. А. не совершал каких-либо действий, означенных в ч. 1 ст. 1 указанного федерального закона, за исключением тех, за которые, при наличии к тому оснований, мог быть привлечен к административной ответственности по ст. 20.29 КоАП РФ.
Предположение о том, что массовое распространение экстремистских материалов, включенных в опубликованный федеральный список экстремистских материалов, а равно их производство либо хранение в целях массового распространения, влечет за собой административную ответственность, а не включенных в таковой список - ответственность уголовную по ч. 1 ст. 282 УК РФ, - явилось бы полным абсурдом, противным букве, смыслу и духу действующего законодательства РФ.
Более того - отнесение законодателем производства и распространения экстремистских материалов, внесенных в список запрещенных экстремистских материалов, к деяниям, преследуемым законодательством об административных правонарушениях, позволяет предполагать, что аналогичные действия по распространению ( и хранению в целях распространения) материалов, на момент этих действий в список экстремистских не включенных, - не могли обоснованно расцениваться как криминальные в понимании ч.1.ст.282 УК РФ.
В данной связи следует учитывать, что в соответствии с частью четвертой статьи 15 ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности»
(введенной Федеральным законом от 27.07.2006 № 148 – ФЗ) – лицом, осуществлявшим экстремистскую деятельность, и несущим ответственность в установленном законодательством РФ порядке, признается автор в том числе печатных материалов (произведений), предназначенных для публичного использования и содержащих хотя бы один из признаков, предусмотренных статьей 1 данного Федерального законов.
По смыслу нормы ч.1 ст.15 данного Закона ( в редакции от 27.07.2006 г.) во взаимосвязи с ч. 6 ст. 13 Федерального закона, усматривается, что деяние по массовому распространению материалов, в список экстремистских не включенных, имевшее место в марте 2007 года со стороны Мозжегорова А. А., - изначально не должно было расцениваться как наказуемое в соответствии с уголовным законом.
Если возбуждение уголовного дела по факту такого деяния постановлением от 26.03.2007 г. возможно объяснить сложностью в восприятии и уяснении органом следствия диспозиции ст.282 УК РФ и норм ФЗ « О противодействий экстремистской деятельности», то вынесение тем же органом 02.11.2008г. постановления о привлечении Мозжегорова А. А. в качестве обвиняемого – следовало бы расценивать очевидно противоправным.
Орган следствия (следователь), заместитель прокурора г.Армавира не могли не знать (должны были знать), что ответственность за деяние, аналогичное совершенному Мозжегоровым А. А., предусмотрена ст. 20.29 КоАП РФ – с 24.07.2007г. Однако они привлекли Мозжегорова А. А. к уголовной ответственности - при явном (по крайней мере – для лиц, сведущих в юриспруденции) отсутствии к тому законных оснований.
Такое деяние, а именно: привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности, является преступным (ч.1.ст.299 УК РФ ).
В свою очередь, суд первой инстанции вопреки установлениям Конституции РФ (ст.54), закону (уголовно-процессуальному, уголовному, об административных правонарушениях, о противодействии экстремизму) – постановил в отношении Мозжегорова А. А. обвинительный приговор при явном отсутствии к тому правовых оснований, лишил его свободы неправосудным приговором.
Деяние, связанное с вынесением незаконного приговора суда к лишению свободы – является тяжким преступлением в соответствии с ч.2 ст.305 УК РФ.
С учетом изложенного, уголовное дело в отношении Мозжегорова А. А. подлежит безусловному прекращению при отмене судебного приговора от 14.01.2009 года в кассационном порядке (либо же самим судом - с учетом положений ч. 2 ст. 24 УПК РФ, допускающих прекращение уголовного дела до вступления приговора в законную силу).
Приведенные выше основания к отмене обвинительного приговора Армавирского городского суда от 14.01.2009 г. являются самодостаточными для его отмены и прекращения уголовного дела.
Однако судом при постановлении приговора допущены и иные грубые нарушения закона.

