27.12.1925      7813      9
 

Убийство поэта Сергея Александровича Есенина


27.12.1925. — Убийство поэта Сергея Александровича Есенина

Сергей Александрович Есенин (21.9.1895–27.12.1925), поэт. Родился в селе Константинове Рязанской губернии в крестьянской семье. С двух лет "по бедности отца и многочисленности семейства" был отдан на воспитание зажиточному деду по матери. В пять лет научился читать, в девять лет начал писать стихи, подражая частушкам. Учился в Константиновском земском училище, затем в Спас-Клепиковской школе, готовящей сельских учителей. Семнадцати лет уехал в Москву, работал в конторе у купца, корректором в типографии; продолжая писать стихи, участвовал в Суриковском литературно-музыкальном кружке. В 1912 г. поступил в Народный университет А. Шанявского на историко-философское отделение, проучился полтора года.

С начала 1914 г. в московских журналах появляются стихи Есенина. В 1915 г. он переезжает в Петроград, сам идет к Александру Блоку знакомиться. Радушный прием в доме Блока, одобрение его стихов окрыляют молодого поэта. Почти все стихи, которые он привез, были напечатаны, он приобретает известность. В этом же году входит в группу "крестьянских" поэтов (Н.Клюев, С. Городецкий, А.Ремизов и др.). В 1916 г. выходит в свет первая книга Есенина "Радуница", затем – "Голубень", "Русь", "Микола", "Марфа Посадница" и другие.

Бунин в воспоминаниях о Есенине дал ему весьма нелестную характеристику:

«Первые шаги Есенина на поэтическом поприще известны, поэт Г.В. Адамович, его современник, лично знавшiй его, разсказал о них наиболее точно: "Появился Есенин в Петербурге во время первой мiровой войны и принят был в писательской среде с насмешливым удивленiем. Валенки, голубая шелковая рубашка; с пояском, желтые волосы в скобку, глаза долу, скромные вздохи: "Где уж нам, деревенщине!" А за этим маскарадом – неистовый карьеризм, ненасытное самолюбiе и славолюбiе, ежеминутно готовое прорваться въ дерзость. Сологуб отозвался о нем так, что и повторять в печати невозможно, Кузьмин морщился, Гумилев пожимал плечами, Гиппiус, взглянув на его валенки в лорнет, спросила: "Что это на вас за гетры такiя?" Все это заставило Есенина перебраться в Москву и там он быстро стал популярен, примкнув к "имажинистам". Потом начались его скандалы, дебоши, "Господи, отелись", приступы манiи величiя…»…

Часто цитируют ныне стихотворение Есенина "Гой, ты, Русь, моя родная" (1914):

Если крикнет рать святая:
"Кинь ты Русь, Живи в раю!"-
Я скажу: "Не надо рая,
Дайте родину мою".

Родина – это несомненная большая ценность, но как можно ее ставить выше Царства Небесного?

В 1916 г. (шла война) Есенина призвали на военную службу. Революция застала его в дисциплинарном батальоне, куда, говорили, попал за отказ написать стихи в честь Государя. Самовольно покинул армию, работал с эсерами ("не как партийный, а как поэт"). При расколе партии пошел с левой группой, был в их боевой дружине. Не только Февральскую революцию, но и Октябрьский переворот принял радостно, но по-своему, "с крестьянским уклоном". Если в прежних стихах главным недостатком была порою излишняя эмоциональная разудалость, то теперь к этому добавилось кощунственное восхваление большевизма.

Были тогда, к сожалению, у Есенина и богохульные стихи:

Не устрашуся гибели,
Ни копий, не стрел дождей, —
Так говорит по Библии
Пророк Есенин Сергей.
Время мое приспело,
Не страшен мне лязг кнута.
Тело, Христово тело,
Выплевываю изо рта.
Не хочу восприять спасения
Через муки его и крест:
Я иное постиг учение…

Лай колоколов над Русью грозный —
Это плачут стены Кремля.
Ныне на пики звездные
Вздыбливаю тебя, земля!
Протянусь до незримого города,
Млечный прокушу покров.
Даже богу я выщиплю бороду
Оскалом моих зубов…

Проклинаю я дыхание Китежа
И все лощины его дорог.
Я хочу, чтоб на бездонном вытяже
Мы воздвигли себе чертог.
Языком вылижу на иконах я
Лики мучеников и святых.
Обещаю вам град Инонию,
Где живет божество живых.
Плачь и рыдай, Московия!
Новый пришел Индикоплов.
Все молитвы в твоем часослове я
Проклюю моим клювом слов.
Уведу твой народ от упования,
Дам ему веру и мощь,
Чтобы плугом он в зори ранние
Распахивал с солнцем нощь…

Проклинаю тебя я Радонеж,
Твои пятки и все следы!..

