Издательство Русская Идея Издательство Русская Идея Движение ЖБСИ



Яндекс.Метрика
Рейтинг@Mail.ru
Библиотека. Русская эмиграция

НТС в эпоху крушения коммунизма


Из архива МВН: Как и почему я вышел из НТС

 

Содержание:


Сохранена орфография оригиналов, кое-где нет моих прощальных фраз и подписей, т.к. добавлял их от руки в отправляемых по почте письмах (кое-где добавлены примечания в скобках и гиперссылки на упоминаемые тексты). В НТС для краткости были приняты следующие сокращения имен:

ЕРО (иногда ЕРР) – Евгений Романович Островский (псевдоним Романов, 13.9.1914, Екатеринослав – 29.8.2001, Болгария), долголетний глава НТС: председатель Исполнительного Бюро Совета НТС (...), председатель НТС (1984–1995).

ВДП – Владимiр Дмитриевич Поремский (17.1.1909, Ченстохов – 22.1.1997, Франкфурт-на-Майне), председатель НТС (1955–1972), затем член Совета НТС и руководитель Стратегической комиссии НТС.

БСП – Борис Сергеевич Пушкарев (р. 22.10.1929 года в Праге), член Совета НТС с 1980 г., в 1992 г. избран председателем ИБ Совета НТС, с декабря 1995 г. председатель НТС.

ЮББ ­– Юрий Борисович Брюно (1.2.1935–19.1.2006), руководитель "Закрытого сектора" (он же "Михей") и затем преемник ЕРО – председатель Исполнительного бюро Совета НТС.

МВС – Михаил Викторович Славинский (5.5.1925, Ницца – 26.2.2016, Франкфурт-на-Майне), член Совета НТС с 1971 г., руководитель секретариата НТС во Франкфурте-на-Майне.

АМЮ – Александр Михайлович Югов (р. 1931 в Москве), член Совета НТС (1981–1992), главный редактор журнала "Посев" (1989–1993).

ВМР (он же Дима) – Владимир Мечеславович Рыбаков (по паспорту Щетинский, р. 29.9.1947 во Франции, затем репатриация семьи в СССР и снова во Францию), в 1989–1995 годах жил в Москве, был членом Совета НТС и главным редактором газеты НТС "За Россию".

БСБ – Борис Степанович Брюно де ля Форж (1910, Петровск-Кавказский Дагестанской области – 6.8.1995, Нью-Йорк), редактор бюллетеня НТС "Встречи" в 1970-1980-е гг., член Высшего Суда Совести и Чести НТС.

ЯАТ – Ярослав Александрович Трушнович (15.4.1922, Ессентуки – 9.8.2012, Франфурт-на-Майне), главный редактор журнала "Посев" (1974–1984), член Совета НТС (1959–1996), в последние годы председатель Высшего Суда Совести и Чести НТС.

БГМ – Борис Георгиевич Миллер (19.8.1929, Белград – 30.5.1997, Москва) – в 1990 г. вместе с Н.А. Маковой посетил в СССР 14 городов и выступал как член Совета НТС, был выдворен КГБ, но поездка его положила начало формированию открытой организации НТС в СССР/РФ. В конце 1991 г. формально вышел из НТС, в 1992 г. с Н. А. Маковой переехал на постоянное жительство в Москву, в 1993 г. получил гражданство РФ. 

ВАС – Валерий Анатольевич Сендеров (17.3.1945, Москва – 12.11.2014, Москва), был членом Совета НТС с 1991 г., членом Исполнительного Бюро НТС (2001–2006) и председателем Исполнительного Бюро (2008–2014).


Вступление

Недавно, в июле 2016 г., я получил письмо от Юрия Станиславовича Цурганова, нынешнего главного редактора журнала "Посев", с 1992 г. издающегося в Москве: «В сентябре 1991 г. в Москве (мне было 20 лет и до вступления в НТС мне оставался месяц) я был приглашён в гости Борисом Георгиевичем Миллером и Натальей Александровной Маковой. Они сказали мне, что Вы, едва ли ни единственный человек в организации (во всяком случае, в руководстве), который поддержал ГКЧП. Если это так, то не нашли бы Вы время и желания поделиться, хотя бы кратко, с читателями журнала "Посев" для готовящегося августовского номера (25 лет со времени тех событий) своими соображениями на данный счёт - той поры, и сегодняшними».

В ответ я написал Ю.С. Цурганову: «Мнение Миллера преувеличено: я не мог "поддержать ГКЧП", т.к. находился в Германии. (Лишь летом 1992 г. я впервые посетил Россию.) Свое мнение об этом путче я сразу же опубликовал в "Литературной России" и в мюнхенском журнале "Вече": "Ложь" и "правда" Августа 1991-го http://rusidea.org/?a=430110 и там далее см. последующие добавления в книге "Тайна России". К 5-летию путча я по телефону сделал комментарий для Международного Канадского Радио: http://rusidea.org/?a=25081900 Я всего лишь изначально возражал против лживой демократической трактовки "путча" с демонизацией бездарного ГКЧП. Путч совершил Ельцин. Своего мнения я с тех пор не изменил. Вы можете и сейчас использовать эти тексты, если считаете нужным (второй более краткий и удобный). Но могу и специально ответить на Ваши вопросы с учетом сегодняшнего времени...».

Не знаю, пригодились ли мои тексты нынешнему "Посеву", давно его не получаю, и в интернете нет последних выпусков. Что касается прошлого, то в те смутные годы я разошелся с политикой руководства НТС не из-за ГКЧП, а уже из-за отношения к горбачевской "перестройке" и затем к ельцинским деяниям. Союзная газета "За Россию" (1993, № 2) назвала меня «врагом России», вступившим в «союз с красно-коричневыми коммунистами-нацистами». После расстрела Ельциным своего парламента (в котором я действительно, как публицист, поддерживал христианских демократов, противников разрушительных реформ, а НТС поддержал "реформаторов"-расстрельщиков и призвал их арестовать всю антиельцинскую оппозицию) я вышел из НТС.

Однако мои расхождения с руководством НТС были не столько политическими, сколько мiровоззренческими: в отношении к исторической России, к Новому мiровому порядку и соответственно к задачам русской организации. Это был важнейший судьбоносный период и в истории нашей страны, и, благодаря этому, – в истории моего политического и духовного созревания, которое тогда уже прошло учебный период идейных поисков и именно в конце 1980-х годов укрепилось в масштабе православной историософии. Поскольку я вряд ли возьмусь на написание воспоминаний (хотя некоторые мои ровесники и более молодые члены НТС их уже бойко пишут), мне кажется, это уникальное время можно отразить в публикации дискуссионных писем о тогдашних проблемах.

Мои расхождения с руководством НТС начались уже с методов борьбы с коммунизмом, на решающем этапе которой у НТС возродился прежний "революционный" нигилизм – наследие 1950-х гг., и, к сожалению, возобладал над национальным здравым смыслом и чувством ответственности за результат. На эту тему сначала в виде иллюстрации приведу несколько цитат из современных (2012 г.) воспоминаний В.М. Рыбакова (Щетинского), тогдашнего члена Совета НТС и руководителя работы НТС при создании центра в России в начале 1990-х гг.:

«...Когда, например, нам на конференции «Посева» торжественно объявляли, что за истекший год число членов НТС в СССР увеличилось на два процента, и это было единственной цифрой, предподносимой с неподражаемым величием, я изо всех сил старался не расхохотаться. Липа была настолько явной, что как-то я посоветовал ЕРО придумать что-нибудь получше.

Два процента! Если в СССР два члена НТС, а их число увеличилось за год на два процента, то сколько ныне... Ведь каждый человек, понимающий фундаментальное отличие между авторитарной и тоталитарной системой правления, не может не знать, что в тоталитарной системе, пока она сама не начнет разваливаться (как это было в определенные периоды в Древнем Египте, Древнем Китае или в Инкской империи), существование мало-мальски организованной оппозиции попросту невозможно. Это тебе не авторитарная диктатура, наделенная рынком и, следовательно, средним сословием, обладающим знаниями, организационными возможностями и средствами для борьбы с невыгодной властью. Я сказал ЕРО приблизительно следующее:

– Проценты плохая выдумка. Нужно число, оно ведь само по себе, без фамилий, даже названия городов, не несет в себе опасности. Объявите, что в СССР ныне пять или семь тысяч членов НТС, пусть гебисты суетятся.

Он не ответил, перевел разговор на другое. А ведь ЕРО мог заявить, что согласно молекулярной теории, изобретенной еще в 1948 году и принятой в 1949 году Советом НТС в качестве «отправной методической идеи», в условиях тоталитаризма возможно создание мощной оппозиционной организации. Эта на деле древняя стратегия, обновленная в очередной раз одним из основателей НТС В. Д. Поремским, предусматривала существование в СССР не знающих друг о друге ячеек НТС, подчиняющихся только зарубежному центру, находящемуся вне досягаемости КГБ. В теории это выглядело красиво, а на практике было неосуществимо, поскольку необходимо сначала создать эти ячейки, а затем поддерживать с этими многочисленными молекулами из трех человек связь, передавать им документы, пособия, готовить из них профессионалов.

ЕРО знал, конечно, о пропагандистской сущности официально существующей молекулярной организации, вернее, не мог не знать, но молчал, поскольку она была выгодной, более того, стала важной частью фундамента послевоенной организации. Именно поэтому я тоже ее, якобы существующую, поддерживал. Плевался, но поддерживал, понимая при этом, что по многим причинам высасывать из пальца цифры моему начальству не хотелось. Ведь в случае объявления цифры можно было, например, спросить: если вас так много в СССР, то почему вы ничего не делаете? Следовательно... Поэтому до самого 1991 года оставались проценты.

Меня эта тактика не смущала, поскольку я был уверен, что на практике в данном историческом случае число членов партии не имеет значения. Я написал «партия», так как для меня с самого начала НТС был политической партией, ничем иным. К моему великому сожалению, так воспринимали НТС только считанные единицы, остальные принимали НТС гораздо шире, как спасительницу русской культуры и православной веры – и позже это привело НТС к катастрофе в полном смысле этого слова. Лично я в этом убежден. Все есть ничего, это древняя истина.

Самым важным для меня было наличие в НТС четких политических, идеологических и организационных структур, способных в нужный исторический момент предложить советскому обществу выгодную альтернативу существующему строю. Также важным было наличие достаточного количества денег и небольшего числа достаточно подготовленных профессионалов, чтобы при первой же возможности предложить эту альтернативу всему населению страны – и непременно в очень короткий срок.

В организационном смысле я был стопроцентным ленинцем. Я искренно сожалею, что после Февраля Владимира Ильича не расстреляли, однако талантливой стратегией и тактикой смертельного врага России можно только восхищаться – и учиться у него науке побеждать. Поэтому, слушая речи Михея о двух процентах, я только посмеивался. Но некоторых членов НТС подобные заявления начальства (во главе с ЕРО) приводили в бешенство. ЕРО в этих случаях сохранял олимпийское спокойствие.

Одним из них был Михаил Назаров. Будучи честным и весьма простодушным человеком, он с пеной у рта требовал от руководства НТС правды, только правды и ничего, кроме правды... В ответ из Закрытого сектора его обвиняли, не прямо, разумеется (хотя было и это), что он засланный агент КГБ. ЕРО все понимал и поэтому защищал Назарова от нападок и в любом случае воспрепятствовал расправе над ним. Но, в конце концов, Назаров сам не выдержал и ушел из НТС. Обсуждать два процента и различные стороны корпоративного государства и философии солидаризма он больше не мог. А после у него «крыша поехала» в сторону всемирного еврейского заговора. Ну что ж, мой друг Михаил Назаров, как многие другие по всему миру, нашел удобного врага там, где его нет и быть не может». http://ntsrs.ru/content/11-procenty-v-propagande-molekulyarnaya-teoriya-mihail-nazarov

 «Мой старый друг Михаил Назаров впоследствии даже прославился этим, но так как в НТС за проявление антисемитизма можно было запросто попасть под Суд Совести и Чести и вылететь из организации, то прямо я с этим явлением в системе НТС не сталкивался...». http://ntsrs.ru/content/5-sovetskie-evrei-i-emigrantskiy-antisemitizm

Комментировать мемуары "стопроцентного ленинца" Рыбакова у меня нет желания, несмотря на многие неточности, самохвальные и иные фантастические преувеличения, потому что на атеистическом фундаменте никаких умных и полезных другим людям воспоминаний написать невозможно по причине нечувствия духа времени и действующих в нем сил. Рыбаков отчасти верно отмечает мое неприятие "подпольного" блефа и мою защиту идеологии корпоративного государства, но, будучи атеистом, главного уровня углублявшихся разногласий он так и не понимает, сводя их к моему "антисемитизму", несмотря на наши с ним многочисленные дискуссии. Подобная "антисемитская" (точнее "жидомасонская") трактовка моего сопротивления тогдашней политике НТС распространялась и другими его руководителями (хотя в руководстве евреев почти не было). Поэтому, полагаю, будет не лишним уточнить мои действительные разногласия с руководством НТС и с Рыбаковым в частности, приведшие сначала к моему уходу в 1987 г. из издательства "Посев" (тем самым из кадровой системы НТС) и в 1993 г. – к выходу из НТС. Надеюсь, это пригодится и тем, кто соберется написать историю этой уникальной эмигрантской организации.

+ + +

Знак НТС – «родовой знак Великого князя Владимира Святого, основателя Российского государства, изображённый в виде золотого трезуба на белом, синем и красном фоне или в чёрно-белом исполнении, без фона» (Устав НТС)Знак НТС – «родовой знак Великого князя Владимира Святого, основателя Российского государства, изображённый в виде золотого трезуба на белом, синем и красном фоне или в чёрно-белом исполнении, без фона» (Устав НТС).

Сотрудничать с НТС я начал уже летом 1976 г., через полгода после того, как оказался в Германии и осмотрелся в издававшейся эмигрантской периодике. К работе в НТС как «единственной организации, которая что-то делает», меня побудил бывший глава контрразведки РОВСа в Болгарии Клавдий Александрович Фосс (1898-1991), который был первым политическим эмигрантом, с которым мне довелось общаться (в мюнхенском немецком книжном магазине "Internationale Buchhandlung" рядом с Мариенплатц, где хозяйка позволяла ему держать стеллаж с русскими книгами и в отдельной маленькой комнатке беседовать с посетителями). Разумеется, я попал на Запад просто "антисоветчиком", и лишь по мере чтения эмигрантской литературы мое мiровоззрение приобретало положительный русский православный уровень. Очень сожалел, что всего этого не знал раньше, и поэтому моей целью стало сделать эту литературу доступной соотечественникам на родине.

