Царские дни. АВГУСТ

[Александр Рожинцев]

187-летию со дня рождения посвящается.

«Россия никогда не узнает, чем она была обязана своей Императрице…»

О жизни и кончине Императрицы Марии Александровны.

"Россия никогда не узнает, чем она была обязана своей Императрице, вследствие того огромного, благотворного, сердечного и нравственного влияния, которое она всегда имела на Государя!»

Елизавета Николаевна Львова (1788-1864) «Из воспоминаний».

Рождение Императрицы.

Четвертая Государыня Всероссийская из Дома Романовых-Шлезвиг-Голштейн-Готторп с Великим для каждого христианина именем Мария, урожденная Принцесса Максимилиана Вильгельмина Августа София Мария фон Гессен и Рейн появилась на свет в столице Великого герцогства Гессен и Рейн г. Дармштадт 27 июля (9 августа) 1824 года пятым (младшим) Венценосным чадом в Августейшей семье Принца и Андреевского кавалера Людвига II фон Гессен и Рейн (1777-1848) и Принцессы Баден Вильгельмины Луизы фон Церинген (1788–1836). По линии Венценосной матушки Принцесса приходилась Державной племянницей Государыне Императрице Елизавете Алексеевне (1779-1826), Венценосной супруге Государя Императора Александра I Павловича «Благословенного» (1777-1825).
По линии Венценосной матери кавалерами первейшего ордена Российской Империи – ордена Святого Апостола Андрея Первозванного были также Державные сродники Принцессы и будущей Императрицы:
- прадед – первый Великий герцог Баден Карл Фридрих I фон Церинген (1728-1811),
- дед – Наследный маркграф Баден Карл Людвиг фон Церинген (1755-1801),
- двоюродные деды – Великие герцоги Баден Людвиг I Вильгельм Август фон Церинген (1763-1830) и Карл Леопольд I Фридрих фон Церинген (1790-1852),
- дядя – Великий герцог Баден Карл Людвиг Фридрих фон Церинген (1786-1818),
- двоюродные братья – Король Баварии Людвиг I Карл Август фон Виттельсбах (1785-1868), Принц Баварии Карл Теодор Максимилиан Август фон Виттельсбах (1795-1867), Принц Швеции Франц Густав Оскар фон Шлезвиг-Голштейн-Готторп (1799-1877), Принц Ваза,
- троюродные дяди – Великий герцог Баден Фридрих I Вильгельм Людвиг фон Церинген (1826-1907), Герцоги Баден Людвиг Вильгельм Август фон Церинген (1829-1897) и Карл Фридрих Густав Вильгельм Максимилиан фон Церинген (1832-1906),
- четвероюродный брат – Великий герцог Баден Фридрих II Вильгельм Людвиг Леопольд Август фон Церинген (1857-1928).
- троюродные племянники – Король Баварии Максимилиан Иосиф II фон Виттельсбах (1811-1864), Герцог Баварии, первый Король Греции Оттон I Фридрих Людвиг фон Виттельсбах (1815-1867), Принц-регент Баварии Луитпольд Карл Иосиф Вильгельм Людвиг фон Виттельсбах (1821-1912),
- четвероюродные внуки – Короли Баварии Людвиг II Отто Фридрих Вильгельм фон Виттельсбах (1845-1886) и Отто I Вильгельм Луитпольд Адальберт Вальдемар фон Виттельсбах (1848-1916), Король Баварии Людвиг III Леопольд Иосиф Мария Алоис Альфред фон Виттельсбах (1845-1921) и Принц Баварии Леопольд Максимилиан Иосиф Мария Арнульф фон Виттельсбах (1846-1930),
- пятиюродный правнук – Принц Баварии Фердинанд Мария Людвиг Франц фон Ассиси Изабеллиус Адальберт Ильдефонс Мартин Бонифаций Иосиф Исидро фон Виттельсбах (1884-1958), Инфант Испании.

Государыни Марии в русской истории.

Принцесса Максимилиана Вильгельмина Августа София Мария фон Гессен и Рейн появилась на свет без малого спустя 200 лет после того, как 19 сентября (2 октября) 1624 года состоялось Священное Таинство Венчания основателя Дома Романовых Царя Михаила I Феодоровича (1596-1645) с первой Венценосной супругой, Княжной Марией Владимировной Долгоруковой (ум. 1625).
Первая Царица Дома Романовых Мария Владимировна, как и ставшая Императрицей Всероссийской Мария Александровна, почили прежде своих Царственных супругов. То были единственные примеры в истории Царского, а позднее Императорского Дома Романовых-Шлезвиг-Голштейн-Готторп, поскольку никто более со времени кончины 14 (27) октября 1681 года Царицы Агафьи Семеновны (ум. 1681), первой Венценосной супруги Царя Феодора III Алексеевича (1660-1682), не уходил в Вечность, оставляя в трауре Августейших супругов – Царей и Императоров Всероссийских.
Пройдет чуть более 200 лет, прежде чем в первый четверг июня 1880 года – 22 мая (4 июня) прервется биение сердца Императрицы Марии Александровны, столь любимой всей Царской Семьей и Русским народом…

Державные родители Государыни.

Венценосная матушка Принцессы Максимилианы Вильгельмины Августы Софии Марии фон Гессен и Рейн предстала пред Господом 15 (28) января 1836 года в г. Дармштадт, когда будущей Императрице Всероссийской шел 13-й год от рождения и Государыня, вместе с Августейшим братом своим Принцем Александром Людвигом Христианом Георгом Фридрихом Эмилием фон Гессен и Рейн (1823–1880), будущим Андреевским кавалером, несколько лет воспитывалась гувернанткой, живя в загородном замке Югенгейм, живописно расположенном на Бергштрассе близ столицы страны г. Дармштадт.
Венценосная матушка Принцессы ко времени появления ее на свет Божий давно не жила с Августейшим супругом, Великим герцогом (с 1830 г.) Людвигом фон Гессен и Рейн. У каждого из Державных родителей была своя любовь, и по разговорам, Принцесса Максимилиана Вильгельмина Августа София Мария фон Гессен и Рейн рождена была в числе четырех других детей от Барона Августа Людвига фон Сенаклер де Гранси (1794-1871), генерал-майора и рыцаря Мальтийского ордена Святого Иоанна Иерусалимского, швейцарца французского происхождения, бывшего шталмейстером Великого герцога и камергером Великой герцогини.
По этой причине казалось, ничто уже не предвещало Принцессе славную будущность. Однако по воле Всеблагого Вершителя судеб в марте 1839 года вторая Венценосная дочь Великого герцога и Андреевского кавалера Людвига II фон Гессен и Рейн познакомилась в г. Дармштадт с путешествующим по Западной Европе наследником Всероссийским, Цесаревичем и Великим Князем Николаевичем (1818-1881), будущим Самодержцем Всероссийским Александром II «Освободителем» (1818-1881).

Избранница Наследника Всероссийского.

