Александр Рожинцев » Чт фев 03, 2011 11:14 pm
1914-й год.
Путешествуя по Балканам, Наследный эрцгерцог Австро-Венгрии Франц Фердинанд Карл Луис Мария д'Эсте фон Габсбург-Лотаринг (1863-1914), будучи генеральным инспектором вооруженных сил Австро-Венгерской Империи, вознамерился посетить в этом качестве столицу Боснии город Сараево, где не мог не ощущать враждебного отношения к своей персоне со стороны местного православного населения. При этом Державный наследник отдавал себе отчет в рискованности подобной поездки, тем более, что ходили упорные слухи о готовящимся на него покушении.
О том стало известно даже Йовану Иовановичу, сербскому Министру иностранных дел в Вене. Министр Иованович предупредил Наследного эрцгерцога о грозящей ему опасности, но Державный наследник, как и следовало ожидать, отмахнулся и 12 (25) июня 1914 года вместе со своей Венценосной супругой, Герцогиней Софией Марией Альбиной фон Гогенберг, отправился на юг.
На июнь 1914 назначены были крупные маневры в Боснии, причем, это было привязано ко дню Святого Вита и 525-летию годовщины исторической битвы на Косовом поле 1389 года, когда турецкие войска разбили сербов, и Сербия на несколько столетий попала под власть Османской Империи. Маневры в такой памятный день восприняты были сербским народом как оскорбление национальных чувств. Впрочем, из без этой роковой ошибки, участь Августейшего наследника оказалась предрешенной – многие сторонники войны в Европе, ожидали этого убийства, как сигнал к войне за передел мира.
«Черная рука» заговора.
Наследный эрцгерцог и его свита провели ночь на 15 (28) июня 1914 года в отеле "Босния" в Илидце, в полусотне километров юго-западнее Сараево. В соответствии с программой высокий гость должен был присутствовать на приеме в городской ратуше, а затем планировалась поездка по городу и осмотр его достопримечательностей.
Как потом выяснилось, в толпе, приветствовавшей проезжавшего 15 (28) июня 1914 года мимо Наследного эрцгерцога Франца Фердинанда Карла Луиса Марии д'Эсте, находилось не менее семи террористов, принадлежавших к тайному сербскому обществу «Черная рука», девиз которого гласил: «Объединение или смерть».
Устав общества «Черная рука» был в свое время опубликован. Привожу два первых пункта из 37:
«1) Настоящая организация создается в целях осуществления национального единения всех сербов. Входить в нее может каждый серб, без различия пола, вероисповедания и места рождения, а также все лица, искренно сочувствующие ее целям.
2) Настоящая организация предпочитает террористическую деятельность идейной пропаганде. Поэтому она должна оставаться совершенно секретной для не входящих в нее людей...»
По 33-й статье, смертные приговоры, выносившиеся «Верховной центральной управой», приводились в исполнение, «каков бы ни был способ осуществления казни», что объясняет присутствие на печати общества ножа, бомбы и яда.
По статье 35-й, члены «Черной руки» клялись в верности ей «перед Богом, согревающим меня солнцем, питающей меня землей и кровью моих предков».
Устав и печать проясняют характер «Черной руки» - тайного общества карбонарского типа, не возводившего себя ни к Адаму, ни к Филиппу Македонскому и не ставившего себе мировых задач. По всему было видно, что общество организовали для конкретной цели – террора и развязывания войны на Балканах. Руководили им решительные люди, очевидно, пользовавшиеся черепами и кинжалами для воздействия на романтическую природу сербской молодежи, погруженной в национальную идею освобождения православной Боснии от католического и исламского гнета.
К «Черной руке» принадлежал и исполнитель убийства Наследного эрцгерцога – 19-летний гимназист Гаврило Принцип (1894-1918). Во главе общества стоял полковник Драгутин Димитриевич, одновременно возглавлявший разведку генерального штаба Сербии. Члены «Черной руки» знали его под псевдонимом Апис.
Как только Димитриевич – Апис получил сообщение о намерении Наследного эрцгерцога посетить Сараево, он принял самостоятельное решение о покушении, без труда найдя трех студентов (Неделько Кабриновича, Трифко Грабеца и Гаврило Принципа), горевших искренним желанием принять в нем участие, поскольку терроризм и анархизм среди молодежи Европы был, к несчастью, весьма популярен.
Апис представил такую возможность членам «Черной руки», заставляя повторить их полную клятву тайного общества: «Солнцем, греющим меня, землей, питающей меня, Господом, кровью моих предков, своей честью и жизнью я клянусь в верности делу сербской национальной идее и готовности отдать жизнь за него». Каждому из исполнителей предстоящего убийства дали пистолет и гранату, а чуть позже еще и шесть бомб, четыре браунинга и дозу цианистого калия для того, чтобы они успели покончить с собой во избежание ареста. Апис организовал террористам переход через боснийскую границу. Там они отсиживались некоторое Время в домике Данило Илича, члена отделения общества в Сараево.
Следуя инструкциям Аписа, Илич принял еще четверых добровольцев, вызвавшихся убить Наследного эрцгерцога. По субъективному утверждению историка Роберта Эрганга, «несколько членов сербского кабинета, включая премьер-министра, знали о заговоре, и будь у них намерение помешать покушению, они легко бы с этим справились».
