Память Великих Князей Дома Романовых.

[Александр Рожинцев]

92-летию со дня трагической гибели посвящается.

«И… умер с молитвой на устах».

О жизни и гибели Великого Князя Димитрия Константиновича Романова.

«Великий Князь Дмитрий Константинович, по скромности характера мало кому и в России был известен, хотя отличался редкими качествами. Политической роли Великий Князь никогда не играл…
Он был всесторонне образованным человеком и интересным собеседником…»

Генерал-лейтенант А. А. Масолов.

Великий Князь Дмитрий Константинович Романов появился на свет Божий первого (14) июня 1860 года в Стрельне, в пригороде Царствующего града Санкт-Петербурга третьим Державным сыном в Августейшей семье Великого Князя Константина Николаевича (1827-1892), управляющего Российского Императорского флота и Морского министерства, генерал-адмирала, Председателя Адмиралтейст-совета и Великой Княгини Александры Иосифовны (1830-1911), кавалерственной дамы Императорского ордена Святой вм. Екатерины 1-го класса, шефа 16-го драгунского Глуховского полка и одной из первых красавиц Петербургского Императорского Двора.
Великий Князь Димитрий Константинович приходился Августейшим правнуком Государю Императору Павлу I Петровичу (1754-1801) и Императрице Марии I Феодоровне (1759-1828), внуком Государю Императору Николаю I Павловичу «Подвиголюбивому» (1796-1855) и Императрице Александре I Феодоровне (1798-1860) и двоюродным внуком Императору Александру I Павловичу (1777-1825/1864) и Императрице Елизавете Алексеевне (1779-1826).
При Святом Таинстве Крещения Высочайше пожалован был Августейшим дядей своим Государем Императором Александром II Николаевичем Императорскими орденами Святого Апостола Андрея Первозванного, Святого благоверного Великого Князя Александра Невского, Белого Орла, Святой Анны 1-го класса и Святого Станислава 1-го класса.
Тотчас по рождении Великий Князь Высочайше зачислен был в Гвардейский экипаж и Лейб-Гвардии Конный полк и назначен шефом Гренадерского Мингрельского полка.

Образование и начало служения.

Великий Князь Дмитрий Константинович получил разностороннее домашнее образование, с детства, предназначаясь Августейшим родителем, пребывавшем в чине генерал-адмирала Императорского флота, к морской службе, а потому числился в Морском училище.
Как писал о Великом Князе генерал-лейтенант А. А. Масолов:
«Однажды он рассказал мне, как впервые коснулся жизни света. Он был большим любителем лошадей и хотел поступить на службу в кавалерийский полк. Его отец, адмирал Российского флота, принял другое решение:
— Ты должен быть представителем нашей Семьи на флоте.
Его послали учиться в Морской корпус. К морской службе он оказался совершенно непригоден. Страдания его были ужасными. По возвращении он долго молился перед иконой, а затем, собрав все свое мужество, пошел к отцу. Он бросился к его ногам и стал умолять освободить его от морской службы.
— Уйди с глаз моих долой, — ответил отец. — Адмирал Нельсон тоже страдал от морской болезни, но это не помешало ему стать великим флотоводцем!
Пришлось вмешаться матери; в конце концов ему разрешили вступить в полк конной гвардии».

Командующий Лейб-Гвардии Конно-гренадерским полком.

В 1880 году Великий Князь Высочайше пожалован был чином флигель-адьютантом.
До 1892 года в чине полковника Великий Князь Высочайше назначен командующим Лейб-Гвардии Конно-гренадерским полком. Однако Великий Князь мало с кем сходился, был чрезвычайно застенчив и совершенно не употреблял вина, что мешало сближаться с офицерами. По словам А. А. Масолова: «Его старший брат (Великий Князь Николай Константинович (1850-1918)) подорвал свое здоровье чрезмерными возлияниями, и мать заставила его (Великого Князя Дмитрия Константиновича) поклясться, что он не выпьет ни одного стакана вина. Он был исключительно честным человеком и никогда не нарушал своего обещания.
…Позже, став командиром Гвардейского гренадерского полка, он почувствовал, что «зарок трезвости» мешает его доверительным отношениям с офицерами полка. Невзирая на свой возраст и положение, он отправился к матери и попросил освободить его от данного слова. До этого он не позволял себе даже прикоснуться к бутылке. Справедливости ради нужно сказать, что Дмитрий Константинович был воспитан в духе верности долгу Князя и двоюродного брата Государя».
В 1896 году Великий Князь Высочайше произведен был в чин генерал-майора с зачислением в Свиту Его Императорского Величества Святого Государя Мученика Николая II Александровича «Многострадального» (1868-1918), Августейшего троюродного племянника своего.

Главноуправляющий Государственным коннозаводством.

