Переводъ съ английскаго
Хотя въ теченiи десятковъ лѣтъ отношенiе Америки къ Интернациональному Коммунизму было болѣе чѣмъ двусмысленнымъ, сегодня она стоитъ въ авангардѣ антикоммунистическихъ силъ, и всѣ антикоммунисты смотрятъ на нее съ вѣрою и упованiемъ. Странное дѣло, ведь недавно еще страна эта почти поголовно внимала (со всѣми признаками одобренiя) принципамъ, возглашаемымъ Вторым Интернацiоналомъ, который открыто выдвигалъ на мiровую сцену Интернацiональный Коммунизмъ, и только сегодня большинство американцевъ стали либо осуждать, либо стыдливо отворачиваться от него.
Преступленiя Коммунизма теперь главная тема американскихъ радiопередачъ за желѣзный занавесъ. Почему такая перемѣна вѣхъ? Почему никто не позаботился объяснить (удовлетворительно) причину подобнаго предательства интернацiональныхъ идеаловъ? Какъ не удивляться тому курiозному факту, что передачи эти являются предметомъ особыхъ заботъ как разъ тѣхъ, чьи голоса еще на нашей памяти сливались съ голосомъ Второго Интернацiонала и кто громче всѣхъ привѣтствовалъ Интернацiональный Коммунизмъ какъ орудiе освобожденiя народовъ Россiи въ 1917 году.
Правда, антикоммунистическое рвенiе этихъ лицъ неоспоримо и подтверждается ежедневно излiянiями дружбы и обѣщанiями помощи, обращенными къ порабощеннымъ народамъ Россiи. Вѣрно и то, что они посвятили себя дѣлу сближенiя антикоммунистовъ Россiи и Америки путемъ ознакомленiя средняго американца съ русской исторiей и бытомъ. Но странно сказать, всё это только увеличиваетъ недовѣрiе американца къ Россiи и находитъ мало отклика у порабощенныхъ русскихъ за желѣзнымъ занавѣсом.
Нужно ли удивляться, и не становится ли каждый день яснѣе, что антикоммунизмъ американцевъ весьма своеобразный продуктъ, а въ пропагандѣ ихъ явно слышится фальшивая нота. Причиною тому то обстоятельство, что вдохновители американскаго антикоммунизма не подлинные антикоммунисты, а идеологическiе наслѣдники Второго Интернацiонала, и какъ таковые они стремятся навязать Россiи новый (свой собственный) варiантъ интернацiональной власти. На самом дѣлѣ, никто и не скрываетъ, что иницiаторами антикоммунистическаго похода явились не американскiе консерваторы (которые осуждаютъ интернацiонализмъ и коммунизмъ безъ оговорокъ), а какъ разъ тѣ лѣвые круги, которые не переставали смотрѣть на русскую коммунистическую революцiю какъ на добрый починъ, а потому и привѣтствовали (и всегда будутъ привѣтствовать) всякую попытку нарушить нацiональное единство Россiи и одобряли (и всегда будутъ одобрять) поголовное истребленiе правящей верхушки, служилаго сословiя, зажиточного крестьянина, словомъ тѣхъ, кто такъ или иначе является костякомъ любой нацiи.
Къ тому же ихъ сегодняшняя пропаганда повторяетъ почти дословно (если не считать, что коммунисты тираны земѣнили царей тирановъ) тѣ излiяния американской интернацiонально настроенной прессы, которыя мы слышали передъ началомъ коммунистической революцiи 1917-го года.
Если не всякiй слышитъ въ запоздалыхъ соболѣзнованiяхъ американскаго радио фальшивую ноту, то пусть вспомнитъ съ какимъ холоднымъ безразличiемъ относились в Америке къ терзаемой интернацiональными палачами Россiи в теченiи многихъ лѣтъ; и какъ ея отчаянный вопль о помощи былъ умѣло заглушенъ всё той же американской прессой, которая в ту пору находила нужнымъ восторгаться "необыкновеннымъ соцiальнымъ экспериментомъ", проводимымъ Третьимъ Интернационаломъ.
