14.01.1879      15880      0
 

Скончался Николай Александрович Мотовилов, собеседник и сотаинник преподобного Серафима Саровского


14.01.1879 (27.01). – Скончался Николай Александрович Мотовилов, собеседник и сотаинник преподобного Серафима Саровского

 

"Служка Божией Матери и Серафимов"

Николай Александрович Мотовилов (12.5.1809–14.1.1879) был собеседник и сотаинник преподобного Серафима Саровского, многолетний попечитель главного детища преподобного – Серафимо-Дивеевского монастыря. Этот симбирский и арзамасский помещик, исцеленный в свое время прп. Серафимом, впоследствии опубликовал важнейшие поучения и откровения святого старца.

Из многих тысяч людей, приходивших к преподобному Серафиму Саровскому, Мотовилов удостоился наибольшего доверия: ему единственному была передана из уст в уста беседа "О цели христианской жизни", из которой православный мiр узнал учение прп. Серафима о стяжании благодати Святаго Духа как цели христианской жизни. Духовно общаясь с прп. Серафимом, Мотовилов сохранил для нас мельчайшие подробности его светоносной жизни. Самой Божией Матерью наставлен был Мотовилов на служение Дивеевской обители. Его тетради послужили и составлению жития первоначальницы Дивеевской обители – преподобной Александры. Через Мотовилова преподобный Серафим передал письмо для Царя, который "его прославит".

Мотовилов в своем искреннем и непосредственном поведении был близок к юродствованию и потому еще при жизни своей был объявлен безумным, больным человеком, многократно подвергался несправедливым нападкам и клевете. Впрочем, имеются и достоверные архивные бумаги, которые свидетельствуют о его состоянии в последние годы жизни, близком к "тихому помешательству". Не все записи Мотовилова, передающие или пересказывающие пророчества прп. Серафима можно признать достоверными.

Отмечая это, православный исследователь А.Н. Стрижев пишет: «Разумеется, наше отношение к Н.А. Мотовилову определяется не сторонними характеристиками, а тем полезным, что он сделал для Православия. Бесспорная заслуга его, прежде всего, в передаче потомству богословской жемчужины, скатившейся из уст святого Серафима, известной как его завет всем потомкам и верным чадам Православной Церкви, — его знаменитая "Беседа о цели христианской жизни". И других заслуг перед православными у Мотовилова немало. Потому-то рассматривать его жизнь надо в целом, не пренебрегая и теми очевидными срывами, о которых поведали архивы» ("О чем могут поведать архивы. К 250-летию со дня рождения преп. Серафима Саровского" // Благодатный огонь № 12).

Преподобная Пелагея (Паша Саровская) называла его "таким же юродивым", как и она сама. В житии прп. Серафима 1913 г. сказано: «Мотовилов, как умел, служил памяти Серафима. Его любовь к Серафиму и к вере проявлялась часто чрезвычайно странно, но сердце его было преданное и безкорыстное… Что знаем мы о сокровищах тех душ, которые собрал Серафим в Дивееве, – души горячего и несчастного Мантурова, безумного и нелепого в проявлении своей веры Мотовилова, простых, еле грамотных мельничных сестер…? Это за пределами нашего разумения. Серафим знал их силу, провидел будущее».

Важное значение в миссии Н.А. Мотовилова имела его супруга Елена Ивановна (ур. Милюкова), на которой Николай Александрович женился в 1840 г. Она была племянницей любимой послушницы прп. Серафима – Марии. Будучи моложе мужа, Елена Ивановна дожила до XX века, и ее застал еще в полном здравии писатель С.А. Нилус, готовивший материалы к прославлению прп. Серафима в 1903 г. Она передала ему корзины с бумагами Мотовилова, десятилетиями пролежавшие на чердаке и перемешанные с птичьими перьями и пометом. Почерк Мотовилова был очень неразборчивым, и, безуспешно пытаясь что-то прочесть, Нилус взмолился: «Батюшка Серафим! Неужели же для того ты дал мне возможность получить рукописи твоего "служки", чтобы неразобранными возвратить их забвению?». Наутро, взяв стопку бумаг, он сразу нашел запись беседы о Святом Духе и, обретя внезапно способность понимать мотовиловский почерк, легко ее прочитал. Ее публикация успела как раз к торжествам канонизации Преподобного.

В тех же бумагах С.А. Нилус обнаружил и опубликовал предсказания прп. Серафима, известные как "Великая Дивеевская тайна". Н.А. Мотовилов похоронен в этом самом Серафимо-Дивеевском монастыре.