Я бросил Мюнхенский университет (куда поступил на философский факультет – это было моей целью побега на Запад) и полностью ушел в эмигрантские дела. Первым членом НТС, с которым я встретился, был его глава Е.Р. Романов, который сам приехал в Мюнхен (наверное, и по другим делам), прочтя мое письмо. Сначала мое сотрудничество с НТС заключалось в переправке литературы в СССР разными способами, потом – в конструктивной критике существовавших энтээсовских пропагандных материалов, затем  в предложенном мне составлении таких новых материалов в соответствии с моими представлениями об их необходимом содержании и цели (например, письмо "Это моя страна", составленное на основе солженицынского "Архипелага ГУЛаг", его суммарный тираж для отправки в СССР по почте достиг 100.000). В конце 1976 г. Романов поручил мне составление компактного квартального издания "Посева" на основании избранного из трех текущих ежемесячников.

Основное разногласие с руководством НТС было в том, что мне казалась утопичной цель подготовки революции в тоталитарном СССР посредством создания подпольных групп. А в НТС это считалось "главным направлением", на которое направлялись основные силы и средства организации. По этой причине я два года не вступал в НТС, хотя активно включился в общую союзную работу и часто ездил из Мюнхена во Франкфурт, участвовал в теоретических летних курсах в Бельгии.

Даже после переезда на работу в "Посев" летом 1978 г., вступил в Союз лишь позже на квартире А.Е. Ширинкиной в присутствии Романова, которые и были моими поручителями. Будучи активным неофитом (в том числе в церковном отношении), я решил работать в издательстве безплатно, на энтузиазме, несмотря на то, что параллельный заработок техническими переводами (пригодилось первое техническое образование) отнимал много сил. Так я продержался год, пока Романов не заставил меня официально оформиться на зарплату. Это было своевременным облегчением, хотя в НТС платили лишь прожиточный минимум, и семью с тремя малыми детьми приходилось далее содержать и теми же переводами.

Так вот, будучи активным неофитом с необтесанным характером в плане отношений с коллегами, я часто вступал в споры по вопросу "главного направления". Добился уничтожения складских запасов старых листовок 1950-х гг., которые и в 1970-е гг. всё еще засылались в СССР с обращением к советским гражданам от имени "Ревштаба НТС" и барабанным боем типа: « НТС – Несем Тиранам Смерть! Несем Трудящимся Свободу! Вставай в наши ряды! Да здравствует освободительная революция!»... С моей точки зрения, эти лозунги не могли восприниматься людьми в СССР серьезно. Я настаивал, что в "Посеве" следует усиливать православно-идеологическое содержание вместо тогдашней всеядной политической поддержки всех "антисоветских сил" (особенно западнического диссидентства и т.н. "третьей эмиграции"). Мне поручили вести в журнале религиозный и философский отделы, хотя и для меня самого поначалу это были ступеньки самообразования в этой области. Тем не менее я считал, что главное оружие против коммунизма – правда не только о советском антирусском режиме, но и о православном смысле истории и о месте России  в ней. Без этого политическая суета безплодна и не всякие антикоммунистические силы могут считаться союзниками. К этому добавилась моя активная поддержка таких умных людей в руководстве НТС, как главный "стратег" В.Д. Поремский, который в это время уже предлагал ориентироваться в СССР не на отстройку низовых подпольных групп "армии освобождения", а на "конструктивные силы в правящем слое", способствуя их национальному идеологическому воспитанию как будущей смены стареющей геронтократии КПСС.

За всё это я заслужил от "третьеэмигрантов"-западников (а вовсе не «из Закрытого сектора», как пишет Рыбаков, и никакой «расправы» со мной внутри НТС быть не могло) целую кампанию по обвинению меня как засланного офицера ГРУ, который «религиозными материалами ослабляет политическую остроту журнала» и «переводит НТС на национал-большевицкие рельсы». (Почему ГРУ, а не КГБ? Видимо, у моих "оппонентов" возникла ассоциация с моей специальностью на военной кафедре в инъязе: "военный перевод и контрразведка", – хотя это была всего лишь подготовка к армейской штабной работе с анализом "захваченных" документов Бундесвера.) По этому поводу "третьеэмигрантские" деятели устраивали пресс-конференции, писали доносы на меня западным властям (В. Буковский, в частности, рассылал такое письмо британским парламентариям), и даже стучали на меня моим переводческим работодателям. Выпустили даже книгу "Трагедия НТС". Включилась в эту кампанию против меня и аргентинская "Наша страна" (Н. Казанцев), которую читали в правой эмиграции. Разумеется, всё это создавало мне большую нервную нагрузку, ибо куда ни приедешь, даже в какой-нибудь захолустный канадский Галифакс, местная эмигрантская община сразу "в курсе": осторожно, прибыл советский агент; в Канаде по такому доносу пришлось иметь беседы с политической полицией. (Не буду тут описывать эти "агентурные" перипетии, см. итоговые документы германского суда: "О судебных процессах в связи с клеветнической кампанией Чикарлеева", 1979-1987 гг.)

Об утопической проблематике "главного направления" я уже написал в книге "Миссия русской эмиграции" (гл. 14 и 24). После крушения режима КПСС выяснилось, что у НТС в СССР было лишь около десяти "подпольщиков", к тому же КГБ в  виде игры постоянно создавал фиктивные "контакты", которые оттягивали на себя малые силы НТС и заставляли "закрытый сектор" работать впустую. (Член Совета Г.А. Рар рассказывал, что одним их таких фиктивных "друзей НТС" в Прибалтике, через которых КГБ вел игру, был будущий патриарх Алексий II.) "Посев" нередко сообщал о провалах как своих курьеров ("орлов"), так и людей в СССР. Если они действительно были борцами с режимом, то их имена сейчас должны занять уважаемое место в истории. Но они почему-то сразу тонули в забвении, возможно именно потому, что это были не столько герои, сколько подставные "контакты", хотя я тогда наивно и безуспешно настаивал на необходимости их защитной популяризации как политзаключенных из чувства нашей ответственности за их судьбы. Наверное, в их числе были и настоящие подпольщики, но об этом НТС до сих пор ничего не уточнил, их имена остались лишь в старых выпусках "Посева" и "За Россию". Точно описать всю эту "подпольную" картину можно лишь при сопоставлении архива НТС и архива КГБ, что вряд ли кому-то удастся.

Сейчас напишу подробнее об отношении НТС к крушению СССР и действовавшим тогда силам. Примерно к середине 1980-х гг. описанное Рыбаковым мое бодание с блефом "подпольных групп" в СССР мне наскучило, я начал терять доверие к руководству и даже собрался переехать в Монреаль на "Международное канадское радио", куда меня звали работавшие там друзья по московсому инъязу Е. Соколов и Ю. Боголепов. В их маленькой Русской секции при руководстве старой эмигрантки Е.Г. Либеровской сложилась тогда добрая русская атмосфера (примечательны были программы "Беседы с канадцами русского происхождения", "Религиозная жизнь в Канаде" и др., в которых можно было просвещать советских слушателей в интересовавшей меня тематике). В качестве внештатного сотрудника я благодаря друзьям иногда тоже появлялся в их эфире. В одну из энтээсовских командировок в Америку (в 1986 г. на ЭКСПО Ванкувере) я прошел на радиостанции собеседования с начальством по-английски и по-французски и получил устное одобрение. Оставалось оформить бумаги.

Но тут в СССР развернулась "перестройка", значительно расширившая возможности поддержки "конструктивных сил", и в Канаду я не поехал. Начали завязываться мои личные контакты с единомышленниками в СССР, как в среде православных самиздатчиков, так и на уровне так называемой "Русской партии" (см. о тогдашней расстановке сил в книге "Вождю Третьего Рима", гл. IV-7. "Русская партия" и власть). Поэтому бодания с руководством НТС по вопросу "главного направления" закончились в 1987 г. моим уходом из "Посева" в свободное плавание. При этом я не высказывал своей критики публично и продолжал участвовать в издательской работе "Посева" соответственно своим предпочтениям, в частности, по-прежнему делал макет квартального "Посева" и подготовил к печати сборник "Ранние идейные поиски российских солидаристов" ("Посев", 1992).

Вернувшись в 1987 г. в Мюнхен (меня пригласил туда работать в издании правого черносотенного журнала "Вече" его богатый издатель О.А. Красовский, правда для выдерживания должного уровня ему не хватало образования), я попытался в качестве независимого журналиста оказать поддержку "Русской партии" во всех доступных СМИ, от эмигрантских до немецких и американской "Свободы", а с 1989 г. уже и в патриотических советских. Первая моя публикация там появилась не по моей инициативе (Открытое письмо директору радио "Свобода" господину Ияну Эллиоту // Литературная Россия. № 42, 20.10.1989) , но открыла дорогу к дальнейшему сотрудничеству во многих газетах и журналах, имевших тогда в СССР большие тиражи (см. в "Миссии русской эмиграции", гл. 24-25).

Публикация этого моего письма об антирусской политике "Свободы" вызвала резкое осуждение руководителей НТС, хотя оно было написано вежливо с тактической целью: призывало американскую администрацию всего лишь соблюдать Профессиональный кодекс РС и прекратить очернение русских патриотов-почвенников как вредящее облику самóй Америки в глазах русских людей. Председатель Исполнительного Бюро Совета НТС Ю.Б. Брюно (преемник Романова на этом посту) опубликовал прямо в "Посеве" публичный выговор мне, члену редколлегии: «Действительно, ...оскорбительные выпады против России, русского народа, русской истории и культуры стали в русской редакции этой станции хорошим тоном. Но если бороться с этим, то ведь не в советской же прессе!... Назаров... недостаточно четко отличает "гласность" от свободной прессы» (Посев. 1989. № 12. С. 50).

Кто-то считал, что этим выговором руководство НТС отмежевалось от моего письма перед американскими деньгодателями. О денежных взаимоотношениях с ними знало лишь несколько человек в Исполбюро, нам же всем говорили, что «НТС принимает пожертвования на антикоммунистическую борьбу от разных организаций, которые не ставят нам своих условий». Это была частичная правда, поскольку жертвовали и профсоюзы, и религиозные организации, и понемногу простые люди (их пожертвования публиковались в сводках "Фонда Свободной России"). Хотя, конечно, основные деньги шли из американских структур, и тем не менее в изданиях "Посева" нередко публиковалась критика американской политики и русофобии. Однако именно в конце "перестройки" американцы прекратили финансирование системы НТС за ненадобностью: скорый крах коммунистической власти был очевиден. Руководство НТС искало возможность возобновить получение американских денег для деятельности в СССР совместно с христианскими демократами В. Аксючица. Но теперь уже не все антикоммунистические силы, как ранее, вписывались в американские планы, ибо падающий режим КПСС Америке нужно было толкнуть в определенную сторону – и уж никак не в сторону восстановления исторической России. О целях США я опубликовал статью "Спасти себя мы можем только сами. Открытое письмо Конгрессу соотечественников" ("Литературная Россия", 26.7.1991) с призывом к осторожности – как раз накануне этого Конгресса (совпавшего с ГКЧП). Если бы я тогда оказался в Москве и попытался "поддержать ГКЧП", то лишь советом открыто объявить об отказе от коммунистической идеологии и о восстановлении преемственности от исторической России, но вряд ли меня послушали бы...

В Мюнхене благодаря протоиерею Кириллу Фотиеву, редактору религиозной программы "Свободы" и одновременно члену редколлегии "Посева", участвуя в 1987–1989 гг. в его программе как внештатный автор, я ближе познакомился с атмосферой на радиостанции, где часто мог бывать для пользования советскими и самиздатскими материалами в архивах Исследовательского отдела. Там же я впервые столь остро столкнулся и с "еврейским вопросом". На станции шла постоянная война между русскими сотрудниками (в их числе были наиболее активны В.Г. Мондич и О.А. Красовский) и "третьей эмиграцией", которая была рупором силы, враждебной России. Хотя я не был штатным сотрудником, из моих радиопередач и публикаций в Вече" было ясно, на чьей я стороне. Начальник "Русской службы" Матусевич скрежетал зубами при виде моей фамилии в "Вече", запретил С. Юрьенену использовать мои тексты в литературной программе, но в религиозной о. Кирилл его совершенно игнорировал и примерно раз в неделю заказывал мне восьмиминутные статьи. Характерна тогдашняя аргументация даже советской газеты, почему ЦРУ якобы "перебросило" меня из "Посева" на "Свободу" – для улучшения ее облика: «Видимо, в ЦРУ считают ... Назарова "настоящим русским" и надеются, что он хорошо впишется в хор отщепенцев со "Свободы", состоящий в основном из сионистов» ("Аргументы и факты", № 45/1987). Но именно поэтому я отказался там работать, когда православные сотрудники "Свободы" предложили мне это еще в начале моей эмиграции. Мое Открытое письмо директору "Свободы" от 12.7.1989 г. о прекращении даже внештатного сотрудничества огорчило о. Кирилла, но иначе я уже не мог. Об этой войне я писал в "Миссии русской эмиграции" (гл. 23-24) и в изданном мною сборнике "Радио Свобода в борьбе за мiр" (1992), так что не стану повторяться. 

Отмечу лишь, что этот мюнхенский опыт стал для меня очень важным, ибо побудил серьезно заняться изучением работ по еврейско-масонской тематике, что имело прямое отношение к православному смыслу истории. (К сожалению, в этом началось и мое расхождение с А.И. Солженицыным, который в целом одобрял мои статьи, в том числе с критикой "Свободы", и иногда пользовался моей помощью, но не советовал мне затрагивать тему антихриста и православной историософии – этого я касаюсь в отдельной статье.)

К этому времени в обновленном руководстве самого НТС стала утверждаться "демократическая" линия как безальтернативная (прежде всего благодаря активизировавшемуся члену Совета НТС Б.С. Пушкареву из США). Руководители НТС уже с последних лет горбачевской "перестройки" поддержали демократическую оппозицию и затем команду Ельцина, невзирая на его разрушительную деятельность, поскольку главным врагом для НТС был и оставался "коммунизм", который следовало "добить". А какой ценой и кто будет главным победителем, – это профессиональных "антикоммунистов" почему-то уже не интересовало, хотя руководители НТС могли бы вспомнить и предупреждения И.А. Ильина о мiровой закулисе в "Наших задачах" (в свое время их как идеологический учебник дал мне сам глава НТС Романов) и свои такие же опасения периода Холодной войны. Могли бы прислушаться и к предупреждению тогдашнего первоиерарха Русской Зарубежной Церкви (большинство старых членов НТС были ее прихожанами), который написал специальное обращение: «Будут брошены все силы, миллиарды золота, лишь бы погасить пламя Русского Возрождения. Вот перед чем стоит сейчас Россия. Это почище Наполеона и Гитлера» ("Литературная Россия" № 52/1989 - http://rusidea.org/?a=17008). В августе 1990 г. в Монреале (куда меня пригласили прочесть доклад на VI Всезарубежном съезде православной молодежи) я присутствовал при кулуарных попытках писателя В.А. Солоухина уговорить митрополита высказаться от имени Церкви в поддержку Ельцина, но владыка Виталий видел, куда всё идет, и категорически отказался.

