11.05.2007      14163      5
УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (Пока оценок нет)
Загрузка...

Умер писатель Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин


28.04.1889 (11.05).– Умер писатель Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин

М.Е. Салтыков-Щедрин

Михаил Евграфович Салтыков-ЩедринМихаил Евграфович Салтыков (15.01.1828–28.04.1889), писатель и публицист (псевд. Салтыков-Щедрин). Родился в дворянской семье, в имении родителей, селе Спас-Угол, Калязинского уезда Тверской губернии. Детские годы, проведенные в родовой усадьбе, в крепостнической среде, оказали огромное воздействие на формирование его общественных взглядов.

Учился в Московском дворянском институте, откуда в 1838 г. как лучшего ученика его перевели в Царскосельский лицей. Здесь Салтыков-Щедрин увлекся литературой, в 1841 г. опубликовал свое первое стихотворение. Имел порицания учителей за "грубость", курение, небрежность в одежде, писание стихов "неодобрительного" содержания. Затем его знакомство с В.Г. Белинским повлияло на его политическую позицию, близкую к революционной. В 1847–1848 гг. он увлекся теориями социалистов-утопистов и посещал "пятницы" М.В. Петрашевского, с которым впоследствии разошелся. В это же время им были написаны первые повести "Противоречие" и "Запутанное дело", вызвавшие недовольство властей острой социально-обличительной направленностью.

Однако "деспотический режим" Николая I был таким, что все это время с 1844 г. после окончания лицея Салтыков служил в канцелярии Военного министерства. В 1848 г. за "вредный образ мыслей" всего лишь был выслан на службу в Вятку, где занимал должности старшего чиновника, советника губернского правления. Судя по записке о земельных безпорядках в Слободском уезде, он горячо принимал к сердцу свои обязанности, когда они приводили его в соприкосновение с народными бедами.

Смерть Императора Николая I в 1855 г. и начало либерального правительственного курса Александра II позволили Салтыкову вернуться в Петербург, где своими "Губернскими очерками" (подписанными псевдонимом Н. Щедрин) он приобрел известность. "Губернские очерки", печатались в "Русском Вестнике" с 1856 г., а в 1857 г. собранные вместе выдержали два издания (впоследствии – еще два, в 1864 и 1882 гг.). Они положили начало литературе, получившей название "обличительной", но сами принадлежали к ней только отчасти. Внешняя сторона хорошо знакомого Салтыкову-Щедрину чиновничьего міра кляуз, взяток и других злоупотреблений наполняет всецело лишь некоторые из очерков; важнее там психология чиновничьего быта; "гоголевский юмор" чередуется с лиризмом.

В эти годы критик и обличитель Салтыков-Щедрин служил чиновником особых поручений в Министерстве внутренних дел, был командирован в Тверскую и Владимірскую губернии для обозрения делопроизводства губернских комитетов ополчения (по случаю Крымской войны). Записка, составленная им при исполнении этого поручения, вскрывает множество обнаруженных им злоупотреблений. Далее он участвовал в подготовке крестьянской реформы 1861 г. В 1858–1862 гг. был назначен вице-губернатором в Рязани, затем в Твери, постоянно боролся со взяточничеством.

Подал в отставку, чтобы полностью посвятил себя литературе. Переехал в Петербург и по приглашению Н.А. Некрасова вошел в редакцию журнала "Современник", но главное внимание отдавал ежемесячному обозрению "Наша общественная жизнь". В 1864 г. вышел из редакции "Современника" из-за разногласий по вопросам тактики "общественной борьбы". Вернулся на государственную службу и в 1865–1868 гг., возглавляя Казенные палаты в Пензе, Туле, Рязани, что закончилось окончательной отставкой в отставку в чине действительного статского советника (после жалобы рязанского губернатора). С 1868 г. по приглашению Некрасова 16 лет работал в "Отечественных записках", а после смерти Некрасова руководил редакцией.

Не щадил Салтыков-Щедрин и новые либеральные учреждения Александра II – земство, суд, адвокатуру, – поскольку требовал от них многого и возмущался каждым несовершенством. Хотя эта направленность его творчества не привязана только к его времени. Особенно известны в этом отношении аллегорические сказки-притчи Салтыкова-Щедрина, образы которых вошли в пословицы и стали нарицательными: "Премудрый пескарь", "Бедный волк", "Карась-идеалист", "Баран-непомнящий" и другие. В них, правда, подвергаются высмеиванию не только чиновничьи пороки, но и сам принцип самодержавия. Общеизвестна и "Пошехонская старина" – яркая и пристрастная картина жизни крепостной России. В творчестве этого писателя, и особенно в сказках, вообще присутствует карикатурное обличительство тогдашних российских порядков, по которому никак нельзя судить о той России (хотя мы эти цитаты мы встречаем и ныне на каждом шагу – уже в оправдание современного криминального режима: мол всегда это было на Руси...).

Тем не менее Салтыкова-Щедрина нельзя причислить к революционным демократам, как это делали при советской власти. Тут у него, видимо, поначалу сказалась та же особенность русского обличительства, что и у Некрасова: обостренная душевно-нравственная чувствительность и неприятие социального зла при неспособности правильно понять проблему теодицеи: существование в міре зла при всемилостивом и всемогущем Творце. Салтыкову-Щедрину тоже не хватало понимания духовной природы зла и оттого общественный идеал мыслился утопическим. Показательна тут сказка "Приключение с Крамольниковым", в которой писатель пишет о своем герое, что причиною его "крамольных" писаний была любовь к своей стране и боль за нее, которая передавалась окружающим в виде крамолы. И в "Пошехонской старине" Никанор Затрапезный, устами которого, несомненно, тоже говорит сам автор, описывает действие, произведенное на него чтением Евангелия. «Униженные и оскорбленные встали передо мной осиянные светом, и громко вопияли против прирожденной несправедливости, которая ничего не дала им, кроме оков».