Подобные этому утверждения и сейчас используют враги православия и сербской государственности, как идеологический штамп и раздражитель в сознании большинства европейцев и их потомков, пострадавших от разрушительных последствий Великой войны.
День мировой катастрофы.
12 (25) июня 1914 года Державный наследник Австро-Венгерского престола 50-летний Эрцгерцог Франц Фердинанд Карл Луис Мария д'Эсте прибыл в Боснию и Герцеговину на военном корабле, для проведения маневров, на которых он должен был присутствовать как генеральный инспектор Австро-Венгерской Имперской армии.
Маневры прошли успешно и 15 (28) июня должна была состояться политическая часть визита: торжественный проезд наследника по Сараево и посещение органов самоуправления.
В тот день Наследный эрцгерцог и его Венценосная супруга, Герцогиня София Мария Альбина фон Гогенберг встали рано и до отъезда успели побывать на утренней мессе. В 9 часов 30 минут четыре открытых автомобиля отъехали от гостиницы. В начале одиннадцатого часа кортеж не спеша продвигался по набережной Аппеля вдоль реки Милячки.
Наследный эрцгерцог, желавший чтобы народ имел возможность как следует разглядеть будущего Императора, одет был в форму генерала от кавалерии – голубой мундир, черные брюки с красными лампасами, высокую фуражку с зелеными попугаичьими перьями. На Венценосной супруге Державного наследника – нарядное белое платье и широкая шляпа со страусовым пером. Всё проходило торжественно и празднично – прогремели над городом 24 залпа приветственного салюта, люди на набережной махали руками, выкрикивали приветствия на немецком и сербском языках. В воздухе плыл звон колоколов: в церквах отмечали день Святого Вита.
Кортеж, направлявшийся в ратушу, поравнялся уже с мостом Цумурья, как вдруг некий юноша из толпы взмахнул рукой и бросил какой-то предмет в автомобиль Августейшего наследника. Предмет либо ударился о сложенную полотняную крышу, либо отражен был рукой Наследного эрцгерцога – во всяком случае, отлетел под колеса машины сопровождения, и с оглушительным грохотом взорвался под колесами. Так началось это покушение.
Брошенная бомба начинена была гвоздями, которыми оказались ранены двадцать человек в толпе и два офицера из свиты. Сам же Наследный эрцгерцог, по воле Божией, совсем не пострадал, у Герцогини же легко оцарапало шею. На набережной воцарилось смятение: машины остановились, окутанные пылью и едким дымом, кто-то из пострадавших дико кричал. На кинувшего бомбу юношу бросился один из офицеров, ему почему-то стал мешать оказавшийся рядом полицейский. Тем временем, террорист, которым оказался Неделько Габринович, успел достать из кармана яд, проглотить его и броситься в реку. Однако яд не подействовал, и прямо на мелководье террорист был, наконец-то, схвачен.
Перед тем как приказать быстро следовать дальше, Наследный эрцгерцог успел поинтересоваться состоянием раненых, при этом пребывая вне себя от гнева, а потому когда в ратуше городской глава Фехим Чурчич, не подозревавший о покушении, начал цветистую речь, Державный наследник резко оборвал его словами: "Господин староста! Я приехал в Сараево с дружеским визитом, а Меня тут встречают бомбами. Это неслыханно! Хорошо, продолжайте".
После приветствия Чурчича Державный наследник овладел, наконец, собой и произнес приготовленную им речь, сымпровизировав в конце по-немецки: "Сердечно благодарен за радостные овации, которые Мне и Моей супруге приготовило население, тем более что так оно выражает радость по случаю неудавшегося покушения", и по-сербски "Прошу передать населению вашего прекрасного города мой сердечный привет и засвидетельствовать Мои расположение и признательность". Вслед за тем Державный наследник осмотрел колонный зал ратуши и распорядился ехать в больницу навестить раненых офицеров.
На этот раз автомобили ехали быстрее. Рядом с Державным наследником по-прежнему сидели Венценосная супруга и военный губернатор Боснии генерал Потиорек. На левую подножку машины с обнаженной саблей вскочил Граф фон Гаррах. На углу улицы Императора Франца Иосифа I Карла фон Габсбург-Лотаринг генерал Потиорек заметил, что экипаж едет не в ту сторону, и резко приказал шоферу изменить маршрут. Машина затормозила и, наехав на тротуар, остановилась. По злополучной случайности на этом месте, в паре метров справа от автомобиля, стоял 19-летний Гаврило Принцип – следующий из подготовленных «Черной рукой» террористов, которых, как показало позднее следствие, всего было шесть.
После неудачи террориста Габриновича Гаврило Принцип лихорадочно метался по улицам, успел спешно испить в кофейне чашку кофе, а в момент, когда экипаж с Августейшей четой остановился, в оцепенении стоял, не веря своим глазам. Наследника трона он тотчас узнал и, выхватив из кармана револьвер, поскольку возиться с бомбой не было уже времени, стал стрелять практически в упор. На часах было 10 часов 50 минут.