К сожалению, и мои попытки убедить руководителей НТС в обратном ­– отказаться от ставки на "реформаторов" Ельцина – тоже оказались безуспешны. Такая всеядная ориентация НТС на "антикоммунистические силы" (вплоть до "Демократического союза" уровня Новодворской) отталкивала многих православных патриотов. К их поддержке я стремился привлечь более широкие круги эмиграции, с этой целью в мае 1990 г. в Бельгии был устроен примечательный съезд православной общественности вместе с гостями из СССР.  В СССР и затем в РФ шла такая же война, какую в миниатюре я видел на мюнхенской "Свободе", и к сожалению, руководство НТС оказалось не на русской стороне... Во многом в этом была "заслуга" Рыбакова, переехавшего в Москву возглавлять открытый филиал НТС. Нетрудно себе представить, кого мог привлекать там руководитель с таким мiровоззрением:

«ЕРО ставил русский народ на пьедестал. А я, будучи яростным сторонником тезисов Лебона, орал, что русский народ, как и любой другой, не способен мыслить, у него нет головы, нет ума, он даже не явление, а огромное число процессов, к тому часто враждебных друг другу. Именно поэтому русский народ убил Россию: не горстка же латышей, китайцев, евреев, чехов и словаков это сделала, как считают шовинисты, расисты и антисемиты. Мы сами свою Россию убили, кто же еще мог это сделать? Никто». http://ntsrs.ru/content/9-raschety-emigrantov-na-pomoshch-inostrancev

Последовавшее обострение моих отношений с руководством НТС иллюстрируют письма и некоторые не публиковавшиеся ранее тексты, размещенные ниже. Полагаю, они могут пригодиться не только исследователям поведения русской эмиграции в этот судьбоносный период крушения советского режима, но и уточнению отношения многих эмигрантов к нынешней постсоветской олигархическо-компрадорской системе РФ. Ее поддержка со стороны малосильного НТС, конечно, не имела большого значения, но остается на совести и НТС, и той части русской эмиграции, которая, кроме падающего коммунизма, никаких врагов России видеть не желала (и до сих пор не способна видеть)...

+ + +

...По текущим политическим вопросам

Размышления о позиции НТС весной 1992 года

1. С одной стороны, принятые в феврале-марте резолюции руководства НТС "Будущее нашего государства" и "Позиция НТС по текущим политическим вопросам" содержат мудрую основу:

«Мы отвергаем как попытки бездумного расчленения страны, так и попытки силой восстанавливать бывший СССР. Задача – создать на его развалинах из хаоса подлинно новую государственность, ядром которой мы видим сегодня Россию в границах нынешней федерации. Ее надо возрождать и благоустраивать. Но завтрашняя цель – Российское Союзное Государство, которое должно быть построено совместными усилиями русского, украинского и белорусского народов и основано на свободном волеизъявлении всех народов, которые в него пожелают войти».

Поэтому, «Не тратя сил на проблемы СНГ, надо в первую очередь сделать Российскую республику реальной преемницей нашего исторического государства, а бывшую Советскую армию – Российской армией», временно оставляя в стороне вопрос о границах (как можно понять из текста): «Да, эти границы произвольно начертаны властью, законность которой мы никогда не признавали. Но менять их сегодня (иначе, как при подлинно свободном волеизъявлении) – значит сеять конфликты, которые завтра помешают воссоединению...».

«Ведущей силой нового единства может быть лишь положительный пример, который должна показать Россия: пример твердой законности, ...материального благосостояния, ...национальной солидарности, ...солидарности социальной».

Для этого нужно «как можно скорее довести до успешного конца радикальные экономические реформы»: в частности, «обеспечить конкуренцию на рынке, расчленяя монополии», а «Приватизация должна обеспечить всему населению возможно широкое участие во владении имуществом...».

2. Однако, с другой стороны, вызывает сомнение высказанная в тех же резолюциях уверенность, что «Правительство Ельцина в общем движется в этих направлениях» и «опирается... на доверие народа»; что уже в июне 1991 г. у правительства имелась «реальная программа демократических и рыночных реформ», которая «сегодня... осуществляется, и наше дело – способствовать ее успеху».

Эти похвалы выглядят неубедительно уже на фоне бесконечных споров среди руководства страны о том, какой результат даст эта самая "программа". Даже главный программист Гайдар заявил – в апреле 1992 г.! – что пора уточнить "направление и сущность реформ".

Действительно: те "правильные" меры, которые дают эффект в естественно устоявшейся рыночной экономике, оказались неприменимы к советской ситуации – ни психологически (народ не знает иной системы, чем советская, и не готов поставить нужное количество частных предпринимателей), ни практически (ибо экономика сохранила монопольную структуру). Поэтому "либерализация цен" привела лишь к ценовому произволу производителей-монополистов, к гиперинфляции и спаду производства – и не могла привести к его росту. "Приватизация" же дает преимущество бывшим номенклатурщикам и "теневой" мафии, которые делят между собою общенародное достояние, заодно отмывая свои неправедные деньги – это их сейчас волнует больше всего. А у народа нет средств, чтобы участвовать в такой "прихватизации" объектов миллиардной стоимости.

То есть вопрос не в том, нужны ли России рыночные реформы (в этом почти все согласны), а в том – какие конкретно, как их осуществлять и какой ценой. Пока что мы видим резкое обнищание трудящегося населения (которое потеряло многолетние сбережения) и – вольготные условия для рвачей и богачей (к тому же более вольготные – для иностранных).

Именно "доверие народа" к нынешнему правительству неуклонно падает, ибо нарушено чувство справедливости. Это подрывает внутреннее единство страны – а по таким трещинам недоверия к "центру" и распадается государство, рвутся прежние экономические связи, еще больше усугубляя хаос...

Говорят, что во всем виновато предыдущее коммунистическое правление. Разумеется, виновато. Но новые правители должны были проявить мудрость и преодолеть наследие прошлого с минимумом потерь, чтобы не обрушить вместе с прежним режимом и государство (из чего, например, исходил НТС в своих "альтернативных" разработках). Конечно, этой мудрости не хватило уже Горбачеву, затянувшему начало реформ, но и правительство Ельцина своей наивностью продолжает умножать потери. Никакие "объективные экономические законы" не требуют и не оправдывают того развала страны, который произошел уже после августовских событий.

3. Распад государства и резкое падение уровня жизни очевидны всем. Поэтому трудно согласиться с утверждением, что оппозиция правительству возникла лишь на "крайних флангах", как они описаны в резолюции: «Один крайний фланг (например, ДС, считает, что "демократическое" правительство все еще советское правительство, и потому с ним надо продолжаться бороться. Другой фланг (необольшевистский, в котором блокируются коммунисты и националисты крайнего толка) считает, что прежде всего надо восстановить единство Советского Союза и остановить хозяйственные реформы».

Нельзя не видеть, что критика правительства усиливается в среде ученых, деятелей культуры, военных – причем вовсе не коммунистов, а "демократов", недавних союзников Ельцина, выступивших вместе с ним против ГКЧП. Известен ряд открытых писем, манифестаций; делаются попытки образования оппозиционных структур. Главное же: помимо этих двух флангов, в последнее время консолидируется патриотическая некоммунистическая оппозиция, в частности – Российское Народное Собрание (РНС), созданное в феврале 1992 г. на Конгрессе патриотических сил и выдвинувшее наиболее конструктивную программу. Вряд ли стоит утверждать, что подобная оппозиция продиктована лишь "честолюбием" оппозиционеров (как кому-то кажется), а не вышеописанной политикой правительства*.


*Статья написана до апрельского съезда народных депутатов России, где наиболее обострились эти разногласия. – [Прим. автора для предполагавшейся публикации].


4. Для появления такой оппозиции есть еще одна – с моей точки зрения, главная – причина, которая совершенно не учтена в резолюциях НТС: политика Запада и прежде всего США. Если бы в мире, кроме России, никого не существовало – быть может, и просчеты ельцинских "демократов" были бы не столь опасны. Но в условиях мощного иностранного влияния на ход событий – экономического, политического, пропагандного – наивность правительства становится угрожающим фактором, который может перечеркнуть даже возможные частичные успехи.

Так, ставший известным благодаря "Нью-Йорк таймс" документ ЦРУ "Директива в области обороны" на 1994-1998 годы определяет главной целью США «предотвращение возможности появления на мировой арене сверхдержавы, способной соперничать с Соединенными Штатами». Как видим, этот план не очень согласуется с российскими целями (в том числе сформулированными НТС), особенно такие места из директивы: «Мы не исключаем возможность угрозы стабильности в Европе со стороны националистических сил в России или попыток присоединения к ней недавно получивших независимость Украины, Белоруссии и некоторых других республик...». «США, – говорится в документе, ­­– предстоит использовать свое лидерство для установления и защиты нового мирового порядка», при этом не исключается применение силы (ИТАР-ТАСС, 9.3.1992).

Чтобы понять все причины, приведшие к распаду страны, полезно вспомнить и знаменитый закон 1959 года о расчленении России (Р.L. 86-90), оправдывающий борьбу всех национальностей против русских, который не удалось отменить в Конгрессе США даже осенью 1991 года. Эта политика лежала в основе американской пропаганды все послевоенное время и усилилась в годы "перестройки", имея благодатную почву в нашей стране: иллюзии о порядочности "свободного мира"– что понятно после десятилетий коммунистической лжи о нем.

Конечно, можно и тут делать упор на вину предыдущих коммунистических правителей – но нынешние даже объяснить этой вины как следует не сумели, принимая на счет России все обвинения в "империализме" и т.п. То есть, само российское правительство оказалось в плену прозападных иллюзий и стандартов – как во внешней политике (которая превратилась в заискивание перед Западом), так и во внутренней. Последний пример: так называемый "референдум" на Украине – выборы без выбора – где было и финансирование сепаратистов из-за границы, и беспрецедентное вмешательство администрации США и ее пропагандного радиовещания (посулы экономической помощи при отделении). Но правительство России (признавшее и результаты "референдума", и те самые границы, которые считает незаконными НТС) – всего этого, похоже, "не заметило". Как и того, что в самой России все эти годы идет усиленное поощрение "пятой колонны"США – западников и дискредитация патриотов-"почвенников" (именно их называют "националистическими силами"). Показательна и попытка огульных репрессий против патриотических кругов в августе-сентябре 1991 г. по обвинению в "идеологической поддержке путча"; и то, что в руках этой "пятой колонны" оказались государственное телевидение и основные газеты-журналы (именно они получили львиную долю субсидий после "либерализации цен")...

Все это, к сожалению, привело и к возобновлению противоестественного союза части патриотов с коммунистами. Однако для убедительной критики этого явления следует разобраться в его сути. Раньше патриоты наивно надеялись использовать структуры властвующей КПСС для стабилизации государства. Теперь же это – объединение дискредитирумых патриотов с частью отстраненных от власти коммунистов на общей линии обороны страны от нарастающего хаоса. Когда борьба идет за национальное выживание – многим уже становится не до идейных различий, тем более что и коммунисты есть разные. Многие называют себя таковыми лишь по неграмотности или по инерции, в сущности стремясь лишь к установлению порядка; да и соотношение "лжи и правды коммунизма" теперь в их позиции несколько изменилось – учитывая положение в стране (под "правдой" Бердяев имел в виду стремление к социальной справедливости, под "ложью" – насильственный и бездуховный путь ее достижения). В каком-то смысле многие рядовые "коммунисты" оказались даже более честными, чем их "перестроившиеся" вожди, восседающие в нынешнем "демократическом" правительстве и разных мондиалистских "фондах". Думаю, все это следует учесть и при оценке "национал-большевистского" заявления председателя правления РНС В. Аксючица: «Наше сотрудничество с лидерами коммунистов не исключается. Но мы при этом сохраняем за собой право бороться с коммунистической идеологией» ("День" № 10, 1992).

Не обязательно соглашаться с этой тактикой – но если уж противодействовать "национал-большевизму", то как раз НТС со своим уникальным политическим опытом и мог бы сыграть стержневую роль в становлении конструктивной патриотической оппозиции, однако он уклонился от этой роли, предпочитая поддержать нынешнее правительство.

Видимо, это было продиктовано не нравственными, а прагматическими соображениями: целесообразнее влиять на тех, в чьих руках власть*.


*Правда, тогда непонятно, к кому следует отнести пожелание в тех же резолюциях НТС: «Активные партаппаратчики и работники КГБ должны быть лишены возможности занимать ответственные посты в нашем государстве»? Ведь все члены нынешнего российского руководства были номенклатурными работниками (см. статью "Господа товарищи" в "Огоньке" № 50, 1991). – [Прим. автора для предполагавшейся публикации]


Но есть ли шансы для такого реального влияния? С моей точки зрения тут гораздо больше шансов оттолкнуть союзников на мировоззренчески родственном правом фланге. И если уж говорить о "конструктивной критике" Ельцина – то я бы понимал под этим анализ внешнеполитических и мировоззренческих проблем, затронутых в данной статье – к последним и перейду.

5. Основная причина, почему мне кажутся неоправданными как ставка на "либерал-коммунистов" в нынешнем правительстве, так и союз с "оппозиционными" коммунистами: ни тем, ни другим не хватает знания как России, так и Запада. Но если одни демонстрируют это на улицах, защищая от демократов памятники Ленина, то другие – на правительственных постах, равнодушно взирая на эти памятники, а кое-где и охраняя их. Даже ленинский мавзолей и красные звезды над Кремлем нынешней власти не мешают.

Непонимание ими духовной сути России ведет к тому, что сейчас для нее копируются западные модели (даже свою резиденцию назвали "Белым домом", а сами стали "мэрами" и "префектами"). Здесь опять вера в очередную утопическую "панацею", которая создаст рай на земле – без осознания всей сложной проблематики борьбы добра и зла в мире и в природе человека. Незнание же Запада (и мира в целом) ведет не только к иллюзорным надеждам на спасительные валютные кредиты (как будто их не нужно будет выплачивать!); это ведет и к нравственному разоружению перед "сильными мира сего" – что дает им полную свободу действий в нашей стране. И это, с моей точки зрения, сейчас самое опасное.

Можно лишь поражаться тому, что Ельцин с почетом аккредитует в Москве самое мощное пропагандное оружие этих самых сил против России – радиостанцию ["Свобода". – М.Н.], которая считает своей целью произвести "мутацию русского духа", которая открыто глумится над православием и которая – в нарушение международных норм! – призывает к превращению Сибири в независимое "русскоязычное" государство... Посулы процветания сибирякам здесь все те же; впрочем, в отличие от Украины, сибирские богатства и вправду его обеспечат: если их продавать за границу хоть и по бросовым ценам, но зато деньги оставлять себе, а не покрывать ими российские долги. Это означало бы окончательное превращение и Сибири, и европейской части России в западные колонии разного статуса. Вот только не похоже, чтобы эту опасность видело нынешнее российское правительство.