Судебный приговор в отношении Мозжегорова А. А. явно несправедлив, в связи с чем, подлежал бы изменению безотносительно прочих нарушений, влекущих его отмену.
В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 379 УПК РФ основанием для отмены или изменения приговора в кассационном порядке является несправедливость приговора.
Частью 1 статьи 383 УПК РФ определено, что несправедливым является приговор, по которому было назначено наказание, несоответствующее тяжести преступления, личности осужденного, либо наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, но по своему виду или размеру является несправедливым вследствие чрезмерной суровости.
Обжалуемый судебный приговор, вне зависимости от нарушений, допущенных судом первой инстанции, влекущих за собой необходимость его безусловной отмены в кассационном порядке, - следовало бы изменить в связи с несправедливостью - чрезмерной суровости приговора по основаниям ст. ст. 379 ч.1 п.4 и 383 ч.1 УПК РФ.
Несправедливость приговора, вынесенного судом первой инстанции, подтверждается нижеследующим.
Из обжалуемого приговора следует, что суд, определяя вид и меру наказания, учитывал и личность Мозжегорова А. А., который, как то верно установлено самим судом,- имеет постоянное место жительства, место работы; ранее не судим, характеризуется с положительной стороны как по месту жительства, так и по месту работы; женат, имеет двух несовершеннолетних детей - дочерей, одна из которых является малолетней.
Обстоятельства, связанные с наличием у Мозжегорова А. А. малолетнего и несовершеннолетнего ребенка (двух дочерей), суд правильно признал смягчающими в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ и ч.2. ст. 61 данного Кодекса.
Вместе с тем, суд не усмотрел каких-либо других обстоятельств, признаваемых смягчающими в соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ, - что является судебной ошибкой, повлиявшей на определение вида и (или) меры наказания.
Означенная ошибка очевидно усматривается из следующего.
Верховным Судом Российской Федерации в Постановлении Пленума ВС РФ от 29 апреля 1996 г. №1 « О судебном приговоре» разъяснено, что по смыслу закона (ст. 49 Конституции Российской Федерации, ст.14 УПК РФ), согласно которому все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, толкуются в его пользу. При этом в пользу подсудимого толкуются не только неустранимые сомнения в его виновности в целом, но и неустранимые сомнения, касающиеся в том числе смягчающих обстоятельств ( пункт 4 - в ред. ПП ВС РФ от 06.02.2007 № 7, абз.2,3).
При назначении наказания суд вправе признать смягчающими любые установленные в судебном заседании обстоятельства, в том числе не предусмотренные ч.1 ст.61 УК РФ, - на что указано в пункте 7 (абз.1) Постановления Пленума ВС РФ от 11.01.2007 г. № 2 « О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания».
При этом в пункте 7 упомянутого постановления Пленума Верховного Суда РФ разъяснено, что явка с повинной в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, учитывается в тех случаях, когда лицо добровольно сообщило органу, осуществляющему уголовное преследование, о совершенном им или с его участием преступлении (статья 142 УПК РФ). И далее – если органы следствия располагали сведениями о преступлении (показаниями потерпевших, свидетелей, процессуальными документами и т. п.) и лицу было известно об этом, то подтверждение им факта участия в совершении преступления не может рассматриваться как явка с повинной, а признается в качестве иного смягчающего наказание обстоятельства (абз. 2,3 пункта 7).
По обстоятельствам настоящего дела усматривается, что уголовное дело № 740422 по признакам преступления, предусмотренного п.1 ст.282 УК РФ, было возбуждено 26 марта 2007 года.
Из письменных показаний подсудимого Мозжегорова А. А., имеющихся в материалах дела, следует, что он: «Узнав, что распространители брошюры были задержаны правоохранительными органами и что материалы для проведения проверки переданы в прокуратуру города Армавира, … на следующий же день – 14.03.2007,- самостоятельно пришел к следователю, дал объяснения по поводу указанной литературы и её распространения, указав, что распространители действовали по моей просьбе и абсолютно не причастны к содержанию данной брошюры, так как они не могли с ней ознакомиться из-за отсутствия времени и по данному факту предъявлять какие-либо обвинения нужно только мне» (С. 3 абз.1).
Данные показания Мозжегорова А. А., в приведенной их части, являются достоверными и правдивыми, подтверждаются материалами уголовного дела и, применительно к неосведомленности распространителей о содержании брошюры, - показаниями допрошенных по делу свидетелей, изложенными в судебном приговоре.
Неточность в них имела место лишь относительно даты дачи таких объяснений органу следствия Мозжегоровым – «на следующий день – 14.03.2007», поскольку лица, распространявшие брошюру, были задержаны в вечернее время 14 марта 2007 года, что объяснимо опечаткой в тексте показаний Мозжегорова А. А.
В выступлении в прениях, текст которого имеется в деле, Мозжегорым А. А. указано: «Как следует из моих показаний, которые я давал ещё 15.03.2007, т.е. на следующий день после задержания распространителей брошюры, орган предварительного следствия изначально знал, что брошюры принадлежат мне, содержание их мне известно и распространялись они по моей просьбе». (С. 2. абз.3). И далее по тексту: «Рассматриваемое уголовное дело было возбуждено 26.03.2007, то есть в условиях, когда в материалах дела уже имелось указанное мое объяснение от 15.03.2007 года».
Таким образом, безотносительно оценки самим Мозжегоровым А. А. содержания брошюры, которая распространялась неосведомленными насчет её содержания лицами, но в зависимости от наличия либо отсутствия у органа следствия сведений о том, по чьей просьбе распространялась эта брошюра 14 марта 2007 года другими лицами, - факт дачи Мозжегоровым А. А. объяснений органу следствия 15.03.2007 г. о принадлежности ему брошюр и необходимости предъявления какого-либо обвинения ему в связи с их распространением, - надлежит расценивать либо как помощь органу следствия в определении причастного к деянию лица (п. «и» ч.1. ст.61 УК РФ), либо в качестве иного смягчающего обстоятельства (применительно к ч.2 ст.61 Уголовного кодекса РФ).
Во всяком случае, указанное обстоятельство безусловно является смягчающим в соответствии со ст. 61 УК РФ и с учетом обязательных для судебных инстанций разъяснений, данных в приведенных выше постановлениях Пленума Верховного Суда РФ ( ППВС РФ от 19.04.1996 № 1 п.4, ППВС РФ от 11.01.2007 № 2 п.7).
Суд первой инстанции при назначении наказания Мозжегорову А. А. в виде лишения свободы не учел данного обстоятельства в качестве смягчающего, не приведя в судебном приговоре каких-либо аргументов к этому.
Такое нарушение оказалось допущенным судом в результате того, что им не было учтено обстоятельство, которое могло повлиять на его позицию в части определения вида наказания (п.1 ч.1 ст.379 УПК РФ и п.2 ст. 380 Кодекса), вследствие чего судом первой инстанции не была правильно применена норма Общей части Уголовного кодекса РФ (ст. ст. 379 ч.1. п.3 и 382 п.1 УПК РФ) – с последующим постановлением несправедливого приговора о лишении свободы Мозжегорова А. А.
Обжалуемый судебный приговор, таким образом, не отвечает требования ст.297 УПК РФ, не может расцениваться как законный, обоснованный и справедливый, поскольку постановлен с нарушением норм данного Кодекса и не основан на правильном применении уголовного закона, - чем исключается правосудность приговора суда первой инстанции, постановленного в отношении Мозжегорова А. А.
Далее. Из судебного приговора видно, что суд первой инстанции при определении Мозжегорову А. А. наказания в виде лишения свободы, исходил из характера совершенного им преступления, повышенной общественной опасности совершенного преступления, которое «отнесено к категории преступлений небольшой тяжести, однако является умышленным преступлением против государственной власти, небольшой тяжести, и направлено против Конституционного строя и безопасности государства» ( С.8 абз.2 и С.7 абз.2 приговора – соответственно).
Поэтому суд, при наличии смягчающих обстоятельств, приведенных в приговоре, несмотря на наличие альтернативных лишению свободы видов наказания, предусмотренных санкцией ч.1 ст.282 УК РФ, посчитал, что исправление подсудимого невозможно без изоляции от общества и назначил Мозжегорову А. А. наказание в виде лишения свободы. Оснований для применения ст. 73 УК РФ либо ст.64 УК РФ суд при этом не усмотрел, приговорив Мозжегорова А. А. к наказанию виде лишения свободы на срок 4 (четыре) месяца и посчитав этот срок « ближе к минимальному сроку лишения свободы, предусмотренному ч.1 ст. 282 УК РФ» (что само по себе невразумительно).
В пункте 12 Постановления Пленума ВС РФ от 29.04.1996 . № 1 «О судебном приговоре» указано, что суды не должны допускать фактов назначения виновным наказания, которое является явно несправедливым в следствии их суровости. При этом разъяснено, что в соответствии с законом (ст.60 УК РФ) суд при назначении наказания обязан учитывать характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Исходя из этого, в приговоре необходимо указывать, какие обстоятельства, влияющие на степень и характер ответственности подсудимого, а так же иные обстоятельства, характеризующие его личность, доказаны при разбирательстве уголовного дела в соответствии с требованиями ст.73 УПК РФ и учтены судом при назначении наказания (в ред. ПП ВС РФ от 06.02.2007 № 7).
В том же пункте названного постановления Пленума Верховного Суда РФ разъяснено, что суд не вправе при мотивировании наказания ссылаться на обстоятельства, которые не указаны в законе (абз.2).
Имея в виду обязанность судов строго выполнять требования ст.307 УПК РФ о необходимости мотивировать в приговоре выводы по вопросам, связанным с назначением уголовного наказания, Верховный Суд РФ в упомянутом постановлении Пленума разъяснил, что в описательно-мотивировочной части приговора должны быть указаны мотивы, по которым суд пришел к выводу о назначении наказания в виде лишения свободы, если санкция уголовного закона предусматривает и другие наказания, не связанные с лишением свободы (пункт 13).
Приведенные в обжалуемом судебном приговоре мотивы, по которым суд первой инстанции пришел и выводу о необходимости назначения Мозжегорову А. А. наказания в виде лишения свободы при наличии в санкции ч.1 ст.282 УК РФ наказаний, не связанных с лишением свободы (штрафа; лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью; обязательных работ; исправительных работ – 4 вида) – являются заведомо несостоятельными, поскольку прямо противны уголовному закону.
Незаконность означенных мотивов, указанных судом в обоснование необходимости назначения Мозжегорову А. А. наказания в виде лишения свободы, явно видна из следующего.
Из содержания ч.1 ст.14 УК РФ видно, что общественная опасность - материальный признак преступления, раскрывающий его социальную сущность. Общественная опасность характеризуется объективными (последствия, способ, место совершения преступления и т.п.) и субъективными ( форма вины, мотивы, рецидив и др.) признаками.
Приоритеты защиты уголовного закона четко названы в ст.2 УК РФ, в которой отражена иерархия ценностей, принятая в демократических государствах: права и свободы человека и гражданина; собственность; общественный порядок и общественная безопасность; окружающая среда; конституционный строй Российской Федерации.
В соответствии с этой иерархией и построена система Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации.
Согласно ч.1 ст.15 УК РФ в зависимости от характера и степени общественной опасности деяния, предусмотренные данным Кодексом, подразделяются на преступления небольшой тяжести, преступления средней тяжести и особо тяжкие преступления.
Исходя из указания ч.2 ст. 15 УК РФ, деяние, предусмотренное п.1 ст. 282 уголовного закона, отнесено к преступлениям небольшой тяжести, поскольку за его совершение максимальное наказание не превышает двух лет лишения свободы.
При учете характера и степени общественной опасности преступления надлежит исходить из того, что характер общественной опасности преступления зависит от установленных судом объекта посягательства, формы вины и отнесение Уголовным кодексом преступного деяния к соответствующей категории преступлений (ст.15 УК РФ), а степень общественной опасности преступления определяется обстоятельствами содеянного (например, степенью осуществления преступного намерения, способом совершения преступления, размером вреда или тяжестью наступивших последствий, ролью подсудимого при совершении преступления в соучастии).
Соответствующие разъяснении, ранее данные Верховным Судом РФ в Постановлении Пленума от 11.06.1999 г. № 40 « О практике назначения судами уголовного наказания» – не утратили своего правового значения и воспринимаются судебными инстанциями в качестве нормоположений, не требующих дополнительных на данный момент указаний.
Статья 282 УК РФ законодателем отнесена в Главу 29 «Преступление против основ конституционного строя и безопасности государства» Раздела Х Уголовного Кодекса РФ.
Как на то обращалось внимание выше, суд назначил Мозжегорову А. А. наказание в виде лишения свободы исходя из характера преступления, предусмотренного ч.1.ст.282 УК РФ, а также его повышенной общественной опасности - в понимании его направленности против основ Конституционного строя и безопасности государства.
При этом в судебном приговоре не мотивированы какие-либо объективные и (или) субъективные признаки «повышенной», по мнению суда первой инстанции, общественной опасности конкретного деяния, вмененного Мозжегорову А. А.
Между тем, из доказательств по уголовному делу не усматривается наступления последствий в виде оказания реального воздействия на людей с помощью действий по распространению брошюры, поскольку все её экземпляры были изъяты правоохранительными органами до ознакомлением с её содержанием круга лиц – адресатов распространения. (Вне зависимости от формальности состава деяния, предусмотренного ст.282 УК РФ, с учетом нормы ч.1.ст.6 УК РФ, ст.60 данного Кодекса, положений пунктов 1 и 4 ч.1 ст.73 УПК РФ). Данное обстоятельство в любом случае следовало принимать во внимание при назначении наказания, чего не усматривается из судебного приговора.
На обязательность описания последствий преступления в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора с учетом требований ст.73 УПК РФ и в силу ст.307 УПК РФ – указано в пункте 6 Постановления Пленума ВС РФ от 29.04.1996 г. №1 « О судебном приговоре», равно как и на обстоятельства, влияющие на степень и характер ответственности подсудимого при назначении наказания (пункт 12).
Подобные указанной судом оценочные категории должны быть подтвержденными конкретными обстоятельствами, послужившими основанием для вывода о наличии в содеянном такого признака, которые надлежит приводить в описательно-мотивировочной части приговора ( пункт 8 ППВС РФ от 29.04.1996 №1 в ред. от 06.02.2007г.).