"Милая Мама, что мне до тайн Принцессы Марии! Я люблю ее, и Я скорее откажусь от трона, чем от нее. Я женюсь только на ней, вот Мое решение!»

Наследник Цесаревич и Великий Князь Александр Николаевич (1818-1881).

Будущий Государь путешествовал по Германии для выбора Державной невесты, и при том Государыня не была даже включена в список имевшихся для Цесаревича в виду Принцесс, так как в то время Принцессе исполнилось только 14 лет.
Августейший наследник совершенно случайно остановился в г. Дармштадт на один день и вечером поехал в театр. Цесаревич так тронут был скромной прелестью юной Принцессы, почти ребенка, скрывавшейся в глубине ложи, что, вернувшись домой, объявил своему наставнику и воспитателю с 1825 года поэту Василию Андреевичу Жуковскому (1783-1852), другу юности Константину Дмитриевичу Кавелину (1818-1885), будущему историку, правоведу и социологу и Князю Алексею Федоровичу Орлову (1787-1762), генералу от кавалерии и генерал-адъютанту, сопровождавшим его, что он нашел Державную супругу, которая Государю по нраву, а потому по нраву, отчего он, и что никуда более Государь не отправится.
Из письма наследника Цесаревича Александра Николаевича своему Августейшему отцу Государю Императору Николаю I Павловичу «Подвиголюбивому» (1796-1855), 25 марта (7 апреля) в Светлый День Благовещения 1839 года: "Здесь, в Дармштадте, встретил Я дочь Царствующего Великого герцога, Принцессу Марию. Она страшно Мне понравилась, с самого первого момента, когда Я ее увидел… И, если Ты позволишь, дорогой Папа, после Моего посещения Англии, Я снова возвращусь в Дармштадт».
Однако согласие на Державный союз Августейшие родители Цесаревича и Великого Князя Государь Император Николай I Павлович и Императрица Александра I Феодоровна (1759-1828) изволили дать не сразу.
Из секретной переписки Императора Николая I Павловича и Графа Алексея Федоровича Орлова, Андреевского кавалера и будущего с 1844 года шефа жандармов и главногоначальника 3-го отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии и попечителя Наследника:
"Сомнения относительно законности ее происхождения более действительны, чем ты полагаешь. Известно, что из-за этого ее едва терпят при Дворе и в Семье (У Принцессы было трое старших Августейших братьев – прим. А. Р.), но она официально признана дочерью своего Венценосного отца и носит Его фамилию, следовательно никто не может ничего сказать против нее в этом смысле". (Письма и документы цитируются по книге Е. П. Толмачева "Александр Второй и его время", Т. 1. С. 94.)
"Не думайте, Государь, что я скрыл от Великого Князя эти относительно происхождения Принцессы Марии. Он узнал о них в самый день своего прибытия в Дармштадт, однако реагировал точно, как Вы… Он думает, что, конечно, лучше было бы иначе, однако она носит имя своего отца, следовательно, с точки зрения закона никто не может упрекнуть ее ".
Тем временем, наследник Всероссийского престола испытывал к Принцессе самые сильные чувства, что видно из письма Государя Венценосной Матери своей Государыне Императрице Александре I Федоровне, датированного маем 1839 года и посланного из г. Дармштадт: "Милая Мама, что мне до тайн Принцессы Марии! Я люблю ее, и Я скорее откажусь от трона, чем от нее. Я женюсь только на ней, вот Мое решение!»

Прибытие в Российскую Империю.

В сентябре 1840 года Принцесса Максимилиана Вильгельмина Августа София Мария фон Гессен и Рейн вступила на Русскую землю, а в декабре того же года приняла Православие с именем Мария Александровна, став четвертой в истории избранницей Русских Государей из Дома Романовых с именем, данным в честь Пресвятой Богородицы.
По завершению Светлой седмицы 16 (29) апреля 1841 года Наследник Цесаревич и Великий Князь Александр Николаевич и Великая Княгиня Мария Александровна совершили Святое Таинство Венчания.

Портрет и характер Императрицы.

«Ни в ком никогда не наблюдала я в большей мере, чем в Цесаревне, это одухотворенное изящество идеальной отвлеченности… Она обладала в исключительной степени престижем Государыни и обаянием женщины и умела владеть этими средствами с большим умом и искусством».

Фрейлина Анна Федоровна Тютчева (1829-1889).

Близко знавшая Государыню фрейлина Высочайшего Двора с 1853 года и мемуаристка Анна Федоровна Тютчева (1829-1889) оставила нам об Императрице Марии Александровне много подробных и искренних, даже проникновенных воспоминаний:
"Выросшая в уединении и даже некотором небрежении в маленьком замке Югедгейм, где ей даже редко приходилось видеть отца, она была более испугана, чем ослеплена, когда внезапно была перенесена ко Двору, самому пышному, самому блестящему и самому светскому из всех европейских Дворов. Она мне говорила, что много раз после долгих усилий преодолеть застенчивость и смущение, она ночью в уединении своей спальни предавалась слезам и долго сдерживаемым рыданиям…
Когда я впервые увидела Великую Княгиню, ей было 28 лет. Тем не менее, она выглядела очень молодой. Она всю жизнь сохраняла эту молодую наружность, так что в 40 лет ее можно было принять за женщину лет тридцати. Несмотря на высокий рост и стройность, она была такая худенькая и хрупкая, что не производила на первый взгляд впечатление красавицы; но она была необычайно изящна тем совершенно особым изяществом, какое можно найти на старых немецких картинах, в мадоннах Альбрехта Дюрера…
Ни в ком никогда не наблюдала я в большей мере, чем в Цесаревне, это одухотворенное изящество идеальной отвлеченности. Черты ее не были правильны. Прекрасны были ее чудные волосы, ее нежный цвет лица, ее большие голубые, немного навыкат, глаза, смотревшие кротко и проникновенно. Профиль ее не был красив, так как нос не отличался правильностью, а подбородок несколько отступал назад. Рот был тонкий, со сжатыми губами, что свидетельствовало о сдержанности, без малейших признаков способности к воодушевлению или порывам, а едва заметная ироническая улыбка составляла странный контраст к выражению ее глаз… Я редко видела человека, лицо и наружность которого лучше выражали оттенки и контрасты его внутреннего чрезвычайно сложного «я». Ум Цесаревны был подобен ее душе: тонкий, изящный, проницательный, очень иронический, но лишенный горячности, широты и инициативы…
Она была осторожна до крайности, и эта осторожность делала ее слабой в жизни…
Она обладала в исключительной степени престижем Государыни и обаянием женщины и умела владеть этими средствами с большим умом и искусством».
По словам современников Государыни, и той же фрейлины Тютчевой: «Ее многие судили и много осуждали, часто не без основания, за отсутствие инициативы, интереса и активности во всех областях, куда она могла внести жизнь и движение». Все ждали от Государыни активности, свойственной ее Венценосной тезке Императрице Марии I Феодоровне (1759-1828), которая по трагической кончине Августейшего супруга, Государя Императора Павла I Петровича (1754-1801), основала множество благотворительных обществ, активно вмешивалась в политику Державного сына своего Императора Александра I Павловича, имела блестящий Двор и прочее.
Поначалу не многие знали, что будущая Императрица Мария Александровна, по воле Божией рожденная в день Святого великомученика и целителя Пантелеймона, была неизлечимо больна сердцем и легкими, неся свой тяжкий Крест всю свою жизнь. Но и при том, Государыня много совершала угодных Богу дел, продолжая славные традиции Государынь Всероссийских.

