Издательство Русская Идея Издательство Русская Идея Движение ЖБСИ



Яндекс.Метрика
Рейтинг@Mail.ru
Библиотека. Философия, идеология

Разные уровни и первичный смысл консерватизма


Разные уровни и первичный смысл консерватизма

Сергей Герасимов: В последнее время стало заметно, что те, кто до сих пор называл себя "демократами", – Чубайс, Немцов и весь их так называемый "Союз правых сил" – все чаще называют себя "консерваторами". И, кроме них, это модное слово используют все, кому не лень. Выходят работы о западном консерватизме, о русском консерватизме... Что же это такое – консерватизм? Каков его смысл?

Михаил Назаров: Давайте для начала заглянем в словарь латинского языка. Conservatio – означает сохранение, сбережение, спасение, но также и соблюдение, следование какому-либо закону. Поэтому conservator – это хранитель, а также и блюститель чего-либо, и даже почитатель, поклонник тех или иных богов.

Естественно, это слово в разные времена может наполняться разным содержанием в смысле сохранения какой-либо традиции, спасения ее от модернизации, независимо от сути этой традиции. Поэтому хорош или плох консерватизм – зависит от того, истинны или неистинны те ценности, которые он сохраняет. Приходилось, например, слышать:

- "консерваторы" в Политбюро КПСС, но ведь они сохраняли свои коммунистические идеи, явно не консервативные, а революционные, направленные против старой традиции; значит это совсем не настоящий и не первичный консерватизм;

- или взять партию "консерваторов" в Англии – они тоже сохраняют ценности не первичные, а плоды по сути секулярной буржуазной революции. Примерно этот уровня консерватизма применим к Чубайсу, Немцову и стоящим за ними олигархам, хотя у олигархов он объясняется даже проще: стремлением сохранить свои награбленные богатства. Такой вот бывает либерально-уголовный консерватизм.

Поэтому сравнения политических партий тут не помогают: какая-то всегда будет в чем-то консервативнее другой.

Но нас сейчас интересует не формальное сохранение чего-то, а то, насколько духовно истинны сохраняемые ценности – только это и можно назвать подлинным консерватизмом.

Многие говорят, что подлинный консерватизм всегда имеет религиозную основу. Это ближе к сути дела. Но и на религиозном уровне тоже можно отметить много искаженного консерватизма. Например:

- католические "консерваторы" Лефевра у нас вызывают симпатию, но они ведь противились лишь модернизму Второго Ватиканского Собора, защищая традицию католицизма со всеми его догматическими ересями, которые в свою очередь были отходом от истинного христианства в эпоху раннего Средневековья:

- мусульманские консерваторы также не дают нам примера истинного консерватизма, поскольку само мусульманство не было истиной, а было создано в VII в. иудаизмом в виде барьера на пути распространения христианства на Восток.

То есть, это еще не значит, что чем древнее религиозная традиция, тем ближе мы к истоку подлинного консерватизма. Взять, например:

- языческие религии в Китае и Индии, они очень древние, возникли еще до появления христианства, но и они не представляют собой первичные ценности. Язычество возникло вследствие замутнения религиозного сознании людей после грехопадения, когда они перестали различать Творца и тварь, поклоняясь тварным существам – бесам. 

Истинный консерватизм может быть только хранением и почитанием Божественной Истины. Она была дана людям вместе с сотворением человека "по образу и подобию Божию" в виде его непосредственной связи с Богом. После грехопадения, внеся в мир несовершенство и болезнь, люди под влиянием сатаны (соперника Бога) отошли от первоначального знания Бога столь далеко, что тогда и возникли языческие религии, не различавшие в духовном мире сил добра и зла, ангелов и бесов, и поклонявшиеся тем и другим. Истину хранили лишь немногие люди, жившие праведно и хранившие память о Боге, и как показывает Священное Писание, это знание никогда не исчезало. Оно заключалось в осознании происшедшего грехопадения первых людей и в уповании на грядущего Спасителя, который освободит человечество от рабства греху.

В числе таких людей особое место занимает праотец Ной, который именно поэтому удостоился быть спасенным при всемирном потопе. Далее Истину хранили ветхозаветные пророки – они и есть подлинные консерваторы дохристианского периода, называемые также Ветхозаветной Церковью.