В нарушение приведенных норм уголовного и уголовно-процессуального законов, а так же при невыполнении обязательных для суда разъяснений (указаний), данных Верховным Судом РФ в постановлении Пленума «О судебном приговоре» - суд первой инстанции соответствующие требования проигнорировал, бездоказательно сославшись на надуманную им повышенную общественную опасность деяния, за совершение которого осужден Мозжегоров А. А.
Из обжалуемого приговора видно, что суд вообще не раскрыл тех обстоятельств, исходя из которых он пришел к выводу о повышенной общественной опасности конкретного деяния (абз.2 С.8 приговора содержит лишь словосочетание: «Исходя из обстоятельств» - и далее «характера совершенного Мозжегоровым А. А. преступления» - строка 1 абз.2).
Между тем, способ распространения брошюр являлся самым обычным ( а не общеопасным), место – ординарным; субъективные признаки общественной опасности характеризовались стандартно, но без признаков рецидива, либо совершение деяния группой лиц или группой лиц по предварительному сговору.
Таким образом, вывод суда о повышенной степени общественной опасности совершенного Мозжегоровым распространения брошюр – противоречат доказательствам по уголовному делу и основан на предположениях, что недопустимо в соответствии со ст.302 УПК РФ (см.также пункт 4 абз.1 и 3 ППВС РФ от 29.04.1996 № 1 в ред.от 06.02.2007).
С учетом изложенного, при назначении наказания суд учитывал характер общественной опасности самого по себе преступления, предусмотренного ч.1 ст.282 УКРФ применительно к объекту посягательства – основам конституционного строя, а так же безопасности государства, что прямо следует из содержания описательно-мотивировочной части судебного приговора (С.7 абз.2, С.8 абз.2).
Однако такая позиция суда при наличии ряда смягчающих обстоятельств (как учтенных, так и ошибочно неучтенных при постановлении приговора), данных о положительных характеристиках Мозжегорова А. А. по месту жительства и месту работы, отсутствие у него судимостей - противоречит уголовно-правовому содержанию принципа справедливости, установленному ст. 6 УК РФ, в силу которого наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельством его совершения и личности виновного (во взаимосвязи означенных категорий и обстоятельств).
С учетом указанных положений Общей части Уголовного кодекса РФ может быть назначено справедливое наказание, что следует из ч.1 ст. 60 УК РФ, установившей общие начала назначения наказания – в понимании максимальной индивидуализации ответственности и наказания.
На недопустимость одностороннего подхода при оценке судами значения правовых категорий, связанных с общественной опасностью деяния в ущерб иным значимым фактам и обстоятельствам – неоднократно указывалось в постановлениях Пленума высшей судебной инстанции.
Так, в действующем постановлении Пленума ВС СССР от 29 июня 1979г. № 3 « О практике применения судами общих начал назначения наказания» (с изм., внесенными ПП ВС СССР от 26.04.1984 № 7) в качестве примера несоблюдения требований индивидуального подхода к избранию вида и характера наказания на основе учета характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного и обстоятельствами дела, смягчающим и отягчающим ответственность, указывается: « В судебной практике встречаются факты, когда вид и размер наказания подсудимому суды определяют, исходя лишь из характера того или иного вида преступления, без учета конкретных обстоятельств, при которых было совершено преступное деяние»( абзацы 5 и 7 преамбулы).
В пункте 2 указанного постановления Пленума Верховного Суда СССР обращено внимание судов на необходимость неукоснительного исполнения требования закона о строго индивидуальном подходе при назначении наказания с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного и обстоятельствам дела, смягчающим и отягчающим ответственность, - во избежание приведенного выше типичного нарушения, допускаемыми некоторыми судами.
В абз.2 пункта 2 упомянутого постановления Пленума Верховного Суда разъяснено, что при определении степени общественной опасности совершенного преступления следует исходить совокупности всех обстоятельств, при которых было совершено конкретное преступное деяние (форма вины, мотивы, способ, обстановка и стадия совершения преступления, тяжесть наступивших последствий и др.).
Нарушение, тождественное приведенному в ПП ВС СССР от 29.06.1979 г. № 3 (с изм. от 26.04.1984г.), со всей очевидностью допущено судом первой инстанции при постановлении приговора в отношении Мозжегорова А. А. и назначении ему наказания в виде лишения свободы.
Вместе с тем, в том же постановлении Пленума ВС СССР в понимании неправильного назначения мер уголовного наказания указано, что «суды иногда неосновательно применяют лишение свободы, в том числе на краткие сроки, к лицам, исправление и перевоспитание которых возможно без изоляции от общества» (абз. 6 преамбулы), - что прямо относиться к суду первой инстанции, назначившему Мозжегорову А. А. вид наказания – лишение свободы сроком на 4 (четыре) месяца при отсутствии к тому необходимых оснований.
В преамбуле Постановления Пленума ВС СССР от 29.03.1991г. № 1 « О ходе выполнения постановления Пленума Верховного Суда СССР от 29 июля 1979г. « О практике применения судами общих начал назначения наказания» в понимании образца невыполнения требований закона об индивидуализации наказания, приводящего к назначению осужденным чрезмерно сурового наказания, - обращено внимание на недопустимость нередких в судебной практике случаев, когда наказание в виде лишения свободы назначается осужденному, исходя только из характера того или иного преступления, без должного учета в том числе последствий деяния, степени осуществления преступного намерения и других конкретных обстоятельств, при которых совершено правонарушение. Некоторые суды недооценивают предупредительное и воспитательное значение исправительных работ, штрафа, условного осуждения. В связи с этим допускаются случаи, когда за преступления, не представляющие большой общественной опасности, применяется наказание в виде лишения свободы без учета обстоятельств дела, свидетельствующих о возможности исправления и перевоспитания виновного без изоляции от общества ( абз.10,11).
Не случайно в пункте 1 постановления Пленума ВС СССР от 29.06.1979 № 1 Верховный Суд постановил: следует использовать предоставленные законом возможности для назначений, не связанных с лишением свободы, в отношении лиц, виновных в совершении менее опасных преступлений и способных исправиться без изоляции от общества (абз.2), а пункт 10 содержит указание – суды не должны допускать случаев необоснованного назначения лишения свободы с отбыванием в исправительно-трудовых учреждениях лицам, к которым по обстоятельствам дела и данным о личности могло быть в соответствии с законом применимо условное осуждение к лишению свободы. Является закономерным, что разъяснения, содержащиеся в пункте 9 данного постановления Пленума ВС СССР нашли свое закрепление в норме ч.1 ст. 60 УК РФ, в соответствии с которой более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное преступление назначается только в том случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижения целей наказания.
Данная позиция уголовного закона распространяется и на случаи лишения свободы на краткие сроки ( абз. 2 пункта 9), что также следует из разъяснений, содержащихся в пункте 2 Постановления Пленума ВС РФ от 11.01.2007г.№ 2 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» - применительно к ст.60; пунктах 12 и 13 постановления Пленума ВС РФ от 29.04.1996 № 1 ( в ред. от 06.02.2007) относительно ст.ст.73 и 307 УПК РФ и ст.60 УК РФ в их взаимосвязи.
Таким образом, суд первой инстанции, определив Мозжегорову А. А. вид наказания – лишение свободы и посчитав, что иное не представляется возможным назначить, несмотря на наличие альтернативных его видов в санкции ч.1.ст 282 УК РФ, - грубо и существенно нарушил нормы уголовно-процессуального закона, что повлияло на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора в сторону его явной неправосудности, несправедливости.
Тот же суд, разрешая вопрос: какое наказание должно быть назначено подсудимому при постановлении приговора (п.7 ч.1 ст.299 УПРК РФ) – допустил неправильное применение, нарушение требований Общей части Уголовного кодекса РФ (ст.ст. 2, 6, 14, 15, 60 части 1,3, 61 УК РФ) в результате неверного уяснения смысла и правовой направленности указанных норм уголовного закона, а так же и вследствие приведения в приговоре не подтвержденных доказательствами выводов о «повышенной» степени общественной опасности конкретного деяния и неучтения смягчающего обстоятельства (пункты 1,2 ст.380 УПК РФ).
По совокупности допущенных судом первой инстанции нарушений уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, несправедливости приговора (ст.ст.379, 380-383 УПК РФ) и исходя из характера таких нарушений, повлекших постановление неправосудного судебного приговора, - обжалуемый приговор надлежит считать незаконным и нарушающим единство судебной практики.
А также – подтверждающим то, что « все ещё не изжиты случаи существенного нарушения норм УПК РФ при судебном разбирательстве, что приводит к … вынесению незаконного и необоснованного приговора» (абз.6 преамбулы Постановления Пленума СВ РФ от 29.08.1989г. № 4 ( в ред.ПП ВС РФ от 06.02.2007 № 7 «О соблюдении судами Российской Федерации процессуального законодательства при рассмотрении уголовных дел по первой инстанции»).
Указанные неприглядные факты и обстоятельства, связанные с постановлением судом со всей очевидностью неправосудного, несправедливого приговора в отношении Мозжегорова А. А., могут свидетельствовать либо о вопиющей некомпетентности суда первой инстанции, либо об обоснованности предположений самого Мозжегорова А. А. о заказном характере осуществляемого против него уголовного преследования.
Вне зависимости от этого, безотносительно других нарушений закона при постановлении обжалуемого судебного приговора (о которых – в иных разделах настоящей кассационной жалобы) – по указанным выше основаниям приговор суда первой инстанции в отношении Мозжегорова А. А. следовало бы изменить (п.4 ч. 1 ст. 378 УПК РФ) – в части определения ему вышестоящим судом наказания, не связанного с изоляцией от общества.
Позиция о несправедливости судебного приговора приведена отдельно, при наличии безусловных оснований для отмены приговора суда первой инстанции (ст. ст. 24 ч. 2, 254 п. 2, 384 УПК РФ в их взаимосвязи).
В пункте 6 действующего Постановления Пленума ВС СССР от 17 декабря 1971 г. № 10 «О практике рассмотрения судами уголовных дел в кассационном порядке» (с изм., внесенными ППВС СССР от 01.12.1983 № 9) указано: установив существенные нарушения уголовно-процессуального закона, влекущие отмену приговора, суд кассационной инстанции обязан отменить приговор. Это требование должно соблюдаться как при установлении нарушений, перечисленных в ч. 2 ст. 345 УПК РСФСР (ч. 2 статьи 381 УПК РФ), так и при обнаружении иного нарушения норм уголовно-процессуального закона, если оно ... помешало суду всесторонне, полно и объективно исследовать обстоятельства дела и повлияло или могло повлиять на постановление законного и обоснованного приговора.
К такого рода нарушениям, независимо от явной необходимости отмены обжалуемого обвинительного судебного приговора с прекращением уголовного дела, относятся следующие.
Положение судом в основу приговора доказательств при наличии оснований и признанию их недопустимыми по основаниям статей 7 ч. 3, 75 ч. 2 п. 3 УПК РФ, что является нарушением требования статьи 50 (часть 2) Конституции РФ, обусловившим незаконность и необоснованность обвинительного приговора в отношении Мозжегорова А. А.
Указанное существенное нарушение было допущено судом при оценке проведенных по делу экспертиз, положенных в основу обвинения.
Мозжегоров А. А. приводил правовую позицию относительно недопустимости использования экспертных заключений, полученных с нарушением требований УПК РФ (наиболее развернуто - в тексте выступления в прениях), однако суд не только не исключил эти недопустимые доказательства из числа принимаемых во внимание при постановлении приговора, но и не потрудился дать оценку доводам подсудимого о недопустимости таких доказательств в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора, - что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона (ч. 1 ст. 381 УПК РФ; пункты 3 абз. 2, 4, 6, абз. 2 и 3 ППВС РФ от 29.04.1996 № 1 в ред. от 06.02.2007 г.).
Суд также неправильно установил мотив - побуждение, которым руководствовался Мозжегоров А. А. при распространении брошюр, что явилось обусловленным передергиванием показаний подсудимого, который в действительности выражал согласие с основными идейными установками автора брошюры, а не со всеми выражениями, в тексте брошюр имеющимися.
Между тем, мотив деяния учитывается при назначении наказания и в формальных составах УК РФ.
Данная позиция обозначается и к вопросу о характере существенных нарушений закона, допущенных судом первой инстанции и возможных побуждений к деянию, связанному с вынесением незаконного приговора суда к лишению свободы.
Суд первой инстанции отклонил ходатайства подсудимого, направленные на исследование обстоятельств, имеющих значение для дела, что недопустимо (БВС СССР. 1965. №2. С. 41).
В результате этого не было надлежащим образом исследованы и оценены доказательства по делу. В первую очередь, - не выявлена основная идейная направленность взглядов автора брошюры, с которой и был в основном согласен Мозжегоров А. А.
Реестр допущенных судом существенных фундаментальных нарушений закона при постановлении обвинительного приговора в отношении Мозжегорова А. А. может быть продолжен в дополнительной кассационной жалобе (в которой, кроме того, будут детализированы некоторые позиций настоящей кассационной жалобы), либо в порядке ч. 3 ст.377 УПК РФ - в части мотивировки тех, которые приведены кратко.
Аналогичным образом защита может раскрыть содержание разъяснений, данных Верховным Судом СССР и Российской Федерации в ряде постановлений Пленума, в их части, касающейся требований к кассационным определениям и безусловным основаниям к их отмене. (Пункт 11 ППВС РФ от 23.08.1988 № 5 в ред. от 06.02.2007 г., пункт 16 ППВС СССР от 17.12.1971 № 10, пункт 5 ППВС СССР от. 01.12.1983 № 8 и т.п.).
На основании изложенного, обвинительный судебный приговор в отношении Мозжегорова А. А. подлежит безусловной отмене в кассационном порядке.
Руководствуясь статьями 354 ч. 4, 355, 373, 375, 378 ч. 1 п. 2, 379, 380, 381 ч. 2, 382, 383, 384 УПК РФ,
Прошу:
Приговор Армавирского городского суда Краснодарского края от
14 января 2009 года по делу № 1-21/09 в отношении Мозжегорова А. А. - отменить, производство по уголовному делу прекратить.
Освободить Мозжегорова А. А. из под стражи - немедленно по вынесению соответствующего судебного постановления.
Приложение:
копия настоящей кассационной жалобы.

