Франции и Британии самыми популярными стали правые партии
Впервые в современной истории крайне правые партии лидируют в рейтингах популярности сразу в трех крупнейших экономиках Западной Европы - Британии, Германии и Франции, отмечает газета The Wall Street Journal.
В Британии, согласно соцопросам, крайне правая партия "Реформировать Соединенное Королевство" Найджела Фараджа пользуется поддержкой примерно трети избирателей и значительно опережает ближайшего конкурента, правящую Лейбористскую партию Кира Стармера. Социологи предрекают, что по итогам следующих выборов партия Фараджа может получить почти триста мест в Палате общин вместо сегодняшних пяти и сформировать самую крупную фракцию в нижней палате британского парламента.
Во Франции "Национальное объединение" Марин Ле Пен в прошлом году уже стало фактическим победителем парламентских выборов по количеству набранных голосов, хотя из-за особенностей избирательной системы получила лишь третью по численности фракцию в Национальном собрании республики. Сейчас, в преддверии вотума о доверии премьеру Франсуа Байру, большинство французов хотят роспуска парламента и новых выборов, на которых "Национальное объединение", если верить соцопросам, снова займет первое место. Кандидат от партии Жордан Барделла имеет также все шансы победить на президентских выборах в 2027 году. За него готовы проголосовать около 35 процентов избирателей, что существенно больше, чем получил нынешний президент Эмманюэль Макрон в первом туре прошлых выборов главы государства.
Немецкая партия "Альтернатива для Германии" уверенно соперничает за первое место в рейтингах с правящим в стране консервативным блоком ХДС/ХСС канцлера Фридриха Мерца. АдГ поддерживают примерно 25-27 процентов немецких избирателей, но, по мнению социологов, у партии есть еще значительное пространство для роста популярности, что означает ее вполне вероятную победу на следующих выборах в бундестаг.
Основными причинами подъема крайне правых эксперты называют миграцию и экономический кризис, а также неспособность правительств справиться с этими проблемами. "Избиратели видят много действий, но не ощущают никакого эффекта", - говорит в интервью WSJ глава немецкого социологического института Forsa Манфреда Гюлльнера. Разочарование в "традиционных" правящих партиях в европейских странах достигло критических показателей. Многие граждане еще голосуют за них "по инерции", но при этом не верят в то, что эти партии могут что-то изменить. Поэтому поддержка правительств начинает падать почти сразу после того, как те приходят к власти. В Британии недовольство кабинетом Стармера выросло с 45 до 66 процентов в течение первых шести месяцев. Правительству немецкого канцлера Мерца для такого падения рейтинга хватило всего трех месяцев.
Василий Федорцев
https://rg.ru/2025/09/01/kosmetika-ne-pomozhet.html
Marine Le Pen_Jordan Bardella
Марин Ле Пен назначили уголовное наказание и запретили избираться
Политическая платформа Ле Пен антимигрантская, антиевропейская, с акцентом на «традиционные ценности» и защиту «маленького француза». При этом она использует обещания повысить пособия, понизить пенсионный возраст, «защитить» рабочий класс от евробюрократов и мигрантов. Это позволяет ей апеллировать к экономически уязвимым слоям населения, особенно в провинциальной и индустриально депрессивной Франции.
На президентских выборах она трижды выходила в первый тур (2012, 2017, 2022) и дважды — во второй, где в 2022 году показала лучший результат за всю историю французских ультраправых, набрав 41,5% голосов. Ее восхождение стало символом обостряющегося кризиса традиционных партий и нарастающего недоверия к институтам Пятой республики.
В мае 2024 года политическая ситуация во Франции неожиданно изменилась после выборов в Европейский парламент, не имевших до этого значительного влияния на ситуацию внутри страны. Под руководством Марин Ле Пен и ее преемника Жордана Барделла, который возглавлял партийный список, «Национальное объединение» добилось убедительной победы, заручившись поддержкой примерно 33% избирателей.