Думаю, именно узость исторического и мировоззренческого кругозора была причиной того, что победители в августе 1991 года не догадались сделать единственно верный правовой шаг: отменить все результаты правления большевиков как незаконные; опираясь на результат мартовского референдума, провозгласить на территории еще существовавшего СССР историческую преемственность от дореволюционного Российского государства (с уточнением впоследствии его формы и границ); сделать советскую армию Российской армией... Вместо этого – узаконили распад государства по большевистским границам, под аплодисменты Вашингтона и "общечеловеческой семьи" (которой, кстати, вовсе не мешает то, что в большинстве "независимых государств" у власти остались прежние номенклатурные структуры; Кравчуку простили даже готовность поддержать ГКЧП – все это тоже выдает главный приоритет в происходящем: расчленение и ослабление России).

Не удивительно, что правительство Ельцина оттолкнуло от себя и широкие круги военных (а разложение армии ведет к наиболее быстрому всеобщему краху по югославскому образцу), и почвеннические силы, и значительную часть демократов-государственников: если еще в августе немало их вышло на "баррикады", то на февральской демонстрации в поддержку курса Ельцина были одни лишь западники.

6. Будет печально, если к тем же последствиям (потере союзников на почвенническом фланге) приведет и нынешняя позиция НТС. Повод для этого дают и некоторые публикации в "Посеве". И боюсь, что во всем этом уже проявляется не "текущий" прагматизм (столь частый у нас и столь же часто нам вредивший), а более серьезная причина. В последние годы в нашей организации явно усилился дрейф от довоенного поиска национального, русского пути к превращению в одну из обычных "демократических" партий, трудно отличимых друг от друга. А ведь от этого зависит и решение столь актуальной проблемы, как "набор или отбор": способен ли сам облик нашей организации привлекать тех, кто будет действительно за Россию, а не только против коммунистов? От этого зависит и успех всего нашего дела, и критерий нужности самого НТС – России.

Поэтому в заключение позволю себе кратко сказать о России как духовном явлении, понимание которого мне хотелось бы видеть в нашей организации – если мы все еще считаем, что в 1930-е годы не случайно избрали своим знаком трезубец св. Владимира, Крестителя Руси.

 +

Любые поиски общественного идеала исходят из представлений об устройстве и смысле мира. Этот уровень размышлений требует специальных – историософских и религиозных – категорий, которые выходят за рамки политической статьи. Тем не менее, только на этом уровне можно показать, чем традиция НТС по своему мировоззренческому масштабу потенциально отличается от других организаций, имеющих схожие программы в духе "за все хорошее, против всего плохого".

Наше представление о России исходит из христианского мировоззрения. Это мировоззрение заключается не только в критериях личной нравственности человека, не только в принципах справедливого построения государства (социальное христианство) и не только в воссоздании традиций русской культуры (в формировании которой православие сыграло основополагающую роль). Даже авторы, признающие все вышеперечисленное, порою не учитывают еще один аспект: только в рамках христианской историософии – учения о сотворении мира и человека, о свободе воли и злоупотреблении твари ею, об истоках добра и зла – можно понять смысл истории, сегодняшние тенденции в мире и место России в нем. Это вообще духовная основа всякого гуманитарного знания, без чего будет непонятен и наш искомый национальный идеал – русская идея, которая есть Замысел Божий о России и ответное постижение нами этого Замысла как нашего национального призвания в истории человечества.

Россия – единственная страна, которая избрала своим общественным идеалом святость (Святая Русь), то есть применила в своей культуре христианские критерии не только на индивидуально-личном, но и на национально-государственном уровне. Это не значит, что идеал Святой Руси был осуществлен в прошлом или должен быть непременно осуществлен в конкретной жизни, но он придает ей необходимый смысл: говорят – идеалы недостижимы, как звезды, но по ним мы определяем свой путь...

В осознание русской идеи основной вклад внесли наши святые, подвижники, философы, писатели; он находил отражение во многих событиях нашей тысячелетней христианской истории. В том числе и в XX веке, который дал в России сонм святых новомучеников и подвижников, а в изгнании – плеяду мыслителей, выразивших новый взгляд на русскую идею благодаря приобретенному знанию разных общественных систем. (В частности, важны фундаментальные работы прот. В.В. Зеньковского "Основы христианской философии" и "История русской философии", а также работы архимандрита Константина (Зайцева) о духовном смысле российской катастрофы.)

На этом фоне становится особенно очевидно, что ось мировой истории тесно связана с судьбою христианских народов – среди которых наиболее остро это ощутил народ русский (до революции русскими считали себя все три его ветви: малороссы, белорусы, великороссы). Здесь и выбор Киевской Русью христианства, сразу же пропитавшего – как более нигде – весь русский быт; и формула "Москва – Третий Рим" как выражение ответственности за вселенские судьбы; отсюда следуют и понятия "русский мессианизм", "народ-богоносец" – в них не гордыня, а несение труднейшего бремени следования Мессии-Христу; само слово "христианство" в обратном переводе с греческого есть не что иное, как "мессианство").

Но развитие истории не прямая дорога, а драма, в которой – в силу свободы созданных Богом существ – действует и противоборствующая идеология, отвергшая Христа и Его абсолютные критерии Истины. У этой идеологии тоже есть свои носители, претендующие на свой собственный "мессианизм". Один из его вариантов пытался утвердиться – и потерпел свое мировое поражение! – именно в России, но это не единственный его вариант...

Борьба этих двух мессианизмов – христианского и антихристианского (материалистического) – в разных видах продолжается в мире непрерывно, в чем и состоит драма мировой истории. Финал ее, описанный в религиозном откровении-предупреждении (Апокалипсисе), связан с грядущим господством материализма и с саморазрушением человечества. Но это произойдет, лишь когда прекратится духовное сопротивление этому процессу. Такая миссия сопротивления в святоотеческом учении отождествлена с понятием "удерживающего" (2 Фес. II, 7-8), в чем можно видеть назначение России и историософский смысл русской идеи для всего мира.

Нельзя не видеть, что нравственное состояние именно "развитых" стран (с которых нынешняя Россия берет пример) вызывает беспокойство за судьбу всей цивилизации. Именно космополитическая либеральная демократия, с ее рыночной системой и "плюрализмом" – при утрате духовных целей человеческой цивилизации – ведет к "новому варварству" (как выразился С. Франк в книге "Крушение кумиров").

Развитие мира в этом опасном направлении и есть тот общечеловеческий кризис, о котором говорится во всех изданиях Программы НТС начиная с разработок 1930-х годов. Давайте же рассматривать нынешнее положение в России и искать себе союзников в этом масштабе.

Михаил Назаров

[Эта статья была предложена в "дискуссионную трибуну" журнала "Посев" весной 1992 г., но не была опубликована. – М.Н., 2016]

+ + +

Письмо МВН Е.Р. Романову от 4.8.1992

Майзах, 4.8.1992

Дорогой Евгений Романович!

Моя поездка (Москва, Ставрополь, Пятигорск, Суздаль) значительно укрепила мое несогласие с Вашим положительным отношением к действиям Ельцина-Гайдара и Ко. Чтобы отказать им в поддержке – достаточно посмотреть советское (монопольное) телевидение: пошлость, подражательство Западу (вплоть до искусственного "иностранного акцента" у некоторых дикторов), дезинформация, бодряческое самохвальство на фоне ширящейся нищеты. Никакие "реформы" не могут быть оправданием такого наплевательского отношения к народу. В стране настолько распространены недоверие и даже ненависть к правительству, что будь сейчас выборы – оно набрало бы никак не больше 20 % голосов. Правительство и само это прекрасно понимает и логично считает единственным гарантом своей власти Запад (кредиты!). Почему и идет на позорные уступки (в том числе территориальные, которые начались с признания большевистских границ) – заботясь прежде всего о сохранении собственной власти.

Но это не может продолжаться вечно, тем более что производство в стране продолжает падать и не видно экономических оснований, почему бы оно могло расти. Поэтому многие ждут к осени либо смены правительства на следующую, "более компетентную", но так же прозападную обойму (Вольского), что лишь оттянет время; либо правого переворота (последнее мне пока кажется маловероятным, ибо у правых нет толковых лидеров). Очевидно одно: политика Гайдара не может увенчаться успехом и его принесут в жертву. Возможно, одновременно принесут в жертву и "коммунистов": именно для этого они сейчас Ельцину очень нужны, так как реальной опасности собою не представляют, но на их "сопротивление реформам" можно в очередной раз свалить собственные просчеты. Это может стать политической основой и для авторитарного ельцинского переворота: удара по всей оппозиции в целом, в том числе и по некоммунистической оппозиции (для чего и муссируется слово "красно-коричневые", предполагающее, что иной оппозиции быть не может). Несомненно, что Запад на такой переворот закроет глаза (даже если связанный с этим роспуск парламента будет, конечно, неконституционным).

Что касается "красно-коричневых", то есть национал-большевизма на нынешнем этапе, то это явление сложнее, чем многие думают. В виде иллюстрации шлю Вам две газеты: "Путь" с объяснением Аксючица и "День" с комментарием Бондаренко.

Надеюсь, что уже к этой зиме выяснится, чья оценка точнее: Ваша или моя. Сейчас же, поскольку я член редколлегии, прошу ответить на некоторые рабочие вопросы:

– Будут ли напечатаны в "Посеве" или "Гранях'' посланные мною статьи В. Бондаренко? (Если нет – пожалуйста, верните мне.)

– Не изменили ли Вы отношения к "смелости" Т. Ивановой и ее приемлемости в качестве посевского автора – после тех фотокопий ее статей, кот. я Вам послал?

– Шлю Вам статью уже известного Вам д-ра историч. наук С. Волкова – подойдет ли она для "Посева"? (С его критикой Ельцина Вы не согласитесь, но там Вас могут заинтересовать аргументы в пользу того, что реальные перемены могут исходить лишь от тех людей, которые уже причастны к власти, а не от оппозиционеров-переворотчиков).

– Статья И. Есаулова "Генеалогия авангарда" сложновата, но м.б. подойдет для Граней"? (Он канд. филолог, наук, произвел на меня хорошее впечатление.)

– Посылаю Вам (и одновременно А. Окулову) свой сборник о Радио Свобода. Был бы благодарен за рецензию в "Посеве" (пусть даже отчасти критическую), чтобы отметить существование этого сборника. Окулов согласен написать, но сомневается, что Вы согласитесь затрагивать эту тему. Мне, однако, кажется, что нападки PC на "Посев" (см. выступление Матусевича в сборнике) и недавняя серия радиооткровений Карповича (на тему НТС-КГБ) дают основание для того, чтобы – наконец-то! – прореагировать. Заодно "Посев" мог бы этим компенсировать вынесенный мне ранее выговор от Ю. Брюно в № 12/89 – который остался совершенно непонятен читателям.

– В любом случае – будет рецензия или нет – может ли "Посев" опубликовать прилагаемое объявление о сборнике?

– Вернулся ли Югов? Остался ли главным редактором? То есть, нужно ли мне приезжать во Франкфурт для помощи со следующим номером и если да, то когда?

+ + +

Письмо Е.Р. Романова МВН от 12.8.1992

Дорогой Миша!

Обрадован Твоему письму и Твоему возвращению.

Прежде всего о Твоей оценке положения в стране. Все оценки субъективны. Н. Солженицына, которая сейчас провела три месяца в русской провинции в поисках места для переезда АИ, дала совсем иную оценку положения, оптимистическую. В смысле отношения населения к реформам. Проводимые всё время разные исследования при всём их разнобое дают Ельцыну более 50 % популярности. Правительству, конечно, ниже. Но Ельцын как власть и правительство как власть – разные явления. Оценка настроения населения, народа – сложная задача. Нет одного "правильного термометра". Но одно можно сказать – народ в своей массе пассивен и это одна из двух главных причин трудностей реформ. Без активного включения самого народа реформы будут еще долго буксовать.

Насчет телевидения Ты в своей критике во многом прав. Хотя главным недостатком я считаю не то, что Ты перечисляешь, а деструктивность. Но, что касается "монополии", то Ты повторяешь демонстрантов перед Останкино. Монополии нет, если борьба разных групп и "бригад", отличающихся друг от друга по взглядам и по целям.

О каких позорных "территориальных уступках" Ты говоришь? Признание советских границ 1922 года было грубой ошибкой, но при чем тут Запад? Это произошло тогда, когда еще существовал Советский Союз, и мотивы, которыми тогда руководствовался Ельцын, были совершенно другие. Я об этом писал в одной из своих статей. Логики в твоём изложении на эту тему никакой нет. Западные кредиты – вопрос, возникший гораздо позже. Кроме того, Гайдар всё же получил миллиард, не уступив требованиям МВФ.

Блок, стремящийся к смене правительства, условно "блок Вольского" (хотя это не точно), отнюдь не "прозападная обойма". Это те силы которые хотят затормозить реформы, укрепить разрушающуюся "административно-командную" систему в промышленности, не допустить частной собственности на землю. Но полностью взять в свои руки правительство им не удастся, хотя влияние их может возрасти. Сегодня это наиболее серьёзная сила, однако только "на верхах". Опоры в населении у них нет. И против Ельцына они придти не могут. К власти.

О каких "коммунистах", которые нужны Ельцину, Ты говоришь — непонятно. Реформе на местах сопротивляются не коммунисты (если понимать идеологически), а "номенклатура", старый аппарат. И это сопротивление — реальность. Особенно проведению земельной реформы. Тут и спорить не приходится, настолько есть реальных фактов из всех концов страны. В смысле политическом они не представляют опасности. Они саботируют реформы не по политическим мотивам, а по мотивам власти и привилегий. В большинстве.

Политическую опасность представляют те силы, которые и коммунистами не называются, но целью своей ставят возвращение к тоталитарной диктатуре. Они неудачно названы "красно-коричневыми". Правильнее было бы их называть "национал-коммунистами". Национализм для них вывеска, чтобы увлечь за собой подлинно национально-мыслящих дюдей, а по существу они шовинисты и циники. Государство они мыслят как однопартийное со всеми последствиями, которые из этого вытекут. Государственная co6cтвенность приоритетна, колхозы и совхозы наилучший способ управления сельским хозяйством – это их экономические позиции. "Вольские" при известной схожести позиций – всё же их антипод. Так как "вольские" всё же хотят совмесить "социализм" с "капитализмом". Т.е. это в известном смысле горбачевская линия. Но такое совмещение в конечном итоге – мыльный пузырь.

