11.11.2025       1

"Слава Богу, что семью не особо коснулись репрессии"...


[Подпись под одной семейной фотографией:]

«Моя бабушка Генриетта Борисовна с моим маленьким папой Юрием Константиновичем. 28 августа 1949 год.
Бабушка пережила расстрел своего отца, годы в детдоме. Слава Богу, что семью не особо коснулись репрессии. Вышла замуж. Родила двух сыновей и дочку. Мой папа Юра был любимчиком всей семьи».
От Марьи Машер

Автор: Марья Машер. )) А у меня вопрос: до какого состояния нужно было довести русский народ, что расстрел одного человека в семье означал "не особо коснулись репрессии"? Причем, бабушка автора, судя по всему, пошла в детдом, как ЧСИР ("член семьи изменника Родины"*), что предполагало пожизненную ссылку в отдаленные края и поражение в правах навсегда. И это: "не особо коснулись"?! По спинам русских людей коммунисты так проехались, что в семьях, где всего лишь одного человека расстреляли, говорят: "не особо коснулись репрессии"....
Дмитрий Линков
https://vk.com/anti_soviet_coalition2_0?w=wall-131617902_493855

+ + +

МВН. На эту тему вспоминаются и похвалы тем репрессированным вместе с отцами детям, особенно дворянского происхождения (напр., актёр Пётр Вельяминов), которым сегодня ставится в заслугу то, что несмотря на это они не стали "антисоветчиками". Это нередко звучит из уст церковных пастырей МП как пример "смирения".

Дети ссыльных в Норильске, 1937 г. «Спасибо товарищу Сталину за наше счастливое детство!» — популярная фраза, идущая от лозунга, который несли участники физкультурного парада на Красной площади 6 июля 1936 года. Потом фраза фигурировала в тексте плакатов, названии ряда картин. Годом раньше появилась «Песня советских школьников» со строками: «За детство счастливое наше / Спасибо, родная страна!» (слова В.М. Гусева), определённо повлиявшая на создание лозунга.

Молотов о ЧСИР: «Что значит — почему? Они должны были быть изолированы. А так, конечно, они были бы распространителями жалоб всяких… И разложения в известной степени».

* Член семьи изменника Родины (ЧСИР, произносится «чесеи́р», также член семьи врага народа, в ряде законодательных актов также члены семей изменников Родине) — формулировка ст. 58-1 в УК РСФСР 1926 года (в редакции от 8 июля 1934 года), Постановления ГКО «О членах семьи изменников Родины» и ряда иных советских нормативных актов.

Впервые понятие «членов семей изменников» было введено в коммунистами в 1919 году. В приказе № 163 от 2 ноября 1919 года, озаглавленном «СМЕРТЬ ИЗМЕННИКАМ», Троцкий призывает не только карать перебежчиков и паникёров, но и арестовать их семьи. При этом, в приказе, как впрочем и в других приказах и прокламациях Троцкого, ни разу не употребляется слово "родина" (поскольку один из фундаментальных принципов марксизма-ленинизма выражен словами Маркса в Манифесте Коммунистической партии: «У рабочих нет отечества» (Die Arbeiter haben kein Vaterland) и Ленина: «У пролетариата нет отечества»). Подразумеваются «предатели революции», а не «родины», которой по Ленину и Троцкому у пролетариата «нет и быть не может». Троцкий так формулирует свою мысль:

«Приказываю командирам и комиссарам неукоснительно следить, чтобы ни один из этих случаев измены не прошел безнаказанно. Семьи изменников должны быть немедленно арестованы. Самих предателей занести в Черную книгу армии, дабы после близкого и окончательного торжества революции ни один из предателей не ушел от кары». (Приказ председателя Революционного Военного Совета Республики № 163 по 7 армии, 2 ноября/20 октября 1919 года).