Первая же пуля разорвала сонную артерию Наследного эрцгерцога, вторая перебила брюшную аорту его Венценосной супруги. Отлетела фуражка с зеленым султаном, белое платье обагрилось кровью. Герцогиня София Мария Альбина фон Гогенберг безжизненно сползла на пол. Венценосная чета уходила из жизни в мучениях, обливаясь кровью. Последними словами Державного наследника были: "Софи, Софи! Не умирай ради детей!". Герцогиню привезли в правительственный Дворец уже мертвой, Наследный эрцгерцог Франц Фердинанд Карл Луис Мария д'Эсте в беспамятстве дышал еще пятнадцать минут и испустил дух.
На набережной, тем временем, схватили стрелявшего Гаврило Принципа; первым на убийцу бросился случайный сербский студент, потом сбежались жандармы, офицеры. Убийца отчаянно сопротивлялся, пытался проглотить яд и застрелиться – ему не дали. В свалке, по счастливой случайности не взорвалась бывшая при нем бомба. Принципа много били, нанесли несколько ударов саблей, позднее в тюрьме ему пришлось ампутировать руку. Оказавшийся, как будто случайно, рядом с убитыми фотограф-любитель снял едва ли не самый момент покушения. Однако никто еще в то утро не знал, кроме организаторов покушения, что выстрелы в Сараево станут сигналом к началу Великой братоубийственной бойни европейских народов.
Император Франц Иосиф I Карл фон Габсбург-Лотаринг похоронил Августейшего племянника и его Венценосную супругу весьма сдержанно, если не сказать бесстрастно. Монарх положил на могилу Герцогини две белые перчатки, что означало, признание со стороны Государя покойной лишь в качестве придворной дамы.
Тем временем, Австро-Венгерское Имперское правительство приступило к тщательному расследованию убийства, желая извлечь из него максимальную выгоду и результат, с тем, чтобы представить доказательства заговора против Империи со стороны славянских народов и их Державных руководителей.
Принесенные Сербской стороной соболезнования и искренние извинения со стороны Короля Петера I Александра Карагеоргия (1844-1921) и Августейшего наследника – Регента-Принца Александра Петера Карагеоргия вполне могли удовлетворить в тот момент Императора Австро-Венгрии. К несчастью, престарелый Монарх уже не управлял государством как прежде – на руководящих постах Империи пребывали сторонники войны и решительного разгрома славянского единства в Европе. Вена твердо вознамерилась уничтожить не только Королевство Сербия, но любого, кто встанет на ее защиту. Начавшаяся в прессе антисербская истерия захлестнула умы и сердца австрийцев, Германия, давняя союзница Империи, уже была не в состоянии образумить Дом Габсбург-Лотаринг.
Следствие и приговор.
Полиция арестовала почти всех заговорщиков. К суду привлечено было 25 человек, и среди них – Илич, Грабец и Попович.
Судебное заседание длилось всего неделю, после чего объявлен был приговор: Илич, признанный руководителем заговорщиков, был казнен, Гаврило Принцип, Кабринович и Грабец – к двадцати годам каторжных работ, Попович – к тридцатилетнему заключению. Для большинства осужденных это означало медленную смерть, что и произошло: Кабринович и Грабец умерли от туберкулеза и недоедания через два года. Гаврило Принцип, который произвел смертельные выстрелы, дожил до 1918 года. И только Поповичу удалось, отсидев весь срок, выйти на свободу уже пожилым человеком.
Убийца Гаврило Принцип, как несовершеннолетний, избежал смертной казни. Вынесенный ему приговор – странный и сложный гласил: двадцать лет тюремного заключения, с одним днем полного поста в месяц и с заключением в какой-то особый карцер в каждую годовщину Сараевского дела. Приговор этот чужд был по духу и русскому и французскому законодательству, однако надо признать, что в большинстве стран Европы Гаврило Принципв ожидала бы казнь.
Судил убийцу гласный суд, на который допущены были журналисты со всех стран. Пыткам террорист не подвергался ни на следствии, ни позднее, в заключении. Напротив, обращались с ним, по его собственным словам, хорошо. Каземат, в котором сидел виновник убийства Державного наследника престола Австро-Венгерской Империи до перевода в больницу, был холодный и сырой, а потому у террориста развилась чахотка. Условия для нее были достаточно благоприятны, поскольку в пору Великой войны, особенно в 1917-1918 гг., все подданные Империи, за исключением, очень богатых и ловких людей, находились в состоянии хронического недоедания. Нетрудно себе представить, как кормили в тюрьмах, да еще осужденных по такому делу. Едва ли Гаврило Принцип умер от голода; он умер от сочетания голода с раной и с тяжкими моральными страданиями.
О Великой войне, доходили до ее виновника печальные вести. Так новость об отступлении русских войск в 1915 году произвело на Гаврило Принципа впечатление ужасающее. С мыслью о том, что все пропало, Принцип и умер в апреле 1918 года, в пору высших, но последних успехов германского оружия, за три месяца до начала наступления верховного главнокомандующего союзными войсками стран Антанты французского маршала Фердинанда Фоша (1851-1929).
Сараевский убийца умер в полном одиночестве, совершенно незаметно — в камере в тот момент никого не было. Наутро часовой заметил, что уж очень неподвижно лежит на своей койке этот, столь нашумевший в мире заключенный. Позвали коменданта, врача, все как полагается. Так, человек, из-за которого возникла мировая война, был мертв.