Этот результат стал не просто электоральным успехом — он символизировал масштабный сдвиг общественных настроений. Впервые за десятилетия ультраправые не только напрямую конкурировали с системными партиями, а уверенно опережали их на уровне всей страны. Особенно тревожным этот результат оказался на фоне слабого выступления макроновской коалиции «Вместе!», получившей лишь около 20% голосов и уступившей не только «Национальному объединению», но и левым силам.
Реакция президента Эмманюэля Макрона не заставила себя долго ждать.... В ответ на угрозу победы ультраправых президентская и левая коалиция пошли на беспрецедентный шаг — скоординировали усилия ради так называемого «республиканского фронта» против Ле Пен. Левые сняли сотни кандидатов во втором туре в пользу центристов, которые имели шансы победить ультраправых. Аналогичным образом поступили и центристы из президентского блока, уступив места левым.
Тактическое голосование сработало. По итогам второго тура «Новый народный фронт» занял первое место, получив 182 мандата. Коалиция Макрона «Вместе!» неожиданно сохранила значительное число мест — 168. «Национальное объединение», несмотря на успех в первом туре, оказалось на третьем месте со 143 мандатами. Несмотря на поражение, это был наилучший результат ультраправых за всю историю Пятой республики. Для сравнения: в 2022 году партия имела 89 мест, а в 2017 — всего 8.
Таким образом, Франции удалось избежать прихода ультраправых к власти, но страна вошла в период политической неопределенности и парламентского тупика: ни у одной из политических сил не оказалось абсолютного большинства.
На этом фоне в сентябре 2024 года начался завершающий этап судебного процесса над Марин Ле Пен, который в марте 2025 года завершился приговором Марин Ле Пен. Еще в 2015 году парижская прокуратура заподозрила, что депутаты Европарламента от «Национального фронта» в период с 2004-го по 2016 год использовали средства ЕС для финансирования партийной деятельности, что Марин Ле Пен опровергла.
Тем не менее, признав вину Марин Ле Пен доказанной, суд 31 марта 2025 года приговорил ее к четырем годам лишения свободы, из которых два — под домашним арестом с электронным браслетом, штрафу в размере 100 000 евро, а также пятилетнему запрету на занятие выборных должностей. Приговор вступил в силу немедленно, несмотря на заявление защиты о намерении обжаловать его.
«Национальное объединение» как юридическое лицо было также приговорено к штрафу в размере двух миллионов евро, из которых один миллион подлежит выплате сразу после оглашения приговора. Также суд постановил конфисковать средства, арестованные в ходе расследования.
Таким образом, приговор стал не только личным поражением Марин Ле Пен, но и серьезным ударом по всей политической инфраструктуре ультраправых. Ее участие в президентских выборах 2027 года фактически исключено: даже в случае апелляции запрет на избрание, наложенный судом, остается в силе, судя по словам ее адвоката.
После оглашения приговора Марин Ле Пен заявила, что считает себя невиновной, а сам вердикт — политически мотивированным. Запрет на участие в президентских выборах 2027 года она назвала сугубо политическим решением, направленным на то, чтобы не допустить ее к власти.
Приговор Ле Пен создает два возможных сценария для президентских выборов в 2027 году.
Первый: Марин Ле Пен подает апелляцию, и суд снимает с нее запрет на участие в выборах. Вероятность такого исхода невелика, но полностью исключать его нельзя. В этом случае Ле Пен возвращается в гонку — уже не просто как кандидатка, а как символ «гонений». По аналогии с Дональдом Трампом она мобилизует всех, кто чувствует отчуждение от институтов либеральной демократии, кто видит в ней не просто очередного системного политика, а голос «простых людей» против «либеральной элиты». В такой роли ее шансы на победу в 2027 году как никогда высоки.
