Из размышлений "любомудра"
Человек создан Богом безсмертным и по окончании земной жизни его ждет безсмертная вечность ‒ хорошая или плохая.
Так учит религия, не особо объясняя, что такое вечность, потому что это тайна инобытия с другим измерением, которую людям на земле познать не дано. И у них возникают вопросы: вечность это что ‒ безконечность времени? Но ведь говорится, что времени тогда уже не будет? Что это за вечное инобытие без времени? Как в нём жить, что-то делать, передвигаться, думать? ‒ ведь всё это происходит у нас во времени. Именно оно даёт такую возможность вместо статичной неподвижности. Значит, посмертное существование людей в сверхвременном мiре и сами люди будут другими, не нуждающимися во времени?
Ангел сворачивает небеса, время и пространство, по окончании Страшного Суда. Монастырь Хора. Влахерны, Константинополь.
Вот что удалось об этой тайне найти созвучное "любомудрию" в дореволюционной Православной богословской энциклопедии. Читаем, что обыкновенно различают два понимания вечности: назовём их материалистическое и религиозное (далее привожу статью проф. С.С. Глаголева в несколько упрощённых цитатах с некоторыми своими комментариями).
1) [Материалисты под вечностью] «разумеют безконечно продолжающееся время, безконечную сумму моментов, из которых слагалось, слагается и будет слагаться прошедшее, настоящее и будущее. Говорят: мiр вечен, он всегда существовал и будет существовать, причем процесс существования заключается в постоянных изменениях в нем происходящих, которые измеряются временем».
2) [В христианской религии] «под вечностью понимают нечто противоположное времени, то, что не допускает в себе никаких изменений и в чем поэтому нет ни прошедшего, ни будущего. Истинное бытие, говорят, немыслимо существующим во времени. Во времени возможно лишь становление. Процесс существования во времени заключается в том, что предмет или существо непрестанно переходят от одной формы бытия к другой со стремлением принять устойчивую форму. Таким образом то, что живет во времени, характеризуется лишь стремлением к действительному бытию, но оно еще не действительно».
[То есть время дано людям для развития и созревания, причем в мiре, во зле лежащем, ‒ сопротивляясь этому злу, для укрепления своей воли, для свободного познания и выбора Божией Истины. Для этого и предназначено "лечебно-воспитательное" время на земле. ‒ МВН.]
«Только второе понимание вечности должно быть признано правильным. Понятия перемен и вечности взаимно исключают друг друга. В сущности даже отрицающие бытие Божие и называющие мiр вечным разумеют не то, что вечна солнечная система или вечно наклонение земной оси к эклиптике под углом в 23°, а то, что вечен неизменный субстрат мiра — материя или энергия...
Мы верим в бытие Божие и следовательно в Его вечность, но вместе с этим допустима и должна быть принята вера, что нечто, что не является вечным само по себе, может стать вечным, т.е. что стремление конечного существа принять окончательно устойчивую форму может осуществиться, и тогда это существо из бывающего станет действительно сущим.
Ясное учение о вечности Божией, выраженное хотя и не в философских терминах, но в доступных пониманию всякого предложениях о неизменяемости и безконечной продолжаемости Божественного существования находится в Божественном Откровении, и не находится ни в книгах, ни в предании никакой религии, не имевшей одним из своих источников Откровения.
Классический текст о вечности Божией есть: «Я есмь Сущий» (Исх. 3, 14; ср. Второз. 32, 40). О вечности Божией говорится в псалме Моисея: «пред очами Твоими тысяча лет, как день вчерашний» (Пс. 89, 5; см. там же ст. 2). В 101 псалме (13 и 26 — 28). У пророка Исаии (40, 28; 41, 4; 43, 10; 44, 6; 48, 12; 57, 15). У пророка Иеремии 10, 10. В Новом Завете: во 2 Петр. 3, 8; у апостола Павла 1 Тим. 1, 17 и 6, 16; в Апокалипсисе 1, 8 и 17; 4, 8—10; 11, 17. И везде в Священном Писании вечность Божия неизменно и несомненно предполагается.
В языческих религиях идея существа, не подлежащего условиям времени, не находит себе ясного выражения, но в языческой философии эта идея формулируется и развивается очень рано...» [Далее автор рассматривает весьма сложный текст "Тимей" Платона, упоминает учение Аристотеля о вечном бытии, Плотина в Эннеаде (3, кн 7, гл. 1, 2, 4), Прокла в II комментарии на "Тимея". ‒ МВН.]
«... Из христианских мыслителей блаженный Августин первый дал замечательное рассуждение о времени, которое много способствует пониманию вечности. Августин отмечает, что мы измеряем временем то, что уже не существует, что прошло. Измеряя в произнесенном слове долгие и короткие слоги, мы измеряем нечто исчезнувшее, улетевшее в пространство. "Стало быть, говорит Августин, я измеряю не слоги, так как их уже нет, а нечто остающееся глубоко напечатленным в моей памяти. Я измеряю время в духе своем... Я в себе самом измеряю впечатление, оставляемое преходящей действительностью, впечатление, переживающее эту преходящую действительность... Его я измеряю, когда измеряю время; следовательно, время есть не что иное, как такое впечатление, или оно неизмеримо для меня" (Исповедь). Это рассуждение Августина подсказывает мысль о том, как время может переходить в вечность.
Личный взгляд автора [проф. С.С. Глаголева] настоящего рассуждения тот, что отношения во времени символизируют собой отношения причинности, предыдущее есть причина, последующее — действие... Во времени живет то, что имеет вне себя причину своего происхождения. Будучи не самобытным по своему происхождению, существо в своем развитии может зависеть от многих причин (Божественная помощь, влияние других лиц, окружающие условия) и от себя самого (своей свободной воли).
