Продолжается смешение понятий – Советская власть и Русский Народ.
Красные вполне искренне считают советский народ реальным и существовавшим всегда. Подлинным хозяином этой территории. А русский народ они считают временным оккупантом (как мы — монголо-татарское иго), ныне побеждённым и малочисленным (как те же монголы), о чём ему следует напоминать ("не смей думать о реваншизме"). Кстати, побеждённым не только в 1917-1922 гг., но и в 1945 — неосовки создали уютный для себя мирок, где над рейхстагом поднимает красное знамя революции красная армия, состоящая из принципиально советских людей, а последние русские, желающие называться "русскими", а не "советскими", гибнут в составе РОА или попадают в плен и повешены после войны. Собственно, ещё в 2001 году на коммунистическом митинге я услышал от молодого левого активиста: "Мы последних ваших русских во главе с Власовым после войны перевешали". Эта мерзкая максима далеко не всеми из них проговаривается вслух, но нередко подразумевается. А в дальнейшем я её слышал от гораздо менее боевых, но более "системных", государственных людей, любителей концепции "русских нет, все давно перемешались, правильнее наверное называть нас советскими людьми".
Из комментариев. // Продолжается смешение понятий — Советская власть и Русский Народ. Существует тенденция расчленить Россию, что конечно не отвечает чаянию Русского Народа и совершенно нежизненно. История России преподносится искаженной и лживой. Генерал-лейтенант В.К. Витковский
***
У коллег из "Черной Сотни" новинка - мемуары Владимира Константиновича Витковского [1885‒1978] - боевого офицера Первой Мировой, участника белой борьбы, одного из первых соратников Дроздовского, а затем - начальника Дроздовской дивизии. В эмиграции Витковский был одним из руководителей РОВСа, самой страшной для большевиков белой организации, представлявшей собой попытку сохранить Белую армию в эмиграции. Именно борьбе за сохранение армии как организованной силы и посвящены воспоминания Витковского "В борьбе за Россию" [первое издание: "В борьбе за Россию: воспоминания. Сан-Франциско, 1963. - Ред.] - противники тут и французские "союзники", и болгарские коммунисты, и большевистская внешняя агентура. Самый, пожалуй, любопытный эпизод воспоминаний - это рассказ об одобренном Врангелем плане захвата Константинополя, в случае, если французы продолжат морить русскую армию голодом на Галлиполи (эти события, кстати, великолепно показаны в последней серии "Крыльев Империи"). Предполагалось разоружить сенегальцев и занять город. Интересный был бы поворот истории. https://chernaya100.com/vitkovskiy-vborbe?utm_source=100knig
Егор Холмогоров
+ + +
МВН. Мне показалось тут примечательным, что Холмогоров относится к власовцам как к русским патриотам, поскольку они были противниками коммунистической власти. В этом Егор Станиславович отличается от многих нынешних "лояльных патритов" (как "православных совпатриотов", так и причисляющих себя к "белым", наподобие Иванова-Лискина в его псевдо-РОВСе), которые презрительно зачисляют власовцев в "февралисты", в "советские" или даже сравнивают с предателями из ленинской партии в Великой войне. Их, воспитанных в СССР, следовало бы пожалеть, а не презирать. Поэтому позволю себе уточнение, поскольку в Зарубежье хорошо рассмотрел суть т.н. "второй эмиграции", во многом состоявшей как раз из спасшихся от выдач военнослужащих РОА.