Использован материал:
http://kazan.eparhia.ru/smi/?id=9261&print=1

 

Великая Дивеевская тайна
8-я глава книги С.А. Нилуса "На берегу Божьей реки"

 

Икона Божией Матери СерафимоДивеевская

 

Поведаю теперь то, что я хранил доселе в сердечной памяти своей и чему, думается мне, еще не выходили Божьи сроки. Если не обманывает меня внутреннее извещение-предчувствие, сроки эти исполнились, и настало время явить міру верующих и неверующих сокровенный доныне и мною скрываемый умный бисер, подобно которого мір еще не ведал со дней греческого императора Феодосия Юнейшего. Воскрешение Лазаря известно каждому христианину. О воскресении же седми отроков знают весьма немногие и потому, прежде объявления великой Серафимовой тайны (назову ее "Дивеевской" – по месту ее обретения), я вкратце сообщу неосведомленным сказание о седми отроках.)

Эти седмь благородных отроков: Максимилиан, Ексакустодиан, Иамвлих, Мартиниан, Дионисий, Иоанн и Антонин, – связанные между собою одинаковою воинскою службою, тесною дружбою и верою, во время Декиева гонения на Ефесских христиан (около 250 года) скрылись в горной пещере, называемой Охлон, близ города Ефеса в Малой Азии. В пещере этой они проводили время в посте и молитвах, приготовляясь к мученическому подвигу за Христа. Узнав о местопребывании юношей, Декий велел завалить вход в пещеру камнями, чтобы предать исповедников голодной смерти.

По истечении 170 лет, в царствование Феодосия Младшего (408-450), истинного защитника веры, вход в пещеру был открыт, и блаженные юноши восстали, но не для мучений, а для посрамления – неверующих, отвергавших истину воскресения мертвых. По извещении об этом великом чуде, царь Феодосии прибыл с сановниками своими и со множеством народа из Константинополя в Ефес, где обрел юношей этих еще в живых и поклонился им, как дивному свидетельству свыше о будущем всеобщем воскресении.

По свидетельству церковного историка Никифора Каллиста, царь был в общении с ними семь дней, беседовал с ними, и сам прислуживал им во время трапезы. По миновении тех дней юноши вновь уснули сном смерти уже до Страшного Суда Господня и всеобщего воскресения. Святые мощи их прославлены многими чудесами.

Сказание это, независимо от церковного предания, имеет свидетельство и исторической своей достоверности. Святой Иоанн Колов, современник этого события, говорит о нем в житии прп. Паисия Великого (19 июня). Марониты сирийцы, отколовшиеся в VII веке от Православной Церкви, чтут в своей службе святых отроков. Они находятся в эфиопском календаре и в древних римских мартирологах. История их известна была Магомету и многим арабским писателям. Григорий Турский говорит, что эти мужи до сего дня почивают в том самом месте, одетые в шелковые и тонкие полотняные одежды. Пещера отроков доныне показывается близ Ефеса в ребрах горы Приона. Судьба их мощей неизвестна с XII века, в начале которого игумен Даниил видел их еще в пещере.

По вере моей, чудом преподобного Серафима спасенный в 1902 году от смерти, я в начале лета того же года ездил в Саров и Дивеев благодарить Преподобного за свое спасение и там, в Дивееве, с благословения великой Дивеевской старицы игумений Марии и по желанию Елены Ивановны Мотовиловой, я получил большой короб всякого рода бумаг, оставшихся после смерти Николая Александровича Мотовилова, с разными записями собственной руки его, и в этих-то записях я и обрел то безценное сокровище, тот "умный бисер", который я называю Дивеевской Тайной – тайной преподобного Серафима, Саровского и всея России Чудотворца.

Передаю обретенное словами записи:

"Великий старец Батюшка Серафим, – так пишет Мотовилов, – говоря со мной о своей плоти (он плоти своей никогда мощами не называл), часто поминал имена Благочестивейшего Государя Николая, Августейшей Супруги Его Александры Феодоровны и матери, вдовствующей Императрицы Марии Феодоровны. Вспоминая Государя Николая, он говорил:

– "Он в душе христианин."

Из разных записок – частью в тетрадях, частью на клочках бумаги – можно было предположить, что Мотовиловым была приложена немалая энергия к тому, чтобы прославление Преподобного было совершено еще в царствование Николая I, при супруге Его Александре Феодоровне и Матери Марии Феодоровне. И велико было его разочарование, когда его усилия не увенчались успехом, вопреки, как могло тому казаться, предсказаниям Божьего Угодника, связавшего прославление свое с указанным сочетанием Августейших имен.

Умер Мотовилов в 1879 году, не дождавшись оправдания своей веры.