Результат действия этих разнообразных причин не может уничтожиться, ибо с точки зрения современной науки ничто не уничтожается; немыслимо также, чтобы полученное в результате духовное содержание могло на что-нибудь распасться или войти в состав чего-либо более сложного. Всякий процесс развития должен предполагать для себя окончание, достижение предельного состояния. Разумное существо или достигнет возможно полного развития своих способностей в идеальном направлении или, наоборот, дойдет до разрушения в своем духе всех идеальных зачатков. При достижении этого предельного состояния прекращается становление, бывание, и утверждается бытие. Имеющая после этого начаться неизменяемость есть мертвенность».
["Ничто не уничтожается" ‒ вот это ощущение и у меня возникло в Размышлении о старении и о тайне прошлого: «Наше прошлое ‒ это духовная и материальная личная реальность, неотъемлемая от нас, в которой мы жили, развивались, и которая, вероятно, неуничтожима, ибо необходима посмертно Для Суда Божия как документ, так говорится в православном богословии. Зачем же его после этого уничтожать? Хочется верить в то, что наше личное прошлое не исчезает безследно: оно запечатлено в вечной Божией ткани времени и может быть обозримо и доступно людям посмертно, как их восстановленная память и подлинная биография. Поэтому надеюсь, что прошлое, исчезая в старости из слабеющей земной памяти людей, будет в инобытии вновь доступно в нравственных целях ‒ не как машина времени, а как личный архив с историей болезни и выздоровления в земной "больнице". ‒ МВН.]
Вечное бытие ‒ «Это будет постоянное наслаждение существа вследствие неизменно блаженного общения с Богом и со всем, что будет святого, и вследствие полноты собственного духовного содержания. Это — для существ достигших идеального развития, [тогда как] противоположный полюс должен быть, очевидно, мучительным разобщением со всем добрым.
Мы обыкновенно отождествляем неизменяемость с безжизненностью, потому что жизнь доступная нашему наблюдению при настоящих условиях представляет собою непрерывную цепь изменений, но анализ раскрывает нам, что эта теперь единственно доступная нашему пониманию жизнь не есть жизнь истинная, это — только стремление к истинной жизни; перемены, которых ищет человек, это ступени, по которым он хочет подняться к тому, что неизменно. В этом мiре не может быть достигнут этот предел, потому что этот мiр в своем настоящем виде есть только совокупность условий для развития разумных существ, а не блаженный удел для достигших идеального развития.
Для них мiр должен преобразоваться, и они сами вступят в него преобразованными. О первом учит апостол Петр: «мы, по обетованию Его, ожидаем нового неба и новой земли, в которых обитает правда» (2 Петр. 3, 13). О втором учит апостол Павел: «сеется тело душевное, восстает тело духовное. Есть тело душевное, есть тело и духовное... Не все мы умрем, но все изменимся... Ибо тленному сему надлежит облечься в нетление, и смертному сему облечься в безсмертие. Когда же тленное сие облечется в нетление, и смертное сие облечется в безсмертие, тогда сбудется слово написанное: поглощена смерть победою» (1 Корин. 15, 44, 51, 53-54).
Размышление приводит нас к выводу, что этот идеальный строй, когда не будет мучительного времени и настанет блаженная вечность, должен утвердиться, но при настоящих условиях для наших духовных очей он является непредставимым. "Еще не откурылось, что будем" (1 Ин.3:2)».
С. Глаголев,
доктор богословия, профессор
Московской духовной академии.
Источник текста: Православная богословская энциклопедия. Том 3, стлб. 1170. Издание Петроград. Приложение к духовному журналу "Странник" за 1902 г. Орфография современная.
+ + +
Глас Безконечности
В космических далях живёт Безконечность,
но хочется ей свой размер обрести
и времени бег укротить быстротечный,
чтоб с мiром земным разговор повести.
О том, что людей на земле ожидает,
когда завершится истории ход
и мiр их конечный той вечностью станет
которая с Богом в согласье живёт.
О том, что Свобода ‒ их воли основа,
которая делает нас человеком,
но требует всё ж соблюдать смыслы Слова,
которое Богом дано нам навеки.
Безсмертная вечность тем будет награда,
которые справятся с Божьим заданьем.
А те, кто отправится в пропасти ада ‒
там вечность оставлена в виде страданья.
Его ведь злодей себе сам выбирает,
Сродняясь со злом вместо светлого рая.
Но тайной покрыто его устроенье
Возможно ль оттуда, из ада, спасенье?..
Ведь был там Христос,
чтобы вызволить многих,
и в этом вопрос,
не лишенный тревоги...
М.Н. Ноябрь 2025 г.
+ + +
Молитва о кошке
Мiр вести с фронта распирают
с желаньем гибели врагу,
А рядом кошка умирает.
Помочь ничем ей не могу.
Она потомок предков древних
для Ноева ковчега взятых.
Они в грехах людских плачевных
ни капельки не виноваты.
И вот она, имея душу,
не человечию, но всё же ‒
какую участь там заслужит
в потустороннем мiре Божьем?
Жила она смиренно с краю
большой своей кошачьей стаи,
нуждалась в ласке человечьей,
мурлыча песнь о жизни вечной.
Хотя ловила птиц, мышей, ‒
но это след грехопаденья:
природа мiра стала злей,
внеся и в тварей поврежденье.
А виноват в том человек,
нарушив Богу послушанье.
И кошку он увлек во грех,
венцом являясь мiрозданья.
Надеюсь всё же, что Господь
вину всем кошкам не припишет.
Прошу прощенья у неё,
пока она немного дышит.
29.11.2025 г.
(Кошку звали Портоска)