Защитник - адвокат В. В. Давыдов
(ордер - в материалах дела)

[М.В. Назаров]

Прислано в редакцию

ЭТОТ ВАЛЬС ТАНЦЕВАЛИ МЫ В 37-м

Даже беглое, поверхностное изучение обстоятельств уголовного осуждения Мозжегорова Андрея Александровича судьей Армавирского городского суда А.В. Поликарповым – позволяет задуматься о многом…
Интересно, а часто ли наши «служители Фемиды» утруждают свою честь чтение законов? Позволю себе в этом усомниться.
Как, спрашивается, судья, «закрывший» Мозжегорова А.А. в тюрьме, мог не разглядеть того, что ответственность за распространение экстремистских (пусть даже и так, что весьма спорно) материалов уже полтора года как не уголовная, а административная? Неужели он сам, постановляя обвинительный приговор, смотрел в закон два года назад? Или, Боже, упаси, - не желал смотреть и видеть нормы закона, установления Конституции РФ, исключающие правосудность обвинения Мозжегорова Андрея по ч.1 ст.282 УК РФ?
Ему, носящему судейскую мантию, виднее.
Мне же, грешному, на ум приходит старое как мир предположение о том, что: «Дуракам закон не писан, а если писан, то не читан, а если читан, то не понят, а если понят – то забыт».
Либо затертая реприза Михаила Задорнова: «Ну, тупые…» ( Это он, сатирик, об американцах).
Нет, - судьи наши не тупые. Они дюже умные и шибко грамотные.
Настолько, - что ведают уголовное дело лишь по «шпаргалке» обвинительного заключения, не глядя по сторонам? Так, что не видят недопустимости объективного вменения (ст.5 УК РФ)? Столь рьяно, - что не сопоставляют диспозицию уголовного закона ( ст.282 ч.1 УК РФ) с положениями ФЗ « О противодействии экстремистской деятельности» и введенной с июля 2007 года нормой Кодекса об административных правонарушениях?
Свежо, как говориться, предание – да верится с трудом.
Незнание закона не освобождает от ответственности. Эта аксиома и на судейскую братию распространяется.
«Если кто-то, кое-где у нас порой честно жить не хочет» - в понимании постановления заведомо неправосудного приговора с лишение свободы невиновного, то за это ему полагается от трех до десяти. Лет. Тюрьмы. По ч.2. ст.305 Уголовного кодекса РФ.
За нечаянно – тоже бьют отчаянно. В квалификационной коллегии «ошибочки» подобного свойства могут стоить судье – простофиле его мантии. За проявленную глубину незнания законов, повлекшую за собой тяжкие последствия.
То же самое – к прокурорским. Там до пяти лет на нарах. За привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности. По ч.1. ст.299 УК РФ.
Но это – так, к слову. На всякий случай. Чтобы служба медом не казалась.
Чтобы в законы чаше они смотрели, а не в рот друг дружке. «Для осознанья, так сказать, и просветления» - как у Владимира Высоцкого про алкашей из милицейского протокола.
А если без шуток, да острот – подобное правосудие армавирского стандарта не имеет, на наш взгляд, ничего общего с законностью. Или наша местного разлива «Фемида» не только слепа, но и блудлива?
Строкой Александра Розенбаума: этот вальс танцевали мы в 37-м…
Все вернулось на круг - и распятый над кругом висел?

Алексей Хорунжий

[архим. Митрофан]

Пс.57:11 Возвеселится праведникъ, егда увидитъ отмщенiе: руце свои умыетъ въ крови грешника.

Просто прекратить уголовное дело и отменить судебный приговор мало.
Теперь маятник пошел в другую сторону, и важно его правильно направить, чтобы получили по шарам все судии неправды и купленные следаки. Это важно не только для восстановления справедливости в данном деле, но и на будущее, как пример для других следаков и судий.

На основании приведенной выше Кассационной жалобы по факту должностных преступлений судьи и следователя необходимо возбудить уголовные дела. Может быть, СРН доведет это дело до победного конца?

КАССАЦИОННАЯ ЖАЛОБА А.А. МОЗЖЕГОРОВА

Таким образом, суд первой инстанции вынес в отношении Мозжегорова А. А. обвинительный приговор по обвинению его в совершении уголовного преступления при условии, что вмененное ему деяние к моменту постановления приговора было, во всяком случае, частично декриминализировано путем отнесения ответственности за него в КоАП РФ (статья 20.29).
Тем самым, суд существенно нарушил уголовно-процессуальный закон, что влечет за собой безусловную отмену обвинительного приговора Армавирского городского суда от 14.01.2009 г. по делу № 1-21/09 в отношении Мозжегорова А. А. - с прекращением уголовного дела в соответствии со статьей 384 УПК РФ, которой установлено, что рассматривая уголовное дело в кассационном порядке, суд отменяет обвинительный приговор и прекращает дело при наличии оснований, предусмотренных данным Кодексом.
(См.: выше - статьи 24 и 254 УПК РФ в их взаимосвязи, в силу которых суд был обязан прекратить дело в суде первой инстанции).
Для целей принятия данного правильного правосудного судебного постановления не может иметь значение надуманное судом первой инстанции «склонение» Мозжегоровым А. А. знакомого ему Корнева М.В. к распространению брошюр (по мнению обвинения - экстремистской направленности), поскольку виды экстремистской деятельности, приведенные в ч. 1 статьи 1 ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» указаны исчерпывающим образом и этот перечень не подлежит расширительному толкованию.

Орган следствия (следователь), заместитель прокурора г.Армавира не могли не знать (должны были знать), что ответственность за деяние, аналогичное совершенному Мозжегоровым А. А., предусмотрена ст. 20.29 КоАП РФ – с 24.07.2007г. Однако они привлекли Мозжегорова А. А. к уголовной ответственности - при явном (по крайней мере – для лиц, сведущих в юриспруденции) отсутствии к тому законных оснований.
Такое деяние, а именно: привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности, является преступным (ч.1.ст.299 УК РФ ).
В свою очередь, суд первой инстанции вопреки установлениям Конституции РФ (ст.54), закону (уголовно-процессуальному, уголовному, об административных правонарушениях, о противодействии экстремизму) – постановил в отношении Мозжегорова А. А. обвинительный приговор при явном отсутствии к тому правовых оснований, лишил его свободы неправосудным приговором.
Деяние, связанное с вынесением незаконного приговора суда к лишению свободы – является тяжким преступлением в соответствии с ч.2 ст.305 УК РФ.

Защитник - адвокат В. В. Давыдов
(ордер - в материалах дела)

[b]

[Михайлов]

Несмотря на то, что "человеческие законы, полностью противоречат законам Вселенной". А юридические законы, созданные преступным режимом, тем более, всё равно нужно использовать эти сурогаты законов против самих создателей и их служителей.
Фамилии, адреса, должности исполнителей - на доску позора.
Подать заявление на возбуждение уголовного дела против них, несмотря на мизерные шансы добиться успеха.

[М.В. Назаров]

From: DFGCBJ Ujig <A-013@yandex.ru>
To: mozzhegorov@mail.ru
Date: Thu, 22 Jan 2009 10:48:17 +0300
От Альберта ГАЯМЯНА
Обращение по Андрею Мозжегорову

ТЕКСТ ОБРАЩЕНИЯ ПРАВОЗАЩИТНОГО КОМИТЕТА "ПРЕЗУМПЦИЯ" 02/306 от 19.01.2009 г.

1.Прокурору Краснодарского края Коржинек Л.Г.
2.Митрополиту Екатеринодарскому и Кубанскому Исидору.
3.РЕДАКТОРАМ СМИ.