Крест испытаний.

Не будем забывать и о том, что ни одна из Государынь не подвергалась такой опасности вследствие ужасающего террора, вспыхнувшего в Российской Империи после апреля 1866 года.
Пережить шесть покушений на Августейшего супруга, жить в тревоге за Государя и Державных детей долгие 14 лет, с момента первого выстрела Д. В. Каракозова четвертого (17) апреля 1866 года, до взрыва в столовой Зимнего Дворца в феврале 1880 года, унесшего 11 жизней, пережить все это суждено было лишь немногим Императрицам Всероссийским!
По словам камер-фрейлины Высочайшего Двора (1846-1904) Графини Александры Андреевны Толстой (1817-1904), «слабое здоровье Государыни окончательно пошатнулось после покушения 2 апреля 1879 года, (Устроено народником-народовольцем А. К. Соловьевым – прим. А.Р.). После него Она уже не поправилась. Я, как сейчас, вижу Ее в тот день – с лихорадочно блестящими глазами, разбитую, отчаявшуюся. «Больше незачем жить, - сказала она мне, - Я чувствую, что это Меня убивает».

Деяния Императрицы.

Государыня Мария Александровна совершила самый главный подвиг своей жизни, укрепила престол Династии многочисленными Августейшими наследниками.
Императрица явила на свет Божий обожаемому ею Государю Александру II Николаевичу восьмерых Высокородных детей: шестерых Державных сыновей и двух Венценосных дочерей. Господь ссудил Государыне пережить в 1849 и 1865 гг. двоих из них, Венценосную дочь Александру Александровну (1842-1849) и Наследника Цесаревича Николая Александровича (1843-1865).
По кончине 20 октября (2 ноября) 1860 года Венценосной свекрови своей, Императрицы Александры I Феодоровны Государыня возглавила огромное благотворительное Ведомство Мариинских гимназий и воспитательных учреждений. Императрице суждено было открыть первое в России отделение Красного Креста и ряд крупнейших военных госпиталей во время Русско-Турецкой войны 1877–1878 гг.
При поддержке прогрессивной общественности и деятельной личной помощи Константина Дмитриевича Ушинского (1824-1870/1871), основоположника научной педагогики в Российской Империи, Государыня подготовила для Императора Александра II Николаевича несколько записок о реформе начального и женского образования в Российской Империи.

Покровительница просвещения.

Государыня основала бесчисленное количество приютов, богаделен и пансионов.
Императрица положила начало новому периоду женского образования в Российской Империи, учреждением открытых всесословных женских учебных заведений (гимназий), которые, согласно положению 1860 года, решено было открывать во всех городах, где представится возможность обеспечить их существование.
В течение всей жизни Государыни женские гимназии в Российской Империи содержались почти исключительно на общественные и частные средства. Отныне уже не только Высочайшее покровительство, а общественные силы во многом определяли судьбы женского образования. Предметы преподавания делились на обязательные и необязательные.
К обязательным в трехклассных гимназиях относились: Закон Божий, русский язык, русская история и география, арифметика, чистописание, рукоделие. В курсе женских гимназий, кроме вышеперечисленных предметов, обязательными были основания геометрии, география, история, а также "главнейшие понятия по естественной истории и физике с присовокуплением сведений, относящихся к домашнему хозяйстве и гигиене", чистописание, рукоделие, гимнастика. Девушки, награждённые при окончании гимназического курса общего учения золотыми или серебряными медалями, и сверх того выслушавшие особый специальный курс дополнительного класса, приобретали звание домашних наставниц. Те же, кто не удостоился медалей, получал "одобрительный аттестат" об окончании полного общего курса в гимназии и прослушал специальный курс в дополнительном классе, пользовались правами домашних учительниц.
Преобразовательная деятельность Государыни Марии Александровны коснулась и постановки Ею воспитания в институтах. Так, по личной инициативе Императрицы приняты были меры не только к охранению здоровья и физических сил детей, путем устранения из круга их занятий всего имеющего характер лишь механического, малопроизводительного труда (составление и списывание записок, заменявших печатные руководства и т. п.), но и к большему сближению воспитанниц с семьей и с окружающей родительский дом средой, для чего им стали разрешать отпуск в дома родителей и ближайших родственников на каникулярное и праздничное время.
По мысли и инициативе Государыни впервые в Российской Империи стали возникать женские епархиальные училища.
В области благотворительности важнейшей заслугой Государыни Марии Александровны является организация Красного Креста, на расширение деятельности которого во время кровопролитной Русско-турецкой войны Императрица положила много труда и расходов, отказываясь даже шить себе новые платья, отдавая все свои сбережения на пользу вдов, сирот, раненых и больных.
Покровительству Государыни Марии Александровны обязаны своим развитием и преуспеянием общества "восстановления христианства на Кавказе", "распространения духовно-нравственных книг", "Российское миссионерское", "братолюбивое в Москве" и многие другие благотворительный учреждения.
И, наконец, Императрица при полной поддержке Августейшего супруга основала крупнейший в Царствующем граде Санкт-Петербурге и всей Российской Империи Мариинский Императорский театр и балетную школу, которую возглавила позднее Агриппина Яковлевна Ваганова (1879-1951). При этом и школа, и знаменитый театр полностью содержались на средства Императорской Фамилии, личные средства Государыни, и, по настоянию Августейшего супруга, Императора Александра II, носили ее имя. Театр носит Державное имя и теперь. В фойе театра недавно установлен бюст Императрице Марии Александровне.
С первого часа служения Принцессы Марии на Русской земле, ноша Государыни оказалась столь объемна и всеохватна, что Императрица тратила бесчисленное количество энергии, чтобы поспеть везде и всюду, не опоздать, одарить, улыбнуться, утешить, приободрить, помолиться, наставить, ответить, приласкать и: спеть колыбельную. Императрица горела, словно свеча на ветру!
Своей фрейлине и воспитательнице, доверенному лицу, Анне Тютчевой, Цесаревна, а позже Государыня Всероссийская, Императрица Мария Александровна, с усталой улыбкой признавалась не один раз, что большую часть своей жизни жила, как "волонтер" - то есть – добровольный солдат! Ни минуты отдыха и покоя, морального и физического. Лишь горячее чувство благоговейной, беззаветной любви к Августейшему супругу, Императору и не менее сильное чувство истинной веры, восхищавшее, порой, даже людей исконно православных, в том числе: духовника Императорской Семьи Василия Борисовича Бажанова (1800-1883), протопресвитера, члена Святейшего Синода, в 1841 году избранного почетным членом Императорской Академии наук по отделению русского языка и словесности, и знаменитого Святителя Московского Митрополита Филарета (Дроздова) (1782-1867), поддерживало быстро истощавшиеся хрупкие силы Государыни.
Святитель Московский оставил несколько свидетельств своей признательности Государыни, не редко обращаясь к ней с речами и беседами, приведенными ниже.