Второй сценарий: суд отклоняет апелляцию, и запрет остается в силе. Тогда вся предвыборная кампания «Национального объединения» будет строиться вокруг образа несправедливо осужденной Ле Пен. Партия сделает все, чтобы превратить ее приговор в политический символ, использовать его как щит от обвинений в финансовых махинациях и доказательство того, что система боится перемен.
На авансцену выйдет Жордан Барделла — молодой и харизматичный политик. Его путь к президентским выборам будет сопровождаться риторикой об ультраправых как о главных «жертвах режима» и «угнетенной либералами Франции», и у него тоже могут быть серьезные шансы на успех. Согласно недавнему опросу, еще до оглашения приговора Ле Пен 43% французов хотели бы видеть Жордана Барделла кандидатом на выборах президента в 2027 году — по этому уровню он опережает многих французских политиков, включая Ле Пен, которую поддержали 42% опрошенных.
Саша Листратов
https://nstlbemr---ei3mgr4e-bsccljbcrq-ez.a.run.app/articles/good-bye-le-pen
«Альтернативу для Германии» признали экстремистской. Самой популярной партии грозит запрет
[В мае 2025 г.] контрразведка ФРГ признала партию «Альтернатива для Германии» правоэкстремистской. Об этом говорится в заявлении контрразведки: «С сегодняшнего дня Федеральное ведомство по охране Конституции ФРГ классифицирует партию «Альтернатива для Германии» как устоявшуюся экстремистскую организацию».
В заявлении указано, что АдГ «характеризуется экстремистской направленностью и пренебрежением человеческим достоинством». Как отметили в Федеральном ведомстве по охране Конституции ФРГ, представители партии несправедливо относятся к меньшинствам, в частности мигрантам и мусульманам, что способствует распространению и углублению предрассудков, негодования и страха в отношении этой группы людей. Контрразведка также отметила, что АдГ не признает немецких граждан, эмигрировавших из мусульманских стран, равноправными членами общества.
Проверки в отношении партии проводились в течение трех лет. Специалисты изучили высказывания и поведение ее представителей — в том числе их связи с правоэкстремистскими группировками. Особое внимание уделялось деятельности партии в ходе избирательной кампании на последних трех выборах в ландтаг .
В 2023 году в Германии уже признали «правоэкстремистскими» отделения АдГ в Тюрингии, Саксонии и Саксонии-Анхальт. На федеральном же уровне партию до недавнего времени только подозревали в экстремизме, что считается более низкой угрозой. Сама политическая сила при этом обвиняла немецкие власти в травле и подавлении инакомыслия.
Признание партии экстремистской не означает автоматический запрет ее деятельности. Для этого отдельное решение должен принять Федеральный конституционный суд Германии.
При этом решение Федерального ведомства по охране Конституции ФРГ вызовет сложности в работе по привлечению новых членов и финансирования партии.
На прошедших в феврале 2025-го выборах в бундестаг АлГ сила заняла второе место, набрав рекордные для себя 20,8% голосов. Впоследствии рейтинги АдГ продолжили расти и, по последним данным опросов, составляют 25–26%, что делает ее самой популярной партией в стране.
Председатель парламентской группы «Альтернативы для Германии» в ландтаге Баден — Вюртемберга Антон Барон назвал решение ведомства политическим маневром и выразил сожаление, что «старые партии теперь используют самые сомнительные политические средства против сильнейшей оппозиционной партии». Депутат бундестага и внешнеполитический эксперт фракции АдГ Штеффен Котре при этом заявил, что Федеральное ведомство по охране Конституции ФРГ необходимо упразднить: «Предполагаемая классификация АдГ как правоэкстремистской партии стала последней каплей. Орган, который настолько обезумел, уже не может быть реформирован, его можно только упразднить», — написал он в X.
Депутат АдГ Штефан Бранднер назвал решение Федерального ведомства по охране конституции «полной чушью по содержанию», заявив, что оно «не имеет никакого отношения к правопорядку и является чисто политическим в борьбе картельных партий против АдГ».