Большей частью это было поколение советских военнослужащих-военнопленных, выросшее уже при советской власти. Наиболее характерным для их идеологического состояния в РОА была мстительная ненависть к сталинскому режиму, что неудивительно после голодоморной коллективизации, безбожной пятилетки, "Большого террора", всего опыта жизни в рабовладельческом строе и после предательства их, попавших в плен, советской властью как "изменников Родины" с репрессиями в отношении их семей ‒ ничего другого они в своей жизни не знали. Они тогда ещё не были сознательными идейными русскими, что отразилось в их Пражском манифесте КОНР. Но под влиянием офицеров РОВСа в РОА (их были тысячи) и позже в эмиграции они постепенно обрусевали, в них просыпалось русское самосознание. Таково было большинство послевоенных членов НТС, с которыми я имел дело, особенно в "Посеве". (См.: Миф о «ленинизме» генерала Власова и РОА. WR архив)
Русскими были в РОА возрастные советские военнопленные, знавшие царскую Россию, например, сотрудник "Посева" Михаил Николевич Залевский (1895‒1996), который закончил Николаевское кавалерийское училище. Он штабс-ротмистр в Великой войне, в Красной армии ‒ военинженер 3-го ранга, в РОА ‒ майор. В 1942 г. «за антисоветскую агитацию и пропаганду» был арестован и приговорен к расстрелу, с заменой направлением в штрафной батальон. При разминировании минного поля телами штрафников перешел линию фронта. Монархист. В РОА был преподавателем истории в Дабендорфской школе РОА, затем начальником отдела пропаганды по работе на фронте и в тылу РККА Главного управления пропаганды КОНР. Думаю, он оказал немалое влияние на обрусение участников РОА. Автор нескольких историко-публицистических и мемуарных произведений, среди них ‒ "Император Николай Павлович и его эпоха" (Посев, 1978), "Печаль минувших дней..." (1984). Осталась не изданная рукопись "Николаевское кавалерийское училище". См. на РИ его статью: М. Залевский. "Царские офицеры и Русская Культура" (там и его краткая бмография).
Михаил Викторович! Спасибо за размышления о русских офицерах!
" Еще один старинный долг,
мой рок, еще один священный!
Я не убийца, я не волк,
я чести сторож неизменный."
И ещё.
О художественном осмыслении войны немецкого нацизма с иудо-марксистской экспансией русского населения.
В истории этой войны возникла ситуация, когда была потенциальная «...сила, которая могла решить судьбу противостояния двух армий, раскинувших свои фронты от Баренцева до Черного морей. Эта многомиллионая сила существовала.
И она находилась рядом с передовой.
Целые гектары полей и пригородных пустошей были обнесены колючей проволокой в два кола, с пулеметными вышками по углам.
Там томились пленные, вчерашние бойцы и командиры Красной Армии. Пехотинцы, артиллеристы, танкисты, летчики, связисты, техники и специалисты различных служб, которые делают армию управляемой, маневренной, послушной воле своих штабов и способной выполнять боевые задачи.
На затоптанной,... больше похожей на загоны для дикого скота, которого не удержать простыми пряслами в две-три жерди, томились десятки, сотни тысяч, миллионы людей.
И не просто людей, а солдат, умеющих держать в руках оружие.
.......Из тех, кого завтра и послезавтра железными крюками уволокут в переполненные санитарные ямы, можно было сформировать роты, дивизии, танковые корпуса и эскадрильи.
Но для этого в высших эшелонах германского командования должны найтись люди, способные реально смотреть на реальную обстановку и отдавать себе отчет и в том, чем чревато такое пренебрежение реальностью, и в том, что, к несчастью для рейха, есть вещи, неподвластные ему. Как бы велик он ни был.
Россия оказалась именно такой категорией, в которой слились в единый непокорный клубок и огромная территория, и суровая природа, и фанатизм ее солдат и генералов, и ненависть населения, и неиссякаемые источники ее силы в виде истории борьбы её православных предков против иноземных поработителей.
Но...увы! И только болван и только самонадеянный немец умудрится сделать из одного фронта два. Как будто специально для того, чтобы погубить и своих солдат, и великую идею, и еще миллионы ни в чем не повинных. Которые в это время просто оказались рядом. Он решил воевать одновременно с большевизмом и с русским народом!....
Из повести Сергея Михеенкова «Русский диверсант»