С мая 1897 года по ноябрь 1905 года Великий Князь состоял в должности главноуправляющего Государственным коннозаводством. Вот как о том пишет А. А. Масолов: «Он даже сделал проблему из своего назначения на пост заведующего государственным коннозаводством. Когда ему предложили эту должность, он сказал мне с трогательной искренностью:
— Я бы с радостью принял это назначение, если бы речь шла только об уходе за лошадьми. Но это предполагает еще и руководство людьми. Я думаю, что смог бы быть полезным на этом поприще, но боюсь, что никогда не смогу найти общий язык с чиновниками. В любом случае при назначении я поставлю одно условие: я оставлю за собой право уйти в отставку, как только почувствую, что больше не способен быть полезным стране.
Этот замечательный человек, образованный и развитый в лучшем смысле этого слова, так и не смог найти применение своим талантам в России. Он оставил, в конце концов, пост заведующего коннозаводством, поскольку пришел к заключению, что должен работать над улучшением конских пород как простое частное лицо на своей скромной частной конюшне в Дубровке».

Обязанности Великого Князя.

В своих воспоминаниях «При Дворе последнего Царя. Воспоминания начальника Дворцовой канцелярии. 1900-1916.» А. А. Масолов писал:
«...Дмитрий Константинович, отзывчивый, скромный и разумный человек. Не боясь противоречить самому себе, могу заявить, что он никогда не принимал участия в делах государства — из принципа и по убеждению, основанному на благоразумии.
— Великие Князья, — сказал он мне как-то в порыве откровенности, — должны начинать свою карьеру простыми лейтенантами и инкогнито. И если они проявят склонность к службе, тогда их можно продвигать в соответствии с общими правилами и наравне со всеми. Но им никогда нельзя доверять командные посты с большой степенью ответственности. Любая их ошибка коснется Царя, и это нанесет урон его престижу.
— А ваш брат Константин Константинович придерживается такого же мнения?
— Да. Эти принципы внушила нам мать (Великая Княгиня Александра Иосифовна – здесь и далее прим. А. Р.); отец (Великий Князь Константин Николаевич) редко обсуждал что-либо с нами. Мой брат полагал, однако, что и среди Великих Князей бывают исключения: некоторые из них проявили способности к руководству. Для таких Особ надо было бы установить жесткую систему наказаний за неисполнение своего долга, наказаний более суровых, чем по отношению к простым смертным.
— Что они предусматривают?
— Немедленное освобождение от должности любого Великого Князя, если он продемонстрировал свое несоответствие. Именно в этом я не согласен со своим братом.
Отставка близкого родственника может создать для Царя определенные проблемы, а мы должны сплотиться вокруг Государя, чтобы облегчить Ему выполнение Своего долга.
…Однажды он передал через меня очень крупную сумму денег для ремонта маленькой сельской церквушки.
— Если вы будете делать такие щедрые дары, — сказал я, — Вашего содержания от Уделов ненадолго хватит.
— Уделы, — ответил он серьезным тоном, — существуют не для того, чтобы мы вели сибаритский образ жизни; эти деньги даны нам, чтобы мы могли укреплять престиж Царской Семьи.
Несмотря на все эти качества, Великий Князь никогда не играл какой-либо важной роли при Дворе. Его застенчивость была чрезмерной. Когда его поезд прибывал на станцию, он прятался в своем купе, чтобы люди на платформе не видели его. Но если депутация или какие-нибудь официальные лица приходили поприветствовать его, одного лишь намека на то, что его долг, как Великого Князя, велит ему принять их, было достаточно, чтобы подавить свои чувства и оказать посетителям исключительно дружеский прием.
Как и многие застенчивые люди, он наметил для себя жесткий распорядок дня, распорядок, который четко соблюдался: столько-то часов на выполнение служебных обязанностей, столько-то — на молитву, а остальное — на чтение без конца «для повышения уровня знаний».
Великий Князь являлся почетным членом Императорского Русского географического общества и Державным покровителем Российского общества покровительства животным.

В годы Великой войны 1914-1918 гг.

Как писал в своих воспоминаниях Великий Князь Александр Михайлович (1866-1933), адмирал, полевой генерал-инспектор Императорского военно-воздушного флота, в эмиграции (с 1918 года) Державный покровитель Национальной организации русских разведчиков: «Великий Князь Дмитрий Константинович был убежденным женоненавистником и страстным кавалеристом. «Берегись юбок», «Война с Германией неизбежна», «Я хотел бы, чтобы вы посмотрели моих годовиков». Другие темы Дмитрия Константиновича не интересовали. Всю свою жизнь он оставался холостяком, но зато имел превосходных лошадей. Что же касается войны с Германией, которую он предсказывал за пятнадцать лет до ее начала, то слабость зрения, перешедшая в 1914 году в почти полную слепоту, заставила его остаться в тылу, проклиная судьбу и занимаясь подготовкой кавалерии».
Самым большим увлечением Великого Князя стало выведение особой породы лошадей – орловско-ростопчинской. Затем к этому прибавилось увлечение автомобилями.
С 1914 года Великий Князь Высочайше пожалован бы чином генерал-адьютанта.