Могло ли ему или кому-либо другому прийти в голову, что через 48 лет после смерти Николая I на престоле Всероссийском в точности повторятся те же имена: Николая, Александры Феодоровны, Марии Феодоровны, – при которых и состоится столь желаемое и предсказанное Мотовилову прославление великого прозорливца преподобного Серафима?

В другом месте записок Мотовилова обретена была мною и следующая ВЕЛИКАЯ ДИВЕЕВСКАЯ ТАЙНА:

"Неоднократно, – так пишет Мотовилов, – слышал я из уст великого Угодника Божия, старца о.Серафима, что он плотью своею в Сарове лежать не будет. И вот однажды осмелился я спросить его:

– Вот вы, Батюшка, все говорить изволите, что плотию вашею вы в Сарове лежать не будете. Так нешто вас Саровские отдадут?

На сие Батюшка, приятно улыбнувшись и взглянув на меня, изволил мне ответить так:

– Ах, ваше Боголюбие, ваше Боголюбие, как вы! Уж на что царь Петр-то был царь из царей, а пожелал мощи св. благоверного князя Александра Невского перенести из Владимимра в Петербург, а святые мощи того не похотели.

– Как не похотели? – осмелился я возразить великому Старцу. – Как не похотели, когда они в Петербурге в Александро-Невской Лавре почивают?

– В Александро-Невской Лавре, говорите вы? Как же это так? Во Владиміре они почивали при вскрытии, а в Лавре под спудом – почему же так? А потому, – сказал Батюшка, – что их там нет. – И много распространившись по сему поводу своими Богоглагояивыми устами, Батюшка Серафим поведал мне следующее:

– Мне, ваше Боголюбие, убогому Серафиму, от Господа Бога положено жить гораздо более ста лет. Но так как к тому времени архиереи так онечестивятся, что нечестием своим превзойдут архиеерев греческих во времена Феодосия Юнейшего, так что главнейшему догмату веры Христовой и веровать уже не будут, то Господу Богу благоугодно взять меня, убогого Серафима, до времени от сея привременной жизни и посем воскресить, и воскресение мое будет, аки воскресение седми отроков в пещере Охлонской во дни Феодосия Юнейшего.

"Открыв мне, – пишет далее Мотовилов, – сию великую и страшную тайну, великий старец поведал мне, что, по воскресении своем, он из Сарова перейдет в Дивеев и там откроет проповедь всемірного покаяния. На проповедь же ту, паче же на чудо воскресения соберется народу великое множество со всех концов земли, Дивеев станет Лаврой, Вертьяново – городом, а Арзамас – губернией. И, проповедуя в Дивееве покаяние. Батюшка Серафим откроет в нем четверо мощей и, по открытии их, сам между ними ляжет. И тогда вскоре настанет и конец всему."

Такова великая Дивеевская благочестия тайна, открытая мною в собственноручных записях Симбирского Совестного Судьи Николая Александровича Мотовилова, сотаинника великого прозорливца, чина пророческого, Преподобного и Богоносного Отца нашего Серафима, Саровского и всея России Чудотворца.

В дополнение же к тайне этой, вот что я слышал из уст 84-летней Дивеевской игумений Марии. Был я у нее в начале августа 1903 года, вслед за прославлением преподобного Серафима и отъездом из Дивеева Царской Семьи. Поздравляю ее с оправданием великой ее веры (матушка, построив Дивеевский собор, с 1880 года не освящала ее левого придела, веруя, согласно Дивеевским преданиям, что доживет до прославления Серафима и освятит придел в святое его имя); поздравляю ее, а она мне говорит:

– Да, мой батюшка, Сергей Александрович, велие это чудо. Но вот будет чудо так чудо. Это когда крестный-то ход, что теперь шел из Дивеева в Саров, пойдет из Сарова в Дивеев, а народу-то, как говаривал наш Угодничек-то Божий преподобный Серафим, что колосьев будет в поле. Вот то-то будет чудо-чудное, диво-дивное.

– Как это понимать, матушка? – спросил я, на ту пору совершенно забыв тогда уже мне известную великую Дивеевскую тайну о воскресении Преподобного.

– А это – кто доживет, тот увидит, – ответила мне игумения Мария, пристально на меня взглянув и улыбнувшись.

Это было мое последнее на земле свидание с великой носительницей Дивеевских преданий, той 12-й начальницей, "Ушаковой родом", на которой, – по предсказанию преподобного Серафима, и устроился с лишним 30 лет после его кончины Дивеевский монастырь, будущая Женская Лавра.

Через год после этого свидания игумения Мария скончалась о Господе.


Оставить свой комментарий

Ваш комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

На актуальные темы
Последние комментарии
Подписка на рассылку

* Поля обязательные для заполнения