С газетой "День" я знаком. Горбаневский мне ее подбрасывает, хотя не регулярно. За "Путь" – спасибо. Я его давно не видел. Объяснений Аксючица и комментария Бондаренко я еще не читал. Но что они могут объяснить? Они обречены на съедение Макашовыми, Стерлиговыми, Зюгановыми, Бабуриными и прочими. Или трансформируются в свое прежнее состояние. Контакт с Дьяволом губит душу.

Но я согласен с Тобой – явление это сложное, а главное, опасное, так как может отбросить нашу страну в новый вариант "Октября". 

Моя или Твоя оценка нынешней власти окажется правильной к зиме? Не знаю. Мы находимся в отношении к нынешней власти, в частности к Президенту, в оппозиции. Конструктивной, что нам свойственно. Наша критика действий правительства становится более резкой, поскольку оно не следует нашим конструктивным предложениям. Но призывать к свержению мы не будем. Нет альтернативы.

Теперь по рабочим вопросам. (...)

Рецензию на твой сборник для "Посева" я попрошу написать Андрея, тем более, что он уже согласился Тебе. Не вижу причин для непомещения рецензии. Разница в том, что Ты надеялся статьями в "Посеве" что-то изменить в политике станции, а я считал это бесполезным. И Твоя брошюра бесполезна, однако в другом аспекте она полезна – она может повлиять на поклонников станции в стране. Кстати, каким тиражом она вышла? И какона там будет распространяться? (...)

Теперь просьба. Я хочу возобновить в "Посеве" публикацию постоянного текста об НТС. Он должен отвечать новой обстановке. Я бы очень просил Тебя составить такой текст.

И еще одно: мы договорились с Тобой, что Ты будешь беспокоиться об идеологических материалах в "Посеве". Что Ты можешь рекомендовать для № 6? Там будет мотив 75-летия Октября. Свое или перепечатку или подборку или и то и другое и третье. (...)

Обнимаю,
Е.Романов

12.8.1992

PS. А. Окулов рецензию писать отказался.

+ + +

Письмо МВН Е.Р. Романову от 5.9.1992

Майзах, 5.9.1992

Дорогой Евгений Романович!

Спасибо, что, несмотря на сильную загруженность, Вы написали мне большое письмо (от 12.8.). Несколько задержался с ответом, т.к. навалилось много работы: переводы + набор "Вече"; только этим и занимался все это время... Занятие малоувлекательное (а переводы – ненавистное), но уровень моих долгов – достаточно веский "стимул"...

1. Сначала позволю себе замечания по ходу Вашего письма о положении в России и о Вашей его оценке.

Не согласен с тем, что на российском телевидении нет правительственной монополии: ТВ поддерживает любые действия правительства, замазывает его грехи, не дает слова оппозиции. Если там и есть «борьба разных групп и "бригад"», как Вы пишете, то скорее личная, примерно в том же "демократическом" и западническом русле, которое задается руководством. А руководство назначено правительством (или прямо Ельциным) и ему подчиняется. Национально-патриотические нотки, которые иногда бывают – это и демонстрация плюрализма, и "кость", бросаемая усиливающимся правым настроениям, но также и попытка свести патриотизм к этнографии (всех этих трех "зайцев" можно, например, убить – регулярно передавая полчаса игры на балалайке)...

Под позорными территориальными уступками я имею в виду именно признание большевицких границ – не только 1922 года, но и всех позднейших (процесс образования новых "республик" шел постоянно) – вплоть до передачи Крыма. Еще позорнее – нынешний отказ поддержать население даже таких территорий, желание которых быть в составе Российской Федерации несомненно, в Приднестровье люди с оружием в руках умирают за это. Если бы могли надеяться на поддержку российского правительства – вели бы себя иначе и Крым, и Северный Казахстан (а тем самым – и весь Казахстан), и Северный Кавказ с Грузией (зажатые между Россией и Арменией, где пророссийкие настроения традиционны, но сейчас превращаются в ощущение предательства; Оганесян [друг НТС, начальник армянской службы Радио "Свобода". – Прим. М.Н., 2016] возмущен ельцинским "невмешательством"). Вероятно, только таким путем разрешимы проблемы Южной Осетии, Карабаха, и других народов, чье стремление к России отчетливо выражено. Сейчас все они преданы нынешним правительством – под несомненным давлением Запада, который настаивает на сохранении большевистских границ.

Странно слышать от Вас, "матерого политического волка", что Вы не видите "никакой логики" в моем изложении: мол, "причем тут Запад?" Политика США, западного лидера, сыграла в поддержке сепаратистов и в распаде страны огромную роль: и пропагандно-политическую (тут амери­канцев с головой выдает и "Закон о порабощенных нациях", и политика Радио Свобода – точнейший индикатор), и финансово-экономическую (посулы помощи при отделении). После навязшей в ушах коммунистической лжи о Западе, настроения в стране, по принципу маятника, качнулись в сторону идеализации "свободного мира" – и он этим расчетливо воспользовался... Об этом я писал в "Вече" № 46 (посылал Вам).

Основной недостаток и опасность нынешнего правительства – в тех же иллюзиях: оно не в состоянии вести национально-государственную политику, ибо строит свои расчеты на вхождении в "общечеловеческую семью", надеется на ее "порядочность", на ее кредитную помощь... И чем больше эти правители чувствуют рост народного недовольства – тем больше понимают, что удержаться у власти можно лишь с помощью того же Запада. Западу тоже выгодно такое правительство в России. А за миллиард, который, по-Вашему, "Гайдар получил, не уступив требованиям МВФ", уже заплачено очень многим и во внутренней политике (границы), и во внешней (проамериканское поведение России в ООН, отношение к ближневосточным "переговорам" и Израилю, к войнам в Ираке и Югославии...).

Вряд ли при этом существенно, что "Ельцин как власть и правительство как власть – разные явления". Даже если они в чем-то разные – более активно здесь именно западническое правительство, а не Ельцин, у которого, как кто-то еще надеется, более "национально- государственное мировоззрение". Похоже, у Ельцина вообще нет взглядов, к которым применимо слово "мировоззрение"; он как пустой стакан, который будет приобретать окраску содержимого, которое в него вольет окружение или ситуация. Сейчас Ельцин дает правительству карт-бланш, практически не вмешиваясь в его эксперименты (это признают сами члены правительства), ибо не разбирается ни в экономике, ни вообще в управлении государством. Он, как и Горбачев, понимает кое-что лишь в искусстве удержания власти, опираясь на аппарат. Если он и пойдет на смену правительства, о чем я писал – то лишь из этих соображений, потому что нынешнее правительство очень непопулярно в народе.

Не знаю, что именно в этой связи видела и отметила Солженицына; я увидел иное. Хотя и остался оптимистом – но мой оптимизм основан на укрепившейся вере в народ (это на меня произвело главное и большое впечатление: он по национальному характеру не годится для американской общественной модели).

Однако, не буду в очередной раз повторять свою критику: в той апрельской статье (не напечатанной Вами) я ее изложил, как и критику позиции НТС. С тех пор принципиально ничего не изменилось. Правда, Ваши претензии к властям, действительно, стали более резки, чем в феврале-марте. В сущности, Ваша верная статья в "Посеве" № 4/92 противоречит духу тех резолюций (который мне показался несколько "сервильным"). Но и в ней, отмечая грубейшие ошибки нынешних властей, за которые страна платит "дорогую цену", указывая им, как следует поступать правильно, какие опасности грозят ("Не допустить захвата собственности номенклатурой" – читаем и в документе "Об экономической реформе") – Вы почему-то не видите, что именно эта перекрасившаяся номенклатура сейчас управляет страной. Вряд ли она склонна к Вашим советам прислушаться, как и вообще посмотреть на Россию Вашими глазами. (Кстати, сейчас "Regierungssprecher" российского правительства [неточность: он пресс-секретарь президента. – Прим. М.Н., 2016] – Вяч. Костиков, судя по всему, тот самый, книгу которого об эмиграции я рецензировал в "Посеве" № 3/91; видимо, его образ мыслей лучше всего соответствует правительственному…)

Думаю, однако, суть этих разногласий между нами – заключается не в текущей политике. Это следствие разной мировоззренческой оценки правительства. Политику можно сменить быстро и легко, мировоззрение – очень медленно и трудно. Похоже, подобные разногласия связаны с той проблемой, о которой я Вам давно писал: я вижу, что и в нашей организа­ции, как результат смены поколений и идущего пополнения, происходит дрейф в том же западническом направлении. Перейду к этой теме.

2. В частности, меня сильно разочаровало собрание московской группы НТС, на котором я присутствовал. Я не вижу у НТС будущего, если пополнение будет таким. В личном плане большинство из них, вероятно, порядочные люди, но, говоря об идейно-мировоззренческом уровне, можно лишь руками развести... Дело даже не в том, что преобладают "западники", а в том, что они очень самоуверенны, не чувствуют своей ограниченности – и не способны понять даже сдержанных возражений, сразу зачисляя оппонента в шовинисты. Обсуждался лишь один, казалось бы бесспорный вопрос: отношение к событиям в Приднестровье (которое никогда не было румынским), но даже в этом я констатировал отсутствие общего языка; кто-то договорился до того, что поддержка Приднестровью из России – это "колониальная политика", противоречащая "общечеловеческим ценностям"... Лишь двое молодых ребят возражали с национально-государственных позиций. Но не думаю, что они останутся в организации при таком руководстве.

Приднестровье – это частный политический случай, не связанный с мировоззрением. А если речь зайдет о нем? Как, например, могут "просвещенные почвенники" сотрудничать с руководством Московской группы, если и ее глава атеист, и похоже, газету "За Россию" делают атеисты? (Это у меня не оценка личностных качеств, а показатель мировоззренческого кругозора и тем самым профессиональной пригодности. Скажем, Дима [В. Рыбаков. – Прим. М.Н. 2016] мой друг, и я тут ничего не говорю за его спиной: мы об этом постоянно спорим и остаемся друзьями, но вряд ли у него и у газеты будут такие же добрые отношения с незнакомыми читателями; если хотите – покажите ему это письмо и передайте привет.)

Как сможет такая союзная газета объединять конструктивные силы почвенничества и западничества, если она в февральском "Конгрессе гражд. и патр. сил" видит "явный и однозначный перевес фашистских и нацистских элементов, подмявших под себя..." - ? Если она оскорбляет его лидеров сравнениями с Гитлером (№ 2, стр. 2), а ЦРУ зачисляет в число "американских друзей" России, имеющих с ней одинаковые интересы (тот же № 2, стр. 7)? Эту позицию трудно назвать "По ту сторону славянофильства и западничества". Кстати, перепечатав эту статью С. Левицкого 40-летней давности и не указав ее года, редакция вольно или невольно дезинформирует читателей о происходящем "в настоящее время" (!) росте "религиозного осмысления жизни и культуры" на Западе (те попытки отдельных мыслителей, о которых пишет Левицкий, давно погасли в "обществе потребления"). Во всем этом я вижу тенденцию, которая ставит НТС лишь по ту сторону "почвенничества".

Если Вы скажете, что быть "по ту сторону" тех и других удается главному руководителю в России, христианину Сендерову – то соглашусь с этим лишь в самом буквальном смысле. Как политика его не принимают всерьез ни те, ни другие. Главное его занятие – журналистика, правда, его статьи часто столь манерны, что трудно запомнить их содержание, и настолько поверхностны, что не стоит и запоминать. Он хороший человек, проявивший мужество, поэтому мне его искренне жаль в нынешней роли, на которую он явно не тянет.

А чем лучше положение в "Посеве", главный редактор которого тоже и западник, и атеист?.. Разве что тем, что он теперь подолгу отсутствует – не без пользы для журнала.

Вы мне пишете: «"Посев" редактирую я». Но к чему тогда стоит в журнале должность и фамилия главного редактора? Разве люди на подобных постах не имеют никакого влияния в своем деле – помимо Вас? И сколько уже людей подобного мировоззрения в Совете, занятых на важнейших направлениях работы по привлечению людей в организацию и на страницы журналов – разве это не сказывается на политике организации, на направленности ее изданий?

Подчеркивая, что "Посев" редактируете Вы, Вы как бы предлагаете мне игнорировать официальные структуры и перейти на "неформальный" уровень общения. Что ж, и с Вами и с Пушкаревым работать можно – Вы оба принимаете меня таким, как я есть, не слишком обижаетесь на откровенную критику, не обостряете разногласий, понимаете историософский (а не только политический) "жанр" моих исследований (по отношению к которому у Вас нет ни комплексов, ни аллергии), стараетесь использовать меня в том, что я могу дать, и сами даете мне новое даже в спорах. Меня и с "Посевом" связывает многое, уже "ностальгически" – это важная часть моей жизни. Так что в принципе мне хотелось бы остаться в редколлегии – если бы сам журнал оставался хотя бы в тех мировоззренческих рамках, как в годы моей работы в редакции (1978-1985).

Однако сейчас эти рамки сдвинулись влево, как сильно перекошенные ворота. Согласитесь, что исторический фундамент организации (в который эти "ворота" вкопаны) – как его ни характеризовать – и до войны, и в 1970-1980-е годы был правее облика НТС в сегодняшней союзной печати. Как же я могу сотрудничать с новым пополнением в руководстве НТС, особенно в будущем, когда еще больше укрепится их влияние – если уже сейчас они считают мои публикации в правой печати ("Наш современник", "Лит. Россия") компрометирующими организацию? Если даже Андрюша Окулов, не прочитав ни одной книги из тех сотен, которые я изучил в последние 5 лет – заявляет гостям из России, что "Назаров помешался на жидо­масонском заговоре"? Мне остается лишь терпеливо сохранять в общении то, что еще можно сохранить...

Но поэтому, видимо, мне предстоит урегулировать свои официальные отношения с редакцией таким образом, чтобы это никому не создавало неудобств; т.е. найти какое-то неформальное решение, сохранив и дружеские связи, и возможность сотрудничества.

3. Конкретно. За публикацию моей "русской идеи" ["Посев", 1992, № 4, июль-август. – Прим. М.Н., 2016] – спасибо. И многие другие статьи этого номера считаю полезными, редактировал их охотно. Это прочтут 20.000 подписчиков (в том числе и новые члены НТС в России) – ради них я готов, при Вашем желании и необходимости, помогать Вам и дальше. Буду предлагать и идеологические материалы (сознавая, что они далеко не всегда Вам подойдут). При всем своем максимализме тут я готов на деловые компромиссы. Но все же сейчас не вижу необходимости официально стоять в списке членов редколлегии, поскольку и указанный в журнале главный редактор все-таки на своем посту стоит, так что его "ценные авторы" будут украшать журнал постоянно. Полемику с ними ни он, ни Вы в "Посеве" не допустите (чтобы "не обижать"), а критиковать публикации собственного журнала на чужих страницах – вроде бы неуместно... Поэтому мне хотелось бы чувствовать себя в этом отношении свободнее. Дело тут даже не в праве на критику, а в моих деловых связях в почвенническом лагере (мосты к которому Вы, кажется, не хотите сжигать?). Уточню, что я имею в виду, на конкретных примерах.