Похоронили Гаврило Принципа ночью, где-то в поле. Присутствовавший на этих ночных похоронах австрийский солдат, славянин по происхождению, записал, как мог, где именно в поле погребен убийца Державного наследника Австро-Венгерского престола. По заметке солдата впоследствии отыскали тело террориста и перевезли его на родину. Вторые похороны террориста происходили совершенно иначе. На той самой улице Сараево, где когда-то было совершено преступление, и теперь находится музей в честь убийцы, давшего повод для развязывания Первой мировой войны. В Сараево есть даже мост, названный в честь террориста.
Ультиматум Австро-Венгерской Империи.
Империя воспользовалась этим трагическим происшествием в своем давнем желании уничтожить православную Сербию, а потому Правительство Австро-Венгерской Империи, считавшее Королевство Сербия ответственной за покушение в Сараево, отправило сербскому правительству ультиматум с такими требованиями, которых ни одно независимое государство не могло бы принять.
Регент и Кронпринц Александр Петер Карагеоргий обратился к Государю Императору Николаю II «Многострадальному» со следующей телеграммой:
«Требования Австро-венгерской ноты без необходимости представляют унижение для Сербии и не согласованы с достоинством независимого государства. От нас требуют в повелительном тоне официального заявления в «Сербских новостях» и Королевского приказа армии, которыми будут нами самими пресечены вое выступления против Австрии и признаны справедливыми обвинения в наших вероломных происках. Требуется допустить австрийских чиновников в Сербию, которые вместе с нашими будут вести расследование и контролировать исполнение других требований ноты. Нам предоставлен срок в 48 часов принять все, иначе Австро-венгерское посольство покинет Белград. Мы готовы принять Австро-венгерские требования, которые согласованы с позицией независимого государства, а также и те, которые были бы предложены нам Вашим Величеством; все лица, участие которых в убийстве будет доказано, нами будут строго наказаны. Некоторые требования не могут быть исполнены без перемены законов, а для этого требуется время. Нам предоставлен слишком короткий срок... На нас могут напасть после истечения срока, т. к. на нашей границе группируются Австро-венгерские войска. Нам невозможно защититься и поэтому прошу Ваше Величество прийти как можно раньше нам на помощь...»
Первого (14) июля 1914 года Святой Государь Мученик Николай II Александрович ответил:
«Ваше Королевское Высочество, обращаясь ко Мне в столь тяжелый момент, не ошиблось в чувствах, которые Я питаю по отношению к Нему и в Моем сердечном расположении к сербскому народу. Самым серьезным образом Мое внимание обращено на настоящее положение и Мое правительство всеми силами старается преодолеть настоящие трудности. Я не сомневаюсь, что Ваше Высочество и Королевское правительство облегчат эту задачу, не пренебрегая ничем, что могло бы привести к решению, которое предотвратит ужасы новой войны, соблюдая в то же время достоинство Сербии. Все Мои усилия, пока будет хотя бы самая маленькая надежда избежать кровопролитие, будут направлены к этой цели. Если, вопреки нашему самому искреннему желанию, успех не будет достигнут. Ваше Высочество может быть уверено, что ни в каком случае Россия не останется равнодушной к судьбе Сербии».
В разговоре со своим шурином, Великим Князем Александром Михайловичем (1866-1933), Святой Государь Мученик Император Николай II Александрович, на вопрос о том мог ли Он избежать войны, ответил дословно следующее: «Я мог избежать войны, если бы хотел совершить акт предательства по отношению к Сербии и Франции, но это не в Моем характере».
Начало Великой войны.
С убийства в г. Сараево, началась братоубийственная Великая мировая война 1914–1918 гг., - первый конфликт мирового масштаба в XX веке, в который к концу войны вовлечено было 38 из существовавший в то время 59-ти независимых государств, или 75 процентов населения всего земного шара.
15 (28) июля 1914 года – Австро-Венгерская Империя объявила войну Королевству Сербия, начав боевые действия.
16 (29) июля – Российская Империя объявила о частичной мобилизации своей армии, а 17 (30) июля – предприняла полную мобилизацию.
19 июля (1 августа) – Германская Империя объявила войну Российской Империи.
21 июля (3 августа) – Германская Империя объявила войну Французской республике.
22 июля (4 августа) – Британская Империя объявила войну Германской Империи.
24 июля (6 августа) – Королевство Сербия объявляет войну Германской Империи, а 25 октября (7 ноября) – Османской Империи.
10 (23) августа – Японская Империя объявила войну Германской Империи.
16 (29) октября – Османская Империя объявила войну странам Антанты.
10 (23) мая 1915 года – Королевство Италия присоединилось к странам Антанты.
1 (14) октября 1915 года – Царство Болгария напало на Королевство Сербия.
14 (27) августа 1916 года – Королевство Румыния присоединилось к странам Антанты.
27 марта (6 апреля) 1917 года – США присоединились к странам Антанты.
Около 73,5 миллиона человек оказались мобилизованы; из них убиты и умерли от ран девять с половиной миллионов человек, более 20 миллионов получили ранения, три с половиной миллиона человек навсегда остались калеками, около 10 миллионов человек умерло от эпидемий и голода. Последствия Великой войны превзошли предыдущие за 125-летний период по количеству жертв и разрушений.