Американскiй призывъ, обращенный нынѣ къ "народамъ Россiи", останется безъ отвѣта, ибо онъ исходитъ отъ той самой интернацiональной клики, которая искала и продолжает искать ихъ полнаго порабощенiя. Эта же клика въ теченiи в теченiи послѣднихъ десятилѣтий приложила всѣ усилiя, чтобы вселить на Западе ложное представленiе о подлинной природѣ навязанного Россiи "Соцiальнаго эксперимента", а попутно систематически искажала русскую исторiю, издѣвалась надъ ея традицiями, унижала ея религiю и Церковь, пытаясь оклеветать Русскую нацiю, которую она открыто стремится расколоть. Десятки и десятки книгъ, опубликованныхъ в Америке за послѣднiе сорокъ лѣтъ, свидѣтельствуютъ объ этомъ.
Прислушайтесь внимательно къ нынѣшней американской пропагандѣ, и вамъ станетъ ясно, что ея антикоммунизмъ лишь прикрытiе. На дѣлѣ же сознательно выгораживается революцiя, троцкисты и кое-кто изъ такъ называемыхъ старыхъ большевиковъ, членовъ Второго Интернацiонала, который открыто заявлялъ, что Россiя, единая и недѣлимая, "...является однимъ изъ главныхъ препятствiй на пути разрѣшенiя задачъ, стоящихъ передъ соцiалистическимъ пролетарiатомъ Европы".
Подлинные антикоммунисты не стали бы ихъ выгораживать, ибо они были иницiаторами и апостолами Интернацiонального Коммунизма, и цѣлью ихъ жестокихъ расправъ являлось истребленiе нацiонально мыслящего отбора цѣлой страны.
Ясно, что отвѣтственные американскiе антикоммунисты не подлинные антикоммунисты. Болѣе того, они и не борются съ Интернациiональнымъ Коммунизмомъ, ни даже просто съ коммунизмомъ, ибо этотъ терминъ не что иное, какъ вывѣеска на разрастающемся въ Россiи нацiональнымъ социализмомъ, который и является ихъ врагомъ, т.к. грозит ихъ широкимъ интернацiональнымъ планамъ и долженъ быть обузданъ, а "народы Россiи" включены непосредственно въ интернацiональную семью "свободныхъ" народовъ.
Ясно и то, что голосомъ Америки пользуются для того, чтобы вызвать новую революцiю, и на этотъ разъ свергнуть порожденную Интернацiональнымъ Коммунизмомъ, а нынѣ неугодную, какъ теперь говорятъ, "нацiстскую" диктатуру въ Россiи. Население же попутно восстанавливается противъ Америки путемъ оскорбленiя русскаго нацiонального чувства, ибо каждый "дружескiй" призывъ, обращенный къ переживающему тяжелые испытанiя русскому народу, таитъ въ себе отравленныя стрѣлы, глубоко ранящия тѣло Россiи.
Въ сущности, антикоммунистическая пропаганда Америки въ какой-то мѣре обращена въ болѣе утонченное дополненiе совѣтской антиамериканской пропаганды, которая уже отравила сознанiе миллiоновъ и нынѣ расколола мiръ надвое. Не вся вина за это падаетъ на Совѣты, т.к. американский походъ подъ лозунгомъ "презирай и ненавидь Россiю" былъ начатъ задолго до совѣтскаго "ненавидь Америку".
"Раздѣляй и властвуй" ‒ вот кличъ и настоящая цѣль интернацiонально мыслящихъ антикоммунистовъ Америки.
Мирное сосуществованiе подъ голубымъ интернацiональным флагомъ ‒ да, это будетъ позволено, но самостоятельный сговоръ двухъ суверенныхъ нацiй ‒ никогда.
