Как должны выглядеть православные люди

[Мария]

Прошу со всей серьёзностью отнестись ко внешнему виду - И во внешнем виде наша сила
Наши враги высмеивали нашу одежду и бороды. Это неспроста. Они хотели урезать нашу силу - и это им удалось.


Начнём с бороды
----------------------------------

Значение бороды в религиозных представлениях русских XVI-XVIII в.в

В слове о брадобритии, приписываемом в рукописях патриарху Адриану, между прочим, приведено следующее эстетическое различие мужчины от женщины именно по бороде: «Бог Всеблагий, в Троице поемый, Отец и Сын и Святый Дух мудростию Своею несказанною сотвори мир и созда человека по Образу Свому и по подобию, украсив его всякою внешнею добротою, еще же внутреннею, разумом, глаголю, и словом, паче прочих животных. Мужа и жену сотвори, положив разнство видное между ими, яко знамение некое: мужу убо благолепие, яко начальнику – браду израсти, жене же яко несовершенной, но подначальной, онаго благолепия не даде, яко да будет подчинена, зрящи мужа своего красоту, себе же лишену тоя красоты и совершенства, да будет смиренна и всегда покорна».

Борода, занимающая такое важное место в греческой и русской иконописи, стала, вместе с тем, и символом русской народности, русской старины и предания.


Ненависть к латинству, ведущая начало в нашей литературе даже с XI века, и потом, впоследствии, ближайшее знакомство и столкновение наших предков с западными народами в XV и особенно в XVI веке способствовали русскому человеку к составлению понятия о том, что борода, как признак отчуждения от латинства, есть существенный признак всякого православного. Считалось, что бритье бороды – дело неправославное, еретическая выдумка на соблазн и растление добрых нравов.

В цитированном выше слове о брадобритии сказано: «О велие зло! Человецы, создании по Образу Божию, измениша доброту здания его, и зрак свой мужеский обругаша, уподобляющееся женам блудовидным, ради угождения сквернаго, или паче рещи – подобящеся безсловесным неким, яко скотом или псом и подобным им: тии бо усы простерты имут, брад же не имут. Тако и человецы малоумнии, или паче свойственнее рещи, безумнии, изменивше образ мужа богозданный, бывающе псообразни, усы простирающе.»

Уже в XV веке русская земля заметно помутилась иностранными обычаями. В XVI веке чужеземные нововведения до того уже были сильны, что Стоглав? энергически восстает против них, призывая православный народ к соблюдению своих родных, благочестивых обычаев, которые начинает вытеснять богомерзкая новизна. Нововведения, хлынувшие на Русь, не могли не зацепить такой видной принадлежности русского костюма, как борода, которую столь холили и лелеяли наши иконописные предания. Бритье бороды разом нарушало и православные предания, и народный обычай. Русь не имела эстетических воззрений, отрешенных от начал религиозного и жизненного, практического; поэтому эстетическую симпатию к бороде она объясняла только преданностью к православию и народности. Сороковая глава Стоглава о стрижении брады впоследствии была внесена в вышеупомянутое слово о брадобритии, вместе с другими обличениями, приписываемыми Максиму Греку, патриарху Филарету и другим.

В конце XVII-начале XVIII века борода стала символом косности и раскола, с одной стороны, а с другой – признаком любви к старине и всему русскому. В эпоху Петра Великого народная практическая эстетика заявила оппозицию против реформы преимущественно бородой. Русский человек порой настолько дорожил своим обликом, что готов был дать за него выкуп и подвергаться насмешкам. Со стороны реформаторов упрямство брадобрития было не менее косным и настойчивым, чем нежелание брить бороду с противоположной стороны.

В XIX веке борода потеряла свое древнее религиозно-национальное значение, но получила новое, может быть, столь же важное. Она стала гранью между народными сословиями, отделивши духовенство от людей светских, мужика от барина, земледельца от солдата.

По материалам книги О.Буслаева «Исторические очерки русской народной словесности и искусства», том 2. - Санкт-Петербург, 1861

Полный текст здесь:
http://www.rustrana.ru/article.php?nid=30025

[Мария]

О брадобритии

Святый апостол Павел, предостерегая православных христиан от обольщения еретиков, пишет: "Помните наставники ваша, иже глаголаша вам Слово Божие, их же взирающе на скончание жительства, подражайте вере их" (Евр., зач. 334) и "в научения странна и различна не прилагайтеся".
Здесь мы, не входя в подробное рассуждение проявления безчиния в среде чад Церкви, остановимся на самом видном и всем бросающемся в глаза зле - брадобритии.

Эта блудолюбнаго образа прелесть, заражающая некоторых христиан, всегда осуждалась отцами Церкви и признавалась делом поганых еретиков и ересью.

Отцы Стоглаваго собора, рассуждая о брадобритии изложили следующее постановление: "Священная правила православным христианом всем возбраняют, чтобы не брить брад и усов не подстригать, таковая бо несть православных, но латинская и еретическая предания греческаго царя Константина Ковалина. И о сем апостольская и отеческая правила вельми запрещают и отрицают...