Главным же трагическим последствием войны стало уничтожение трех христианских Империи – Российской, Германской и Австро-Венгерской, пребывавших до того в Династических и кровных узах не одно столетие. Алчность и гордость одних, кротость и смирение других необратимо изменили все, что создавалось, по воле Божией, с такими усилиями!
День 15 (28) июня не охотно вспоминают в Европе, в том числе и в братской России Сербии, что является не позволительным для нашего времени забвением истории. К несчастью, в России до сих пор пребывают у власти те, кто предпочитает не замечать и не исследовать уроки июня-июля 1914 года и все последующие события Великой войны.
К сожалению и в России не почитают должным образом героев Великой войны, страдальцев и мучеников, первыми положившими душу свою за Веру, Царя и Отечество. А потому нам следует непрестанно и сугубо молиться о душе всех убиенных и умученных христианах, скорбный счет которых начался с убийства 15 (28) июня 1914 года Наследного эрцгерцога Франца Фердинанда Карла Луиса Марии д'Эсте и его Венценосной супруги.
Участие Болгарии в Великой войне 1914-1918 гг.
Большие людские потери и огромный экономический ущерб, которые Царство Болгария понесло в результате Балканских войн, помешали ее участию в Первой мировой войне на начальном этапе, но в 1914—1915 гг. в стране велось активное восстановление вооруженных сил. Так Болгария готовилась к новой войне на стороне Германской Империи и ее союзников, в то время как события развивались стремительно.
Шестого (19) сентября 1915 года Царство Болгария подписала союзный договор с Германией.
17 (30) сентября Царь Фердинанд I фон Саксен-Кобург и Гота принял лидеров оппозиционных партий, которые попытались убедить Монарха сохранить нейтралитет по примеру Королевств Греция, Дания, Италия, Нидерланд, Испания, Швеция и Норвегия, Португальской республики и Швейцарской конфедерации но, к несчастью, эта попытка оказалась безуспешной. Вскоре Царство Болгария разорвала дипломатические отношения со всеми странами Антанты, в том числе и с Российской Империей. В Берлине и Вене с нетерпением рассчитывали, что вслед за Болгарским Царством на стороне Центральных держав встанут Короли Румынии и Греции, также происходившие из немецких владетельных Домов, но просчитались.
Первого (14) октября 1915 года, в День Покрова Божией Матери (!) Болгария объявила войну православной Сербии, терпящей и без того тяжелые бедствия войны!
В болгарскую армию было мобилизовано около 800 тысяч человек. За месяц болгарским войскам удалось выбить сербов из Македонии. После высадки в районе Салоник войск Антанты (в том числе и русских армий) началась рутинная трехлетняя позиционная война, не сопровождавшаяся особыми потерями, но, тем не менее, разлагавшая армии противников. Известно, что именно на Салоникийском фронте произошли первые в истории Великой войны братания с неприятелем (правда, это касалось лишь русских и болгарских войск.).
Восьмого (21) сентября 1918 года в светлый праздник Рождества Пресвятой Богородицы, после прорыва войсками Антанты линии фронта и вступления в войну на стороне Антанты Греческого Королевства, в болгарской Царской армии начался мятеж под руководством некого анархиста и журналиста Райко Даскалова (1886-1923), одного из лидеров левого крыла Болгарского земледельческого народного союза, который провозгласил 14 (27) сентября 1918 года в День Всемирного Воздвижения Креста Господня (!) Царство Болгария т. н. Радомирской республикой и повел революционеров на Софию. Это же каким надо было быть безбожником и нигилистом, чтобы додуматься в такой Вселенский праздник православное Царство объявить республикой!
Разумеется что уже 17 (30) сентября верные Царю воинские части разгромили мятежников на подступах к столице. Однако дни правления Царя Фердинанда I фон Саксен-Кобург и Гота были уже сочтены; позорный проигрыш в Балканских войнах и уже очевидное поражение в Великой войне сделали свое дело – армия готова была свергнуть Монарха.
Падение и кончина Царя Фердинанда I.
21 сентября (3 октября) 1918 года, после подписания перемирия с Антантой, Царь Фердинанд I фон Саксен-Кобург и Гота под угрозой вооруженного переворота отрекся от престола Болгарии, и передал власть своему старшему Августейшему сыну, ставшему вскоре Царем болгар под именем Бориса III.
Так печально для Царства Болгария завершилась Великая война и 31-летняя эпоха правления Царя Фердинанда I фон Саксен-Кобург и Гота.
Первого Царя болгар справедливо можно назвать незаурядной личностью.
Государь никогда не отличался политической дальновидностью, Монарх вообще не был политиком по рождению, а лишь мечтал о «восстановлении Креста на Святой Софии» посредством помощи западных держав, оказавшись марионеткой в руках древних врагов Православия. Как представитель немецкого владетельного Дома и католик по вероисповеданию в православной стране, Монарх в западном духе изящества и внешней военной мощи отличался нескрываемой любовью к красивой военной форме и не малому числу орденов, но в послевоенном будущем Европы первых трех десятилетий XX века Государю не нашлось подобающего места.
А потому политические и экономические проблемы, вызванные авторитарным правлением Монарха, пришлось решать старшему Августейшему сыну, Царствовавшему 35 с небольшим лет.