14 января 2009 года Армавирский городской суд Краснодарского края приговорил Мозжегорова Андрея Александровича, руководителя Краснодарской краевой общественной организации "ПРАВОЕ ДЕЛО", к отбыванию наказания в колонии-поселении сроком на 4 месяца.
А.А.Мозжегорову вынесен приговор по статье 282 УК РФ за распространение экстремистской литературы. В зале суда он был взят в наручники.
Примечательно, что на основании результатов соотвествующей экспертизы, экстремистской признана брошюра афонского монаха Афанасия под названием: "ОТДАЙТЕ НАМ РОДИНУ!".
Среди прочего брошюра содержит "ЭКСТРЕМИСТСКОЕ" обращение Иисуса Христа к иудеям:"ВАШ ОТЕЦ ДИАВОЛ" (Евангелия от Иоанна (Ин.8:44). Как не странно, именно эти слова послужили основанием для вынесения приговора. НЕУЖЕЛИ В ЭТОЙ БРОШЮРЕ НЕ НАШЛОСЬ БОЛЕЕ СУЩЕСТВЕННОГО?
Сотни интернет-изданий опубликовали вышеуказанную новость. У МЕНЯ ВОЗНИКАЕТ ЦЕЛЫЙ РЯД ВОПРОСОВ:
1.Возможно, наосновании вышеназванного приговора суда есть смысл изъять из продажи Евангелия от Иоанна?
2.Возможно, на основании того, что Иисус Христос является "ЭКСТРЕМИСТОМ" есть смысл наложить запрет на христианство, а значит, запретить служение в христианских храмах?
3.Возможно, есть смысл привлечь также к уголовной ответственности за экстремизм и всех христианских священослужителей?

ПРОКУРОРУ КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ. Прошу Вас на основании статьи 23 ФЗ 2О ПРОКУРАТУРЕ" вынести протест на вышеуказанный приговор.

МИТРОПОЛИТУ ИСИДОРУ. Прошу Вас обратиться в адрес прокурора Краснодарского края с просьбой не превращать слова иисуса Христа в предмет судебного разбирательства.

РЕДАКТОРАМ СМИ. Прошу ВАС оказать информационную поддержку данному обращению с целью обратить внимание граждан на несправедливый, НА МОЙ ВЗГЛЯД, приговор, основанный на словах Спасителя, основателя религии, состовляющей неотъемлемую часть исторического наследия России.

ДИРЕКТОР КРАСНОДАРСКОГО КРАЕВОГО ПРАВОЗАЩИТНОГО КОМИТЕТА "ПРЕЗУМПЦИЯ" Гаямян Альберт Александрович.

[М.В. Назаров]

Дело №1-21/09
(судья Поликарпов А.В.)
В СУДЕБНУЮ КОЛЛЕГИЮ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ
КРАСНОДАРСКОГО КРАЕВОГО СУДА
В защиту прав и законных интересов Мозжегорова Андрея Александровича, признанного виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 282 УК РФ
Защитник – адвокат Майкопской городской коллегии
адвокатов «Гарант»: В.В. Давыдов
на приговор Армавирского городского суда Краснодарского края от 14 января 2009 года в отношении Мозжегорова А. А.

Дополнительная кассационная жалоба

Приговором Армавирского городского суда Мозжегоров А.А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1.ст.282 УК РФ с назначением осужденному наказания в виде лишения свободы на срок четыре месяца.

Постановленный судом 14.01.2009 г. обвинительный приговор обжалован стороной защиты как незаконный, несправедливый и необоснованный.
Согласно ч.4 ст.359 УПК РФ лицо, подавшее жалобу, до начала судебного заседания вправе изменить её либо дополнить новыми доводами.

С учетом этого, защита подает настоящую дополнительную кассационную жалобу, в которой уточняются и дополняются позиции, изложенные в жалобе от 21.01.2009 г.

В первоначальной жалобе приведена правовая позиция о незаконности судебного приговора в отношении Мозжегорова А.А., поскольку он осужден за совершение деяния, имевшего место в марте 2007 года, которое перестало являться уголовно наказуемым на момент постановления по делу обвинительного приговора. Приговор обжалован и как несправедливый вследствие чрезмерной суровости – безотносительно остального.
Защита, рассмотрев установления статьи 54 Конституции РФ, нормы ч.1. ст.10 УК РФ, ст. 24 УПК РФ, положения Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности», норму статьи 20.29 КоАП РФ в их взаимосвязи, - пришла к выводу о наличии безусловных оснований к отмене данного приговора в кассационном порядке по основанию, предусмотренному п.2 ч.2 ст. 381 УПК РФ.
Кроме того, защитой были приведены доводы о том, что деяние, вмененное Мозжегорову А.А., изначально не являлось криминальным в понимании ч.1 ст. 282 УК РФ.

В дополнительной жалобе изложенная ранее позиция уточняется в части положений ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» в их редакции, действующей на момент постановления приговора по настоящему делу, а также дополняется и мотивируется применительно версии об отсутствии в действиях Мозжегорова А.А. состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 282 УК РФ, ко времени возбуждения уголовного дела по факту распространения брошюр Монаха Афанасия.

Защитой приводились нормы ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» в редакции от 10.05.2007 г., действовавший после возбуждения уголовного дела 26.03.2007 года.
Вместе с тем, в данный федеральный закон внесены изменения и дополнения Федеральным законом от 24.07.2007 № 211 – ФЗ, Федеральным законом от 29.04.2008 № 54 – ФЗ.
Нормы указанного закона в ныне действующей их редакции также подтверждают неправосудность обжалованного приговора.

Так, статьей 13 ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» (в ред. Федерального закона от 24.07.2007 № 211 – ФЗ) установлено: «В случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, производство, хранение или распространение экстремистских материалов является правонарушением и влечет за собой ответственность» (часть 1 ст.13).
Для настоящего дела значимо, что законодатель применил к соответствующим деяниям общий термин «правонарушение» и одновременно, тем же Федеральным законом от 24.07.2007 № 211 – ФЗ, ввел в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях статью 20.29 «Производство и распространение экстремистских материалов», которой установил административную ответственность за массовое распространение экстремистских материалов, включенных в опубликованный федеральный список экстремистских материалов, а равно их производство либо хранение в целях массового распространения.
Определение «экстремистские материалы», данное в п.3 ст.1 федерального закона, изменений не претерпело, однако дефиниция «экстремистская деятельность (экстремизм)» уточнена формулировкой: «публичные призывы к осуществлению указанных (выше в п.1 ст.1) деяний либо массовое распространение заведомо экстремистских материалов, а равно их изготовление или хранение в целях массового распространения». (абз.10 п.1. ст.1).
Указанное положение следует рассматривать во взаимосвязи с нормой ст.13 (в ред.Федерального закона от 24.07.2007 № 211 – ФЗ), в соответствии с которой информационные материалы признаются экстремистскими федеральным судом по месту их обнаружения, распространения или нахождения организации, осуществившей производство таких материалов, на основании представления прокурора или при производстве по соответствующему делу об административном правонарушении, гражданскому или уголовному делу (часть 2 ст.13).
Следовательно, сущность «заведомости» экстремистских материалов определяется применительно к положениям ч.2 ст.13 (в ред. от 24.07.2007 г.), а также частей 4, 5 данной статьи (в ред. Федерального закона от 29.04.2008 № 54 – ФЗ), формулировки которых уточнены по сравнению с прежними (ч.4 ст.13 в ранее действовавшей редакции).
Таким образом, заведомо экстремистским материалом признается такой материал, который в установленном порядке включен в федеральный список экстремистских материалов судом по представлению прокурора либо при производстве по соответствующему делу.

Применительно к уголовному преследованию Мозжегорова А.А. по ч.1 ст. 282 УК РФ существенно и то, что части 1 и 6 ст.13 в прежней их редакции законодательно замещены положениями: части первой данной статьи (в ред. от 24.07.2007 г.), абз.10 п.1 ст.1 (пункт 1 статьи 1 – в ред. Федерального закона от 24.07.2007 № 211 – ФЗ; прежде пункты статьи 1 именовались частями данной статьи).
Мозжегорову А.А. обвинением не вменялись публичные призывы к осуществлению деяний, указанных в п.1 ст.1 (в ред. от 24.07.2007; п. «в» ч.1 ст. 1 прежней редакции федерального закона). Помимо этого (ч.1 ст.252 УПК РФ), он и не совершал таких действий, преследуемых уголовным законом (статья 280 УК РФ).
Как указывалось в кассационной жалобе от 21.01.2009 г., «склонение» Мозжегоровым А.А. другого лица – Корнева М.В. к распространению брошюр нельзя расценивать как преступное деяние, исходя из недопустимости расширительного толкования видов экстремисткой деятельности, указанных в части 1 статьи 1 названного выше федерального закона в ред. Федерального закона от 27.07.2006 № 148 – ФЗ (С.14, абз. 3, 5 жалобы).
На момент совершения Мозжегоровым А.А. действий по приобретению брошюр, их доставки в г. Армавир с целью распространения, так называемого склонения Корнева М.В. к их публичному распространению, как таковому распространению Корневым М.В. и другими лицами этих брошюр путем помещения в почтовые ящики некоторых домов и оставления их экземпляров на крыльце дома – перечень видов экстремистской деятельности, установленный статьей 1 часть 1 ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» (в ред. Федерального закона от 27.07.2006 № 148 – ФЗ), не включал в себя понятия, синонимичного либо аналогичного «склонению» к совершению действий экстремистской направленности.

Применительно к экстремизму, категория: «а также подстрекательство к их осуществлению» (то есть к осуществлению экстремистских деяний) - нашла свое отражение в пункте 1 (абз.12) статьи 1 в ред. Федерального закона от 24.07.2007 № 211 – ФЗ, что следует учитывать в понимании ст.54 Конституции РФ.
Тем же Федеральным законом от 24.07.2007 № 211 – ФЗ в пункте 1 (абз. 12) четко выделена «организация и подготовка указанных деяний» - экстремистской деятельности.