После ареста того или иного советского деятеля (среди которых было большое количество оппозиционных партийцев) их жены и родственники начинали кампанию протеста с требованиями освобождения, ‒ рассмотрение этих жалоб и прошений, нередко весьма обоснованных, всякий раз отнимало большое количество времени на партийных собраниях. Чтобы это пресечь и устранить докучавших ему жалобщиков, Сталин возвратился к более жесткой практике репрессий против «членов семей изменников» на этот раз «родины», — членов семей стали арестовывать вместе с основными фигурантами политических процессов.

Решением Политбюро от 1937 года было регламентировано заключение в лагеря на 5—8 лет жён изменников Родины и партийных оппозиционеров (троцкистов, зиновьевцев, правых и т. д.), в конечном итоге эта практика распространялась и на все иные категории людей попавших под репрессии.

Начиная с 1920-х годов и особенно в годы массового террора 1930-х это привело к "отречениям" родственников от осужденных. При этом широко практиковавшиеся в годы наибольшего террора попытки «отречения» бывших жён и детей от своих глав семейства не всегда означали для них избавления от наказания. В результате жён и совершеннолетних детей либо тоже расстреливали (см.: 26.8.1938. ‒ Распоряжение председателя Военной Коллегии Верховного Суда СССР о расстреле 88 жён высокопоставленных партийных работников, чекистов, командармов, наркомов, дипломатов), либо отправляли в лагеря, в ссылку, а малолетних детей, если их не успевали (или боялись) спасти дальние родственники, забирали в детдома с присвоением новой фамилии.

Далее, Постановлением Политбюро ЦК ВКП(б) № 140 1940 года «О привлечении к ответственности изменников родине и членов их семей» и рядом дополнительных актов по согласованию ЦК партии со Сталиным ст. 58 УК РСФСР и иные нормативные акты в рамках уголовного законодательства СССР в отношении ЧСИР были дополнены нормой об ответственности членов семей изменников Родины и в отношении изменника, не являющегося военнослужащим:

«…члены семей изменников родине, совершивших побег или перелёт за границу, подлежат ссылке в отдалённые северные районы Союза ССР на срок от 3 до 5 лет, с конфискацией всех принадлежащих им построек, сельскохозяйственного инвентаря и домашнего скота, если они не совершили преступлений, за которые по закону подлежат более тяжкому наказанию. … привлечению к ответственности подлежат члены семей изменников родине, совместно с ними проживавшие или находившиеся на их иждивении к моменту совершения преступления».

Согласно утвержденной в дополнение к Постановлению инструкции НКВД СССР «О порядке ссылки в отдалённые северные районы СССР членов семей», направление в ссылку членов семей изменников родине производится по решениям Особого Совещания при НКВД СССР, причём до отправки на ссылку члены семьи, исключая несовершеннолетних, направляются под стражу («в тюрьму», согласно инструкции).

С началом советско-германской войны выходит секретное Постановление ГКО № 1926сс (то есть «совершенно секретно») «О членах семей изменников родины» от 24 июня 1942 года за подписью Председателя ГКО И. Сталина, которое устанавливает, что:

«Совершеннолетние члены семей лиц…, осуждённых … к высшей мере наказания по ст. 58—1а УК РСФСР и соответствующим статьям УК других союзных республик: за шпионаж в пользу Германии и других воюющих с нами стран, за переход на сторону врага, предательство или содействие немецким оккупантам, службу в карательных или административных органах немецких оккупантов на захваченной ими территории и за попытку к измене родине и изменнические намерения, — подлежат аресту и ссылке в отдалённые местности СССР на срок в пять лет.

… аресту и ссылке в отдалённые местности СССР на срок в пять лет подлежат также семьи лиц, заочно осуждённых к высшей мере наказания … за добровольный уход с оккупационными войсками при освобождении захваченной противником территории.