Первый Царь Болгарии Фердинанд I фон Саксен-Кобург и Гота скончался в родовом городе Кобург, 10 сентября 1948 года на 88-м году от рождения, пережив всех своих Царственных союзников – Монархов по Великой войне: Императоров Германии Вильгельма I фон Гогенцоллерн (1941), Императора Франца-Иосифа I фон Габсбург-Лотаринг (1916) и султана Мохаммеда V (1918), а также своих противников по той же войне – Святого Мученика Николая II Александровича «Многострадального», Королей Сербии Петера I Карагеоргий (1844-1921) и Александра Петера Карагеоргий (1888-1934), Короля Бельгии Альберта I фон Саксен-Кобург и Гота (1875-1934), Короля Италии Витторио Эммануэле III Фердинандо Мария Дженнаро де Савойя (1869-1947), президента Франции Раймонда Пуанкаре (1860-1934), Короля Румынии Фердинанда I Виктора Альбрехта Мейнарда фон Гогенцоллерн-Зигмаринген (1865-1927), Королей Черногории Николу I Мирко Петровича Негош (1841-1921) и Данило I Александра Николу Петровича Негош (1871-1939), Королей Греции Георгиоса I фон Шлезвиг-Голштейн-Зонденбург-Глюксбург (1845-1913) и Константиноса I фон Шлезвиг-Голштейн-Зонденбург-Глюксбург (1868-1921), Короля Великобритании и Ирландии, Императора Индии Джорджа V Фредерика Эрнеста Альберта Виндзор (1865-1936), а также двух Венценосных жен – Княгиню Марию (1870-1899) и Царицу Элеонору (1860-1917), и, к несчастью, Державных сыновей своих – Царя Бориса III фон Саксен-Кобург и Гота (1894-1943) и Князя Кирилла (1895-1945), расстрелянного болгарскими коммунистами по приговору т. н. Народного суда.
Венчание на Царство и правление.
Трон Болгарии Царь Борис III фон Саксен-Кобург и Гота занял, когда ситуация в мире коренным образом менялась. На его глазах мощная революционная волна сметала еще недавно могущественные Династии Романовых-Шлезвиг-Голштейн-Готторп, Габсбург-Лотаринг, Гогенцоллерн.
В памяти Государя надолго запечатлелись тяжелое военное поражение Болгарской Царской армии на Салоникском фронте в сентябре 1918 года, стихийное восстание солдат и последовавший затем подъем революционной борьбы болгарского народа. Все это, естественно, вынуждало Монарха принимать новые исторические условия.
Государь уже не мог позволить себе многое из того, что было свойственно его Августейшему отцу, правившему в обстановке относительной стабильности политических режимов в Европе. В отличие от Царя Фердинанда I фон Саксен-Кобург и Гота Царь Борис III вел достаточно скромный образ жизни, считался примерным семьянином, не высказывал открыто своей аристократической надменности. В отличие от Августейшего родителя, Государь появился на свет Божий и вырос в Болгарии, а потому лучше знал жизнь и обычаи православного народа, будучи с ним единой веры.
21 сентября (4 октября) 1918 года после Божественной Литургии в Софийской церкви Святого Воскресения Христова на главу 24-летнего генерал-майора Князя Тырново, Герцога Саксонии и Андреевского кавалера Бориса Клемента Роберта Марии Пия Станислава фон Саксен-Кобург и Гота возложена была Болгарская Корона. Так Государь стал Борисом III, Царем болгар.
Царь Борис III недаром назывался Царем болгар (уместно вспомнить, что Наполеон I именовал себя Императором французов, а не Императором Франции). Не имея в жилах ни капли славянской крови, Борис стал первым Болгарским Царем после освобождения, которого народ считал действительно своим правителем, а потому Коронация, проходившая без масштабных торжеств, сопровождалась спонтанными народными гуляньями.
Характер и увлечения Государя.
По характеру Монарх был полной противоположностью Августейшему родителю: не любил появляться на публике, всегда носил на мундире только два ордена, не производил себя в новые военные чины. Долгое время Государь запрещал чеканить на монетах свой профиль. В быту Государь также отличался скромностью и неприхотливостью.
Однако главным было даже не это.
Царя Бориса III фон Саксен-Кобург и Гота с детства готовили к участи правителя (он единственный из детей Царя Фердинанда I с детства был православным), что выгодно отличало его от предшественников. С ним занимались лучшие специалисты Болгарии, правда, высшего образования сразу он получить не смог — помешали войны 1912—1918 гг., в которых наследник участвовал, будучи командиром роты.
Все отмечали в Государе талант государственного деятеля и интеллигентность, сочетавшиеся, впрочем, с некоторой нерешительностью.
Царь увлекался иностранными языками и биологией, интересовался автомобилями и железнодорожной техникой, любил водить паровоз, со страстью охотился, занимался альпинизмом.
Как уже было сказано, Царь Борис III фон Саксен-Кобург и Гота любил подчеркивать, что он «республиканский Царь», близкий к нуждам и заботам простолюдинов. Для поддержания такой репутации болгарский Монарх часто посещал массовые празднества, дома крестьян, вступал в беседы с людьми «низкого происхождения», мог с демонстративной терпеливостью разделять участь маршировавших на параде под грозовым ливнем солдат, с трогательным для окружавших вниманием оказывал срочную помощь солдату, которому в глаз залетела соринка, или людям, попавшим в автомобильную аварию близ загородного Царского Дворца.