Новый на кобыле
Едет к міру Спас.
Наша вера – в силе.
Наша правда – в нас!"…

Прочие кощунства про Христа  и "штаны" цитировать не станем… Но приведем еще "Стансы" (1924):

Я поэт!
И не чета каким-то там Демьянам.
Пускай бываю иногда я пьяным,
Зато в глазах моих
Прозрений дивных свет.

Я вижу все
И ясно понимаю,
Что эра новая —
Не фунт изюму вам,

Что имя Ленина
Шумит, как ветр, по краю,
Давая мыслям ход,
Как мельничным крылам…

В 1918 –1921 гг. Есенин много ездит по стране: Мурманск, Архангельск, Крым, Кавказ, Туркестан, Бессарабия. В 1922–1923 гг. вместе с женой Айседорой Дункан (1878-1927), известной американской танцовщицей, приехавшей в Россию из увлечения революцией, предпринимает длительное заграничное путешествие по Европе (Германия, Франция, Бельгия, Италия); четыре месяца жил в США. В 1924–1925 гг. пишет такие известные стихотворения, как "Русь уходящая", "Письмо к женщине", "Письмо матери", особое место занимают "Персидские мотивы".

Тем не менее нежелание подчиняться  все более тоталитарной марксистской идеологии и постепенное политическое отрезвление Есенина превращает его из "попутчика" в своенравного и неуправляемого "несоветского" человека.

28 декабря 1925 г. агенты ГПУ убивают его в гостинице "Англеттер", имитируя самоубийство. Это преступление фактически доказано С.Ю. и С.С. Куняевыми в книге "Есенин" (2005) и другими исследователями. Похоронен в Москве на Ваганьковском кладбище.


Посмертная фотография

Очень жаль, что столь талантливый русский поэт закончил свой жизненный путь как раз в тот момент, когда мог приступить к преодолению грехов своей молодости… Многие стихи Сергея Есенина о России и русской природе вошли в классическую антологию русской лирической поэзии.

+ + +

Спит ковыль. Равнина дорогая,
И свинцовой свежести полынь.
Никакая родина другая
Не вольет мне в грудь мою теплынь.

Знать, у всех у нас такая участь,
И, пожалуй, всякого спроси —
Радуясь, свирепствуя и мучась,
Хорошо живется на Руси.

Свет луны, таинственный и длинный,
Плачут вербы, шепчут тополя.
Но никто под окрик журавлиный
Не разлюбит отчие поля.

И теперь, когда вот новым светом
И моей коснулась жизнь судьбы,
Все равно остался я поэтом
Золотой бревенчатой избы.

По ночам, прижавшись к изголовью,
Вижу я, как сильного врага,
Как чужая юность брызжет новью
На мои поляны и луга.

Но и все же, новью той теснимый,
Я могу прочувственно пропеть:
Дайте мне на родине любимой,
Все любя, спокойно умереть!

1925


Оставить свой комментарий
Обсуждение: 9 комментариев
  1. р.Б.Димитрий:

    Бедный несчастный человек

  2. В.Разживин, ред. газеты "Русские Славяне":

    Мы-рязанцы очень чтим нашего земляка, как и все нормальные люди.В Константиново развивается мемориальный комплекс, который ежегодно посещают тысячи поклонников.Талантливый поэт, по своему отразивший бурное время начала века на Руси.Заблуждений не могло не быть.Но надо отдать ему должное — он ощущал неправду рождавшегося строя и от этого сильно страдал, а может поэтому и пил горькую,заглушая зов совести.Устоять было трудно.
    Но его лирика,музыка стихов о родной природе, о родном крае — это не может не трогать душу русского человека. Это осталось.
    См. сайт http://www.rvs-757.narod.ru

  3. Кирилл:

    Вот интересные стихи "Ответ Демьяну Бедному"

    Я часто размышлял, за что Его казнили,
    За что Он жертвовал своею головой?
    За то ль, что, враг суббот,
    Он против всякой гнили
    Отважно поднял голос свой?

    За то ли, что в стране проконсула Пилата,
    Где культом Кесаря полны и свет, и тень,
    Он с кучкой рыбаков из местных деревень
    За Кесарем признал лишь силу злата?

    За то ль, что, разорвав на части лишь себя,
    Он к горю каждого был милосерд и чуток
    И всех благословлял, мучительно любя,
    И маленьких детей, и грязных проституток?

    Не знаю я, Демьян, в "Евангелье" твоём
    Я не нашёл ответа.
    В нём много бойких слов,
    Ох, как их много в нём,

    Но слова нет, достойного поэта.
    Я не из тех, кто признаёт попов,
    Кто безотчётно верит в Бога,
    Кто лоб свой расшибить готов,

    Молясь у каждого церковного порога.
    Я не люблю религию раба,
    Покорного от века и до века,
    И вера у меня в чудесное слаба —
    Я верю в знание и силу человека.

    Я знаю, что, стремясь по чудному пути,
    Здесь, на земле, не расставаясь с телом,
    Не мы, так кто-нибудь ведь должен же дойти
    Воистину к божественным пределам.