А Истина людям все больше раскрывалась Самим Богом. Свершившееся долгожданное пришествие Сына Божия – Мессии-Христа дает человечеству новое знание Истины: знание подлинного смысла жизни и смысла истории, ее развития в земном мире от Адама до антихриста – для Небесного мира, Царства Божия, которое и есть цель истории.

Появляется и небывалый ранее хранитель Истины, "консерватор" – христианская Церковь, в которой пребывает Святой Дух. Содержание этого консерватизма – жизнь согласно Божию замыслу о людях, согласно Божию закону, которому подчиняется и государственная деятельность, сам смысл государства – таков смысл православной монархии.

Период наибольшего расцвета такого консерватизма – эпоха сразу после Вселенских Соборов в Византии (Втором Риме), когда были раскрыты и отточены догматы православной веры и был выработан принцип симфонии, согласия государственной и церковной властей в общем деле спасения народа к Царствию Божию.

После разгрома Византии сначала католиками-крестоносцами, затем турками, средоточием подлинного консерватизма становится Московская Русь как преемница Второго Рима – Третий Рим. Вот в чем суть русского консерватизма: православная Россия как удерживающее начало в мировой борьбе сил добра и зла.

Такой консерватизм – это не просто сохранение традиций отцов, какими бы они ни были – как этим кичатся неоязычники. От некоторых традиций бывает не грех и отказаться ради Истины. Это сохранение верности Божию закону. Русский консерватизм – единственный, который ставит своей целью не временное земное преуспеяние, а спасение для вечного Царства Божия.

Следовательно, все неправославные разновидности консерватизма мелки и в той или иной степени неистинны. Это уже отпадения от истины. Они превращались в традиции тех или иных народов, которые стремились их охранять, быть консерваторами на этих, уже сниженных уровнях консерватизма. Таковы английские консерваторы. Даже так называемая "консервативная революция" фашизма начала ХХ века и его современных последователей вроде Дугина – это всего лишь реакция на разлагающую либеральную демократию, на господство космополитического Финансового Интернационала в результате Первой мировой войны, – но все это без осознания смысла истории, без возвращения на путь христианской истины; это утопическая попытка бегства от апокалипсиса в утробу истории, в "ветхий" Рим с его гордыми идеалами земной силы и власти.

С.Г.: В русской истории мы тоже видим такие отпадения от Истины, большие или меньшие, которые всегда приводили к катастрофам... В книге "Тайна России" Вы прослеживаете их основные этапы, из которых русскому народу до сих пор удавалось выносить должный урок. Так, в частности, возникло славянофильство в ХIХ веке. Многие сегодня считают подлинными консерваторами именно славянофилов. Какова Ваша их оценка в том масштабе консерватизма, который Вы предложили?

М.Н.: Конечно, России тоже было дано пройти через катастрофы, которые все объяснялись отходом от Закона Божия – но попускались для вразумления нашего народа от обратного.

Таковы были татаро-монгольское иго, затем польско-католическое в Смутное время начала ХVII века. Каждый раз оно преодолевалось всплеском истинного консерватизма. Потом наступило протестантско-масонское иго, начавшееся в петербургскую эпоху, реакцией на которое и стали славянофилы. Они появились в ХIХ в. в сильно озападненной, промасоненной России (я имею в виду верхний слой общества), после того как Запад явил свою апостасийную сущность в наполеоновском нашествии. Эта война и масонское восстание декабристов заставили лучшие русские умы задуматься об истинном пути России. Однако славянофилы, как мне кажется, еще не осознали смысл истории в его эсхатологической перспективе, у них поначалу были оптимистические иллюзии и романтические надежды на воссоединение с Европой, с ее "святыми камнями", как они писали...

Крымская война стала следующим отрезвляющим уроком. Появляется более строгий консерватизм Данилевского, Достоевского, Леонтьева, Победоносцева. Они были консервативны в той мере, в какой держались православного учения, и неточны в той – в какой не учитывали всю его полноту. Были и не очень мудрые представители в этой среде. Ибо все можно примитивизировать, даже само христианство. Но православные церковные писатели, такие, как святитель Игнатий (Брянчанинов), Феофан (Затворник), старцы Оптиной пустыни, затем св. прав. Иоанн Кронштадский – были той достойной линией истинного консерватизма, которая верно предвидела опасности и западной апостасии, и революции, не отбрасывая в этом масштабе координату антихриста и конца истории, которая является неотъемлемой частью христианства.