Последние годы жизни.

После февральского бунта и большевицкого переворота 1917 года Великий Князь вышел в отставку.
Однако, как вспоминал его Августейший племянник Князь Императорской Крови Гавриил Константинович (1887-1955), также арестованный в августе 1918 года большевиками и удерживаемый в Петропавловской крепости вместе с Великими Князьями, Великий Князь Дмитрий Константинович «продолжал носить форму с отставными погонами. Когда же погоны нельзя было носить и за их ношение жестоко преследовали, дяденька одел штатское платье. Обыкновенного платья, он, однако, носить не хотел, потому что терпеть его не мог, и придумал себе костюм вроде того, как носят шоферы, т. е. однобортную тужурку со стояче-отложным воротником, штаны вроде бриджей и обмотки. Он велел обрезать голенища от своих высоких сапог и сделал из них штиблеты. Тужурка, штаны и фуражка с козырьком были коричневого цвета. Получилось оригинально и прилично. Он мог так ходить, не привлекая к себе ничьего внимания».

Арест и заточение Великого Князя и кавалера.

Арестованного 58-летнего Великого Князя Димитрия Константиновича 13 (26) марта 1918 года вместе с Великим Князьями – Августейшими внуками Государя Императора Николая I Павловича «Подвиголюбивого» (1796-1855), Державными сыновьями Великого Князя Михаила Николаевича (1832-1909) Николаем Михайловичем (1859-1919), , генерал-адъютантом, генералом от инфантерии, генерал-инспектором кавалерии, директором Русского Императорского музея, Председателем Русского Императорского исторического общества, доктором Русской истории, и Георгием Михайловичем (1863-1919), генерал-адъютантом, генерал-лейтенантом, состоявшем при ставке Верховного главнокомандующего Святого Императора Мученика Николая II Александровича «Многострадального», сослали в Вологду.
В августе 1918 года Августейшие арестанты перевезены были в Петроград, где находились в доме предварительного заключения. Большевики готовились повесить пятерых Великих Князей в отместку за казнь декабристов в 1826 году, однако благодаря протесту внутри захваченной ими России и за рубежом, а также нескольких неудачах выкрасть пятого Великого Князя, в числе которых предполагался большевиками и Кирилл Владимирович (1876-1938), заставила преступников приговорить Великих Князей к расстрелу.
Как писал А. А. Масолов Великий Князь Димитрий Константинович «…был религиозным и верующим человеком и… умер с молитвой на устах. Тюремные сторожа говорили, что когда он шел на расстрел, то повторял слова Христа: «Прости им, Господи, ибо не ведают, что творят».

Мученическая кончина.

Великий Князь Димитрий Константинович постановлением президиума ВЧК расстрелян был большевиками-безбожниками вместе с другими Великими Князьями. Случилось это беззаконие 11 (24) января 1919 года во внутреннем дворе Петропавловской крепости Петрограда.
Великий Князь канонизирован Русской Православной Церковью За границей в сонме Новомученников и исповедников Российских 19 октября (1 ноября) 1981 года на Соборе в г. Нью-Йорк. В сентябре 2004 года в Великокняжеской усыпальнице Петропавловского собора г. Санкт-Петербург – месте упокоения Великих Князей Дома Романовых – установлена была мемориальная доска с именами убиенных Великих Князей.
Точное место погребения Державных страдальцев и теперь доподлинно неизвестно.
Следственный отдел СКП при прокуратуре Российской Федерации по Санкт-Петербургу отказал пятого (18) января 2010 года в возбуждении уголовного дела по факту обнаружения останков предположительно 17 человек во время строительных работ у Головкина бастиона, среди которых могут быть останки Великих Князей Романовых, во время проведения земляных работ на территории Петропавловской крепости накануне Нового года. «Ввиду отсутствия события преступления», - говорится в постановлении СКП. Такое вот решение нынешних преемников власти в некогда великой Российской Империи.
Тем временем сотрудники Музея истории Санкт-Петербурга готовят для передачи в бюро судебно-медицинской экспертизы останки жертв красного террора. Там согласились заняться исследованиями.

По книге В. Федорченко «Императорский Дом. Выдающиеся сановники», Москва, 2003., подготовил Александр Рожинцев.

30 января 2011 год.
Святой град Муром.

[Александр Рожинцев]

Статья «И… умер с молитвой на устах». О жизни и гибели Великого Князя Димитрия Константиновича Романова. опубликована "Единое Отечество" (Украина)

http://www.otechestvo.org.ua/main/20111/3133.htm