Обеление Патриарха Сергия проходит с трудом...

Фрагмент выступления Александра Щипкова на круглом столе «Юбилей журнала “Ортодоксия”. Пять лет на защите русского православия», состоявшемся 25 января 2026 года в рамках XXХIII Международных Рождественских образовательных чтений (Зал церковных соборов, Москва). Я там присутствовал и всё это видел и слышал. Полное видео здесь.

https://rutube.ru/video/c04e92427e34d13af4e9c033f0d11361/?t=29&r=plwd

В данном отрывке [не воспроизводится. ‒ Ред. РИ] Александр Щипков рассуждает о преодолении в среде Московского Патриархата негативного восприятия патриарха Сергия (Страгородского), образ которого якобы был «зашорен» «тем либеральным образом, который был создан в 1960-е — 1970-е годы, причём был создан в первую очередь в среде русской эмиграции». Тех же, кто оказался не «зашорен», приходится разыскивать с большим трудом.

Я понимаю, что тот образ, который транслировали в РПЦЗ в 1950-е — 1980-е годы, не был объективен и во многом даже был карикатурен. Но действительно ли в действиях и словах митрополита/патриарха Сергия не было ничего, что могло бы вызвать смущение у искренне верующих людей? И не содержала ли позиция РПЦЗ и правой оппозиции в СССР определённое рациональное и этическое зерно, несмотря даже на все их ошибки? Наконец, были бы согласны старые зарубежники 1960-х — 1970-х годов приклеить на себя ярлык либералов? Эти вопросы, кажется, даже не ставятся в «Ортодоксии».

Вообще, все эти годы, начиная с конца 1980-х годов, критики Московского Патриархата уверяли, что принципы митрополита/патриарха Сергия (Страгородского) являются базовой основой мировоззрения всего Московского Патриархата. Этому пытались возражать. Но вот теперь нашлись те, кто реально, а не на словах стал продвигать идеи «христианского коммунизма» в РПЦ. И вот они сетуют на то, как трудно это делать.

Очевидно однако то, что если тренд на советизацию Московского Патриархата продолжится, то новый разрыв с РПЦЗ станет только вопросом времени. Ибо «Акт о каноническом общении» 2007 года ни в коем случае не был предательством со стороны РПЦЗ. Он был актом доверия и символом веры в то, что та политика, которую проводил митрополит/патриарх Сергий, была преодолена или будет преодолена в ближайшем будущем. И в России очень многие в это верили. А теперь получается, что дан обратный ход. И не надо думать, что в РПЦЗ этого не видят...

Алексей Родионов
https://rocor-observer.livejournal.com/374406.html

Выйдет ли руководство РПЦЗ-МП из РПЦ МП?

М.В. Назаров.

В чём же был "не был объективен и во многом даже был карикатурен тот образ [м. Сергия], который транслировали в РПЦЗ в 1950-е — 1980-е годы"? Приведу, в частности цитату из своего доклада на конференции историков РПЦЗ и РПЦ МП в Венгрии в 2001 году.

Разумеется, "Декларация" митрополита Сергия, которой на нашей конференции уделено большое внимание, является серьезным  апостасийным явлением. Это была утопическая попытка сотрудничества церковных структур не с атеистической, как часто пишут, а с богоборческой властью, которая изначально поставила себе целью искоренение Церкви (что подтвердилось и многими рассекреченными документами большевиков) и не видела в таком "сотрудничестве" никакой иной задачи, как поначалу расколоть Церковь и использовать ее более лояльную часть для уничтожения нелояльной, после чего нетрудно будет расправиться и с первой.

Однако отношение к этой "Декларации" многих ее критиков, в том числе и в русском Зарубежье, мне кажется, часто было несколько однобоким. В том смысле, что ей придавалось некое исключительное значение: мол, все раньше было хорошо, и вдруг – ни с того ни с сего произошел такой отступнический акт. Эту "Декларацию" следует рассматривать в общем контексте всего апостасийного процесса в Русской Церкви, и не только в ХХ веке, а во всем петербургском периоде.

Конечно, тут я нового ничего не скажу, а лишь напомню известные вещи, – чтобы мы учитывали этот общеисторический фон в дальнейших обсуждениях. (...) [Опускаю подробный исторический обзор.]

Перейду ко второй группе причин разделения Зарубежья, связанных с "Декларацией" митрополита Сергия.