Те нынешние "просвещенные патриоты", которые чураются этой эсхатологической тематики и стремятся приземлить Православие для земного "обустройства России" (как это предложил Солженицын) – конечно нельзя отнести к подлинным консерваторам. Таково было и подавляющее число философов так называемого "Религиозного возрождения" начала ХХ века – Бердяев, Булгаков, Франк, Флоренский, – которые искали "правды о земле", нередко забывая, что спасение земли в конечном счете невозможно – так учит Священное Писание.

Но к сожалению, развитие подлинного русского консерватизма не стало определяющей силой на переломе ХIХ вв. Возобладали апостасийные и революционные силы.

Это привело к большевицкому игу как последнему, предапокалипсическому уроку нам. Лишь после этого, прежде всего в русской эмиграции, началось подлинно консервативное осмысление призвания России именно как всемирного удерживающего, согласно выражению апостола Павла. И если мы сегодня стремимся к восстановлению русского консерватизма, то должны обращаться к этому уровню познания смысла истории и смысла России, с учетом уроков ХХ века. А не просто копировать тех дореволюционных мыслителей-славянофилов, пусть и очень глубоких, которые этого опыта не имели.

В их числе надо, впрочем, выделить Льва Александровича Тихомирова. Он – как бы мостик между консерваторами ХIХ и ХХ века, поскольку мыслил именно в эсхатологической перспективе. Его книга "Религиозно-философские основы истории", законченная в начале 1920-х годов, незадолго до смерти – самый серьезный плод, который в этом отношении дала русская философская мысль того времени.

Таким образом, консерватизм – это не замыкание в узости, как это порою пытаются представить либералы и прогрессисты. Это не просто хранение Истины, но и ее творческое применение в анализе самых разных аспектов современности. Нельзя изобрести новый смысл истории, но можно и должно применять это знание для правильного самоопределения в идущей мировой борьбе между добром и злом. Без этих же истинных координат любые спасительные теории не окажутся таковыми. Поскольку Истина только одна, открытая нам самим Богом, и отклонение от нее в любую сторону может быть только неистинным, ложным путем. Будь то неоязычество, неокоммунизм, неофашизм – все они оправданно отталкиваются от нынешней олигархической системы власти в России, но их пути ложны.

Носителем подлинного русского консерватизма и сегодня может и должна быть только православная Церковь. Даже если кому-то кажется, что она сама еще не в том состоянии – все же такие крестные ходы, как в памятные царские дни, показывают, что русский консерватизм сегодня в России имеет почву, и она ширится.

С.Г.: В связи с тем, что Вы говорили о консерватизме, давайте затронем и терминологию в современной политике. Мне кажется, для верного понимания раскладки политических сил в нынешней России нельзя использовать их самоназвания "правых" и "левых". Они у нас не соответствуют общепринятому историческому смыслу этих понятий...

М.Н.: Да, к сожалению, это так. Правые во всем христианском мире отстаивали национальные и религиозные основы своих государств, ощущая мистическую судьбу и душу своих народов. Левые боролись за построение государств на секулярной, "прогрессивной" основе, ставя во главу угла не нравственное начало, а материалистические критерии.

При этом одни левые боролись против Божественной Истины на путях либерализма - разлагая общество, оправдывая эгоизм и право индивидуума на незнание Истины (то есть на свободную деградацию - таким народом легче управлять посредством денежного контроля). Это нынешние "правые" самозванцы в Госдуме, напялившие на себя чужое платье не по размеру.

Другие же левые выступили против Бога более последовательно – на пути атеистической революции, понимая под "прогрессом" насильственное разрушение всей предыдущей традиции и создание тотально регламентированного общества. Наиболее радикальными в числе таких левых были богоборцы-коммунисты. Но таких ведь сегодня уже нет, программа у КПРФ иная, более государственническая, чем у псевдоправой фракции. Так зачем же им по-прежнему называть себя левыми, да еще коммунистами? В этом названии – главная причина всех неуспехов красных патриотов на выборах последних лет.