Единственная Императрица.

Известно, что Государыня Мария Александровна отличалась чрезвычайным Боголюбием и смирением, великодушием и кротостью.
В своем Державном положении Государыня без малого 20 лет пребывала единственной в Царствующем Доме Императрицей Всероссийской!
Государыня удерживалась на земле лишь неизменною бодростью духа и той "неразгаданною тайною живой прелести", которую столь тонко отметил в ней наблюдательный дипломат и поэт Федор Иванович Тютчев (1803-1873). Мощное обаяние личности Императрицы распространялось на всех, кто любил и знал Государыню, но таковых, с годами становилось все меньше…

Испытание любви.

Испытания же, напротив, не уменьшались, в жизни Высокой Царственной Особы, окруженной пристальным вниманием сотен придирчивых глаз.
Одним из таких тяжких испытаний для Ее Величества Императрицы Марии Александровны оказалось присутствие в Личной Свите Государыни молоденькой, обаятельной фрейлины, Княжны Екатерины Михайловны Долгорукой (1847-1922), в которую отчаянно, головокружительно и страстно влюбился столь обожаемый Державный супруг Государыни, властитель бескрайней Российской Империи.
Государыня Мария Александровна все знала, ибо была слишком умна и впечатлительна для самообмана, но сделать ничего не могла, да и не желала, смирившись с участью своей… Государыня страдала все четырнадцать лет этой скандально известной связи, страдала молча, долготерпеливо, не шевельнув бровью, не подав вида. В этом были и смирение и сердечная боль Императрицы. Не все при Дворе и в государстве понимали и принимали такое поведение Государыни. Особенно повзрослевшие Августейшие дети ее – державные сыновья, буквально боготворившие Венценосную матушку свою.

Блаженная кончина.

«- Смею настоятельно просить Ваше Императорское Величество не возвращаться на зиму в Санкт-Петербург и вообще – в среднюю полосу России. В крайнем случае – Крым.
Для Ваших изнуренных легких и сердца, ослабевшего от нагрузок, климат Санкт-Петербурга губителен, смею уверить! Ваша вилла во Флоренции давно готова и ожидает Вас.
Да и новый Дворец в окрестностях Ливадии – весь к услугам Вашего Императорского Величества…
- Скажите, Сергей Петрович, - внезапно перебила Лейб-медика Сергея Петровича Боткина (1832-1889) Императрица, - удержать меня здесь, вдали от России, Вас просил Государь? Он не хочет, чтобы я возвращалась? - тонкие, исхудавшие пальцы нервно барабанили по подоконнику высокого итальянского окна виллы, выходившего прямо на морское побережье. Море за стеклом плыло в утреннем мареве, и было еще сонно - безмятежным. Казалось, что оно колышется прямо у самых ног:
- Никто не смел бы удерживать Ваше Императорское Величество здесь, в Ницце, против Вашей Августейшей воли. Но Государь, только неустанно беспокоясь о бесценном здоровье Вашего Величества, настоятельно просил бы Вас:
- Бросьте все эти реверансы, Сергей Петрович! От моего бесценного здоровья остались крохотные капли, а от Августейшей Воли - одно смирение перед Божиим соизволением! - исхудавший профиль Императрицы был все еще неправильно красив какой-то необычной, болезненной тонкостью, ее не было ранее, но даже на него, профиль, казалось, уже легла властная тень смерти.
- Смею спорить с Вашим Величеством по поводу последнего утверждения!
- Так-с, частый пульс, влажные ладони… Вам бы лечь, Ваше Императорское Величество, я сейчас позову сиделку. Надо соблюдать режим!
- На том свете отлежусь, Сергей Петрович, уже совсем недолго осталось ждать. Велите собираться, завтра поутру мне надо быть в Каннах, оттуда в – Санкт-Петербург, хватит, засиделась у моря. Хочу умереть дома, в своей постели.
- Смею почтительно настаивать, чтобы Ваше Августейшее Величество оставались непременно здесь! - с мягкой твердостью врача ответствовал Царице Боткин.
- Еще не закончен весь курс процедур, и мне не хочется прибегать, как в прошлый приезд в столицу, к кислородным подушкам! Ваше Величество, умоляю Вас! Я получил письмо от Их Высочеств, Цесаревича Александра (будущий Государь Александр III Александрович (1845-1894) – прим. А. Р.) и Цесаревны Марии Феодоровны (Императрицы Мария II Феодоровна (1847-1928) – прим. А. Р.), они тоже находят, что Вам крайне нежелательно быть в столице и киснуть в душном Зимнем. Осень в этом году в Санкт-Петербурге, как и всегда - не сахарная! - лейб-медик чуть улыбнулся, Императрица тут же подхватила эту слабую улыбку:
- Знаю, милый доктор, знаю, но ведь причина не в этом! Вы просто боитесь того, как повлияет на мое здоровье присутствие во Дворце, над моей бедной головой, известной особы, Священной для Государя Императора! - Императрица чуть усмехнулась. Не бойтесь, я больше не буду ронять гребни и бить чашки от звука детских шагов. (Намек на Княжну Екатерину Михайловну Долгорукую и ее детей от Императора Александра II Николаевича: Светлейших Князей Георгия Александровича Юрьевского (1872-1913) Бориса Александровича Юрьевского (1876-1876) и Светлейших Княгинь Ольги Александровны Юрьевской (1873-1925) и Екатерины Александровны Юрьевской (1878-1959) – прим. А. Р.). Все проживали в Зимнем Дворце и занимали апартаменты прямо над головой Государыни! Это было продиктовано, как пишут историки, соображениями безопасности Княжны и детей. В то время участились попытки покушения на Государя. Но только ли этим?..
- Я, как всегда, найду столь естественному шуму естественное объяснение, чтобы не вводить в смущение молоденьких камеристок! - Императрица попыталась улыбнуться но ее лицо исказила мучительная гримаса. Она опустила голову, стараясь подавить приступ кашля, прижала платок к губам. Он моментально пропитался кровью.
- Ваше Императорское Величество, умоляю Вас, не нужно! - взволнованный Боткин резко сжал в своих ладонях руку Марии Александровны.
Я понимаю, я не должна! Все понимаю, просто хочу, чтоб Вы знали: я его ни в чем и никогда не винила и не виню! Он дал мне за все эти годы столько счастья и столь часто доказывал мне свое безмерное уважение, что этого с лихвою хватило бы на десять обыкновенных женщин!
Не его вина, что он - Кесарь, а я - жена Кесаря! Вы возразите сейчас, что он оскорбил во мне Императрицу, и будете правы, милый доктор, безусловно, правы, но пусть его судит Бог! Я не имею на это права. Мою обиду и горечь Небеса давно ведают и знают. Александр тоже. А моя истинная беда состоит в том, что жизнь приобретает для меня полный смысл и многоцветье красок лишь рядом с ним, неважно, принадлежит ли его сердце мне или другой, моложе и красивее… Он не виноват, что значит для меня больше, чем все остальное, просто я так странно устроена. И я счастлива, что могу уйти раньше него. Страх за его жизнь сильно измучил меня! Эти шесть покушений!
Безумная Россия! Ей вечно нужно нечто потрясающее основы и устои, гибельные встряски… И, может быть, сердечные личные слабости Самодержца ей только на руку, кто знает? "Он такой же, как и мы, слабый смертный, да еще и - прелюбодей! Трави его, ату его, ату!" - кричат они, забываясь.
Быть может, своею молитвой, Там, у Престола Отца Небесного, я выпрошу для него тихую кончину, взамен мученического венца страдальца, загнанного в угол беснующейся чернью с пеной у рта, вечно недовольной.
Императрица Мария Александровна устало вздохнула и склонила голову на сложенные молитвенно ладони. Силы совершенно оставили ее.
- Ваше Императорское Величество, Вы устали, отдохните, к чему так надрывать душу мрачными мыслями! – беспомощно бормотал Лейб-медик, пытаясь скрыть охватившее его смятение и волнение.
- Сергей Петрович, велите собираться! - устало прошептала Императрица. - Пока есть силы, хочу вернуться и умереть подле него и детей, на родной земле, под родными облаками.
Вы знаете, нигде нет такого высокого неба, как в России, и таких теплых и мягких облаков! - тень мечтательной улыбки коснулась бескровных губ Государыни.
- Вы не замечали разве? Скажите Его Величеству, что я завещаю похоронить меня в простом белом платье, без короны на голове и прочих Царских регалий. Там, под теплыми и мягкими облаками, мы все равны перед Царем Небесным, в Вечности нет различий чина. Вы скажете, милый доктор?
Вместо ответа Лейб-медик лишь почтительно прижал к губам маленькую горячечную ладонь с синими прожилками вен и лихорадочно бьющимся пульсом. Он, этот пульс, был словно маленькая птичка, жадно рвущаяся ввысь под теплые и высокие, родные облака... Так жадно, что не было смысла ее больше удерживать на Земле!»