Откол евлогиан и американцев от зарубежного Синода произошел еще в 1926 году в основном из-за описанных идейно-богословских причин и разного церковного самосознания; последние сдержки отпали после смерти Патриарха Тихона. Однако до появления "Декларации" митрополита Сергия все эти юрисдикции Зарубежья, отделившись друг от друга, все же считали себя связанными с церковной властью в России, и это их еще в какой-то мере объединяло. Лишь митрополит Сергий своими действиями и требованиями коренным образом изменил сложившееся положение.

И дело даже не в том, что в пресловутой "Декларации" «радости» богоборческой власти были им названы «нашими радостями». Стилистически это, возможно, мало отличалось от известных выражений в текстах за подписью Патриарха Тихона, когда он был вынужден отойти от той безкомпромиссной позиции, которую высказал в 1918 году. Но и Зарубежная, и Катакомбная Церковь, и Московская Патриархия, – все прославляют Патриарха как святого, потому что это было его личное пастырское самопожертвование и самоуничижение во Христе ради спасения паствы. Находясь под огромным давлением и шантажом со стороны власти (она грозила ему массовыми расстрелами духовенства), он возлагал бремя таких компромиссов только на себя самого и не требовал того же от других, не принуждал их прещениями. Он отдавал кесарю кесарево, но не Божие. Сергий же переступил эту границу в своих конкретных действиях.

Он, во-первых, потребовал от всего духовенства, в том числе зарубежного, письменного подтверждения лояльности советской власти. Духовенство в демократических ветвях зарубежного Православия дало такие подписки, об этом пишет и митрополит Евлогий в своих воспоминаниях, и историк из американской юрисдикции Д.В. Поспеловский. И это углубило раскол в эмиграции, ибо Зарубежная Церковь отказалась не только дать такие подписки, но и признавать далее московскую церковную власть в лице митрополита Сергия «в виду порабощения ее безбожной властью, лишающей ее свободы в своих волеизъявлениях и свободы канонического управления Церковью» (постановление зарубежного Архиерейского Собора от 9.9.1927). На это не пошла и значительная часть духовенства в России (катакомбная Церковь во всех ее разновидностях) – это была лучшая часть нашей Церкви, избравшая путь исповедничества и мученичества. С этой гонимой частью Русской Церкви и ощущала свою связь Русская Зарубежная Церковь, считавшая последним законным возглавителем Русской Церкви патриаршего местоблюстителя митрополита Петра (Полянского), расстрелянного в 1937 году.

И, во-вторых, в отличие от Патриарха Тихона, митрополит Сергий стал применять прещения против несогласных с ним клириков, чем пользовалась и богоборческая власть для их уничтожения. При этом из церковных структур митрополита Сергия звучали оправдания, что «никакого преследования Церкви нет» или что это «не преследования за веру», а наказания за «политическую, контрреволюционную деятельность».

Так митрополит Сергий положил начало отречению официальных структур Церкви в СССР от своих мучеников, что в эмиграции было воспринято как предательство их – и именно это стало неотъемлемой частью возникшего тогда понятия "сергианства"… Это было главной причиной непризнания церковной власти митрополита Сергия Русской Зарубежной Церковью – в отличие от демократических ветвей зарубежного Православия, которые даже в этом поддерживали политику митрополита Сергия.

Сейчас я не собираюсь анализировать эту его политику. Он, конечно, не был сознательным предателем и служителем зла, а просто надеялся ужиться с большевицкой системой для сохранения хотя бы каких-то церковных структур в надежде на лучшее будущее. Быть может, он надеялся на перерождение большевиков, как надеялись тогда же, в годы нэпа, сменовеховцы и евразийцы.

Но уместно ли было русскому Зарубежью переходить на такую же лояльную позицию? Самосознание Зарубежной Церкви тут было не в том, что "мы лучше и чище", а в том, что "мы не согласны" с этой кощунственной неправдой, будто «в России нет мучеников, а есть лишь политические преступники». Не было ли русское Зарубежье обязано, находясь в условиях большей свободы, говорить всему мiру правду, призывая его на защиту верующих в России? Говорить также и своему народу о сути богоборческой власти, о причинах падения православной России и о путях ее восстановления. Иначе кто другой мог бы это еще сделать?

