Сегодня [16 ноября] в храмах читалось евангельское повествование о воскрешении дочери Иаира, начальника синагоги.
Вот этот отрывок из Евангелия, а ниже моя давняя зарисовка на картину И.Е. Репина по этому сюжету:
Лк. VIII
41 И вот, пришел человек, именем Иаир, который был начальником синагоги; и, пав к ногам Иисуса, просил Его войти к нему в дом,
42 Потому что у него была одна дочь, лет двенадцати, и та была при смерти.
<...>
49 Когда Он еще говорил это, приходит некто из дома начальника синагоги и говорит ему: дочь твоя умерла; не утруждай Учителя.
50 Но Иисус, услышав это, сказал ему: не бойся, только веруй, и спасена будет.
51 Придя же в дом, не позволил войти никому, кроме Петра, Иоанна и Иакова, и отца девицы, и матери.
52 Все плакали и рыдали о ней. Но Он сказал: не плачьте; она не умерла, но спит.
53 И смеялись над Ним, зная, что она умерла.
54 Он же, выслав всех вон и взяв ее за руку, возгласил: девица! встань.
55 И возвратился дух ее; она тотчас встала, и Он велел дать ей есть.
56 И удивились родители ее. Он же повелел им не сказывать никому о происшедшем.
«Воскрешение дочери Иаира» Ильи Ефимовича Репина – это, как известно, его выпускная работа по заданной теме.
Во мраке, который окутывает персонажей за пределами центральной части картины — Спасителя и отроковицы — мы видим мать девочки, взгляд которой прикован только к дочери. Вряд ли она слышала, что сказал Спаситель и что ему возражали насмехавшиеся над Ним. Она только со своим горем. Растерянный отец, только что надеявшийся, что приход Христа в его дом приведет к исцелению ребёнка, кажется тоже не совсем понимает, что происходит.
Апостол Иоанн, то ли нахмурился из-за насмешников, то ли переживает за Учителя. Ни в одном из персонажей второго плана нет намека на надежду.
В своих воспоминаниях Репин называл картину «Смерть дочери Иаира», а в письмах просто «Дочь Иаира»:
«Есть особое, поглощающее очарование в трагизме. Я испытал это, когда писал академическую программу "Смерть дочери Иаира". <…> Припомню настроение, когда умерла моя сестра Устя и как это поразило всю семью. И дом и комнаты - все как-то потемнело, сжалось в горе и давило. <…> Итак, я перед большим холстом, который начинает втягивать меня своим мрачным тоном. <…> К вечеру картина моя уже была так впечатлительна, что у меня самого проходила какая-то дрожь по спине».
Несмотря на трагическую тональность картины, вольно или невольно Репин изобразил тот жест Спасителя, взявшего дочь Иаира за запястье, который мы видим на иконе Пасхи, когда Христос, взяв за запястье Адама буквально выдергивает его из ада.
Эта надежда подчеркивается световым контрастом левой и правой половин картины.
Так что, быть может, юношеский замысел Ильи Ефимовича не был настолько мрачен и трагичен, как он это представил в своих воспоминаниях, написанных незадолго до смерти.
Архиепископ Зеленоградский Савва (Тутунов)
https://t.me/s/kartezianec
14.09.2019
+ + +
МВН. Репин, потомок кантонистов, был сложным человеком. Его картины почти всегда были социально-критичны; была серия картин даже с симпатией к революционерам: "Под конвоем" (1876), "Арест пропагандиста" (1880–1889), "Отказ от исповеди" (1879–1885), "Не ждали" (1884). Церковная тематика у Репина также часто дышит критическим духом, таковы, например, картины "Крестный ход в Курской губернии" (1880–1883), изображающий верующих как тупую фанатичную толпу; "Протодьякон" (1877), – по словам критика: «экстракт наших дьяконов... у которых ни на йоту не попадается ничего духовного – весь он плоть и кровь, лупоглазие, зев и рев...». Судя по некоторым письмам, отношение Репина к Церкви было брезгливым.
(Данная картина была написана по заданной ему теме как выпускная работа, он не сам выбрал этот сюжет.)
В результате Репин снискал себе симпатии и либералов, и революционеров. В советской школе его картины, как и других передвижников, служили примером "гневного протеста против деспотизма" и доказательствами "темной" и "реакционной" царской России.
Подробнее:
29.09.1930. - Умер художник Илья Ефимович Репин