Нѣтъ сомнѣнiя въ томъ, что американская пропаганда ненависти къ Россiи содѣйствовала усиленiю совѣтской пропаганды ненависти къ Америке, и что обѣ служатъ одной цѣли. Обѣ посѣяли недовѣрие и разожгли ненависть тамъ, гдѣ ея не было; обѣ убѣждаютъ самихъ себя и другихъ, что Америкѣ и Россiи не не избѣжать конфликта безъ вмешательства нѣкоей высшей, авторитетной власти ‒ и это нынѣ, когда судьбы мiра зависятъ отъ уменiя обоихъ народовъ придти ко соглашенiнию, не сдавъ предварительно свое оружие и суверенныя права той сѣти разнообразныхъ, но связанныхъ между собою интернацiональныхъ комитетовъ, престижъ и власть коихъ возрастаетъ за счетъ отдѣльныхъ нацiй, сдающихъ имъ свои суверенныя права.
Основательность нашихъ утвержденiй, а именно, что американскiе пропагандисты сознательно сѣютъ рознь и что самые рьяные изъ нихъ еще недавно сочувствовали Интернацiональному Коммунизму, можно доказать на примѣрахъ. Вотъ образчикъ (одинъ изъ многихъ), показывающiй, чему учатъ американцевъ о Россiи и почему русские должны опасаться Америки. Судите сами.
Слѣдующiй сокращенный перечень типично русскихъ чертъ является сводкой отдѣльныхъ заявлений, собранныхъ со страницъ психологическаго изслѣдованiя русскаго характера*, цѣлью коего, оказывается, служить дѣлу мира путемъ ознакомленiя широкой публики съ Русскими.
* Великорусскiй народъ. Психологическiй этюдъ, авторы: Джефри Тореръ и д-ръ мед. Джонъ Рикманъ. Изд. Крессетъ Прессъ. Лондон, 1949.
Для русскаго типично цѣнить насилiе, ударить ногой лежачаго; ударить стоячего для русскаго немыслимо; чувствовать вражду ко всѣмъ, кого он считаетъ непохожими на себя.
Русскiй предпочитаетъ максимальныя наслажденiя минимальнымъ, откуда пиры, переходящiе в оргiи и длительныя попойки рускихъ. Эти склонности включены въ религиозный обиходъ русскихъ православной Церковью, которая, кстати, ставитъ колдовство и суевѣрiе на одинъ уровень съ религiей.
Русскiй считаетъ себя выше всѣхъ на свѣтѣ и готовъ отрицать наличiе каких-либо человѣческихъ качествъ у техъ, кого мнитъ врагами и смотритъ на нихъ какъ на полудiаволовъ, которыхъ нужно окончательно унизить и въ той же мѣрѣ перевоспитать, прежде чемъ русскiй признаетъ за ними право на существованiе.
Что это, если не пощечина? Пожалуй, самъ Альфредъ Розенбергъ не сумѣлъ бы лучше обосновать свою программу, направленную противъ русскаго "унтерменша". Что это, если не вызовъ, имѣющiй цѣлью подстегнуть ослабѣвающую совѣтскую пропаганду ненависти. Однако похвальныя усилiя, направленныя к сближенiю русскихъ и американцевъ, этимъ не ограничиваются, т.к. далѣе читателя предупреждаютъ:
Что безполезно пробовать дружить съ русскими, и что мало вероятности, что русские добровольно согласятся съ планами, которые позволили бы другимъ нацiямъ ихъ обуздать, и нѣтъ абсолютно никакой надежды продвинуть работу по установленiю мiрового государства, покуда Россiя сохраняетъ самостоятельность.
Русскiй читатель, казалось бы, можетъ сдѣлать лишь одинъ выводъ, а именно, что Америка стремится къ установленiю мiрового государства и, дабы превратить надежду въ дѣйствительность, должна не только оставить мысль о дружбе съ русскими, но обуздать ихъ и лишить независимости.
Что это, спрашивается, какъ не попытки приписать Америкѣ агрессiю и стремленiе къ мiровому владычеству? И не есть ли это еще одинъ примѣръ тому, какъ сѣется рознь между двумя народами? Оказывается, какъ разъ наоборотъ. По словамъ Джефри Горера это «...попытка уменьшить поводы къ излишнимъ недоразуменiямъ между Россiей м свободным мiром, "предпринятая Комитетомъ по изученiю современныхъ культуръ" при Колумбiйскомъ университетѣ".