Скажем, "ценный автор" Радзиховский, который (цитирую по "Посеву" № 3/92) - «с удовольствием прочел "Русскую идею и 2000-й год" Александра Янова. Изящно сделано, логично, со смаком написано»... Далее в яновском же духе он мажет черной краской по всему почвенническому флангу, в котором есть только национал-большевики, нацисты и антисемиты, а если у кого-то нельзя найти этому доказательств – то лишь потому, что они «продолжают "камуфлировать" свои очевидные взгляды» (названы Распутин, Белов, Шафаревич). Логика, что называется – убийственная, как на Радио Свобода.

В следующем номере (№ 4/92) Радзиховский отказывает правому флангу даже в возможности искренней любви к своей стране: «Они плачут о том, чего им не жалко. Живое чувство появляется лишь на минуточку, когда ругают "жидов"...». Характерен и идеал "нормальной человеческой жизни" у Радзиховского: «Прагматичные, продажные ранне-буржуазные политики – прагматичный, нетерпеливо-буржуазный, лишенный всякого "мессианизма" народ...». Ибо любые «новые Мессии» могут действовать только «с пафосом и кровью», а давайте «будто мы и не русские вовсе - ... Без крови, а с грязью»... Вот уж точно проговорился: не русский это идеал вовсе.

Хотя бы разобрался в этимологии и значении слова "мессианизм". И сравнил бы русскую историю с европейскими странами: что, там не было крови и жестокостей? (Одна знаменитая Французская революция чего стоит.) Уж кого-кого, но не русских обвинять в крови: на фоне международной политики XIX-XX вв. Россия была самой честной из всех держав и первой в истории предложила конференцию по разоружению. Не достаточно ли повторять западническо-марксистские штампы о варварской России? Или, быть может, автор имел в виду большевиков? Но при чем тогда именно русские?

Наверно, и таких духовно неразвитых людей не следует отталкивать; многие из них просто недостаточно подготовлены для серьезного анализа проблем; с ними можно "работать" (если кому-то хочется тратить время именно на них). Но, полагаю, вовсе не обязательно предоставлять им страницы "Посева" для поучений, оскорбления оппонентов и решения судеб России на подобном уровне.

Именно в этом моя основная претензия к статьям Т. Ивановой, а не ее недавние прокоммунистические писания. Хотя Ваше возражение (в принципе верное) – мало ли кто что писал в прошлом – в данном случае не убедительно: Иванова восхваляла марксистский цитатник не "когда-то", а в ноябре 1989 г., когда и в советской прессе уже было немало антимарксистских публикаций. Причем та ее статья, которую Вы дали мне прочесть и передвинули на следующий номер, больше всего меня возмутила тем, что Иванова устами своих "восхищенных почитателей" превозносит собственную "смелость", проявленную в то самое время, когда она писала об этом цитатнике... Это уже бесстыдство. Особенно если принять во внимание, что своих идеологических противников (почвенников) она сейчас, "перестроившись", чернит именно за то же самое, что накануне делала сама. Это Шафаревича-то, автора сборника "Из-под глыб" и вышедшей в 1970-е книги о социализме, она осмеливается (в другой статье) покусывать – менторски, свысока, и зачислять в "красно-коричневые"...

И тот же Радзиховский: не знаю, как смело он вел себя раньше, но вряд ли достоен "Посева" его подкол другому "идеологическому противнику": «Лидер христианских демократов Виктор Аксючиц – политработник, затем специалист по научному коммунизму и научному атеизму» ("Посев" № 4/92, с. 34). Да, Аксючиц был членом партии – но другие-то примеры номенклатурщиков-демократов в статье Радзиховского десятью этажами выше. И был ли он "политработником" и "специалистом"? Во времена сотрудничества Аксючица с НТС наши издания о нем писали совсем иное – значит, теперь у нас допустима борьба с соперниками любыми средствами?

Кстати, если "Посев" редактируете Вы – значит это Вы поместили эти статьи Радзиховского? Что ценного Вы в них нашли? Неужели бойкость пера, какую Вы находите и у Ивановой, достаточный критерий?

Подобные публикации в "Посеве" все чаще чернят людей, с которыми мне приходится иметь дело в России. (Еще один пример этому: неэтичная публикация письма Утехина с критикой – даже не напечатанного в "Посеве"! – выступления В. Бондаренко на юбилее НТС и отказ редакции поместить присланный Бондаренко ответ на критику.) Будучи членом редколлегии, я не могу скрывать своего мнения о такой редакторской политике. Можно и нужно полемизировать с любыми деятелями (в т.ч. и с Бондаренко, и с Шафаревичем, и с Аксючицем – есть о чем) – но недопустимо доходить до бездоказательных оскорблений. В редколлегии, которая допускает это, я не могу состоять – тем более, не имея права на полемику.

Вы говорите, что Иванова приносит сейчас НТС конкретную пользу. Что ж, серия ее статей в "Книжном обозрении" полезна в том, что она "дает отпор" многолетней советской клевете об НТС. Но и только. Сегодня уже и без Ивановой тут все ясно; чтобы сказать "сам дурак" – теперь большого ума не надо. В четырех ее статьях, присланных Вами, я не нашел ни одной содержательной, принципиально важной положительной мысли об НТС, которая показывала бы, чем же наша организация отличается от десятков других, тоже "антикоммунистических". Это все похвалы вчерашнему дню: "против чего" боролся НТС, а не "за что" (об этом у Ивановой сплошной туман). Но именно в этом – "за что, за какую Россию?" – теперь проходит водораздел между добром и злом, который Вы почему-то все еще надеетесь затушевать и объединить поверх него самых разных людей... Такое объединение на негативной платформе было возможно в прошлом, при наличии сильного общего врага; но когда он побежден – это уже невозможно...

4. Поэтому, учитывая мои более правые взгляды, мне будет трудно составить такой "положительный" текст об НТС (за что борется организация), который бы удовлетворил и Вас, и Югова, и Радзиховского, и Московскую группу. Я не могу ограничить свое видение проблем России одной лишь прагматичной политикой, – и чем дальше в область идеологии, тем больше будут разномыслия. Но об этом лучше поговорить в мой следующий приезд (мне хотелось бы приехать во Франкфурт и пообщаться лично). Могу к концу сентября привезти проект.

Сейчас у меня два принципиальных замечания по документу "О Конституции России":

– Я убежден, что границей восстановления преемственности от российского государства следует считать не октябрь, а февраль 1917 г. Особенно если изучить, как получился Февраль и каковы были его действующие силы. Да и то, как февралисты действовали после захвата власти и к чему привели – уже это вряд ли можно считать приемлемым фундаментом для строительства новой России (и Солженицын об этом много раз говорил; и задолго до него для большинства русской эмиграции это всегда было бесспорно).

– "Центральный банк должен быть свободен от политического влияния и озабочен лишь устойчивостью российской валюты" – эта фраза (видимо, БСП – он это же сказал в "За Россию"), без уточнения, откуда берется сама банковская власть, выглядит спорно. Здесь видна явная параллель с независимостью западных центральных банков от контроля со стороны правительств и парламентов (в США, Англии и др. демократических странах) – но эта независимость возникла по инициативе банкиров на переломе XIX-XX вв. и означала новую эпоху: контроль международных финансовых кругов над правительствами, а не наоборот. Мне бы этого не хотелось в России.

Ответы на другие Ваши вопросы:

Сборник о Радио Свобода вышел, к сожалению, очень малым тиражом: 2000 экз., так что о его продаже в России речи быть не может. Он оплачен пожертвованиями мюнхенской эмиграции (7 человек) и предназначен для бесплатной рассылки в редакции российских газет, политикам, членам парламента. На Запад я привез 250 экз. – для такой же бесплатной рассылки в эмигрантские редакции, Конгресс Русских Американцев, крупнейшие библиотеки и советологические центры. Так что повлиять на поклонников PC в стране сборник сможет не прямо, а косвенно: путем постановки этого вопроса в парламенте и особенно – рецензиями в печати. (А вот предыдущими статьями о PC, включенными в сборник, я как раз старался прямо влиять на поклонников PC в стране, ибо тиражи были вплоть до полумиллионных; повлиять же на американскую политику PC я не надеюсь давно, с "посевской" статьи на эту тему в 1979 г.).

Цель объявления о продаже сборника: заявить о его существовании, сделать его доступным исследователям, кто интересуется этой темой, и хотя бы частично покрыть расходы. (...)

Т.к. был все это время занят работой, ничего предложить Вам для № 6 (тема 75-летия Октября) не могу. Но если бы и предложил – не уверен, что это Вам подошло бы, т.к. я считаю началом катастрофы Февраль; Октябрь в этом смысле достаточно "обсосан" историками и качественно не интересен (разве что помощь большевикам с Уолл-стрита, а не только от немцев – есть достаточно малоизвестных документальных данных). Но вот, кстати, наше Обращение в связи с 75-летием Февраля, которое даже "Новое Русское Слово" поместило в виде стороннего сообщения (прилагаемая фотокопия оттуда). Быть может, и Вы сочтете возможным подать это в порядке дискуссии (например: "Многие эмигрантские издания, в частности НРС от..., поместили обращение..., которое мы решили перепечатать к 75-летию Октября..., не соглашаясь, однако, с постановкой акцента на иностранной ответственности... "). AHA что-то в этом роде возражал устно – почему бы ему не высказать это письменно и не покритиковать собственного сына. (...)

[Упомянутое Обращение к 75-летию Февральской революции в "Посеве" не было напечатано. – Прим. М.Н., 2016]

+ + +

Письмо Б.С. Пушкарева МВН от 16.9.1992

16.09.1992

Дорогой Миша!

Ты умный, грамотный, эрудированный, хорошо пишущий, с огромной памятью, трудоспособностью, с горячим сердцем и чистой душой ... но порой... остроты Окулова перестают казаться безосновательными! Ну, скажи: уж кому, как ни тебе знать, что не везде уместна демократия: разве ты за то, чтобы вопросы научной истины решать голосованием, или чтобы прихожане голосовали, быть ли женщинам священниками? Вопрос Центрального Банка из той же серии; политики всегда будут грабить банк потому, что получат за это голоса. Любые политики. А банкиры свои деньги грабить не будут. Вот и вся хитрость, честное слово, Ротшильды тут не причем! Причем принцип разделения властей.

Закон о порабощенных нациях – символическая кость, кинутая Конгрессом США прибалтам. Никогда реально-политического значения не имел. Писался и проводился на задворках большой политики и, помимо русских борцов с русофобией, мало кому известен. Всё же я 40 лет прожил в США, из них 34 с отцом [историком С.Г. Пушкревым. – Прим. М.Н., 2016], который с русофобией боролся в порядке "хобби" и обычно стрелял по воробьям, которых дотошно выслеживал, вроде тебя. Ультрачувствительность хуже, чем у евреев к антисемитизму. В большой политике господствовала идея целостности России, вплоть до выступления Буша в Киеве уже под занавес. Да, господствовала не безраздельно, и расчленительская лобби вечно пищала, что власть имущие не учитывают национальный вопрос... Это был заметный рефрен, на втором плане. Развалила Россию номенклатура, а не американцы. Они в ужасе, сколько им послов новых напечь надо.

Забыл бы ты и Ротшильдов, и расчленителей, и выплыл бы в большое плавание, согласно Богом данным тебе данным. А так тебя некоторые перестают принимать всерьез, и я не всегда способен тебя отстоять. Очень согласен с твоей верой в народ – я с тем же чувством приехал, убрать бы крикунов, да оставить народ. И согласен с тем, что нам необходимо поддерживать opening to the right, и кроме того выправить ПОСЕВ. Радзиховский может быть и блестящ и ужасен, по недомыслию. Иванова хорошая тетка, с чувством, пусть без эрудиции. Не знаю, что там при соввласти писала. Может она Павла. С советской нетерпимостью в союзной среде надо бороться, тоже согласен. Вот если ты поможешь искать умных правых, и материалы подбрасы­вать будешь – честно национал-патриотические, религиозные (без заднего поиска врага) – это уже будет великое дело. За отсутствием кандидата в главреды ЕРО, а потом возможно и я, к журналу еще долгое время отношение иметь будем. Кроме статей ЕРО там часто политическая слякоть, ВАС политически умен, но пишет невразумительно. Мой критерий, статьи, которые бы нравились Олегу Полякову, покойному. Хотя бы из прошлого Союза, скаутизма, казачества, Церкви, армии, Белой войны, kulturtraegercкoй эмиграции. Гибридный черновик нового ПУТИ-ПРОГРАМ­МЫ я почти кончил, пошлю тебе, пока в России пообсуждаем, подумай ты тут. Твои соображения всегда были верными. Стилистически я бы очень рад был на тебя полагаться. Сборник мой собственный Ираида еще набирает. Кстати, с 12 ноября она будет тут на месяц, может на это время и назначить встречу.

Пока, всех благ, Твой Борис

+ + +

Письмо МВН Б.С. Пушкареву от 17.9.1992

Мюнхен, 17.9.1992

Дорогой Борис!

Получил от тебя сегодня ответ-реплику на мое письмо ЕРО и в виде приложения – заявление Исполбюро об исключении новосибирских "шовинистов". Спасибо за внимание и информацию. К сожалению, основное содержание моего письма (позиция и состояние НТС плюс соответствующие факты) ты оставил без рассмотрения и в основном забеспокоился обо мне самом, так что буду отвечать только на то, что ты прислал мне сейчас.

Позволь тоже начать с комплиментов: ты умный, деловой, эрудированный, прекрасный организатор, деятель с качествами подлинно правительственного масштаба... но твое огромное достоинство (которое я очень ценю) – терпимость – порою переходит в излишнюю доверчивость. А это для столь большого политика качество не лучшее. Ты прекрасно знаешь американское общество, насколько оно плюралистично и многопланово, отчасти и в советологии, но почему-то полагаешь, что такой же разнобой и плюрализм (в том числе по отношению к России) царит и на том высочайшем уровне западной политики, где принимаются и осуществляются решения. По-моему, на этих верхах существует очень простая и прагматичная "логия" – укрепление и расширение своей власти; плюс противодействие всему, что этой цели мешает (вплоть до своих становящихся неугодными президентов: Кеннеди, Никсон). Странно, если бы это было не так: человек существо несовершенное, путем естественного отбора наверх пробиваются наиболее эгоистичные и властолюбивые особи, и, имея мощные инструменты влияния, они не могут ими не пользоваться, не могут не впадать в соблазн достижения все большего могущества...