То есть, в пылу нравственно-дешевных переживаний и обличений писатель преувеличивал язвы своего времени, порицая в сущности греховность самого человека, но перелагая ответственность за нее на "общество" и существовавшую православную власть. Однако при этом Салтыков-Щедрин оставался верующим человеком (размышления о воскресении Христа в "Губернских очерках", "Рождественская сказка", "Пропала совесть", "Христова ночь" и др.) и это "спасает" многие его произведения для классики русской литературы. Христианская основа непримиримости писателя ко злу проступает, например, в речи о судьбе русской крестьянской женщины, вложенной автором в уста сельского учителя ("Сон в летнюю ночь"): «Кто видит слезы крестьянки? Кто слышит, как они льются капля по капле? Их видит и слышит только русский крестьянский малютка, но в нем они оживляют нравственное чувство и полагают в его сердце первые семена добра».

Даже в своих самых отрицательных персонажах Салтыков-Щедрин видит человеческие черты. В социально-психологическом романе "Господа Головлевы" (символ разложения праздной жизни дворянской семьи) он открывает их даже в "Иудушке" (Порфирии Головлеве) – человеке, кощунственно прикрывающем свою поразительную безнравственность и греховность показной молитвенной набожностью, цитатами из Священного Писания и т.п. (персонаж стал нарицательным и даже знаменитым). В изображении кризиса, переживаемого Иудушкой на Страстной неделе и ведущего его к покаянию и к смерти, показано, что совесть есть и у Иудушек; по выражению Салтыкова-Щедрина, она может быть только временно «загнана и как бы позабыта». Этот роман с полным правом вводит Салтыкова-Щедрина в ряды настоящих русских писателей.

Вот и в сказке "Пропала совесть" – совесть, которой все тяготятся как обузой и от которой пытаются отделаться, она говорит своему последнему владельцу: «Отыщи ты мне маленькое русское дитя, раствори ты передо мной его сердце чистое и схорони меня в нем: авось он меня, неповинный младенец, приютит и выхолит, авось он меня в меру возраста своего произведет да и в люди потом со мной выйдет – не погнушается... По этому ее слову так и сделалось. Отыскал мещанинишка маленькое русское дитя, и вместе с ним растет в нем и совесть. И будет маленькое дитя большим человеком, и будет в нем большая совесть. И исчезнут тогда все неправды, коварства и насилия, потому что совесть будет не робкая и захочет распоряжаться всем сама».

Нередко Салтыков-Щедрин в произведениях своими словами перелагает евангельские заповеди, правда, иногда чересчур вольно и смело.

В 1875–1876 гг. он лечился за границей, посещал страны Западной Европы в разные годы жизни. В Париже встречался с И.С. Тургеневым, Флобером, Золя.

К числу наиболее значительных произведений Салтыкова принадлежат: "Благонамеренные речи" (1872-76), "История одного города" (1870), "Господа Ташкентцы" (1869–1872), "Господа Головлевы" (1880), "Сказки" (1869–1886), "Мелочи жизни" (1886–1887), "Пошехонская старина" (1887–1889).

Из “Сказки о ретивом начальнике”

«...Собрал начальник еврейцев и говорит им: "Сказывайте, мерзавцы, в чем, по вашему мнению, настоящий вред состоит?" И ответили ему еврейцы единогласно: "Дотоле, по нашему мнению, настоящего вреда не получится, доколе наша программа вся, во всех частях выполнена не будет. А программа наша вот какова. Чтобы мы, мерзавцы, говорили, а прочие чтобы молчали. Чтобы наши, мерзавцев, затеи и предложения принимались немедленно, а прочих желания, чтобы оставлялись без рассмотрения. Чтобы нам, мерзавцам, жить было повадно, а прочим всем чтоб ни дна ни покрышки не было. Чтобы нас, мерзавцев, содержали в холе и в неженье, а прочих всех — в кандалах. Чтобы нами, мерзавцами, сделанный вред за пользу считался, а прочими всеми если бы и польза была принесена, то таковая за вред бы считалась. Чтобы об нас, об мерзавцах, никто слова сказать не смел, а мы, мерзавцы, о ком вздумаем, что хотим, то и лаем! Вот коли все это неукоснительно выполнится, тогда и вред настоящий получится». (М.Е. Салтыков-Щедрин, М., "Художественная литература", 1965. ПСС, т. 15, книга 1, с. 292 – 296).

Постоянный адрес страницы: https://rusidea.org/25051106

Оставить свой комментарий
Обсуждение: 5 комментариев
  1. Максим:

    Отметим, что Николай II с семьей за несколько дней до казни читал Салтыкова-Щедрина

  2. катя:

    где можно наити доклад про сказку пропала совесть

  3. наташа :

    очиво умер нипонятон

  4. Татьяна:

    Спасибо. Теперь понятно за что лишили в Петербурге Публичную библиотеку его имени. Не нравится новой власти.

  5. ИРМА:

    Капец

Ваш комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Финансовая поддержка сайта
Благотворительный взнос
  • через систему QIWI
  • через Яндекс.Деньги
  • Подпишитесь на нашу рассылку
    Последние комментарии
    Последние сообщения на форуме

    Уважаемые читатели нашего сайта! Согласно европейским законам по защите данных в интернете, мы должны теперь уведомлять Вас, что наш сайт сохраняет файлы cookie. Продолжая использовать сайт, вы соглашаетесь на использование куки. подробнее

    The cookie settings on this website are set to "allow cookies" to give you the best browsing experience possible. If you continue to use this website without changing your cookie settings or you click "Accept" below then you are consenting to this.

    Close