В этой связи я уже не раз призывал патриотическую оппозицию осознать духовное различие между "левым" и "правым".

Причем и правые защитники "старого мира" и левые его ниспровергатели сами выбрали себе в Новое время такие названия, располагаясь даже в парламентских залах на левом и правом флангах. А ведь со словом "левый" в языках всех народов связано что-то незаконное, плохое ("левые" доходы), а со словом "правый" - истинное, верное ("правое дело"). Глубочайшая символика левого и правого дана нам и в Евангелии от Матфея: перед концом истории Христос поставит справа от Себя тех, кто достоин Царствия Божия, а слева - тех, кто обрек себя на вечный огонь, уготованный диаволу (Мф. 25, 32-41)...

Поэтому тот, кто считает себя патриотом, выступает за Православие и национальные традиции – не должен называть себя левым.

С.Г.: Прислушиваются ли красные патриоты к Вашим словам?.. Вот у Вас на прошлой неделе в газете "Завтра" напечатана полемика с "красным патриотом"  Сергеем Кара-Мурзой по поводу того, имела ли право часть нашего народа быть антисоветчиками.

М.Н.: Большевизм стал эксплуатировать в своих целях наряду с худшими (зависть и ненависть) также и лучшие свойства русского характера: чувство справедливости (отсюда почва для утопического "рая на земле"), неотмирность (отсюда иное, чем на Западе, отношение к собственности), нравственный максимализм (который остается и при абсолютизации ошибочного), соборность (на которой паразитировал тоталитаризм), жертвенность служения и смирение (отсюда и русское долготерпение).

Так в большевизме "тайна беззакония", приноравливаясь к особенностям русского народа, выступила не в виде равнодушного пренебрежения Истиной, как на Западе, а в виде подмены Истины ложью материалистической утопии в привычных русских психологических рамках, побуждая народ к жертвенному служению ей под лозунгом не мещанского счастья (на это русских увлечь было трудно), а освобождения всего мира от социального зла. В этом была одна из причин победы большевизма и затем удержания власти Сталиным в опоре на реабилитированный накануне войны патриотизм. И вот упомянутые выше традиционные русские качества, на которых паразитировал коммунизм, красные патриоты сегодня принимают за суть самого коммунизма. Думаю, в этом причина их нынешней верности и определенной жертвенности.

Кстати, именно в период буржуазных революций на Западе возникает разделение на правых и левых. Первые защищали национальные и религиозные традиции своих государств, вторые ставили во главу угла материалистические критерии. В последнем - глубокое родство сформировавшихся тогда двух левых идеологий социализма (коммунизма) и либеральной капиталистической демократии: они спорили лишь о том, какой класс должен обладать материальными ценностями мира сего. (Так что нынешняя партия Немцова-Чубайса самозванно напялила на себя чужое "правое" платье, будучи по сути даже более левой, чем сегодняшние патриоты-неокоммунисты из КПРФ.) ...

 (Это запись радиобеседы летом 2000 г. на "Радонеже" или на "Народном радио". Последних страниц текста у меня нет. К сожалению, навести справки не у кого, так как на "Радонеже" я примерно с 2005 г. персона "нон грата", "Народное радио" подробного архива не держит, а Сергей Герасимов умер 10.4.2016. Царство ему небесное. Этой радиобеседе предшествовал круглый стол в редакции журнала "Москва" на ту же тему. Возможно, опубликован?)

Постоянный адрес данной страницы: http://rusidea.org/?a=31012


 просмотров: 304
ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ:
Ваше имя:
Ваш отзыв:




Архангел Михаил


распечатать молитву
 

ВСЕ СТАТЬИ КАЛЕНДАРЯ




Наш сайт не имеет отношения к оформлению и содержанию размещаемых сайтов рекламы

Главный редактор: М.В. Назаров, Редакторы: Н.В.Дмитриев, А.О. Овсянников
rusidea.org, info@rusidea.org
Воспроизведение любых материалов с нашего сайта приветствуется при условии:
не вносить изменений в текст (возможные сокращения необходимо обозначать), указывать имя автора (если оно стоит) и давать ссылку на источник.