Часто приходится слышать утверждения советских церковных авторов, что именно безкомпромиссные оценки зарубежных архиереев, начиная с послания I Всезарубежного Собора, давали повод большевикам для усиления репрессий. Но в таких утверждениях явно происходит подмена причин и следствий. Ведь нельзя не сознавать, тем более сейчас, что политика "лояльности" была обречена на провал, поскольку богоборческая власть в соответствии со своей идеологией ставила себе конечной целью полное уничтожение Церкви, и лишь на первом этапе нуждалась в послушных союзниках в среде церковного руководства. Ни от каких заявлений зарубежных архиереев это не зависело, повод для репрессий мог быть любым (например, Ленин в известном письме в марте 1922 года цинично предложил использовать как повод «борьбу с голодом»). Мы знаем, что накануне войны оставалось всего лишь четыре правящих архиерея – это был результат проводившейся тогда "безбожной пятилетки", по плану которой в России вообще не должно было остаться Церкви...
Русское зарубежное Православие в эпоху ускорения апостасии

+ + +

На эти мои слова никто тогда из московской делегации не возразил (даже О.Ю. Васильева, которая раскритиковала конференцию уже в Москве), нами был принят совместный «Итоговый документ конференции "История русской православной церкви в хх веке" 1917-1933 гг.» (составленный архимандритом Тихоном Шевкуновым), все доклады были опубликованы в сборнике, напечатанном в Петрозаводске по заказу Стеренского монастыря. Такое согласие в оценке революции и антицерковной политики в СССР в указанный период давала надежду на достижение взаимопонимания и в рассмотрении проблем дальнейшего времени. Но руководство МП и её кураторы из Администрации Президента этому воспрепятствовали... Дальнейшее известно: со стороны РПЦЗ произошла капитуляция под шантажом.

Сейчас в русле откровенной государственной идеологии ресоветизации и реабилитации Сталина в МП произошёл сильный сдвиг в её поддержку: сначала как "примирения Христа и велиара", а в последнее время даже с богословским обелением богоборческого СССР со стороны "Святейшего": «Удерживающим был и Советский Союз»... Если дошли до такого кощунства, попирая память Новомучеников, то и "обеление Сергия" трудностей не представляет...

Упомянутые Алексеем Родионовыым идеи «христианского коммунизма» в МП ширятся, их усиленно продвигают на сайте "Русская народная линия", там собрался целый легион церковнослужителей-сталинистов под руководством главного редактора Степанова.

Окрылённый такой самой "святейшей" поддержкой, Степанов умножил свои отповеди "антисоветчикам", приписывая это историософское открытие и св. Патриарху Тихону, и м. Сергию (Страгородскому):

«Удерживающий – это не православная Империя [!!! ‒ МВН.]. Удерживающий – это сам принцип миродержательной Империи... То, что Советский Союз оставался Третьим Римом, уразумели наши Предстоятели – святитель Тихон и святейший Сергий, именно поэтому они попытались выстроить отношения с новым государством, с Третьим Римом, в условиях, когда Церковь оказалась гонимой, когда Церковь воспринималась властью как политический противник, как союзник политических врагов большевиков – «белых» правительств. И вот в этих условиях святитель Тихон и святейший Сергий выстраивали отношения с новой властью. Именно так нужно понимать то самое "сергианство", которое у нас пытаются неразумно клеймить.
Анатолий Дмитриевич Степанов, историк, главный редактор «Русской народной линии», председатель «Русского Собрания», член Союза писателей России»
https://ruskline.ru/news_rl/2026/01/27/byl_li_sssr_tretim_rimom_byl_li_lenin_antihristom

Приписывание этого кощунства об "удерживающем" богопротивном режиме свт. Тихону оскорбляет его память. Сомневаюсь, что подобное было и у м. Сергия: он руководствовался страхом перед репрессиями (и не только в отношении себя) и лукавым "богословским" оправданием, что "нет власти нет от Бога", хотя, конечно, не мог не знать подлинного смысла слов апостола в контексте его Послания.

Что касается журнала "Ортодоксия", возглавляемого Щипковым, то этот бывший церковный диссидент советского времени стал ныне просоветским церковным конформистом, а в его "православной" редколлегии такие персонажи, как Мягков (РВИО) и Багдасарян ‒ откровенные сталинисты. Вот, например, аннотация:

О книге "Октябрь 1917-го. Русский проект"
Вардан Эрнестович Багдасарян – крупнейший российский историк и политолог, специалист по революционному движению в России начала XX века.
В своей новой книге Вардан Багдасарян показывает Октябрьскую революцию 1917 года как русский проект, в ходе которого большевики победили в борьбе с политической и культурной элитой, принявшей идеологию западничества, и восстановили Россию в качестве самобытной цивилизации. Он подробно рассматривает проявления русской державности во внутренней и внешней политике большевизма, в системе и стиле управления, в символах советского государства.

Однако сомневаюсь, что всё это может побудить руководство РПЦЗ-МП к разрыву с МП, ведь это стало бы подтверждением правоты тех, кто в 2007 году отказался капитулировать и присоединиться к "советской церкви", как её и тогда называли в "осколках".

« Предыдущая запись

Что такое "халяль"