В части, относящейся к совершению Мозжегоровым А.А. действий по приобретению брошюр в период до 14 марта 2007 года и доставки их с целью распространения в г. Армавир, – таковые сами по себе не являются влекущими уголовную ответственность в силу ч.2 ст.30 УК РФ. Данной нормой установлено, что уголовная ответственность наступает за приготовление (то есть: приискание, изготовление средств или орудий совершения преступления, приискание соучастников преступления, сговор на его совершение – ч.1 ст.30 УК РФ) только к тяжкому и особо тяжкому преступлению, тогда как деяние, предусмотренное ч.1 ст. 282 УК РФ, относится к преступлениям небольшой тяжести.
В данной связи закономерно отнесение действий по производству и хранению в целях массового распространения экстремистских материалов к законодательству об административных правонарушениях, - наряду с самим их массовым распространением (ст. 20.29 КоАП РФ, введенная Федеральным законом от 24.07.2007 № 211 – ФЗ).
Приобретение Мозжегоровым А.А. брошюр; их доставка в г. Армавир для последующего распространения - не выходят за рамки диспозиции ст. 20.29 КоАП РФ в понимании приготовления и их распространению в г. Армавире, чем исключается законность их квалификации по ч.1 ст. 282 УК РФ (с учетом установлений части 2 статьи 54 Конституции РФ, нормы ч.1 ст.10 УК РФ – в любом случае).
По смыслу закона (ст. 20.29 КоАП РФ) хранение, если оно не сопряжено с созданием экстремистского материала (произведение) тем же лицом, которое его затем хранило, - неизбежно связано с получением соответствующего материала в ином месте, от другого лица либо лиц.
Саму брошюру Мозжегоров А.А. не изготовлял в смысле создания соответствующего произведения, автором которого является Монах Афанасий.
По обстоятельствам дела Мозжегорова А.А. нельзя признать организатором в понимании ч.3 ст.33 УК РФ. Если следовать фабуле приговора, при распространении брошюр имело место посредственное причинение, которое соучастием не охватывается. Исполнителем распространения брошюр (посредственное исполнительство) являлся сам Мозжегоров А.А., чем исключается осуществление им руководящего взаимодействия с соучастниками и (или) исполнителями – за отсутствием таковых.
Как подстрекательство (ч.4 ст.33 УК РФ) действия Мозжегорова А.А. по привлечению к распространению брошюр других лиц, неосведомленных должным образом о содержании материала (произведения Монаха Афанасия) квалифицировать также недопустимо. Объективные признаки подстрекательства характеризуются действиями, направленными на склонение к совершению преступления – возбуждения у исполнителя, а равно и у пособника, решимости совершить умышленное преступление, в случае чего подстрекатель является его инициатором. Однако исходя из фактических обстоятельств, изложенных в приговоре, Мозжегоров А.А. мог бы рассматриваться только в качестве исполнителя (посредственное исполнительство).
К пособничеству его действия не имели никакого отношения, поскольку пособник (ч.5 ст.33 УК РФ), не участвуя в деянии непосредственно, содействует различными способами тем лицам, которые являются исполнителями преступления, - чего не следует из отношений между Мозжегоровым А.А. и прочими лицами в связи с распространением ими брошюры.

Между тем, принято считать, что с объективной стороны состав преступления, предусмотренного ч.1 ст.282 УК РФ, состоит в оказании виновным лицом активного воздействия на людей с помощью документов (в случае их авторства, создания воздействующим лицом) и действий, предпринятых с целью побуждения людей к совершению определенных действий, зарождению у них решимости совершить такие действия или же способство-вать уже существующему намерению.
Диспозицией статьи 282 УК РФ имеются ввиду действия экстремист-ского толка с умыслом к их совершению (См. п.1 ст.1 упомянутого феде-рального закона).
Однако подобного не следует из связи Мозжегорова А.А. с лицами, распространявшими брошюру, поскольку целью Мозжегорова А.А. во вся-ком случае не являлось их побуждение к совершению очевидных для них умышленных экстремистских деяний.
Кроме того, в отношениях с ними отсутствовал необходимый признак публичности, так как просьба Мозжегорова А.А. о распространении бро-шюр была адресована нескольким конкретным лицам, а не к неопределен-ному широкому кругу лиц.

Действия по распространению брошюр как преступление рассматри-вать нельзя, - с учетом изменений, внесенных в ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» и введения ст. 20.29 КоАП РФ одним и тем же Федеральным законом от 24.07.2007 № 211 – ФЗ (часть 2 статьи 54 Кон-ституции РФ, ч.1.ст.10 УК РФ).
Исходя из диспозиции ст. 20.29 КоАП РФ, данной статьей охватываются в том числе действия, связанные с организацией и (или) подготовкой к рас-пространению экстремистских материалов, поскольку их производство (по смыслу - издание, тиражирование различными способами и т.п.), хранение - относимы к деяниям, направленным на достижение конечного результата – массового распространения таких материалов.
Поэтому деяние, за совершение которого осужден Мозжегорова А.А., нельзя считать преступным – с учетом нормы ч.1 ст.10 УК РФ и в силу ста-тьи 54 (часть 2) Конституции РФ.

Поскольку согласно ч.1 ст.15 Конституции Российской Федерации Кон-ституция имеет высшую юридическую силу и прямое действие на всей тер-ритории Российской Федерации, в соответствии с этим конституционным положением судам при рассмотрении дел следует оценивать содержание за-кона или иного нормативного правового акта, регулирующего рассматривае-мые судом правоотношения, и во всех необходимых случаях применять Кон-ституцию РФ в качестве акта прямого действия.
Конституция подлежит непосредственному применению, когда закреп-ленные нормой Конституции положения, исходя из её смысла, не требуют дополнительной регламентации и не содержат указания на возможность её применения при условии принятия соответствующего регулирующего феде-рального закона ( Пункт 2 Постановления Пленума ВС РФ от 31октября 1995 г. № 8 (в ред. ПП ВС РФ от 06.02.2007 №5) «О некоторых вопросах примене-ния судами Конституции Российской Федерации при отсутствии правосу-дия»).
Статья 54 Конституции РФ имеет прямое действие. Её нормы подлежат применению и в тех случаях, когда в том или ином законе они не нашли со-ответствующего отражения.
Изложенное необходимо принимать во внимание относительно направ-ленности изменений, внесенных в ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» Федеральным законом от 24.07.2007 № 211 – ФЗ, при том ус-ловии, что бланкетная диспозиция ст. 282 УК РФ осталась без изменений ( в ред. Федерального закона от 08.12.2003 № 163 – ФЗ). Введение в КоАП РФ статьи 20.29 тем же Федеральным законом от 24.07.2007 № 211 – ФЗ также подтверждает изложенное выше – в понимании устранения уголовной нака-зуемости вмененного Мозжегорову А.А. деяния новым законом (ч. 2. ст. 54 Конституции РФ), которым является федеральный закон об изменении дей-ствующего закона «О противодействии экстремистской деятельности» и вве-дении статей 20.29 в КоАП РФ (№ 211 – ФЗ от 24.07.2007).

Отсутствие в действиях Мозжегорова А.А. состава преступления, преду-смотренного ч.1. ст. 282 УК РФ, на момент постановления в его отношении обвинительного судебного приговора подтверждается системным толковани-ем положений ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности».
Так, статьей 13 данного федерального закона в прежней её редакции, действовавший до 24.07.2007г., устанавливалось правовое запрещение рас-пространения материалов, содержащих признаки экстремистских в понима-нии части первой его статьи 1 ( часть 1 статьи 13).
Частью 6 статьи 13 подтверждался запрет распространения экстремист-ских материалов, включенных в федеральный список экстремистских мате-риалов и устанавливалась наказуемость лиц, виновных в незаконном изго-товлении, распространи и хранении в целях дальнейшего распространения указанных (то есть включенных в федеральный список) материалов – в по-рядке административной либо уголовной ответственности.
Таким образом, правовое запрещение распространения экстремистских материалов имело абсолютный характер, а наказуемость соответствующего деяния связывалась с виновными действиями по распространению таких ма-териалов, включенных в федеральный список экстремистских материалов.
По обстоятельствам обвинения Мозжегорова А.А., - брошюра Монаха Афанасия на момент её распространения в марте 2007 года в установленном законом порядке в указанный федеральный список включена не была, - что было понятно суду, разрешившему уголовное дело, и сославшемуся в приго-воре на решение Промышленного районного суда города Ставрополя от 25 апреля 2008 года, которым эта брошюра автора Монаха Афанасия признана экстремистским материалом и запрещена к распространению, а также к про-изводству и хранению в целях распространения.
Официальным материалом запрещенной экстремистской организации (п. «а» ч.1 ст.13) брошюра Монаха Афанасия в любом случае не являлась, равно как и материалом, автором которого является лицо, осужденное за пре-ступление против мира и человечества ( п. «б» ч.1 ст.13).
Следовательно, отсутствовали и основания административной либо уго-ловной ответственности за распространение и хранение в целях распростра-нения означенной брошюры Монаха Афанасия, которая не была включена в федеральный список экстремистских материалов, запрещена к распростране-нию – на момент совершения Мозжегоровым А.А.действий в марте 2007 го-да.
В силу статьи 54 (часть 2) Конституции РФ никто не может нести ответ-ственность за деяние, которое в момент его совершения не признавалось пра-вонарушением.
По указанным выше причинам деяние, связанное с распространением, хранением в целях распространения брошюры Монаха Афанасия - не может рассматриваться в качестве правонарушения, влекущего наступление юриди-ческой (административной либо уголовной) ответственности в момент его совершения в марте 2007 года.
Мозжегоровым А.А. обращалось на это внимание, однако суд позицию подсудимого об отсутствии вины по факту распространения не запрещенной в 2007 году брошюры никак не воспринял и, к тому же, не оценил в пригово-ре, на что указано в кассационной жалобе от 21.01.2009 года (С.4, абз.6; С. 5 абз.1, 2), применительно к существенным нарушениям уголовно-процессуального закона, повлекшим неправильное применение уголовного закона (статьи 381 и 382 УПК РФ).

Суд постановил приговор в отношении Мозжегорова А.А., осудив его за совершение деяния, которое в момент его совершения наказуемым правона-рушением не признавалось и не являлось, что противно как Основному (ста-тья 54 Конституции РФ), так и Уголовному закону (статья 5 УК РФ).
В понимании бланкетной диспозиции статьи 282 УК РФ - нельзя при-знавать преступными действия, совершенные Мозжегоровым А.А., вне уста-новления заведомой их незаконности и наказуемости на момент совершения. Иное опровергается нормами статей 8 и 14 УК РФ в их взаимосвязи - за от-сутствием противоправности, а также виновности и наказуемости, чем ис-ключается преступность соответственного деяния.
В данной связи значимо, что в пункте 1 статьи 1 ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» (в ред. Федерального закона от 24.07.2007 № 211- ФЗ) как экстремизм указывается массовое распространение заведомо экстремистских материалов, а равно их изготовление или хранение в целях массового распространения.