Кончина Императрицы.

Ее Императорское Величество, Государыня Императрица Всероссийская Мария Александровна тихо скончалась в Царствующем граде Санкт-Петербурге, в Зимнем Дворце, в собственных апартаментах, в ночь с 21 на 22 мая (4 июня) 1880 года. Душа покинула ее тело во сне.
Согласно завещанию, как и все Государыни Дома Романовых-Шлезвиг-Голштейн-Готторп Императрица погребена была в усыпальнице Дома Романовых, Императорском соборе Святых Первоверховных Апостолов Петра и Павла в Петропавловской крепости Царствующего града Санкт-Петербурга шесть дней спустя, 28 мая (10 июня) 1880 года.
После блаженной кончины Императрицы в шкатулке Государыни нашли письмо, адресованное Августейшему супругу, в котором Государыня благодарила Монарха за все годы, проведенные вместе и за подаренную ей так давно, 16 (29) апреля 1841 года в светлый день Священного Таинства Венчания - vita nuova - новую жизнь.

По тексту Светланы Макаренко подготовил Александр Рожинцев.
9 августа 2011 года.
Святой град Тихвин.


Слова и речи Святителя Московского и Коломенского Филарета (Дроздова), произнесенные в адрес Государыни Императрицы Марии Александровны и иным Августейшим Особам.

Речь
при посещении их Императорскими Высочествами Великою Княгинею Цесаревною Мариею Александровною и Великими Княгинями Александрою Иосифовною и Мариею Николаевною Свято-Троицкой Сергиевой Лавры.

(Говорена мая 1 (13) 1854 года; напечатана в «Московских и Губернских Ведомостях» 1854 г.).

Благоверныя Государыни!

При утешении Вашего лицезрения, чрез которое чувствуем себя ближе и к Царю-Отцу, особенным образом утешает нас то, что мысль, которая привела Вас в сию область древней Святыни, есть мысль молитвенная.
Так одна мысль одушевляет и Царя и Дом Его, и Царство Его. Призываемые на защиту Отечества молитвою укрепляют свое оружие и свой подвиг; и те, которым суждено быть безоружными, молитвою вооружаются и присоединяются к общему подвигу.
А враги наши, покушаясь разрушить мирный город, с тем вместе покушались разрушить и молитву в ея Священнейшее время. Но яростные звуки вражеских оружий не сильны были против кротких гласов молитвы.
Благоверные молитвенницы! По предстательству Преподобнаго и Богоноснаго Отца нашего Сергия, да благословит Господь вход Ваш и Ваш молитвенный подвиг да сотворит благоплодным. Возносящий смиренных, да вознесет во спасение Высоких, пред Ним смиряющихся и на Него уповающих.

Слово
в День Тезоименитства Благочестивейшия Государыни Императрицы Марии Александровны.

(Говорено в Чудове монастыре июля 9 (22) 1856 года; напечатано в Творениях Святых Отцов 1856 г. и в собр. 1861 г.).

Молю убо прежде всех творити молитвы, моления, прошения, благодарения
за вся человеки, за царя и за всех, иже во власти суть,
да тихое и безмолвное житие поживем
во всяком благочестии и чистоте.
(1 Тим. II. 1. 2).