Ева Вишневская
https://www.gazeta.ru/politics/2025/05/02/20973074.shtml
В ближайшее время мы увидим серию провокаций в адрес руководства АдГ
["Альтернатива для Германии" начала набирать популярность по мере нарастания недовольства немцев падением уровня жизни, упадком экономики, мигрантизации, урезывания социальной помощи. ‒ Ред. РИ.]
В основе [правительственного] противодействия АдГ лежала стратегия «брандмауэра». Любые формы взаимодействия с представителями «Альтернативы для Германии» оказались под запретом. Исключения допускались разве что для технических вопросов текущей работы законодательных органов власти. СМИ освещали деятельность партии в подчеркнуто критическом ключе. Раздувались громкие провокации, вроде встречи правых и консервативных представителей с участием политиков из «Альтернативы» в Ванзее, где обсуждались перспективы насильственной ремиграции.
В Берлине ожидали, что такие меры отвадят от АдГ избирателей. Кто захочет голосовать за партию, у которой нет шансов показать себя в деле? Без широкой общественной поддержки «Альтернативе» предсказывали быстрое скатывание на периферию немецкой политики.
Однако вышло по-другому. На парламентских выборах 2021 года АдГ удалось удержать двузначный результат. Затем рейтинги партии начали ползти вверх. В 2024 году «Альтернатива» впервые победила на земельных выборах в Тюрингии. На досрочных выборах в бундестаг она финишировала второй. Наконец, весной этого года она впервые вышла на первое место в опросах общественного мнения на федеральном уровне.
Устойчивость АдГ привела к тому, что по меньшей мере один раз брандмауэр вокруг нее был фактически прорван. Лидер ХДС Фридрих Мерц на волне терактов в немецких городах предпринял попытку инициировать ужесточение миграционного законодательства. Это было возможно только с голосами депутатов от АдГ. В итоге для одобрения инициативы голосов все же не хватило, но Мерцу пришлось еще долго оправдываться за свой рискованный маневр.
Дрогнув, брандмауэр устоял, однако своей задачи так и не выполнил. АдГ смогла заявить о себе как о долгосрочном явлении в немецкой политике, получив иммунитет к провокациям. Отдельные представляющие мейнстрим политики осторожно заговорили о допустимости работать вместе с «Альтернативой» на местном, а то и более высоком уровне. Теперь же «правоэкстремистский» статус партии от Ведомства федерального канцлера затрудняет дискуссию о пересмотре подходов к АдГ.
Возможный запрет АдГ — это не столько про конкретную партию, сколько про состояние внутриэлитной и общественной дискуссии ФРГ. За годы «однополярного момента» навык внутригерманских дебатов атрофировался. Последний раз немецкие элиты спорили о будущем страны на заре Боннской республики, в годы становления «новой восточной политики» и во время присоединения ГДР к ФРГ.!! Теперь зачатки дискуссии по существу происходящего выглядят потрясением устоев и опасной ересью.
Провозгласив в 2022 году наступление «смены эпох», немецкое руководство сделало ставку на украинский кризис как двигатель давно назревших в Германии перемен. Однако разрыв российско-германских отношений, поддержка ВСУ и попытки встроить в рынок труда миллион украинских беженцев лишь углубили кризисные явления, формировавшиеся еще в годы правительства Меркель. Будущее правительство Мерца, как следует из коалиционного соглашения, похоже, будет действовать под одним из девизов Конрада Аденауэра: «Никаких экспериментов!» и в целом продолжать курс «светофорной» коалиции.