Два года упорной работы привели къ изданiю въ 1949 году труда, о коемъ и идѣтъ речь. Прочтя его, нельзя не согласиться, что трудъ этотъ потребовалъ отъ авторовъ Джефри Торера и д-ра мед. Джона Рикмана "немалой игры воображенiя", что и отмѣчается (и не безъ основанiя на обложкѣ книги).
Для тѣхъ, кто пожелалъ бы ближе познакомиться съ авторами, равно какъ и съ методами и материаломъ, использованными г-номъ Тореромъ и его коллегами по Колумбiйскому университету для расшифровки русскаго характера, мы можемъ добавить следующее.
Самъ Тореръ называетъ себя бывшимъ "попутчикомъ" съ "розовым оттѣнкомъ" и добавляетъ, что Россiю знаетъ мало, а по-русски почти не говоритъ. Въ 1932 году, продолжаетъ онъ, "я вернулся (изъ Россiи) полный энтузиазма къ странѣ и режиму". Оказывается, атмосфера тамъ была "почти что опьяняющая".
Думается, что энтузiазмъ испытывали лишь Тореръ и ему подобные, ибо в 1932 году люди в Россiи голодали, религия была подъ запретомъ и концлагеря полны до отказа.
Между 1932 и 1936 годами его "энтузiазмъ и чувство солидарности" продолжали расти, но почему-то не было прежней приподнятости, хотя, какъ онъ отмѣчаетъ, материальные условiя были значительно лучше и церкви переполнены. Съ наступленiем 1945 года Тореръ уже считаетъ Совѣты "тиранiей и почти такимъ же зломъ, как Нацiонал-соцiализмъ".
Словомъ, Тореръ прошелъ тотъ путь, который объединяетъ всѣхъ новообращенныхъ антикоммунистовъ.
Таково прошлое одного изъ авторовъ. По словам Торера, его осѣнила "блестящая мысль" взять рядъ статей, написанныхъ о Россiи въ 1919 году англичаниномъ Джономъ Рикманомъ, посѣтившим страну между 1916 и 1918 годами в качестве члѣна благотворительнаго отряда квакеровъ, и использовать ихъ какъ отправную точку для своихъ изслѣдованiй.
Интересно отмѣтить, что два года, проведенныхъ Рикманом въ Россiи, что, по-видимому, дѣлаетъ его авторитетомъ по русскому вопросу, не приблизили его ни на iоту къ пониманiю народа, среди котораго онъ работалъ; онъ обнаруживаетъ, однако, опредѣленную симпатiю къ только что установленному коммунистическому режиму.
Читая его статьи, журналистически, несомненно, занимательныя, ибо приключенiя пересыпаны отвратительными подробностями физiологическаго порядка, получается впечатленiе, что онъ описываетъ не Россиiю, а населенную полудикими племенами отдаленную Британскую колонiю. Статьи англичанина Рикмана составляютъ первую часть книги.
Остальной матерiалъ собранъ путемъ опроса лицъ, которые Тореръ считаетъ "типично русскими". Онъ признаетъ, однако, что только десять процентовъ изъ трехъ-четырехъ сотен опрошенныхъ лицъ можно считать технически квалифицированными освѣдомителями. Изъ этихъ тридцати-сокрока лицъ "значительное число" были нерусскiе журналисты, плюсъ чиновники У.Н.Р.Р.А. и О.О.Н. и ихъ жены. Отдѣльные вопросы были поставлены ряду русскихъ перемѣщенныхъ лицъ (Ди-Пи), но, добавляетъ Тореръ, "для меня дѣло сводилось только къ тѣмъ изъ нихъ, кто говорили по-английски".
Отыскать типично русскихъ людей в С.Ш. онъ, по-видимому, не могъ. Странно, когда подумаешь, как много русскихъ ученыхъ, авторовъ, журналистовъ и др. нашло убежище въ Америке. Онъ пользовался, однако, цѣннымъ содѣйствиемъ "русской группы", входящей въ составъ "изследовательского комитета" при Колумбiйскомъ университетѣ. Приведенъ списокъ именъ, среди коихъ ни одного русскаго имени. Таковы типично русскiе люди, показанiями коихъ пользовался Тореръ.