Эти "сильные мира сего" достаточно умны, чтобы как можно меньше напоминать гражданам о своем могуществе; ведь их возможность властвования зависит от спокойствия и сытости населения. Обычные средства массовой информации дают об этом уровне власти мало представления – ибо зависят от тех же верхов. Этот уровень можно рассмотреть и проанализировать, лишь если ему уделить внимание специальное, с привлечением метаполитики и историософии. Именно об этих верхах в 1940-1950-е годы писал И.А. Ильин как о "мировой закулисе" ("Наши задачи"), и о том же обронил замечание А. Солженицын как о "денежной аристократии", которая всегда "всплывает наверх в демократии" ("Как нам обустроить Россию?"). Вряд ли Окулов об этих авторах может судить так же свысока, как обо мне, хотя речь идет об одном и том же явлении, которое Солженицын лишь отмечает как факт, Ильин осуждает в общих словах, я же – стараюсь исследовать в рамках смысла истории... Правда, тут я, – если обратиться к учению Церкви и святым отцам, – далеко не первопроходец. И видными, умными авторами Зарубежной Церкви (напр., архим. Константин Зайцев) об этом написано немало.

Но останемся в рамках политики. Именно эта "закулиса" оказывает решающее влияние на геополитику Запада в своих экономических и (выводимых отсюда) идеологических интересах, подчиняя себе правительства. Документально это отражено, например, в книге гуверского профессора Саттона "Уолл-стрит и большевистская революция". Эти круги и за "демократию" (в том числе в России) выступают именно потому, что атомизированное космополитическое общество, не скрепленное более национальными традициями и духовными ценностями, обеспечивает наибольшую власть их деньгам.

Независимый ни от кого (!) центральный банк в условиях демократии есть никем не контролируемый инструмент власти денег, т.е. этой самой "аристократии". Ты совершенно прав, что "банкиры свои деньги грабить не будут". Действительно: зачем им грабить себя, когда можно, пользуясь этим инструментом, "грабить" других и не только "кормиться" этим, но вообще влиять на жизнь общества в своих интересах. Возможность такого влияния банкиров признает Жак Аттали в книге о Варбургах. Инструмент влияния тут универсальнейший (мерило всех земных ценностей) и неиссякаемый: ведь деньги – явление условное, как государственные фантики; их создают "из ничего", теперь уже простым нажатием клавиши компьютера (бумажные деньги ныне составляют малую часть денежного оборота)...

Почему же столь легкое и столь ответственное дело должно быть бесконтрольным со стороны государства? Можно ли полагаться только на порядочность банкиров? Вход России в мировую финансовую систему неизбежно поставит ее "независимый" Центральный банк под контроль все той же "аристократии". Именно в этом заключается главная проблема "демократии", а вовсе не в том, что кто-то потребует голосовать по поводу банковской политики (это действительно было бы глупо). Поэтому я считаю, что банк должен быть инструментом российских правительственных органов (под тем же контролем парламента, что и вся деятельность правительства) и должен служить стране, а не своим "независимым" интересам.

Ты жил на другом, более порядочном "этаже" деловой Америки и не занимался исследованием верхов и "закулисы". Поэтому, как бы применяя к ним презумпцию невиновности, ты вот даже считаешь, что закон PL 86-90 – "никогда реально-политического значения не имел". Что ж, этот "закон" под данным конкретным номером действительно не имел функции руководящей директивы (ты прав, что он был пропагандной "костью", брошенной многочисленным в Америке сепаратистам). Но он, принятый Конгрессом единогласно, символически отразил геополитическую цель правящих кругов США, которая с наступлением холодной войны проводилась в жизнь независимо от существования этого закона – как внутренняя логика мышления. Так что этот закон есть лишь наглядное саморазоблачение геополитики США – и даже хорошо, что он в этом качестве был принят.

Можно привести множество доказательств, опровергающих твое мнение, что в "большой политике (Запада и США) господствовала идея целостности России". Посмотри уже на поведение Антанты в конце 1-й мировой войны и во время нашей гражданской: они везде поощряли отделение от России самостоятельных государств и ставили соответствующие ультиматумы Белым армиям. И после 2-й войны – характерны проведенные американцами "торги" на эту тему в 1950-е годы, в которых участвовали и национальные, и русские организации (в т.ч. НТС) – в надежде на финансовую поддержку США...

Но возьмем более свежие примеры: скажи хотя бы, почему на Радио Свобода всегда – под строжайшим американским контролем! – поощрялось национальное самосознание на всех языках, кроме русского? Почему в годы перестройки PC стало прямо поощрять все сепаратизмы – и чернить любой русский патриотизм как "нацбольшевизм" и последнюю опору КПСС? Почему сейчас, когда комм. режим уже рухнул – продолжается глумление над русской идеей, уже и над православной Церковью как таковой, а все патриоты зачисляются в "красно-коричневые"? Почему американская администрация упорно называет теперь "сепаратистами" Приднестровье, никогда не входившее в румынско-молдавское государство и стремящееся стать тем, кем было и есть – русской территорией? Наивно же сводить все это к тому, как делают некоторые, что такую политику ведет "персонал" радиостанции, а администрация США, мол, глупа, или ничего не знает, или ничего против такого персонала сделать не может... (Поэтому, кстати, мой сборник о PC никак не устарел.)

Точно такое же отношение США и Запада в целом к Крыму, и вообще к большевистским границам. Теперь они уже объявлены неприкосновенными на основе Хельсинкского соглашения о неизменности границ в Европе (этим оперирует Старовойтова) – хотя там речь шла о внешних (а не внутренних, административных) границах именно целостного СССР.

На этом фоне случавшиеся отдельные заявления Буша (или кого-угодно) о желательности сохранения единого СССР выглядят как пропагандная игра в каких-то сиюминутных целях (напр., из боязни бесконтрольности атомного оружия в данный конкретный момент).

Или вот еще: сравни разное отношение Запада: 1) к августовским путчистам (правительству страны, решившему изменить внутреннюю политику без участия президента), 2) к "демократу" Кравчуку (которому в благодарность за самостийность тут же простили его поддержку ГКЧП), 3) к грузинским путчистам (люди Шеварднадзе), которые, убив 200 человек, свергли законно избранного президента – под аплодисменты демократического мира... Ту же двойную мерку "законности" и "справедливости" видим и в освещении югославских событий, и в спровоцированной американцами же (под давлением еврейского лобби) превентивной войне против Ирака...

Неужели ты не видишь во всем этом поразительного лицемерия и истолкования "законности" – лишь в произвольном смысле, выгодном для целей Запада? И неужели ты все еще не слышишь прямых заявлений Буша, как на съезде республиканцев, что его цель – "Новый мировой порядок" под политическим, экономическим и военным господством США? Что-то я не вижу здесь "ужаса" от того, что им придется еще больше "напечь послов".

Вспомни также попавший в прессу документ ЦРУ "Директива в области обороны" на 1994-1998 годы, который определяет главной целью США предотвратить восстановление России как сверхдержавы, не допустить «присоединения к ней недавно получивших независимость Украины, Белоруссии и некоторых других республик...». «США, говорится в документе, предстоит использовать свое лидерство для установления и защиты нового мирового порядка», при этом не исключается применение силы (ИТАР-ТАСС, 9.3.1992).

Сколько же откровений и фактов тебе еще нужно, Борис?

Тут у меня не "ультрачувствительность хуже, чем у евреев к антисемитизму", а констатация печальной мировой и российской реальности. Ты не можешь ее объяснить только одним лишь провалом коммунизма: да, эта причина главная (наш грех), но и противники внесли в нашу катастрофу свою огромную лепту, воспользовавшись нашими грехами – как в 1917 г., так и сейчас. Не учитывать этого в политике нельзя. Но обо всем этом я уже не раз писал в статьях (именно об этих проблемах я тебе посылал летом через ЕРО "Вече" № 46)... Странно, что и ты, и ЕРО все эти аргументы считаете моим преувеличением и "стрельбой по воробьям" (как ты пишешь)...

Теперь о положении в НТС – на этом грустном фоне.

Дело не в проявлениях "советской нетерпимости" в союзной среде, а в ускоряющемся дрейфе организации (из-за новых членов и авторов из России) в стан убогого западничества наивно-советского толка (что в описанных выше условиях очень опасно). Это отмечаю не только я; поверь: многие, ибо союзная печать последних лет достаточный индикатор.(Кстати, прилагаю фотокопию фрагмента из письма Солженицына, по его просьбе.)


Отрывок из письма А.И. Солженицына

Как можно искать "умных правых" авторов для журнала, где могут быть помещены (в принципе!) такие статьи? И скольких "правых" деятелей "Посев" буквально на ровном месте, зряшно и непринципиально, обидел в последние годы? (В. Белов и В. Бондаренко свое недоумение и разочарование высказывали даже печатно.)

Несомненно, и в России люди, тянущиеся к НТС на основании наших прошлых изданий, часто наталкиваются на иное преобладающее мировоззрение в создавшихся группах. То, что я наблюдал на собрании Московской группы (полемика двух молодых ребят с более старшими членами НТС по поводу Приднестровья) – показательный случай. И если газета "За Россию" обидела (назвав "нацистами") руководство РНСобрания, то уж О. Полякова (твой критерий патриотизма) она бы зачислила прямо в архи-нацисты (если бы прочла его статьи в "Вече", в том числе об антирусской политике Запада; даже с моей точки зрения они бывали излишне резки и не всегда достаточно аргументированы).

Боюсь, что и споры между левыми и правыми внутри российских групп НТС нельзя свести к лишь тому, что правые "при полной собственной безыдейности... пытаются присвоить себе и наше идейное наследие, извратив его в черносотенном, шовинистическом духе"; или что конкретное письмо новосибирских правых "извращает национально-патриотические основы Союза..., содержит антисемитские выпады" и предлагает союз с "Памятью". Если это мнение сложилось после инспекционной поездки туда Незнанского и Сендерова (взглядов Штамма не знаю), то могу себе представить, что были у исключенных и какие-то оправданные причины отталкивания от взглядов инспекторов, которые оказались не отражены в отчете ИБ. Кстати, новосибирская "Память" организационно не связана с московской, она гораздо умереннее, двух ее членов (научные сотрудники, сторонники Зарубежной Церкви) знаю лично, в политике у них кое о чем упрощенные представления, но чистые помыслы и несомненная боль за Россию; и я гораздо охотнее пошел бы на союз с ними, чем с каким-нибудь Радзиховским или атеистами-демократами в наших рядах.

К этому замечу также, что от упоминаемого "идейного наследия" НТС (впрочем, изначально не слишком глубокого в историософских вопросах) сейчас в деятельности самых активных членов организации мало что осталось; остался лишь солидаристический метод. Он важен, но для возрождения России нужен не только метод, но и высокое национальное содержание: русская идея. Без этой вертикали политика превращается в бесплодную суету сует, а наша организация – в одну из десятков подобных, уже существующих и более влиятельных.

А что касается выступлений в других органах печати – они неизбежны, если нет возможности обсуждать те же вопросы на страницах своих изданий. В частности: эта моя статья в "Пути", как ты помнишь, была написана для "Посева", в приемлемом тоне (бывало, печатались и более резкие), на твои сокращения я согласился – но даже в этом виде она не могла появиться ни в "Посеве", ни во "Встречах", ни в "За Россию", хотя я предлагал тут же ответить мне и показать, в чем я неправ. Давая эту статью в "Путь", я вычеркнул все упоминания об НТС и оставил лишь свое принципиальное отношение к нынешнему правительству – с точки зрения христианской оппозиции. Так статью и озаглавил. Не видел, как она была подана редакцией "Пути" (слова "раскол в НТС", как я понял из твоего письма, кричал всего лишь продавец газеты? ну и что? да и кричал ли? может просто спросил? чья это информация?), но для тех, кто меня знает как члена РК НТС и редакции "Посева", а я этого никогда не скрывал, написанное мною, конечно, заметно противоречит нынешней линии организации. Об этом я и говорю в последнее время: насколько оба эти мои "титула" совместимы с "линией".

Ты и ЕРО должны понять, что я действительно правее Вас и правее идеологии НТС. Я остаюсь членом организации из-за дружеских связей с многими людьми, в том числе с Вами. Мне жаль это терять. Но я всегда буду высказывать свое мнение в других органах печати, если не могу в наших, и меня всегда будут возмущать (именно как члена организации и члена редколлегии) выступления типа Радзиховского. Тут дальнейшие недоразумения просто запрограммированы.

Кстати, после получения Посева" со статьей Радзиховского (где он хвалит Янова) и известия, что Югов вернулся и возглавил "Посев", я в одном из интервью высказался критически и о такой ориентации "Посева", и о такой политике НТС. Не знаю, будет ли это напечатано (в России), но я действительно так думаю и не намерен этого скрывать, ибо пока я ношу эти "титулы" на меня тоже ложится ответственность за подобную политику, с которой я принципиально не согласен.

Если из-за моих убеждений меня кто-то "перестает принимать всерьез" и ты "не всегда способен меня отстоять" – то и не надо меня отстаивать перед теми, кого я тоже принять всерьез никак не могу. В своих статьях я отвечаю за каждое слово и на ветер их не бросаю; у меня нет заявлений, не подтвержденных достойными доверия источниками – пусть спорят с этими источниками. Но пойми, что ведь и мне все труднее отстаивать НТС, который на почвенническом фланге перестали принимать всерьез как союзника. И дело тут не только в "Посеве", но и в руководящих кадрах НТС в стране. Они не одобрят того opening to the right, о котором ты пишешь.

Повторю свое убеждение: объединение "западников" и "почвенников" в одной организации было в какой-то мере возможно в недавнем прошлом – на негативной платформе, при наличии сильного общего врага (комм. режима). Но когда этот враг побежден – такое объединение уже невозможно, потому что речь идет о том, "за какую Россию?" – и мнения западников и почвенников тут полярно расходятся. Тратить время на то, чтобы объять необъятное – считаю и бесплодным, и ненужным. НТС может только определиться: с кем он. И я вижу, что в руководящем кадре уже перевешивают симпатии к "западникам".

Отчасти поэтому я в последние годы выбрал себе другую задачу: откровенно говорить людям в России то, что я узнал за годы эмиграции, пусть даже против господствующего "западнического" ветра, скромными силами, без ожидания личного успеха – это исключает "большое плавание" (о котором ты пишешь) и скорее ведет к "нерукопожатности" в общественно-политической сфере – но выбрал я это неблагодарное занятие именно потому, что, видя происходящую энтропию в мире, не могу иначе. Уж организационные выводы делайте сами.

PS. Делаю еще одну попытку предложить союзной прессе другую точку зрения по поводу ее публикаций. Направляю прилагаемый материал "По ту сторону почвенничества?" сначала в затронутое союзное издание – "За Россию". Не откажи в любезности передать его Диме Рыбакову (если он здесь) или переправить ему в Москву.

+ + +

По ту сторону почвенничества?