Если обратим внимание на то, в какое время написал Святый Апостол Павел сие наставление Епископу Тимофею: то можем усмотреть всеобъемлющее пространство любви христианской, открыть глубокую Богодухновенную прозорливость Апостола, и глубоко почувствовать силу нашей обязанности молиться за Царя.
Святый Павел написал наставление о молитве за Царя и за сущих во власти тогда, как во всем мире не было ни одного Царя христианскаго; когда Цари и власти были иудейские, неверующие во Христа, и языческие, погруженные в заблуждения и пороки идолопоклонства, которые, приходя в соприкосновение с христианством, большею частию являлись врагами его и гонителями, с намерением совершенно истребить оное. Разум естественный конечно сказал бы: это несообразность – молиться за людей, которые хотят вас истребить. Но любовь христианская говорит: молитесь и за сих; желайте и просите им всякаго блага; может быть, в благодеяниях познают они благодетеля Бога, познав уверуют в Него, уверовав умиротворятся в отношении к другим верующим в Него; если же и не так, по заповеди возлюбленнаго Спасителя, молитеся за творящих вам напасть и изгонящия вы (Матф. V. 44). Так действительно, первомученик Стефан, за членов Синедриона, определивших побить его камнями, умирая молился: Господи, не постави им греха сего (Деян. VII. 60).
При воззрении на чуждыя христианства, и даже враждебныя ему расположения современных Апостолу земных властей, его наставление представляет вид необычайности еще в том, что он заповедует творить за них не только молитвы, но и благодарения. Неужели враги и враждебныя действия, гонители и гонения могут быть предметом благодарности? – Сие недоумение будет устранено, если примем в разсуждение, что Святый Павел есть не просто наставник, но наставник Богодухновенный. Христос Спаситель и всем христианам, для важных случаев, когда им нужно с особенною верностию и твердостию изрещи или засвидетельствовать истину Христову, дал сие обетование: не вы будете глаголющии, но Дух Отца вашего глаголяй в вас (Матф. X. 20). Без сомнения, в преимущественной силе и полноте дан сей дар Апостолу, провозвестнику Христова учения для Вселенской Церкви. Итак Святый Павел хочет написать наставление Церкви Ефесской: Дух Святый в то же время благоизволяет написать чрез него наставление Церкви Вселенской. Павел смотрит на Церковь Ефесскую, как она есть: Дух в нем Божий в то же время смотрит на Церковь Вселенскую, как она есть и будет. Павел видит современный мрак Царств языческих: Дух в нем Божий провидит и, более или менее, показует ему будущий свет Царств христианских. Взор Богодухновеннаго, проницающий будущие веки, встречает Константина, умиротворяющаго Церковь и освящающаго верою Царство, Феодосия, Юстиниана, защищающих Церковь от наглости ересей, – конечно, видит далее и Владимира, и Александра Невскаго и многих распространителей веры, защитников Церкви, охранителей Православия. После сего не удивительно, что Святый Павел пишет: молю творити не только молитвы, но и благодарения за царя и за всех, иже во власти суть; потому что будут цари и власти не только такие, за которых надобно молиться с скорбию, или с утешением, но и такие, за которых, как за драгоценный дар Божий, должно благодарить Бога с радостию.
Глубокое смирение, и вместе сильное желание Святаго Павла сделать действительным преподаваемое наставление, открывается в том, что он не излагает истину равнодушно, и не повелевает властию Апостольскою, но просит и умоляет, чтобы приносимы были молитвы за Царя: молю, говорит, творити молитвы за Царя. И можем ли мы не чувствовать глубоко и сильно сей обязанности столь убедительно нам внушаемой? Как ни отдалены мы от Святаго Павла временем: но мне кажется, что звук его Апостольскаго вещания громче и сладостнее отдается в наших сердцах, нежели в близких к нему христианах Ефесской и других Церквей. Со страхом, сквозь слез должны были они молиться за Царей, чуждых христианства и угрожающих ему. Нашим отцам и нам предлежало и предлежит молиться за Царей благочестивейших, распространителей веры, защитников Церкви, охранителей Православия, – молиться с миром, с радостию, с благодарностию.
Подкрепляя свое учение о молитве за Царя, Святый Апостол указывает на ожидаемый от нея плод: да тихое и безмолвное житие поживем, во всяком благочестии и чистоте. Итак он полагает, что от Царя, по молитве Церкви и Царства, Богом просвещаемаго и укрепляемаго, весьма много зависит тихое и безмолвное житие, то-есть, жизнь спокойная и безопасная, и не только тихое и безмолвное житие, но и житие во всяком благочестии и чистоте.
Чтобы уяснить сию истину, не вдадимся в область умозрений и состязаний, в которой некоторые люди, не знаю, более ли других обладающие мудростию, но конечно более других доверяющие своей мудрости, работают над изобретением и постановлением лучших, по их мнению, начал для образования и преобразования человеческих обществ. Уже более полувека образованнейшая часть рода человеческаго, по местам, по временам, видит их преобразовательныя усилия в самом действии: но еще нигде, никогда, не создали они тихаго и безмолвнаго жития. Они умеют потрясать древния здания государств: но не умеют создать ничего твердаго. Внезапно по их чертежам строятся новыя правительства: и так же внезапно рушатся. Они тяготятся отеческою и разумною властию Царя: и вводят слепую и жестокую власть народной толпы и безконечныя распри искателей власти. Они прельщают людей, уверяя, будто ведут их к свободе: а в самом деле ведут их от законной свободы к своеволию, чтобы потом низвергнуть в угнетение.
Надежнее самодельных умствований можно учиться Царственной истине из истории народов и Царств, и особенно из истории, преимущественно достоверной, как писанной не страстями человеческими, а Пророками Божиими, – из истории древле избраннаго народа Божия. Она показывает, что лучшее и полезнейшее для человеческих обществ обыкновенно делают не люди, а человек, не многие, а один.
Какое правительство дало народу еврейскому государственное образование и законы? – Один человек, Моисей, который не был Князем или Царем, потому, что Царем народа Божия был Сам Бог.
Какое правительство распоряжалось завоеванием обетованной земли и распределением на ней племен народа еврейскаго? – Один Иисус Навин.
В следовавшия потом времена Судей неоднократно один судия спасал от врагов и зол целый народ. Но как такия явления были не часты: то, по пресечении единоначалия, народ приходил в разстройство; благочестие оскудевало; распространялось идолопоклонство и повреждение нравов: за тем следовали бедствия и порабощение иноплеменниками. Священный дееписатель, написав, как в доме Михи, из украденнаго сыном у матери серебра слит идол, и потом воинами колена Данова похищен, и домашнее идолопоклонство превращено во всенародное, как от необычайнаго разврата жителей Гаваона произошла междоусобная война, от которой едва не в конец истреблено колено Вениаминово, и, предвидя вопрос, как могли произойдти такия нелепости в народе Божием, дает на сие следующий ответ: в тыя дни не бяше царя во Израили; муж еже угодно пред очима его, творяше (Суд. XXI. 25).
Вновь явился один, полномочный силою молитвы и дара пророческаго, Самуил: и народ еврейский огражден от врагов: безпорядки прекращены; благочестие восторжествовало над идолопоклонством.
После того, как Бог для непрерывнаго единоначалия в народе своем благословил быть Царю, Цари Давид, Иосафат, Езекия, Иосия представляют в себе образцы того, как сильно может и должен Царь споспешествовать своему народу к провождению тихаго и безмолвнаго жития во всяком благочестии и чистоте.
Скажут ли, что были не такие Цари, и не такия последствия их владычества? – Это правда; но это было, особенно в Царстве израильском, потому, что и Цари, и народы не молились истинному Богу, а идолам; и от худой молитвы не было добраго плода.
Из истории Царств христианских ограничусь одним примером для показания, как действительно может благочестивый Царь споспешествовать распространению и утверждению истиннаго благочестия в своем народе. Было время, когда в Константинополе арианство усилилось так, что Святый Григорий Богослов, призванный православными для поддержания Православия, не нашел Церкви для своего священнослужения и проповедания, и принужден был устроить для сего церковь в доме. Но, по молитвам православной Церкви, по устроению Провидения Божия, явился благочестивый Император Феодосий, и решился оказать православию защиту и покровительство. Святый Григорий сам повествует о себе, что шел среди войска и Императора, чтобы вступить в соборный храм столицы: так нужна была предосторожность против многочисленных безпокойных ариан. С сего времени проповедь Православия свободнее стала оглашать Константинопольский народ; вскоре, при покровительстве благочестиваго Императора, составился православный Собор; и столица Империи, которую покушались сделать столицею ереси, вновь явилась столицею Православия.
Довольно. Извлеченныя теперь из Апостольскаго слова мысли о молитве и благодарении Богу за благочестиваго Царя, как за вожделенный дар Божий народу и Церкви, найдут себе дополнение в ваших, братия, собственных мыслях и чувствованиях, в том, что вы видите, и что делаете.
Не видим ли отеческаго попечения Благочестивейшаго Государя нашего о доставлении нам тихаго и безмолвнаго жития в том, что Он воздвигнутую против нас жестокую войну, поколику возможно было, ускорил прекратить, и даровать нам мир, удовлетворясь от враждовавших благоприятными обещаниями, и не ища отмщения за нанесенную брань!
Не видим ли высокаго примера благочестия Его в том, что Он своей Царской власти, уже освященной законом престолонаследия, желает еще доставить высшее освящение, чрез восприятие Царскаго венца с соборною молитвою Церкви и с благословением Божиим, и чрез Священное помазание?
Умножим, верныя чада России, умножим сердечныя моления наши о Благочестивейшем Государе нашем Императоре Александре Николаевиче, да Царь Царствующих Сам невидимо положит на главе Его венец от камене честна, и венчает Его милостию и щедротами; да помажет Его елеем Святым, елеем благодати, духом премудрости и силы, да благословит Его благословением благостынным, и с Ним да благословит и соучастницу славы Его, ныне тезоименитую Благочестивейшую Государыню Императрицу Марию Александровну, к полной радости нашей, к совершенному благоденствию отечества. Аминь.