Сдерживание АдГ и других оппозиционных сил будет продолжено. Запуск судебной процедуры по запрету партии маловероятен, но не снят с повестки дня. Скорее всего, в ближайшее время мы увидим серию провокаций в адрес партийного руководства, отказ в предусмотренном государственном финансировании, обвинения в связях с Россией и Китаем. Количество промежуточных шагом до запретительного статуса пока сравнительно велико.
https://rtvi.com/obyasnyaem/zona-osobogo-davleniya-k-chemu-vedet-zapret-samoj-populyarnoj-nemeczkoj-partii/
Семеро за две недели: почему политики в Германии умирают перед выборами
В течение двух недель перед местными выборами в немецкой земле Северный Рейн-Вестфалия скончались сразу семь политиков партии "Альтернатива для Германии" (АдГ): пятеро из основного списка кандидатов и еще двое из резервного. Причины смертей, по данным полиции, не связаны с преступлениями, в одном случае произошло самоубийство. Однако такое совпадение, тем более накануне выборов, не могло не вызвать подозрения.
В соцсетях начали распространяться теории заговора, особенно после того, как на первые четыре смерти обратили внимание лидер АдГ Алис Вайдель и американский миллиардер Илон Маск.
"На мой взгляд, это статистически поразительно и в данный момент труднообъяснимо", - добавил вице-председатель партии Штефан Бранднер. "Статистические сомнения" подогревал и искусственный интеллект, к которому обращались за оценкой пользователи соцсетей. По мнению ИИ, вероятность того, что смерти шести политиков были совпадением, близка к нулю.
Представитель руководства АдГ в Северном Рейне-Вестфалии Кай Готтшальк, однако, заявил, что пока никаких оснований для того, чтобы считать смерти неслучайными, нет. Партия тем не менее намерена провести собственное расследование, но "не скатываясь в конспирологию". Не стали поддерживать конспирологические версии и большинство симпатизирующих АдГ СМИ. Все умершие были в пожилом возрасте и имели хронические заболевания. К тому же кандидатов на местных выборах в Северном Рейне-Вестфалии в общей сложности несколько десятков тысяч, и смерти, как выяснилось, были зафиксированы также среди представителей других партий, хотя и в меньшем количестве.
Но, как указывает бывший депутат бундестага от АдГ Юрген Браун, политикам его партии приходится действовать в условиях повышенного стресса: они испытывают большое давление и часто сталкиваются с враждебностью в свой адрес.
"В первой фракции АдГ в бундестаге было поразительное число случаев серьезных заболеваний, таких как сердечные приступы", - рассказал он в интервью изданию Alexander-Wallasch.de. По мнению издания Tichys Einblick, появление в связи со смертями политиков теорий заговора свидетельствуют прежде всего о падении доверия немцев к власти и официальным СМИ. "Почти никто больше не верит "официальным" объяснениям. Без доверия растет число суеверий, мифы разрастаются", - пишет издание.
Василий Федорцев
https://rg.ru/2025/09/03/v-germanii-pered-mestnymi-vyborami-umerli-sem-politikov-ot-partii-adg.html
+ + +
Внести свою лепту в скандал со смертями политиков от АдГ попытался и праворадикальный журнал Compact. Издание ранее было признано экстремистским, но весной 2025 года успешно оспорило этот статус в суде. На его страницах появилось вымышленное заявление госпожи Вайдель: будто бы она утверждала, что «ненависть к АдГ растет и эти смерти — тревожный сигнал». В итоге пресс-секретарю «Альтернативы для Германии» пришлось выступить с опровержением: сопредседатель партии никогда не произносила таких слов.
Вероника Вишнякова
https://www.kommersant.ru/doc/8009664
См. также: Истерика из-за успеха АдГ в Германии.
+ + +
МВН. Удручает, что российские авторы подобных статей послушно называют трезвомыслящие европейские правые партии (к тому же не враждебные России) "ультраправыми", то есть "экстремистскими" (Как и зачем российские пропагандисты разжигают русофобию в Германии, и Кто породил русофобов-бандеровцев). Впрочем и в РФ ситуация аналогичная, даже без наличия таковых партий и организаций: они давно запрещены или развалены изнутри провокациями власти. Сейчас подобная угроза нависает над якобы "русскими нацистами": "Русской общиной".