Отношение к Августейшему родителю.
В течение своего 25-летнего Царствования Борис III фон Саксен-Кобург и Гота глубоко переживал вероятность возвращения в Болгарию Августейшего родителя. Известно, что Царь Борис III упорно противился стремлению последнего, хотя бы погостить в Болгарии. Лишь однажды, в 1933 году, это было осуществлено.
И все же Государь соблюдал сыновнюю почтительность к Августейшему отцу. Посещал его в фамильном Дворце в Кобурге, аккуратно переводил туда просимые денежные суммы и нередко принимал отцовские политические советы. Царь Фердинанд I фон Саксен-Кобург и Гота как бы незримо присутствовал рядом с Царем Борисом. По словам английского посланника в Софии в 1938-1941 годы Дж. Рендела, это особенно чувствовалось во время посещения рабочего кабинета Царя, над письменным столом которого мрачно нависал большой портрет Царя Фердинанда I.
Новый Монарх столкнулся с большими трудностями; шестилетние войны привели к полному развалу хозяйства Болгарии, а поражения в них — к всплеску национализма, особенно в офицерской среде.
Государю в сложных условиях разгула политического радикализма разного толка нужно было сохранить основы болгарской государственности. Болгария, проиграв в Великой войне, вполне могла оказаться после Версальского договора в таком же положении, как и Германия: демилитаризованная, разоренная, униженная страна… Новому, молодому и неопытному Монарху нужно было решить колоссальную по сложности задачу — спасти Царство Болгария, независимость которой была оплачена столькими жертвами.
Царь Борис III, памятуя о судьбе своего Августейшего родителя, отказался от «личного режима» и расширил полномочия правительства, передав часть своей власти профессионалам. Это обеспечивало стабильность и эффективность административной системы.
Мирный договор и потери Болгарии.
В 1919 году премьер-министром Высочайше назначен был Александр Стоименов Стамболийский (1879-1923). Правительство оранжевых оказалось скорее технократическим, нежели политическим.
14 (27) ноября 1919 года в пригороде Парижа премьер подписал мирный договор с державами-победительницами. По нему от Болгарии отторгались район Струмицы и земли, обеспечивавшие выход к Эгейскому морю. Численность армии ограничивалась двадцатью тысячами человек, не считая пограничников, запрещалось иметь военно-морской флот, кроме сторожевых кораблей. На страну были наложены огромные репарации. Теперь правительству Стамболийского нужно было восстановить экономику страны и выйти из международной изоляции.
Восстановление престижа и экономики страны.
Для того чтобы вернуть свои позиции во внешней политике, Болгария начала переговоры с соседними государствами, в первую очередь, с Королевством сербов, хорватов и словенцев.
В 1920 году правительство Стамболийского достигло своей цели: Болгария восстановила дипломатические отношения со всеми своими соседями и с великими державами.
В 1923 году Стамболийскому различными средствами удалось добиться отсрочки выплаты большей части репараций. Чтобы не портить отношения с Белградом, премьер начал борьбу с ВМРО, продолжая при этом тайно поддерживать деловые контакты с этой организацией.
Стамболийский отрицательно относился к своим предшественникам. Именно премьер настоял на возвращении храму-памятнику Святому Александру Невскому исторического имени. Впоследствии были арестованы все министры, бывшие у власти после 1912 года и проводившие прогерманскую политику.
Для восстановления экономики была введена молодежная трудовая повинность, усовершенствована система социального обеспечения, частично отменено государственное регулирование экономики. Активно привлекались иностранные, главным образом американские, инвестиции. В сельском хозяйстве внедрялись минеральные удобрения и новая техника.
Правительство старалось сокращать второстепенные бюджетные расходы: например, отказалось от чеканки слишком дорогих золотых монет, а производство серебряных отложило до лучших времен. Благодаря всему этому, в 1922 году уровень промышленного производства в Болгарии сравнялся с довоенным. Правда, доходы населения росли значительно медленнее.
Курс правительства вызывал опасения у многих болгарских политиков.
Подготовка к смене правительства.
Первого (14) октября 1921 года видный дипломат и общественный деятель Александр Греков заявил о создании партии Народное согласие. Ее требованиями были – отстранение кабинета оранжевых от власти, установление однопартийной политической системы, решительная борьба с коммунизмом и усиление государственного регулирования экономики. Идеи Народного согласия были близки к программе итальянского фашизма. Партия оказалась немногочисленной, но среди ее членов было немало ученых и управленцев. Поддерживал Народное согласие и Военный союз, состоявший из офицеров.
Для защиты законной власти Стамболийский создал Оранжевую гвардию — добровольческие вооруженные формирования, занимавшиеся борьбой с оппозицией. 21 мая 1922 года ими был убит Александр Греков. Тогда Народное согласие возглавил профессор Александр Цолов Цанков (1879-1959).
В это время Стамболийский делал всё, чтобы упрочить свою власть. 10 (23) апреля 1923 года прошли выборы в Народное собрание, на которых БЗНС получил 52,7 процентов голосов. Но, незадолго до этого, было изменено избирательное законодательство: пропорциональная система была заменена мажоритарной. Так как БЗНС пользовался примерно равной поддержкой во всех регионах, ему удалось получить 85 процентов мест в парламенте (212 из 249).