Речь
Благочестивейшему Государю Императору Александру Николаевичу, и Благочестивейшей Государыне Императрице Марии Александровне, при посещении Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, после Священнаго Коронования.

(Говорена сентября 6 (19) 1856 года; напечатана в Творениях Святых Отцов в «Полицейских и Губернских Ведомостях» 1856 г. и в собрании 1861 г.).

Богом венчанный Государь и Помазанник Божий!

И так, после блеска Столицы, Тебе приятна простота смиренной обители; после величественнаго явления Твоей Царской славы, после радостных приветствий и торжественных восклицаний Твоих верноподанных, Тебе вожделенна тихая сердечная беседа с безмолвным рабом Божиим, который отрекся от всякой славы мира, но котораго благодать и добродетель возвысили до степени друга Божия.
Знаем, что подобныя настоящему посещения преподобнаго Сергия Твоими венценосными Предшественниками представили настоящему пример: но знаем также, что Тебя, Благочестивейший Государь, и Твою Благочестивейшую Супругу, приводит к нему не пример и обычай, а влечение сердца, так как оно приводило Вас к нему и прежде, когда не призывал пример и обычай.
Сия вера к дивному во Святых своих Богу, и с нею Ваш молитвенный подвиг, будут благоугодною пред Ним жертвою. Небесная любовь Праведника объимет Вашу к нему любовь; соединит его молитву с Вашею молитвою, и делом будет слово написанное: много может молитва праведника, любовию действующая (Иак. V. 16), и Ваша молитва будет новым источником надежд и благ для Вас и для России.
О сем и мы смиренные с упованием молимся; и сим образом радуемся о Вашем вожделенном пришествии радостию духовною.

Беседа
в день тезоименитства Благочестивейшия Государыни Императрицы Марии Александровны.

(Говорена в Успенском соборе июля 9 (22) 1858 года; напечатана в Творениях Святых Отцов 1858 г. и в собрании 1861 г.).

