Да, все верно :( Хотя это и возмущает до глубины души старообрядцев, но ситуация у них еще хуже чем у нас :( Вся беда в том, что мы, хотя бы понимаем, на сколько согрешили и соответственно в этом духовном настроении ведем свой поиск выхода из духовного тупика, но они, старообрядцы этого, в большинстве своем не хотят признавать! Гордыня страшная, от того и мелочная щепетильность, подозрительность друг-к другу, отказы в молитвенном общении и навещивамиз ярлыков "экуменист" на всех, кто хоть пожмет руку никонианину! Ожесточение сердец - просто ужасает!
*********
Сего дня написал небольшое сообщение у себя в Живом Журнале
http://d-m-vestnik.livejournal.com/132982.html. Написал из-за той горечи, которой обчитался на старообрядческом форуме.
Для себя сделал вывод, что изучать староверие надо, но не у современных староверов! Форумы староверов, это самое настоящее злобствующее сборище над «никонианами». Более того, чем больше «никонианин» соглашается со старовером, тем больше последний хочет втоптать его в грязь. Братцы староверы – это слишком. Надоели эти измывательства, честное слово. Эти словечки: «борзой кобель Никон», «щепоть беззакония», «бессовестный никонианский «треп» возносящий подлеца Никона», «известный никонианский пустослов Антоний Храповицкий» или сказания о « пакостной жизни одного из самых известных мерзавцев и негодяев в русской истории – Никоне». Неужели в этом безумии можно найти правду у современных «любителей старины»? Нет там ее. Одни злые насмешки… Вся эта моя скорбь, горечь – от чтения современных старообрядческих ресурсов и книг. Может тогда прав был Архиепископ Никон (Рождественский), размышляя о расколе: «…дело в той гордыне, которою проникнуты вожди раскола, пользующиеся для этой цели тоскою русской души по старым формам церковной жизни, гордыне, которая требует безусловного подчинения самой церкви их мечтам смирения пред этой гордыней, чтобы они имели право если не открыто хвалиться: «победихом, победихом», то снисходительно сказать: «Ну вот, давно бы так…» а потом командовать в жизни церковной уж по-своему. Недавно мне пришлось слышать характерный отзыв одного раскольничьяго начетчика по вопросу о соединении раскольников с Православною Церковию. На вопрос православного священника: возможно ли такое соединение? - тот ответил: «Конечно, возможно, только с условием: попов ваших перевести в наши приходы, чтобы они поучились у наших прихожан и семипоклонный начал исполнять, и посолонь ходить, и все обряды древняго благочестия истово выполнять; а наших попов перевести на их место, в ваши никонианские приходы: пусть учат тому же благочестию ваших прихожан». Вот мечты раскольничьей гордыни. Пойдет ли она на смиренное соглашение с Церковию во имя любви? А пересмотр канонов и правил церковных этим расколовождям, несомненно, даст новый повод к обвинению Церкви в ересях. Не говорю уже о безчисленном множестве толков раскольничьих: как все их притязания могла бы удовлетворить Церковь? Ведь некоторые из них дошли до отрицания необходимости иерархии и таинств, до нелепаго учения о царствовании антихриста в Церкви и под.».
Ниже размещаю опровержение одной из клевет староверов о патриархе Никоне. Набрался терпения и собрал материал в одну статью. Скорбно то как, братцы.
Авторитет Елеазара Анзерского был незыблемым как у «никониан», так и у противников новых обрядов, которые использовали его имя для отстаивания собственных взглядов. Среди старообрядцев была особо популярна легенда о том, как Елеазару во время церковной службы было видение змея, обвившегося вокруг шеи тогдашнего анзерского монаха, ученика Елеазара Никона, будущего патриарха и инициатора церковной реформы. (Сам по себе мотив змея, обвившегося вокруг шеи грешника, не нов. Его можно встретить в «Слове о черноризце, его же изъят блаженный Андрей от диавола», помещенном в Прологе под 4 декабря).
Эту легенду неоднократно использовали агиографы выговской школы (Перетц В.Н. Историко-культурные исследования и материалы. СПб., 1900. Т.2. Ч. 1. С. 57.). Во Вкладной книге Анзерского скита записана еще одна легенда, которая связывает Елеазара и его ученика, но уже в бытность Никона Новгородским митрополитом.. Летом 1652г., рассказывается в ней, когда Никон приехал в Соловецкий монастырь за мощами митрополита Филиппа, сопровождавшие его люди долго не могли сдвинуть гроб. Тогда всем собором призвали Елеазара, который помолился Господу и митрополиту Филиппу, и рака с мощами святого свободно сдвинулась с места. (Рассказы о том, как по молитве чистого душой и помыслом монаха двигается гроб, можно встретить в Прологе. См. под 20 сентября повествование «О пресвитере, перед которым задвигался гроб с умершим»). После Соловецкого восстания Анзерский скит постепенно стал приходить в запустение. Анзерские жители в восстании не участвовали, но сочувствовали восставшим, помогали им продуктами, ладаном, воском, вином церковным, за что сразу после взятия монастыря воеводой Иваном Мещериновым были допрошены, сосланы и разогнаны из пустыни.
Причины ухода Никона и его отношения с Елеазаром подробно рассмотрены в специальной статье Г.П.Гунна. Исследователь считал, что внутренняя несовместимость этих людей была слишком очевидна: с одной стороны, Елеазар, «идеалом которого было пустынническое житие, полный ухода от мира, отказ от участия в делах земной церкви», с другой, - практичный, честолюбивый, рвущися к власти и активному участию в земных делах Никон. (Гунн Г.П. Патриарх Никон и Елеазар Анзерский. С 242.)