Во второй части книги, являющейся фантасмагорией, построенной на психологическихъ изысканiяхъ и психоанализѣ, Тореръ переходитъ къ разбору собраннаго имъ такими путями матерiала и безъ малейшего стѣснения начинаетъ раскрывать передъ англiйскимъ читателемъ всего мiра скрытую механику русской души.
Въ душѣ русскаго, поясняетъ онъ, разлито чувство вины и страха, порожденныхъ злобой, не имеющей опредѣленного объекта. Эта злоба плюсъ позывы къ разрушенiю растутъ в его душѣ от того, что русскихъ пеленаютъ въ младенчествѣ (оба автора, однако, нехотя признаютъ, что не имеютъ положительныхъ данныхъ о томъ, что пеленанiе широко применяется в Россiи).
Чувство связанности, испытываемое спеленутымъ младнцемъ, оказывается, столь мучительно, что русскiй младенецъ проектируетъ свое негодованiе на весь окружающiй мiръ и это, почему-то, вызываетъ в немъ чувство глубокой вины и страха, которые въ свою очередь претворяются въ внутреннее убѣжденiе, общее всѣмъ русскимъ, а именно, что въ окружющемъ ихъ мiре скрывается невыявленный врагъ, который у русскихъ ходитъ подъ общимъ названiем "темныя силы".
И вотъ тутъ то авторъ пеленальной теорiи невольно раскрываетъ свой потаенный страхъ, ибо заявляетъ, что не имѣющая опредѣленнаго объекта злоба русскаго можетъ быть безъ труда направлена на вполнѣ опредѣленный объектъ, что "темныя силы" могутъ, к примеру, легко быть отождествлены въ русскомъ сознанiи съ иностранной державой, а то и съ евреями и троцкистами.
Русскiе цари и Православная Церковь, говорится далѣе, пользовались этой чертой русскаго характера для того, чтобы отвести отъ себя народный гнѣвъ и направить его на другихъ, и вполнѣ возможно, что большевики послѣдуютъ ихъ примѣру.
Джефри Тореръ можетъ быть и правъ, опасаясь этой, не имѣющей опредѣленнаго объекта, злости русскихъ. Много ли нужно для того, чтобы направить ее на тѣхъ, кто, подобно Тореру, не испытывали ничего, кромѣ "энтузиазма", покуда русскiй народъ проходилъ черезъ мясорубку.
Пока же любой русскiй, прочитавшiй его фантастическiй бредъ (а что многiе прочтутъ, въ этомъ сомненiя нѣтъ), вправѣ назвать его преднамѣреннымъ, хоть и осторожнымъ лжецомъ, который, прячась за тѣмъ, что онъ называетъ психологическимъ анализомъ, выноситъ произвольный приговоръ русскому народу и бросаетъ ему въ лицо обвиненiя, которыя иначе онъ никогда не посмѣлъ бы формулировать.
Книга Джефри Торера и Джона Рикмана отличается еще одной интересной подробностью, а именно: хоть всѣ географическiе названiя въ ней тщательно вычищены, всякому, кто хоть немного знаетъ Россiю, ясно, что статьи Рикмана (анализируемый матерiалъ) описывает Бѣлоруссiю, Украину и Киргизскiя степи. Однако Тореръ на первыхъ же страницахъ безъ всякаго стѣснѣнiя пишет:
«...Хотя я и употребляю терминъ "русскiй" безъ приставки "велико-", ничто сказанное въ послѣдующемъ текстѣ не относится къ какой-либо иной группѣ, кромѣ великорусской».