По смыслу закона, заведомость применительно к экстремистским мате-риалам может толковаться не только в понимании их включения в запрещен-ный список, но и как общеизвестность их экстремистского содержания в час-ти, касающейся трудов руководителей фашистских Германии и Италии, про-чих им подобных преступников; материалов запрещенных экстремистских организаций.
Однако Монах Афанасий как автор брошюры «Отдайте нам Родину!…» к таким категориям никак не относиться, его произведение не являлось за-прещенным к распространению, производству и хранению на момент совер-шения Мозжегоровым А.А. действий в марте 2007 года.
Указанные юридически значимые факты и обстоятельства исключают законность уголовного осуждения Мозжегорова А.А. в том числе по основа-нию недопустимости объективного вменения (ч.2 ст. 5 УК РФ).

В пользу данного утверждения прямо свидетельствуют и положения статьи 13 указанного выше федерального закона (в ред. Федерального закона от 24.07.2007 № 211 – ФЗ), в соответствии с которыми распространение экс-тремистских материалов, их производство, хранение - влечет за собой ответ-ственность в случаях, предусмотренных законодательством Российской Фе-дерации (часть 1 ст.13), что надлежит рассматривать во взаимосвязи с нор-мой п.1 ст.1 того же закона (в ред. от 24.07.2007), в которой прямо указано на критерий заведомости экстремистских материалов.

В марте 2007 года брошюра Монаха Афанасия «Отдайте нам Родину!…» заведомо экстремистским материалом во всяком случае не являлась, из чего исходил Мозжегоров А.А., посчитавший возможным принять меры, направ-ленные на распространение этого произведения среди жителей города Арма-вира.
При таких обстоятельствах обжалуемый судебный приговор подлежит отмене как незаконный с прекращением производства по уголовному делу - за отсутствием состава преступления в действиях Мозжегорова А.А.
Основания к отмене означенного обвинительного приговора в кассаци-онном порядке определяются положениями ч.1 ст.379 УПК РФ в их взаимо-связи с нормами ст.ст.380 п.п. 1, 2, 4, 381, 382, данного Кодекса.

Далее. Обвинительный судебный приговор, постановленный в отноше-нии Мозжегорова А.А. именем Российской Федерации - явно не отвечает общепризнанным принципам и нормам международного права и междуна-родных договоров Российской Федерации, что по смыслу части 4 статьи 15 Конституции РФ, статьи 379 УПК РФ является основанием к его отмене. (Пункт 3 Постановления Пленума ВС РФ от 10.10.2003 г. № 5 «О примене-нии судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм между-народного права и международных договоров Российской Федерации»).

Означенное нарушение подтверждается нижеследующим.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам ме-ждународного права и в соответствии с Конституцией Российской Федера-ции (часть 1 статьи 17 Конституции РФ).
Согласно части 1 статьи 46 Конституции РФ каждому гарантируется су-дебная защита его прав и свобод.
Исходя из этого, а также из положений части 4 статьи 15, части 1 статьи 17, статьи 18 Конституции РФ права и свободы человека согласно общепри-знанным принципам и нормам международного права, а также международ-ным договорам Российской Федерации являются непосредственно дейст-вующими в пределах юрисдикции Российской Федерации. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются право-судием.
(Пункт 1 ППВС РФ от 10.10.2003 № 5)
Уголовное законодательство Российской Федерации (Уголовный кодекс РФ) основывается на Конституции РФ и общепризнанных принципах и нор-мах международного права, что установлено статьей 1 УК РФ.
Составной частью правовой системы Российской Федерации (ч.4 ст.15 Конституции РФ) является Конвенция о защите прав человека и основных свобод.
Российская Федерация, как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод, признает юрисдикцию Европейского Суда по правам че-ловека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федера-цией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (статья 1 Федерального закона от 30.03 1998г. № 54 – ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»). Поэтому применение вышеназванной Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любо-го нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
Суды в пределах своей компетенции должны действовать таким обра-зом, чтобы обеспечить выполнение обязательств государства, вытекающих из участия Российской Федерации в Конвенции о защите прав и основных свобод.
(Пункты 10, 11 ППВС РФ от 10.10.2003 №5)
На территории Российской Федерации действует статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в соответствии с частью 1 которой каждый человек имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения, получать и распространять информации и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей.
Армавирским городским судом Краснодарского края Российской Феде-рации в отношении Мозжегорова А.А., обвиняемого в совершении преступ-ления, предусмотренного ч.1 ст. 282 УК РФ, постановлен обвинительный су-дебный приговор, нарушающий указанную норму международного права.
Как на то указано в настоящей жалобе, Мозжегоров А.А. осужден за предпринятые им действия, направленные на распространение на территории Российской Федерации среди жителей города Армавира Краснодарского края брошюры автора Монаха Афанасия «Отдайте нам Родину! или «ВОКЗАЛ – БАКУ! (без чемоданов)», которая на момент их совершения в марте 2007 го-да в установленном национальным законодательством Российской Федера-ции порядке не была признана экстремистским произведением (материалом), запрещенным к распространению, производству и хранению в целях распро-странения.
Частью 2 статьи 10 названной Конвенции определено, что осуществле-ние свобод, указанных в части 1 данной статьи, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безо-пасности, территориальной целостности или общественного спокойствия, в целях предотвращения беспорядков или преступлений.
При этом положения данной нормы должны толковаться в соответствии с правовой позицией Европейского Суда по правам человека, выраженной в его постановлениях.
На момент совершения Мозжегоровым А.А. действий, направленных на получение и распространение информации и идей, содержащихся в упомяну-той брошюре автора Монаха Афанасия, не являвшегося признанным за со-вершение экстремистских деяний преступником, его произведение не было запрещено к распространению в указанных выше целях.
Согласно обязательной по вопросам толкования и применения Конвен-ции правовой позицией Европейского Суда, нарушением статьи 10 данной Конвенции в понимании выхода судами за рамки допустимого для государ-ства усмотрения в сфере реализации прав и свобод человека (ч.2 ст.10) при-знается преследование за выражение жесткой критической позиции, изло-женной напористым, полемическим языком, пусть даже с её весьма слабым фактическим обоснованием, поскольку статья 10 Конвенции гарантирует свободу распространения информации или идей, которые оскорбляют, шоки-руют или будоражат общество (Постановление Европейского суда от 26 фев-раля 2002 г. по делу «Диханд и другие против Австрии» (Бюллетень Евро-пейского Суда по правам человека. 2002 № 2. С.37-38).
В постановлении от 21 марта 2002г. по делу «Никула против Финлян-дии» Европейский Суд высказал правовую позицию по толкованию ст.10 Конвенции в ситуации привлечения лица к ответственности. Исходя из при-веденного в данном постановлении толкования, вмешательство в реализацию лицом свободы выражения мнения должно основываться на разумном толко-вании Уголовного кодекса, поскольку такое вмешательство – пользуясь фор-мулировкой ч.2 статьи 10 Конвенции – должно «предусматриваться зако-ном». При этом расширение границ усмотрения государства в сфере реализа-ции прав и свобод граждан при отсутствии особых обстоятельств, оправды-вающих такое расширение усмотрения – указано как неприемлемое приме-нительно к статье 10 Конвенции (Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2002. №3. С.35-36).
Относительно обвинения Мозжегорова А.А., привлечения его к уголов-ной ответственности и осуждения приговором суда – следует исходить из от-сутствия упомянутых особых обстоятельств, предусмотренных законом и прямо запрещающих реализацию его права получать информацию и идеи применительно к брошюре автора Монаха Афанасия, поскольку распростра-нение произведения «Отдайте нам Родину! …» на момент совершения Моз-жегоровым А.А. действий, направленных на распространение данной бро-шюры, не было очевидно запрещенным.
С учетом этого, толкование судом Российской Федерации Уголовного кодекса РФ (части 1 статьи 282 данного Кодекса) по обстоятельствам дела нельзя признать разумным.
В решении Европейского суда по правам человека от 25 марта 1983 г. по делу «Сильвер и другие против Соединенного Королевства» приведена пра-вовая позиция в соответствии с которой норму нельзя рассматривать как за-кон, если она сформулирована недостаточно точно для того, чтобы гражда-нин мог регулировать свое поведение.
По вопросу об осуждении Мозжегорова А.А. означенная позиция каса-ется положений закона «О противодействии экстремистской деятельности» (до внесения изменений в ред. от 24.07.2007) – относительно их недостаточ-ной точности в части, запрещающей распространение экстремистских мате-риалов и оснований ответственности за нарушение такового правового за-прещения, а так же и неясности бланкетной диспозиции нормы статьи 282 Уголовного кодекса РФ.
Упомянутые выше неясности указанных законов Российской Федерации обуславливали и невозможность для граждан, в том – числе - Мозжегорова А.А., в должной мере регулировать свое поведение. По обстоятельствам дела – Мозжегоров А.А. не является юристом, практикующим по уголовному пра-ву, чем определяется относимость к нему приведенной выше правовой пози-ции Европейского Суда по правам человека.
Статьей 17 Конвенции о защите прав и основных свобод установлено: ничто в настоящей Конвенции не может толковаться как означающее, что ка-кое-либо государство, группа лиц или какое-либо лицо имеет право … со-вершать какие-либо действия, направленные на уничтожение любых прав и свобод, изложенных в настоящей Конвенции, или на их ограничение в боль-шей степени, чем это предусматривается в Конвенции.
По обстоятельствам уголовного обвинения и осуждения к лишению сво-боды Мозжегорова А.А. следует признать, что группой лиц, действующей от имени Российской Федерации, в отношении Мозжегорова А.А. совершены действия, ограничивающие его права и свободы в недозволительной степени.
В результате комплекса фундаментальных нарушений норм националь-ного законодательства Российской Федерации (Конституции РФ, Уголовно-процессуального кодекса РФ, Уголовного кодекса РФ), допущенных при осуществлении судопроизводства в отношении Мозжегорова А.А., обяза-тельных для Российской Федерации норм международного права – он был признан виновным вопреки правовому запрещению, установленному в части 1 статьи 7 Конвенции о защите прав человека и основных свобод; лишен сво-боды при отсутствии к тому оснований, определенных пунктом «а» части 1 статьи 5 данной Конвенции – на основании приговора пристрастного и не-компетентного суда, чем нарушено его право, предусмотренное частью 1 ста-тьи 6 Конвенции.