Нам же представляется, что не противоположность, а близость этих людей в их стремлениях быть непохожими на других, желание самостоятельности и независимости сделали их несовместимыми. Слишком смелые советы Никона учителю (о ведении скитских дел) не могли устроить строгого и властного наставника, и они расстались.
Между тем, в бытность Новгородским митрополитом и патриархом Никон оказывал покровительство Анзерскому скиту. Опубликованы его две грамоты о прибавке скитникам содержания и денежного жалования и присылке денег на оклады и келейное строение 1650-х гг. (Досифей С. 354-355; Сырцов И. Преподобный Елеазар, основатель и строитель… С.22-23). Не без помощи Никона в 1649 г. Завершено строительство каменного Троицкого храма в ските и в 1650-х гг. велось строительство новых келий в ските и проч.. Новгородский Митрополит Никон писал в Соловецкий монастырь о скорейшем завершении церковного строения и просил соловецкие власти отписать ему по окончании работ. В июне 1649г. Ему была послана «отписка» о завершении строительства, а в ноябре того же года соловецкие власти сообщали царю о «доделке» 17 октября 1649г. Анзерского каменного храма с двумя приделами – Знамения Богородицы и Михаила Малеина; (РГАДА, ф.1201, оп. 1, д. 461, л.13об, л.43 об) новый храм вскоре был освящен. Рядом поставили деревянную колокольню, выстроенную из бревен старой Троицкой церкви. Так завершилось тянувшееся много лет дело со строительством Троицкой церкви, и Елеазар при жизни смог увидеть результаты своих стараний.
При строителе Иове были составлены три агиографических произведения о Елеазаре: «История», «Сказание» и Житие Елеазара. Каждый из авторов знал какие-то дополнительные сведения о святом. Составители житий, сообщая одни и те же подробности о Елеазаре, пользовались разными источниками.
Жития Елеазара Анзерского: « Бе ученицы преподобнаго Елиазара: иеромонах Никон, монах Никодим, монах Никифор… А иеромонах Никон бе попрежде сих подвижников, подвизася добре неколико время. И по некоему Божию изволению изыде ис того Анзерскаго скита, и выеха на Онегу реку. И вселися тамо в пустыню на Кожеезеро, идеже пребывал постническое и безмолвное пребывание пустыннолюбивый житель преподобный Никодим Кожеезерский. И вселися тамо, и пребысть неколико время в постнических подвизех уединенный. И потом принужден бе братиею в Кожеезерской монастырь игуменом. И ту подвизася неослабно. Потом же бысть митрополит великаго Новаграда. И Божиим изволением и повелением благовернаго и благочестивейшаго князя Алексия Михайловича всеа России принесе в царствующий град Москву из Соловецкаго монастыря мощи святителя Филиппа, на отечество свое, с подобающею честию в лето 7160 (1652) года месяца иуллиа в 3 день. И последи сподобися бытии патриарх царствующаго града Москвы и всея России. И бысть рачитель к церковному устроению и книжному исправлению, и к монастырскому строению. И во изгнании скончася».
«Житие и чудеса преподобнаго отца нашего Елеазара чудотворца, начальника Анзерскаго скита, собрано от многих и верных сказателей и списано въкратце»:
«О патриархе Никоне. Бысть же и ин ученик преподобному преславен, именем Никон, иже бысть патриарх царствующего града Москвы и всея России. И той пречуден бысть в житии своем и много ревность о исправлении православия показа, и во изгнании скончася. О нем же хотяй да чтет в велицем Житии преподобнаго пространнее и о друзех ученицех».
Там же «О образе нерукотворенном, егоже написа Никон патриарх: Паки преславно зде оповедати и о друзем образе божественном, егоже написа святейший Никон патриарх по повелению преподобнаго Елеазара, егда бысть учеником у него. Да и сему образу чудитися лепотствует, яко негде шестидесятим и пяти летом преминувшим уже, и даже до днесь божественною силою обретается невредим. И убо предивно есть, яко и убрусе бывшее изображен и устроен над входом церковным, со внешнюю страну от запада, и на всяко лето от вара солничнаго пожизаем и зноем, и мразом, и вихры, и дождем, и снегом изнуряем, и цел пребывает, чудесно соблюдаем Божиею благодатию за угождших ради преподобнаго Елеазара и ученика его».
Вкладная книга Анзерского скита: «…и тогда он, христоименитый великий господин кир святейший Никон патриарх Московский, во свое обещанное жилище, в пустынный скит Анзеры, ко блаженному своему старцу, святому отцу Елеазару, прислал вкладу: окладов сребреных седмь фунтов восмьдесят залатников да на келейное строение денег двастапятдесят рублев – во 163-м (1655) году» и т.д.
О двух редакциях Жития Елеазара – «полной» и «краткой» - писали митрополит Казанский ГРИГОРИЙ (Григорий, митр. Истиннодревняя и истинноправославная Христова церковь. СПб., 1856. С. 297) и П.С.Смирнов (Смирнов П.С. Внутренние вопросы в расколе в 18 в. СПб., 1898.). Первая, по их мнению, содержала рассказ о видении Елеазаром на Никоне омофора во время службы, который затем был переработан в легенду о видении Елеазаром змия, обвившегося вокруг шеи Никона.