Что же, о стрижении брад не писано ли в законе? Не подстригайте брад ваших, се бо женам лепо мужем бо не подобно. Создавый Бог судил есть Моисеови рече? Постризало да не взыдет на браду вашу, се бо мерзость есть пред Богом; ибо сие от Константина царя Ковалина и еретика суща узаконено есть

На том бо вси знаху, яко еретическия слуги суть, имже брады пострижены.
Вы же се творяща человеческаго ради угождения противящеся законом, не-навидими от Бога будете создавшаго нас по образу своему. Аще убо хощете Богу угодити, отступити от зла. И в том сам Бог Моисеови рече, и святые апостолы запретиша, и от церкви таковых отвергоша, и того ради страшнаго прещения, православным таковаго творите неподобает" (Стогл., гл.40)

Апостольское же постановление по запрещению зла брадобрийства заключает в себе следующее изречение: "Не должно также и на бороде портить волосы, и изменять образ человека во-преки природе.

Не обнажайте, говорит закон, бород ваших. Ибо сие (быть без бороды) Создатель Бог сделал пригодным для женщин, а мужчинам признал Он непристойным.

Ты же обнажающий бороду свою, чтобы нравиться, как сопротивляющийся закону, мерзок будешь у Бога создавшаго тебя по об-разу своему" (Постановл. св. апостол. Изд. Казань, 1864 г., стр. 6).

Святии апостолы и отцы Церкви, признавая брадобритие ересью, вос-прещая православным христианом предаваться сей мерзости, ко исправлению этой эпидемии брадобрийства принимали различные меры.

В Боль-шом Потребнике изложено так: "Проклинаю богоненавидимаго блудолюбнаго образа прелесть, душегубительныя ереси еже остризати и брити браду" (л. 600об.)

Отцы Стоглавнаго собора, дабы окончательно пресечь зло брадобрийства, поступили более стро-го чем изложено в Большом Потребнике. Они изложили следующее определение: "Аще кто браду бреет и преставится тако, не достоит над ним служити, ни сорокоустия по нем пети, ни просфоры, ни свещи по нем в церковь принести, с неверными да при-чтется, от еретик бо се навыкоша" (гл. 40).
А толкователь правил церкви Зонар, толкуя 96 правило 6 Вселенского Собора и, осуждая брадобритие, говорит: "И так отцы сего собора отечески наказывают деляющих то, о чем они выше сказали, и подвергают отлучению". Это так определяли святые апостолы и святии отцы соборне; теперь послушаем еще как смотрели на эту язву христианства отцы Церкви в частности.

Святой Епифаний Кипрский пишет: "Что хуже и противнее этого? Бороду - образ мужа остригают, а во-лосы на голове отращивают. О бороде в постановлениях апостольских Слово Божие и учение предписывают, чтобы не портить её, то есть, не стричь волос на бороде" (Творен. его, часть 5, стр. 302. Изд. Москва, 1863 г.).

Преподобный Максим Грек глаголет: "Аще же прокляти уклоняющиися от заповедей Божиих, якоже слышим во священном песнопении, тойже клятве подлежат и истребляющии бритвою брады своя" (Слово 137).

В Служебнике патриарха Иосифа говорится: "И не вем, в сицевый народ православия, в кое время в велицей Росии еретический недуг привниде. Якоже по летописным книгам рещеи, предание царя греческаго, паче же врага и отступника веры христианския и законопреступника Константина Ковалина и еретика, еже постригати брады, или брити, якоже рещи богосоз-данную доброту растлевати, или паки рещи по летописным книгам подтвержению сея злыя ереси новаго сатанина сына диаволя, предотечи антихристова, врага и отступника веры христианския, римскаго папы Петра Гугниваго, яко и тому сию ересь подкрепившу, и римским народом, паче же и чином их священным сицевая творити повелевшу, иже брады подстригати и брити. Епифанию архиепископу Кипрскому евтихскою сию ересь нарекшу. Ибо Константина царя Ковалина и еретика се узаконено есть, на том вси знают, яко еретическия слуги суть, иже брады им пострижены" (Изд. лета 7155, лист 621).

Подобно и сербский митрополит Димитрий писал: "Окаянии латини во многи ереси впадоша: во святую четы-редесятницу в субботу и в неделю сыр и яйца ядят, и детям своим во весь пост не возбраняют. В субботу и в неделю повелевают поклоны земныя кланятися кроме правил святых апостол. Брады своя бреют и усы своя стригут, а инии и злейшии того творят и усы подкусывают... сия вся приемши от отца своего злейшаго сына сатаны, папы Петра Гугниваго, брити брады и усы. Ибо Господь Моисеови рече: да не изыдет постризало на брады ваша, се бо мерзско Господеви" (его книга глава 39, лист 502).