В случае оставления постановленного обвинительного приговора в от-ношении Мозжегорова А.А. без изменения вышестоящим судом кассацион-ной инстанции, дальнейшая защита его прав и свобод будет осуществлена в установленном порядке в Европейском Суде по правам человека, что может повлечь за собой наступления соответствующих правовых последствий для Российской Федерации.

На основании изложенного в кассационной жалобе от 21.01.2009 г., на-стоящей дополнительной жалобе, руководствуясь статьями 379-384 УПК РФ,

ПРОШУ:

Отменить приговор Армавирского городского суда от 14 января 2009 года по делу №1 – 21/09, производство по уголовному делу в отно-шении Мозжегорова А.А. – прекратить.


Приложение
Копия настоящей дополнительной жалобы (2экз.)

Защитник – адвокат В.В.Давыдов
(ордер в деле)

[М.В. Назаров]

ТЕКСТ ОБРАЩЕНИЯ ДИРЕКТОРА ОБЩЕСТВЕННОГО УЧРЕЖДЕНИЯ КРАСНОДАРСКИЙ КРАЕВОЙ ПРАВОЗАЩИТНЫЙ КОМИТЕТ "ПРЕЗУМПЦИЯ" ГАЯМЯНА АЛЬБЕРТА АЛЕКСАНДРОВИЧА В АДРЕС ПРЕДСЕДАТЕЛЯ КРАСНОДАРСКОЙ КРАЕВОЙ ПРАВОЗАЩИТНОЙ ОБЩЕСТВЕННОЙ ОРГАНИЗАЦИИ "ПРАВОЕ ДЕЛО", НАХОДЯЩЕГОСЯ В СИЗО ГОРОДА АРМАВИРА.

Обращение 05/309 от 26.01.2009 г.

Уважаемый Андрей Александрович!

13 декабря 2001 года Правозащитным комитетом "Презумпция" учреждено звание "ПРАВОЗАЩИТНИК ГОДА НА КУБАНИ" с вручением Почетного Диплома.
По результатам 2001 года обладателем Почетного Диплома стал Николай Игнатович Кондратенко (НА ТОТ МОМЕНТ КРИТИКУЕМЫЙ ВСЕМИ ЦЕНТРАЛЬНЫМИ СМИ).
В 2002 году Диплом был вручен Марине Викторовне Красиной-Земляной, президенту общественной организации "БОЕВЫЕ ПОДРУГИ", за активное участие в правозащитной деятельности.
По итогам 2003 года Почетный Диплом был вручен Миронову Владимиру Леонидовичу, директору издательства "ПЕРЕСВЕТ", за активную издательскую деятельность в области защиты прав НРАВСТВЕННОЙ ЧАСТИ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА.
В 2004 году Диплом присужден депутату Городской Думы Краснодара Шнуренко Виталию Федоровичу, на тот момент находившемуся в заключении в СИЗО г. Краснодара.
По результатам 2005 года обладателем Диплома бына названа Мухина Галина Васильевна, помощник депутата Государственной Думы России Кондратенко Н.И., ЗА АКТИВНУЮ ПРАВОЗАЩИТНУЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ, БЛАГОДАРЯ КОТОРОЙ НА СВОБОДЕ ОКАЗАЛИСЬ МНОГИЕ НЕВИННЫЕ ПОДОЗРЕВАЕМЫЕ И ДАЖЕ ОСУЖДЕННЫЕ.
В 2006 году Почетный Диплом "ПРАВОЗАЩИТНИК ГОДА НА КУБАНИ" был вречен Донской Надежде Кузьминичне, редактору газеты "РУССКИЙ ВЕСТНИК КУБАНИ".
По итогам 2007 года Диплом был вручен Романько Анатолию Максимовичу, редактору независимой правозащитной газеты "КУБАНСКИЙ КРАЙ".
ПО РЕЗУЛЬТАТАМ ОПРОСОВ ГРАЖДАН, ИЗУЧЕНИЯ ИНФОРМАЦИИ В СМИ И НА ОСНОВАНИИ РЕКОМЕНДАЦИЙ ОБЛАДАТЕЛЕЙ ВЫШЕНАЗВАННЫХ ДИПЛОМОВ Вы, Мозжегоров Андрей Александрович - председатель Краснодарской краевой ПРАВОЗАЩИТНОЙ общественной организации "ПРАВОЕ ДЕЛО",
названы Правозащитником 2008 года на Кубани, с чем Вас сердечно поздравляю!
ВРУЧЕНИЕ Вам Почетного Диплома 008 состоится после Вашего освобождения из-под стражи.
Всего Вам Доброго!

[М.В. Назаров]

Прислано в редакцию из Армавира

Вскрытие покажет

Стараниями армавирского обвинения Российская Федерация рискует попасть аки кур в ощип - в Европейском Суде по правам человека. Да-да, именно Россия, а не гиганты мысли и отцы армавирской юриспруденции, причастные к при-говору, вынесенному А. А. Мозжегорову.
Пока осужденный Андрей Мозжегоров хлебает тюремную ба-ланду, его обвинители чувствуют себя удобно и защищенно... Однако же зря!
В Европейском Суде по вопросам выполнения норм международных договоров нашенский стандарт: «ворон ворону глаз не выклюет» - не применяется. И на Россию там, кстати, свой зуб имеют... Запросто в этом Суде могут начать ейной мордой в харю тыкать. А по-скольку отвечать, в случае чего, за армавирский уголовно-процессуаль-ный «базар» придется Российской Федерации, кого хлестать правовой Конвенцией станут — понятно. Вот только за что Отечеству нашему терпеть подоб-ное удовольствие?
Страна должна любить и знать своих героев. А герои эти должны сами и лавры носить на челах своих.
Вернемся, однако, к нашим баранам — к судебному приговору, по делу Мозжегорова постановленному.
Если защита осужденного докажет правоту своих позиций, кое-кому придется весьма, простите, хреновато. «Если правда оно — ну хотя бы на треть, остается одно: только лечь помереть» - строка из пес-ни В.Высоцкого подойдет тогда нашему судье и стороне обвинения. В этом случае, по совокупности деяний - и звездюлинок на погонах может поубавиться, да и «звездюлины» ждать себя долго не заставят.
Гадать не станем. Назовем нынешних триумфаторов, проявивших выдающиеся способности в изобличении «экстремиста» Андрея Мозжегорова, сидящего на нарах их стараниями.
Пред ясны очи судьи Поликарпова А.В. подсудимого обвинял заместитель прокурора г. Армавира А.В.Сыромятников. Он же и предложил Мозжегорова посадить. Судья, из бывших прокурорских, - так и сделал. Благо ещё - не на год, как того хотелось Андрею Вячеславовичу, юристу 1 класса.
Обвинительное заключение по обвинению Мозжегорова А.А. утверждалось другим первоклассным юристом (в смысле 1 класса) — П.В. Андреевым, заместителем армавирского прокурора.
… За кадром судебного действа остается пока что сам прокурор г. Армавира — советник юстиции А.В. Горобцов. Антон Витальевич на судилище не появлялся, ничего по сути не подписывал. Но и в неведении о происходящем вряд ли оставался. По крайней мере, лица замов своих видал ежедневно.
И вот же совпадение! Незадолго до того, как предстать перед судом, Андрей Мозжегоров имел неслыханную дерзость публично пройтись, что называется, в грязных галошах по сияющему мундиру А.В.Горобцова, обвинив последнего в злоупотреблениях по службе. А потом — сел. Не прокурор, конечно же, но Мозжегоров, на его, советника юстиции, светлость наехавший своими писаниями. Занятно, не правда ли?
…Вот такие у нас пока действующие лица и исполнители. Следующими станут судьи Краснодарского краевого суда — кому-то из них в любом случае принимать решение по жалобам защиты Андрея Мозжегорова. А там: либо сидельца из застенок выпустят, либо будет чем Европейскому Суду поразвлечься.
Вскрытие покажет — кому, для чего и какие места подготавливать.

Алексей Хорунжий

[Вадим В.]

Михаил Викторович,
Есть ли сам текст "экспертного заключения" Краснодарской лаборатории судебных экспертиз и криминалистического отдела ГУВД Краснодарского края. Из заключения которого следует, что слова Христа в Евангелии от Иоанна: «Ваш отец диавол» (Иоанн 8:44), обращенные к иудеям, являются «экстремистскими».

Можно его опубликовать на форуме, что бы потом(распечатав) показывать православным.

[М.В. Назаров]

Все поступившие документы здесь размещены. Там, кажется, есть цитаты из экспертного заключения?

Рассылка РОНСа:

Чей отец дьявол?
31.01.2009

27 января 2009 года Свердловский областной суд ОТМЕНИЛ в кассационной инстанции решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 03.07.2008 г. о признании книги В.А. Истархова "Удар русских богов" экстремистским материалом и конфискации этой книги. Как известно, книга Истархова - это сборник богохульных высказываний против христианства, пропаганда сатанизма и язычества. Эта книга написана для того, чтобы вызвать ненависть к христианству и христианам.

Месяц назад (18 декабря 2008 г.) уже Ростовский областной суд также ОТКАЗАЛ в удовлетворении частного представления прокуратуры Пролетарского района Ростова-на-Дону на Определение Пролетарского райсуда об отказе в признании "Удара русских богов" экстремистским материалом.

В тоже время в тюремных застенках г. Армавира находится известный православный юрист Андрей Мозжегоров, которого обвиняют в распространении "экстремистской" брошюры монаха Афанасия "Отдайте нам Родину", которая написана с позиции Православия и в которой, в частности, есть фраза из Евангелия об иудеях "отец ваш дьявол". Выводы напрашиваются сами. Бог шельму метит. Судебная система РФ является правопреемницей большевистских карательных органов, которые громили храмы, пытали и убивали священников, уничтожали Православную веру. Для них Православная идеология - это экстремизм, а сатанинская - норма.
http://www.rons-inform.org/more.html?id=1061_0_17_0_C