Г-н Тореръ либо не обремененъ чрезмѣрнымъ уваженiемъ къ читателю, либо увлеченъ желанiемъ выдѣлить Великороссовъ и обратить ихъ в мишень для своихъ нападокъ. Такой пристрастный подходъ, между прочимъ, "типиченъ" для интернацiонально мыслящихъ элементовъ "розовой" Тореровской разновидности, которые непрочь считать Великороссовъ "пруссаками Востока" и мечтать о томъ днѣ, когда русское этническое цѣлое будетъ расколото на ея три славянскихъ элемента ‒ Великую, Малую и Бѣлую Россiю.
Что же касается благихъ (мирныхъ) цѣлей, преслѣдуемыхъ ученой коллегiей, потрудившейся коллективно надъ только что разсмотреннымъ "психологическимъ этюдом", то они сильно подъ сомненiемъ. Казалось бы, кому какъ не ей знать, что осыпая бранью русскiй народъ, она бросаетъ ему вызовъ и разжигаетъ в немъ ненависть къ Америке.
Казалось бы, кому какъ не ей знать, что оба автора свернули на опасную дорогу, ведущую къ тому, что съ недавнихъ поръ разсматривается какъ преступленiе, ибо своимъ подчеркнутымъ намѣренiемъ оклеветать цѣлую этническую группу авторы подошли вплотную къ тому, что при иныхъ обстоятельствахъ сами бы поспѣшили заклеймить какъ "народоубийство".
Сентябрь 1952
+ + +
Примечание МВН. Консервативный идеолог-геополитик Александр Уайт стал известен посмертно в российских патриотических изданиях, начиная с последних лет "перестройки". Он был в числе тех немногих правых деятелей, которые в своем видении катаклизмов ХХ века "поднимались выше антикоммунизма" и видели не только в тоталитарном СССР, но и в "демократическом" Западе единую силу, стремящуюся построить Новый мiровой порядок и устроившую с этой целью антирусскую революцию.
К сожалению, с подачи О.А. Платонова статьи Александра Уайта стали в РФ приписывать главе Российского Общенационального Народно-Державного Движения (РОНДД) Евгению Николаевичу Арцюку (псевдоним Державин, 5.04.1907‒15.06.1973; см. об этой организации в гл. 13 книги "Миссия русской эмиграции".) Его авторство утверждается и в "Большой энциклопедии русского народа", изданной О.А. Платоновым, и на солидном ресурсе "Хроно" и даже в Википедии, которая обычно требует "авторитетных источников". При этом все ссылки (в т.ч. Википедии) на первоисточник указывают именно О.А. Платонова.
Но Арцюк здесь совершенно не при чём, что я убедительно показал в статье Кем был геополитический "пророк" Александр Уайт? В ней я выдвинул и обосновал предположение, что под именем Александр Уайт (в переводе на русский: "Белый"), мог публиковаться один из известных правых деятелей белой эмиграции, скрывшийся за таким псевдонимом, чтобы не портить отношения с американскими властями (в структурах которых ему приходилось работать юристом). А именно: Борис Львович Бразоль (31.3.1885‒19.3.1963), который еще с начала 1920-х годов проявил себя как противник "мiровой закулисы".
Рукопись данной статьи по дореволюционной орфограции, написанная от руки на бумаге американского формата, была мною получена в 1990-е годы от сына Е.А. Арцюка из небольших остатков редакционного архива газеты "Голос России", в которой мне не удалось обнаружить эту публикацию. Так что, по-видимому, сейчас на РИ она публикуется впервые. Это, конечно, не "переводъ съ английскаго", текст сразу писался по-русски, а подпись и указание на "перевод" добавлены другими чернилами.
По содержанию статьи считаю её важной для понимания цели и стратегии мiровой закулисы в Холодной войне, увенчавшейся успехом.
Единственное, в чём уважаемый автор оказался неточен (но тогда такое поверхностное впечатление было понятно), что в СССР послевоенный коммунизм, это «не что иное, какъ вывѣеска на разрастающемся въ Россiи нацiональнымъ социализмомъ». Несколько месяцев спустя ситуация в СССР резко изменилась в сторону интернационализма ‒ и, возможно, автор попросил Арцюка не публиковать статью в таком виде, уточнив свои оценки в следующих статьях.
https://ok.ru/profile/585727354788/statuses/157381354335652