    И всё-таки, когда я в "Правде" прочитал
    Неправду о Христе блудливого Демьяна,
    Мне стыдно стало так, как будто я попал
    В блевотину, низверженную спьяна.

    Пусть Будда, Моисей, Конфуций и Христос —
    Далёкий миф. Мы это понимаем,
    Но всё-таки нельзя, как годовалый пёс,
    На всё и вся захлёбываться лаем.

    Христос — сын плотника — когда же был казнён,
    (Пусть это миф), но всё ж, когда прохожий
    Спросил его: "Кто ты?" — Ему ответил Он
    "Сын человеческий", а не сказал: "Сын Божий".

    Пусть миф Христос, пусть мифом был Сократ,
    И не было Его в стране Пилата,
    Так что ж, от этого и надобно подряд
    Плевать на всё, что в человеке свято?

    Ты испытал, Демьян, всего один арест,
    И ты скулишь: "Ох, крест мне выпал лютый"!
    А что ж, когда б тебе голгофский дали б крест?
    Иль чашу с едкою цикутой, —

    Хватило б у тебя величья до конца
    В последний раз, по их примеру тоже,
    Благословлять весь мир под тернием венца
    И о бессмертии учить на смертном ложе?

    Нет, ты, Демьян, Христа не оскорбил,
    Ты не задел его своим пером нимало.
    Разбойник был, Иуда был.
    Тебя лишь только не хватало.

    Ты сгустки крови у креста
    Копнул ноздрёй, как толстый боров.
    Ты только хрюкнул на Христа,
    Ефим Лакеевич Придворов.

    Но ты свершил двойной и тяжкий грех
    Своим дешёвым балаганным вздором:
    Ты оскорбил поэтов вольный цех
    И скудный свой талант покрыл позором.

    Ведь там, за рубежом, прочтя твои "стихи",
    Небось злорадствуют российские кликуши:
    "Ещё тарелочку Демьяновой ухи,
    Соседушка, мой свет, пожалуйста, откушай!"

    А русский мужичок, читая "Бедноту",
    Где образцовый блуд печатался дуплетом,
    Ещё отчаянней потянется к Христу,
    Тебе же мат пошлёт при этом.

  4. Чернова Марина:

    Сергей Есенин в какие-то моменты своей жизни заблуждался, мучился, ошибался, но душа его была православной.
    В 14-ом году он написал такое замечательное стихотворение:

    Шел Господь пытать людей в любови,
    Выходил Он нищим на кулижку.
    Старый дед на пне сухом, в дуброве,
    Жамкал деснами зачерствелую пышку.

    Увидал дед нищего дорогой,
    На тропинке, с клюшкою железной,
    И подумал:"Вишь, какой убогой,
    Знать, от голода качается, болезный".

    Подошел Господь, скрывая скорбь и муку:
    Видно, мол сердца их не разбудишь…
    И сказал старик, протягивая руку:
    "На, пожуй… маленько крепче будешь".

    1914

  5. Владимир:

    Страстной монастырь
    Но страшные пожары и вторжение наполеоновской армии оказались детскими шалостями по сравнению с тем, что произошло с монастырём после революции. Всё началось в 1919 г., когда на стенах обители появились кощунственные надписи за подписью группы имажинистов. Был среди них и столь любимый нами сегодня Сергей Есенин. Последнему разгневанная монашка попала камнем прямо в глаз, за что была нещадно бита. Пострадавший грозился пристрелить её как собаку, но, к счастью, своего обещания не сдержал. Газета «Известия» писала по поводу этой выходки: «Подобной стенной поэзии допускать нельзя. Придётся серьёзными мерами охранять Москву от уличного озорства этого нового типа весёлой молодежи».

  6. Владимир (немного другой):

    Все знают про поэтов и безумие (в смысле ПОЭТОВ, а не например Пастернаков). А если еще и в ТАКОЕ время… Наверно это первый поэт России (значит и мира). Пушкин прояснил русский язык. О душе сильнее сказал Есенин. Пушкин, Есенин: тут больше никого не может быть.

  7. * * *:

    Собрались прихожане у чащи,/
    Лихоманную грусть затая. /
    Загузынил дьячишко лядащий: /
    «Спаси, Господи, люди твоя» — С. А. Есенин, «Заглушила засуха засевки…»

  8. Марина:

    Владимир — "Пушкин, Есенин: тут больше никого не может быть." !!!!!!!!!!!!!
    Упокой ,Господи, душу раба Твоего Сергия.

  9. Сантёръ-монтёръ:

    Хороший поэтъ.
    Оболганъ-оклеветанъ исход души поэта.
    Конечно,надобно имя его в синодикъ.Поминать
    на правиле.
    Ведь,самоубийства-то не было!
    Вечная память!

Ваш комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

На актуальные темы
Последние комментарии
Последние сообщения на форуме
Подписка на рассылку

* Поля обязательные для заполнения