Указывая брадобрийцам закон Церкви, наставление, обличение и наказание пастырей Христовой Церкви, мы воспомянем и ревность христиан, причтенных к лику святых, которые страшась прещения отцов Церкви, ни за что не согласились исполнить приказание нечестиваго князя Ольгерда, чтобы обрить свои брады, за что и пострадали.

В святцах с житиями, напечатанных при патриархе Иосифе в 7157-е лето, говорится: "Антоний, Евстафий и Иоанн пострадали в литовстем граде Вильне от князя Ольгерда, первое за брадобритие, так и за прочая законы христианския, в лето 6849" (смотри под 14 апреля). Под этим же числом апреля в Четии-минеи указывается, что Антоний, Евстафий и Иоанн потому только и были познаны от князя Ольгерда христианами, что они, во-преки языческого обычая отрастили волосы на браде.

Такое страдание святых мучеников за христианские обычаи, между которыми на первом плане красовалась борода, должно служить для истинных христиан примером скромности и образом благочестивой жизни. Не брить и не стричь бороды - дело христианское, дело немаловажное -- это есть исполнение предписанного Церковью закона, обязательно для верующих в Бога и Его святую Церковь.

Святии мученики, отрастив брады свои как требует долг христианина, показали нечестивому князю Ольгерда, что они не суть уже поклонники и служители демона, но подражатели образа жизни Христа во плоти, кото-рою он проводил на земле ради спасения рода человеческого. Такую благочестивую жизнь и ношение по христианскому обычаю бороды нам заповедали отцы 6 Вселенского Собора; ибо они говорят: "Во Христа крещением облекшиися, дали обет подражати во плоти житию Его" (96 правило Шест. Всел. соб. полн. перев., толк. Зонара).

Так, стричь и брить бороду обычай не христианский, но поганых ерети-ков, идолопоклонников и неверующих в Бога и Его Святую Церковь. За таковый поганский обычай отцы церкви строго осуждают и наказывают, и предают клятве; и нераскаявшихся и в сем беззаконии преставльшихся лишают всякого христианского напутствия и поминовения.

Молим Господа нашего Iсуса Христа, да престанет эта мерзость - брадобрийство в нашей единоверной братии, молим и вас, наших пастырей, чтобы вы поучали Богом вверенное вам стадо Христово, по священным правилам детей своих, всех православных христиан поучали бы и нака-зывали, чтобы от всех тех злых еретических дел престали и жили бы в чистом покаянии и в прочих добродетелях.

Неизвестный старообрядческий автор

Полный текст здесь:
http://www.rustrana.ru/article.php?nid=3869

[Мария]

Враг рода человеческого , чтобы посмеяться над творениями Божиими, придумал, кроме других вредных для человека действий, бритьё бороды.

Если Бог создал людей именно такими, то те, кто что-то поправляет в своём образе, получается, хотят поправить Бога.

Всё вредное, пришедшее на Русь с Запада, постепенно прижилось и стало нормой на радость нашим врагам. Так мы и ослабеваем.

И давно уже можно видеть в православных храмах бритых священников. Им-то зачем искажать образ человека, созданный Богом?
....................................................................................

Митрополит Даниил, популярный московский проповедник эпохи Василия III, в своем двенадцатом поучении (1530-е гг.) сначала обличает сластолюбцев, проводящих время с "блудницами", но вскоре переходит к другому виду сластолюбия и дает довольно лапидарный портрет женственных гомосексуалистов своего времени: "...женам позавидев, мужское свое лице на женское претворяши. Или весь хощеши жена быти?"

Даниил рассказывает, как эти молодые люди бреют бороду, натираются мазями и лосьонами, румянят себе щеки, обрызгивают тело духами, выщипывают волосы на теле щипчиками, переодеваются по нескольку раз в день и напяливают на ноги ярко-красные сапоги, слишком маленькие для них.
Он сравнивает их приготовления с вычурно приготовленными блюдами ("некая брашна дивно сътворено на снедь") и интересуется, кого они такими приготовлениями надеются прельстить.

Протестуя против обычая многих мужчин румяниться и выщипывать волосы из бороды и усов, Даниил дает понять, что это делается с определенными нечистыми намерениями. По словам Даниила, в то время в стране господствовали грубые чувственные пороки.

.....................................................................................

Протопоп Аввакум

Единственный протест в этой сфере, дошедший с допетровской эпохи, исходил от церковных деятелей. Протопоп Аввакум, глава старообрядцев во время церковного раскола 17 века, считал, что любой мужчина, бреющий бороду, - гомосексуалист. В своей колоритной биографии "Житие протопопа Аввакума, им самим написанное" рассказывается, как "неистовый протопоп" привел в ярость воеводу Василия Петровича Шереметьева тем, что отказался благославить его сына, "Матфея бритобрадца". По мнению Аввакума, этим юноша пытался придать своей внешности более соблазнительный вид. Комментируя это место, Н.К.Гудзий писал: "Мода брить бороду пришла на Русь с Запада в 16 веке. ее усвоил даже Великий князь Василий Иванович.... Бритье бороды тогда имело эротический привкус и стояло в связи с довольно распространенным пороком мужеложества".