В жизни Святыя Марии Магдалины, которой памятию ознаменован нынешний день, есть необыкновенно светлая черта. В утро воскресения Христова она сподобилась видеть Господа воскресшаго, первая из учеников и учениц Его, и первая сделалась проповедницею для них Воскресения Его, по непосредственному Его повелению. Воскрес Иисус заутра в первую субботу, явися прежде Марии Магдалини (Мар. XVI. 9). – Иди ко братии Моей, и рцы им: восхожду ко Отцу Моему и Отцу вашему, и Богу Моему и Богу вашему (Иоан. XX. 17).
В сие время Мария в высшем степени достойна была даннаго ей в последствии времени Церковию наименования равноапостольной. Апостолы проповедали Воскресение Христово миру; были Апостолами для мира: Магдалина проповедала Воскресение Христово Апостолам: была Апостолом для Апостолов.
Когда видим человека, который достиг необыкновеннаго успеха в делах, высокаго благополучия в жизни: тогда не будет безполезным любопытством старание узнать путь, которым сие достигнуто. Не всякому дается достигнуть необыкновеннаго: по крайней мере путь, которым достигнуто совершенство равноапостольное, конечно способен вести к обыкновенному совершенству христианскому.
Как же достигла Мария первенства в видении Господа воскресшаго и в проповедании Воскресения Его?
Бог есть Бог правды и порядка. Есть закон восхождения и приближения человека к Богу; есть закон снисхождения Бога к человеку, и благодатных явлений Христа Господа верующим в Него. Мы знаем сей закон, изшедший из уст Самаго Христа Спасителя пред самым отшествием Его на страдание и крестную смерть, как бы для предварения учеников Его, что сообразно с сим законом последует явление Его по Воскресении Его: имеяй заповеди Моя и соблюдаяй их, той есть любяй Мя: а любяй Мя возлюблен будет Отцем Моим, и Аз возлюблю его, и явлюся ему Сам (Иоан. XIV. 21). Из сего закона следует, что кто преимущественно успевает и возвышается в деятельной любви ко Христу; тот преимущественно приближается к Нему, и делается преимущественно способным к созерцанию Его, и к принятию от Него благодатных откровений. Из сего должно заключать и собственно о равноапостольной Марии, что ея преимущественно возвышенная и деятельная любовь ко Христу Спасителю доставила ей преимущество, первой узреть Его по воскресении Его, и быть провозвестницею Воскресения Его другим.
В самом деле, какая сила действовала в том, что когда страх от врагов Христовых, самих Апостолов, почти всех, заставил скрыться, тогда Мария Магдалина, препобеждая немощь своего пола, презирая опасность, предстояла распятому Господу до кончины Его, сопровождала пренесение тела Его от креста ко гробу, присутствовала при совершении погребения Его, потом в первые часы после субботняго дня, еще сущей тме (Иоан. XX. 1), поспешила на гроб, не обретши же тела Его, и возвестив о том Апостолам Петру и Иоанну, вновь устремилась ко гробу Господа, и, неуразумев еще Воскресения Его, со слезами искала бездыханнаго тела Его? Какая сила могла все сие произвести, если не крепкая, яко смерть, любы (Песн. VIII. 6)? Ея крепкий подвиг на смертном поприще Господнем и награжден праведно ускоренным живоносным лицезрением Господа воскресшаго.
Любознательные могут заметить, что Апостолы Петр и Иоанн, так же, как и Мария, возлюбившие Господа крепкою любовию, были у гроба Его в одно время с Нею: почему же не всем трем, а по удалении двух, одной Марии Он явился? Что на сие скажем? – не дано нам испытывать всякую тайну душ верующих, и Божией благодати, действующей в них очистительно, испытательно, уготовительно и наконец совершительно. Однако, если будем внимательны, можем и в Петре и Иоанне усмотреть действие, в различных степенях, того же закона любви, которым определился жребий Марии. Можно думать, что любовь Петра была в сие время, хотя не в изнеможении, но в некоем невольном затмении тяжким сознанием трикратнаго отречения от Христа. Любовь Иоанна, которая только на минуту не была крепкою, яко смерть, во время бегства от Христа из Гефсиманскаго сада, но вскоре воспрянула, и неуклонно влекла его во след за страждущим Спасителем, не была стеснена в душе его; и свободнее нежели Петра, вела его ко гробу Господню: другий ученик тече скорее Петра (Иоан. XX. 4). Сим различным состояниям любви соответствовали различныя последствия. Петр вниде во гроб Господень; но еще не нашел в нем света Воскресения, и вынес из него только удивление: отъиде, в себе дивяся бывшему (Лук. XXIV. 12). Иоанн также вошел во гроб, и обрел хотя не видимый, но действительный внутренний свет веры в воскресение Христово. Вниде и другий ученик, и виде, и верова (Иоан. XX. 8). Для Петра же нужно было, чтобы слово Марии: яко виде Господа воскресшаго, светлое сколько по своему предмету, столько же по решительной достоверности, разгнало мглу души его, и приготовило его незатменным светом веры и любви принять свет Божественнаго явления. И действительно после сего в тот же день воскресший Господь явился Симону (Лук. XXIV. 34).
Таким образом все примеры, теперь разсмотренные, свидетельствуют об одной общей истине, что по мере непорочности, чистоты, мира души, человек приближается к Богу; что по мере деятельной любви ко Христу человек делается способным к благодатному с Ним общению, к созерцанию Его внутреннему, а при благопотребности и к принятию особенных Его явлений и откровений.
Посему и учит, братия христиане, всех нас Святый Апостол Павел: мир имейте и святыню со всеми, ихже кроме никтоже узрит Господа (Евр. XII. 14). Сим изречением, во первых дает он разуметь, что узреть Господа, есть жребий, всем нам уготованный, котораго мы всемерно должны стараться достигнуть, и котораго недостигнуть было бы величайшее несчастие, какое может нам угрожать; во вторых, показывает и средства достигнуть сего вожделеннаго и блаженнаго жребия, которыя суть: мир со всеми и Святыня. Это есть тоже учение, которое мы видели в изречении Христа Спасителя. Путь к святыне есть соблюдение заповедей Христовых; матерь мира есть любовь.
Не спросите ли: как насадить и возрастить в себе такую чистоту и возвышенную любовь ко Христу Господу, чтобы она могла достигнуть благодатнаго с ним общения? Для ответа на сие, вновь обращаюсь к примеру равноапостольныя Марии. Страдание от темных сил учило ее терпению и обращению от безсильной помощи человеческой ко всесильной помощи Христовой. Полученное от Христа исцеление родило в ней благодарность и любовь к Нему. Благодарность и любовь побудили ее оставить все, следовать за Ним, и посвятить себя на служение Ему, чем могла, от имений своих. Такое отречение от всего, такая из благодарности и любви благотворительная деятельность возрастили и укрепили любовь ея к Господу так, что ни Голгофское землетрясение не могло поколебать ея, ни мрак солнечнаго зетмения, и еще более глубокий мрак после угасшаго на кресте Солнца правды, не могли затмить оной.
Примечайте и учитесь. Пользуйтесь скорбными случаями, чтобы упражнять себя в терпении, чтобы со смирением и верою прибегать к помощи Божией. Часто помышляйте о благодеяниях Господа, чтобы питать в сердце благодарность и любовь к Нему. Пренебрегайте суету и прелесть мира, отвергайте пристрастие к земному, чтобы душа легче могла устремляться к небесному. С искренним усердием служите Богу и Христу делами благочестия и ближнему делами милосердия: в такой деятельности дух Святыя любве – растет, укрепляется, возвышается, подобно семени на ниве земледельца, прозябающему и растущему, якоже не весть он, и достигает действеннаго благодатнаго общения с Духом Господним.
С радостию воспоминаю, что сказаннаго мною в сии минуты мы можем видеть живый образ в деяниях Благочестивейшаго Самодержца нашего и тезоименитыя ныне Благочестивейшия Супруги Его. Великолепно довершает Он, недовершенный четырмя предшественниками Его Священный памятник в новой столице, и величественно торжествует освящение храма преподобнаго Исаакия. Он от дел Царственных, и Она от занятий семейственных, находят время посещать отечественную Святыню в неблизких от столицы местах. Творя безчисленныя милости меньшей и наименьшей братии Христовой в Своем Царстве, Они простирают христиански благотворящую руку к Святым местам земнаго жития и страдания Христова, и к разнонародным единоверцам, за пределами отечества нашего бедствующим в стеснении от жестокаго лжеверия. И Они, – венценосные Александр и Мария духом веры и любви предстоят живоносному гробу Твоему, распныйся, и погребыйся и воскресый нас ради, Господи! Призри на Них благодатию Твоею; явися Им щедротами Твоими; благоволи, да благо и мир Царства Их смиренно послужит благу и миру Твоего духовнаго Царствия. Аминь.

Речь
Благочестивейшей Государыне Императрице Марии Александровне, пред вступлением в Свято-Троицкую Сергиеву Лавру.
(Говорена июля 30 (августа 12) дня 1858 года; напечатана в Творениях Святых Отцов, в «Московских Ведомостях» 1858 г. и в собрании 1861 г.).

Благочестивейшая Государыня!

Многократно уже сретая Тебя с радостию, обитель Преподобнаго Сергия имеет ныне новое приращение сей радости в том воспоминании, что любви Ваших Императорских Величеств к Преподобному Сергию благоугодно было вступить с ним в новый духовный союз, чрез восприятие благословеннаго имени его для Вашего Благовернаго Сына.
Тем паче веруем и уповаем, что Ваша молитва, в общении с его небошественною молитвою, достигнет пренебеснаго престола благодати, и низведет новыя благословения Пресвятыя Троицы на Вас и на Ваше благословенное Семейство.

[Александр Рожинцев]

Статья «Россия никогда не узнает, чем она была обязана своей Императрице…» О жизни и кончине Императрицы Марии Александровны. Опубликована на сайте "Единое Отечество" (Украина)

http://www.otechestvo.org.ua/main/20118/1011.htm