Военный переворот.
В ночь с 26 на 27 мая (8-9 июня) 1923 года юнкера Софийского военного училища и войска столичного гарнизона без единого выстрела взяли под свой контроль весь город. Бойцы Оранжевой гвардии попросту разбежались, понимая, что им не выстоять против регулярных частей.
Члены правительства и парламента были арестованы, а в особняке генерал-майора Ивана Атанасова Русева (1872-1945) лидеры Народного согласия и Военного союза уже работали над составом нового Кабинета министров.
На следующий день Царь Борис III фон Саксен-Кобург и Гота, понимая, что сопротивление бессмысленно, утвердил положенный на его стол список членов правительства Народного согласия. Александр Цолов Цанков стал премьером и Министром просвещения, глава Военного союза полковник Иван Вылков (1875-1962) — военным Министром, а Иван Атанасов Русев – Министром внутренних дел. Так, произошло установление в Болгарии авторитарного режима.
28 июля (10 августа) 1923 года под давлением новых правителей страны многие партии объединились в Демократическое соглашение, полностью подконтрольное власти. Объединение состоялось легко, так как те вопросы, о которых когда-то спорили лидеры демократов, стали уже неактуальными.
В ноябре 1923 году прошли — под контролем властей — выборы, в результате которых «демократы» получили в Народном собрании 171 место из 246, а еще 29 достались такой же карманной Социал-демократической партии.
В феврале 1924 года Высочайше отправлены были в отставку оппозиционные члены правительства: Министр юстиции Боян Смилов и министр путей сообщения Димо Казасов. Выход из Демократического соглашения большинства народных либералов и радикальных демократов мало что изменил. Препятствий для выполнения требований Народного согласия больше не было.
Начало народных волнений.
Свержение популярного правительства Стамболийского вызвало реакцию в народе.
Первые крестьянские восстания против авторитаризма правительства, поднятые вовсе не коммунистами, а активистами БЗНС, начались в июне 1923 года в Пловдивском, Плевенском, Шуменском и Велико-Тырновском округах. В ответ начались аресты членов БЗНС, сотрудников миссии Советского красного креста и даже посольства СССР. Находившийся под стражей в Софии Александр Стоименов Стамболийский вывезен был за город и расстрелян.
В июле Советский Союз разорвал дипломатические отношения с Царством Болгария.
В это время Болгарская компартия (БКП) сохраняла нейтралитет, считая, что не должна вмешиваться в борьбу буржуазных политиков. Однако в иудейском Коминтерне думали иначе, и «болгарские товарищи» вынуждены были подчиниться. Восстание началось в августе 1923 года, главным образом в Северо-Западной Болгарии, где коммунисты пользовались наибольшей популярностью (видимо, из-за особой бедности тех мест). Штаб боевых действий расположился в небольшом городе Монтана (при социализме назывался Михайловград).
В январе 1924 года Народное собрание одобрило закон «О защите государства», объявлявший коммунистов БКП незаконной организацией. Вскоре восстание, несмотря на помощь со стороны советской России, было подавлено. Одновременно была усилена борьба с ВМРО – Внутренняя македонская революционная организация, также вступившей в связь с Коминтерном.
Покушение на Монарха.
Новый виток репрессий, не пощадивший даже предводителя народных либералов Геннадиева, вызвал покушение на Царя Бориса III.
Случилось это безумие в праздник иконы Божией Матери «Неувядаемый цвет» 3 (16) апреля 1925 года — произошел взрыв в церкви Святого Воскресения Христова в Софии. Милостью Божией и заступничеством Пресвятой Богородицы Государь не пострадал, но получил сильную психологическую травму от произошедшего святотатства в православной стране. Еще никогда до этого в Европе в самом храме не взрывали бомбы покушавшиеся на Монарха.
К концу 1920-х годов большинство врагов Монархии либо были уничтожены, либо посажены в тюрьмы, а потому силовые действия Царя и правительства пошли на убыль. В 1927 году милостью Монарха были даже амнистированы многие осужденные по закону «О защите государства». Надежды красного подполья и большевиков в Советской России не оправдались – Болгария осталась верной своему Царю.
Изменение законодательства.
В экономической политике и в отношениях с иностранными государствами правительство Цанкова и его преемники вынуждены были делать почти то же, что и их предшественники. Впрочем, и попытки отступить от этой линии, например, сблизиться с ВМРО – Внутренняя македонская революционная организация происходили, но все они приводили к плачевным результатам.
Крупным самостоятельным единственным шагом путчистов стало введение государственной монополии на торговлю валютой в мае 1924 года. Программа оранжевых была негласно признана лучшей в условиях послевоенной Болгарии, а о трудовой повинности лидер Народного согласия во всеуслышание заявил, что она «наша, оригинальная и самобытная». Более того, был принят закон «О профессиональном обучении», по которому рабочие и служащие в возрасте от 14 лет до 21 года, не получившие среднего образования, должны были бесплатно обучаться в специальных школах и в рабочее время, а работодатель обязан был платить им зарплату.
Последний раз редактировалось
Александр Рожинцев Пн фев 07, 2011 10:31 pm, всего редактировалось 2 раз(а).
С нами Бог, разумейте языцы, и покоряйтеся, яко c Нами Бог!