Членами семьи изменника родине считаются отец, мать, муж, жена, сыновья, дочери, братья и сестры, если они жили совместно с изменником родине или находились на его иждивении к моменту совершения преступления или к моменту мобилизации в армию в связи с началом войны…»

Спасибо товарищу Сталину за счастливое детствоДети "врагов народа" в спецдетприемнике.
Фотография в музее исправительной колонии особого режима №1 в поселке Сосновка в Мордовии.
Фото: Станислав Красильников / ИТАР-ТАСС

Насильственное разлучение детей и родителей «врагов народа» с принудительным изменением родительской фамилии было ужасной трагедией для детской психики. А. А. Переведенцева, отец которой А.В. Васильев был делегатом XVII съезда партии ("Съезда расстрелянных"), а в 1937 году осуждён и расстрелян как "Изменник родины", оставила воспоминания с подробностями из жизни детей ЧСИР.

После ареста матери Алевтина с братом попадает сначала в приёмник-распределитель НКВД в Харькове, а затем детдом в Волчанске. Атмосфера в детских учреждениях была почти садистской: издевательства над воспитанниками, побои в наказание — такие правила являлись повсеместными. Дети репрессированных, так называемые «социально опасные», находились под постоянным наблюдением органов НКВД. Выходить за пределы детдома запрещалось, за это ждало суровое наказание. Передвигались "учащиеся" строем, с пением советских песен. Самым тяжелым испытанием для них стал запрет на общение со своими сверстниками:

«Приёмник напоминал тюрьму. В детдоме учили грамотности. Учителя нас часто били. Жаловаться и сопротивляться нельзя, так как мы дети врагов народа. Заставляли учить биографию Сталина. Везде на стенах висели сталинские портреты. Питание детдомовцев было скудным. Одна чечевица. Ели все вместе за одним столом и часто бывало, что лучшие куски пищи доставались более сильным подросткам. Детдомовцы работали, овладевали профессией. Девочки шили, а мальчики трудились на станках в мастерских. Дети работали по 6-8 часов в день. Лишнего слова сказать нельзя, сосед на соседа доносил, и могли наказать...»
(Бубличенко В.Н. Дефиниции термина «социально опасные дети» на разных этапах формирования советской тоталитарной системы // Проблемы истории массовых политических репрессий в СССР: к 70-летию начала «Большого террора». — Краснодар: «Волонтер», 2006.)

В 1970-е годы писатель Феликс Чуев, общаясь с вышедшим на пенсию Вячеславом Молотовым, одним из "передовиков" по количеству подписанных им расстрельных списков, спросил его: «Почему репрессии распространялись на жен, детей?». На что получил ответ: «Что значит — почему? Они должны были быть изолированы. А так, конечно, они были бы распространителями жалоб всяких… И разложения в известной степени».

Молотов благополучно дожил до начала горбачевской "перестройки" как персональный пенсионер и умер на главный коммунистический праздник 7-8 ноября 1986 году в возрасте 96 лет.

См. также:
Ирина Шереметева. Красные каратели расстреливали даже детей
"День расстрелянных жен"
Как "Сталин расстреливал только уголовников и врагов народа" и "сам ничего об этом не знал"
Кирилл Александров. Зачем Сталин устроил Большой террор

Постоянный адрес страницы: https://rusidea.org/250977796

Оставить свой комментарий
Обсуждение: есть 1 комментарий
  1. blank Владислав:

    Знал я одного ЧСИР. Леонида Станиславовича Аллилуева. Мы вместе работали. Он был начальником отдела. Хоть его отца Станислава Францевича расстреляли, но их семью почему-то не репрессировали. Он закончил МИСИ, стал крупным специалистом в области гидротехнических затворов, стал начальником отдела, жил в сталинской высотке на набережной, на работу добирался на собственном "Запорожце". Жалко, что он умер 2 года назад, аккурат в день рождения своего дяди (21 декабря). Хороший был человек. Сейчас я жалею, что в своё время постеснялся задать ему вопросы о его семье.

Ваш комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подпишитесь на нашу рассылку
Последние комментарии

Этот сайт использует файлы cookie для повышения удобства пользования. Вы соглашаетесь с этим при дальнейшем использовании сайта.