Письмо в редакцию газеты "За Россию"

В газете НТС "За Россию" № 4/1992 была перепечатана статья эмигранта первой волны, дипломата, юриста и масонского деятеля, барона Б.Э. Нольде – "Настоящая история завоевания Казани", представленная редакцией как "серьезная работа историка-западника".  Во вступлении редакция, осуждая присоединение к России Казанского ханства, подчеркивает свою еще более "западническую" позицию: "...следует учитывать, что идейная позиция автора не имеет ничего общего с позицией редакции нашей газеты. С нашей точки зрения, поход Ивана IV против Казанского ханства лежит в общем русле его внешней и внутренней политики, характеризующейся крайней жестокостью и, как правило, бессмысленностью".

Мне кажется, читателям газеты стоит узнать и другую точку зрения на этот вопрос – известного мыслителя И.А. Ильина (начавшего свою научную  карьеру на юридическом и историко-философском факультете Московского университета). Данную публикацию барона Б.Э. Нольде о завоевании Казани (она, кстати, появилась в парижском журнале "Возрождение" № 1. 1949 г., а не до революции – при перепечатке это стоило указать) проф. Ильин охарактеризовал как "небрежные наброски", которые предназначались  «для просвещения руководящих кругов мировой политики через посредство "Института международного права", председателем которого г. Нольде был избран незадолго до своей смерти».

Статья Ильина называется "Искажение русской истории"; она датирована тем же 1949 годом, рассылалась в виде информационных листков Русского Обще-Воинского Союза и типографски напечатана в двухтомнике "Наши задачи" (Париж, 1956, стр. 106-109). Предоставлю сейчас слово И.А. Ильину, чтобы позже вернуться к последним словам его статьи.

И.А. Ильин: "Искажение русской истории"

[Весь текст этой известной статьи сейчас не воспроизвожу, лишь последние слова. – М.Н., 2016]

«... нас это наглядный урок: мы должны помнить, что в русской эмиграции немало людей, которые говорят по-русски без акцента, родились и сделали карьеру а России, а думают и действуют, как ея враги».

Так вот, в связи с последним абзацем статьи Ильина, мне как члену Руководящего круга НТС хотелось бы задать редакции органа НТС "За Россию" несколько вопросов.

  1. Почему редакция уделила целую страницу столь "квалифицированному" материалу, снабдив его своим заявлением о "крайней жестокости" и "бессмысленности" тогдашних действий России – видимо, в связи с нынешними попытками номенклатуры "Татарстана" стать "независимым государством"? До сих пор НТС стоял на позиции целостной России.
  2. На каких основаниях редакция зачисляет ЦРУ в число "американских друзей" России, имеющих теперь с ней Одинаковые интересы (№ 2, стр. 7)? Мне такие интересы ЦРУ не известны. Но известен попавший в прессу документ ЦРУ "Директива в области обороны" на 1994-1998 годы, который определяет главной целью США – предотвратить восстановление России как сверхдержавы, не допустить «присоединения к ней недавно получивших независимость Украины, Белоруссии и некоторых других республик...». США, говорится в документе, «предстоит использовать свое лидерство для установления и защиты нового мирового порядка», при этом не исключается применение силы (ИТАР-ТАСС, 9.3.1992). Известны и усилия США по расчленению России и поддержке всех ее народностей в борьбе против русских – это зафиксировано документально, на высшем законодательном уровне: единогласным решением Конгресса США в 1959 г.; см. закон о "порабощенных нациях" (P.L. 86-90).
  3. На каком основании в февральском (1992 г.) "Конгрессе гражданских и патриотических сил" газета НТС видит «явный и однозначный перевес фашистских и нацистских элементов, подмявших под себя "борцов за правовое государство" –лидеров РХДД и КДП» № 2, стр. 2) – ? В документах этого Конгресса ничего подобного найти невозможно.
  4. Можно ли эту позицию газеты назвать "По ту сторону славянофильства и западничества", то есть объединяющую конструктивные элементы почвенников и западников, к чему всегда стремился НТС? Кстати, перепечатав в № 2 одноименную статью С.А. Левицкого "По ту сторону славянофильства и западничества" и не указав ее года (а написана она очень давно), редакция вводит читателей в заблуждение о происходящем "в настоящее время" (!) росте "религиозного осмысления жизни и культуры" на Западе... Те попытки отдельных мыслителей, о которых пишет Левицкий, давно погасли в "обществе потребления"; о состоянии же "в высшей степени обедненного современного западноевропейского и американского мышления" свидетельствует, например, президент Католического университета в Баварии Н. Лобковиц ("Беседа" № 3, Париж, 1985).

Можно было бы задать и другие подобные вопросы по четырем вышедшим номерам "За Россию", но они в сущности сводятся к одному: за какую Россию выступает газета? Во всем этом мне видится тенденция, которая ставит НТС лишь по ту сторону "почвенничества". Надеюсь, редакция сочтет возможным напечатать это возражение Ильина вместе с моими вопросами и ответить на них в рамках плодотворной дискуссии.

Михаил Назаров

[Это письмо было предложено в редакцию газеты "За Россию", но не было опубликовано. – М.Н., 2016]

+ + +

Письмо Е.Е. Трифонова франкфуртскому руководству (осень 1992)

Уважаемые господа! С Вашего позволения хотел бы высказать свои сомнения относительно того "плюрализма", который все более заметен на страницах "Посева". В то время, как внутри нашей организации активизируются люди, стоящие на позициях, условно называемых "красно-коричневыми", когда одни члены НТС призывают народ к свержению законных властей России (каковы бы они не были), другие требуют срочно прервать "антинародные" экономические реформы, тре­тьи провозглашают героями нашего времени Жириновского и Саддама Хуссей­на, наш журнал продолжает неколебимо стоять на позициях плюрализма. Причем не общеполитический, а внутриорганизационный. Сколько бы мы не уверяли наших читателей, что журнал – не орган Союза, он все же именно им и яв­ляется, и это прекрасно известно читателям. Весьма странно видеть рядом с настоящими, глубокими статьями Сендерова, Самсоновой, Штурман, Сокольской, Окулова совершенно обскурантистскую работу М. Назарова [имеется в виду сокращенный ЕРО вариант моего монреальского доклада "Русская идея и современность" в "Посеве", 1992, № 4, июль-август. – Прим. М.Н., 2016]. Да, она блестяще сде­лана с редакторской точки зрения, написана отличным языком профессионала. Но сколько же можно излагать вульгаризированные идеи русских философов (тем более, что они, философы, напечатаны в России, их статьи печатаются и в самом "Посеве", к тому же без черноватого налета и каких-то полунамеков и кивков, как у М.Назарова). Современный читатель увидит лишь националь­ное самолюбование, упоение собственными добродетелями, настойчивое, хотя и совершенно бездоказательное стремление доказать мессианскую роль России в мире. Стиль, а главное – суть статьи, дух ее не "посевский", а реакционно-реставраторский, что, как мне кажется, не соответствует сути и духу Союза.

Но это еще цветочки по сравнению с совершенно недопустимой во всех отно­шениях статьей А. Самохина "Как русским выжить?" ["Посев", 1992, № 4. – Прим. М.Н., 2016]. Автор начинает с изложения многочисленных работ по исследованию статистики, вышедших в последние годы. Это был бы простой плагиат, если бы не крайняя степень некомпетентности и просто невежества, с которым на месте компилируются источники, извращаются факты и просто из головы выдумываются цифры. Не говоря уже о том, что работа А.Самохина не имеет ничего общего с солидаризмом (как, впрочем, и с патрио­тизмом, демократией и т.д.), а является грубо-шовинистической в духе вульгарных уличных газетенок типа "Русского вестника", самое печальное – она просто образец неграмотности и самоуверенного дилетантизма. Не буду указы­вать на конкретные фразы, абзацы и словесные конструкции, так как пришлось бы разбирать практически каждое слово.

Очень прошу учесть мое мнение, что публикация подобных статей нашей прессой наносит огромный вред организации, дезориентирует ее членов, фактически оправдывает деятелей типа И. Брумеля. В купе с публикациями подобного типа, например, Линника в "Дне", это говорит о имеющейся устойчивой тенденции к перерождению НТС в реакционно-реставраторскую, полунацистскую группировку.

 Прошу извинить за резкий стиль

 С уважением, Е.Трифонов

(Евгений Ефимович Трифонов, зам. главного редактора официального органа НТС газеты "За Россию".)

+ + +

Письмо МВН М.В. Славинскому от 6.10.1992

МВС → ЕРО → БСП

Майзах, 6.10.92

Дорогой Михаил Викторович!

Спасибо за присланную копию из "Северо-Востока" ("Раскол в Народ­но-Трудовом Союзе"). Вы просите высказаться, т.к. мое имя упоминается и в сноске к статье, и в составе редколлегии. Отвечаю по порядку, пригла­шая к этому также Евг. Романовича (пожалуйста, покажите ему это письмо) и БСП (наверно, и ему тоже нужно знать мой ответ – можно послать по факсу).

1. На то, что "НТС – масонская организация", намекает В. Зарубин в иркутской газете "Русский Восток" № 10 (прилагаю копию). Он полемизи­рует с опубликованной в "Вече" (№ 43) главой из моей книги об эмиграции, утверждая, что я выгораживаю НТС. Ранее Зарубин напечатал это же в аргентинской "Нашей стране", но с ней я не счел необходимым спорить. Однако, поскольку это обвинение переносится в Россию – решил возразить: прилагаю текст, посланный позавчера в "Русский Восток". (Наверное, это тоже пригодится сейчас БСП.)

Когда я писал свое возражение Зарубину, статья в "Северо-Востоке" мне была неизвестна. Эта газета до сих пор относилась к НТС благожела­тельно, у БСП есть там контакт с М. Князевым, да и то, что редакция печатно предложила мне высказаться на эту тему – говорит о ее стремле­нии к объективности. Предлагаю ИБ ответить на статью Маслова по сути – уверен, что они напечатают. Я же пошлю туда что-то вроде своего ответа Зарубину. (Пока подожду: вероятно, от них ко мне идет письмо.) Но поско­льку масонская тема тут несущественна – придется и мне затронуть главную проблему, о которой идет речь в статье "Раскол...": о нынешних тенденциях в НТС.

2. Высказывания Н. Маслова (что НТС сегодняшне различает против­ников и союзников исторической России; что «многие статьи в журнале "Посев"... стали удивлять просвещенную публику засилием "демократичес­ких" штампов и бесчувствием к происходящим в России событиям») – я в основном разделяю, о чем не раз и сам писал руководству. Так же думают и немало известных мне членов НТС и наших союзников на почвенническом фланге. Недавно я переслал БСП и ЕРО по просьбе Солженицына его отклик, в котором статья Радзиховского (в № 4) названа "гимном низости" и "позо­ром" для "Посева" – прилагаю копию и для Вас. По сравнению с этим Маслов выглядит сдержаннее. Т.к. и Солженицына трудно зачислить в "красно-коричневые", и газета "Северо-Восток" очень умеренная ("просвещенные почвенники") – рассматривайте эту публикацию как еще одно характерное предупреждение, что в нынешней политике НТС не все в порядке.

3. На этом фоне можно видеть, что заявление ИБ Совета НТС от 14.9.92 не договаривает главного: у почвеннически настроенных членов Союза есть причины и для обоснованной критики положения в организации. В заявлении эти причины сведены к "красно-коричневости", "шовинизму", "антисе­митским выпадам" и т.п. – но это упрощение. Конечно, недопустимые "стилевые излишества" в письме новосибирцев очевидны – но они здесь не первичны (первичны Радзиховские), а вторичны: это излишне обостренная реакция на конкретную проблему внутри НТС, которая существует не только в Новосибирске. Я ее заметил и в Москве, что не удивительно, если союзная газета "За Россию" называет "нацистами" даже руководство РНСобрания. Не слишком ли легко мы стали клеить "шовинистические" и "нацистские" ярлыки?.. Этим Московская группа НТС и "Посев" оттолкнули от себя всех патриотических деятелей: никто из них в Москве не желает иметь дела с НТС.

Кстати, я уже писал БСП в связи с заявлением ИБ, что не следует приходить в ужас от слова "Память": новосибирская группа организационно не связана с московской, она умереннее, с двумя ее членами (научные сотрудники, сторонники Зарубежной Церкви) я познакомился на съезде в Монреале. В политике у них кое о чем упрощенные представления, в том числе о еврейском вопросе, но несомненны чистые помыслы и боль за Россию; и я гораздо охотнее пошел бы на союз с ними (а с РНСобранием во всяком случае), чем с атеистами-западниками в наших рядах. Таким "антисемитам" можно объяснить христианскую точку зрения на еврейский вопрос (всемирный, вечный, сложный, острый, табуированный, так что ошибки тут понятны) – на этом уровне он и решается. Но вот многим новым членам нтс гораздо труднее объяснить не то что существование этого вопроса (говорить об этом – уже "антисемитизм"), но и существование Христа. Во всяком случае, мы не можем принимать отношение к еврейскому вопросу в качестве критерия для определения судеб России.

4. Не знаю, сколько еще фактов нужно руководству Союза, чтобы задуматься: насколько верны нынешняя политика организации и критерии подбора кадров?

Солидаризм подразумевает мудрое согласование интересов различ­ных, в т.ч. противоборствующих течений и социальных слоев в масштабе государства. Но не их слияние в рамках одной политической партии – как это пытается наше руководство. Объединение в НТС почвенников и западников (не таких уж многих и не такое уж прочное) было возможно при наличии общего врага (ком. режима). Но когда этот враг побежден – это уже невозможно. Потому что сейчас речь идет не "против чего", а "за что", "за какую Россию?" – и мнения западников и почвенников тут прямо противоположны. Тратить время на то, чтобы объять необъятное – считаю бесплодной тратой сил. Протесты будут с обеих сторон. НТС может только определиться: с кем он.

Я всегда считал Союз организацией почвеннической: и по его истории, и поскольку руководство Союза (в частности, и Вы, и ЕРО) ощущало в православном почвенничестве более глубокое мировоззрение. Только на этом уровне понятны и разрешимы стоящие перед страной задачи. Сейчас настала пора для бескомпромиссной постановки именно мировоззренческих вопросов, без которых восстановление России невозможно, а их игнорирование ведет страну в новый тупик. Какая-то политическая структура должна стать ярким общенациональным полюсом притяжения для этого, и ею вполне мог бы стать НТС. Но руководство Союза, отдает эту роль другим, выносит мировоззренческие вопросы за скобки и предпочита­ет бежать вприпрыжку за Гайдаром и Ельциным, надеясь, что они оглянутся и прислушаются.

На национально-государственном уровне это ведет к отказу от ведущей роли, к сниженному деидеологизированному прагматизму (допущенные в "Посеве" похвалы Янову и "гимн низости" – следствие этого) – что и воспринимается духовно чуткими людьми в России как "бесчувствие".

На внутриорганизационном уровне это ведет к перерождению нашего Союза. Сейчас ответственное дело привлечения людей в России (как на организационном, так и на журналистском уровне) поручено деятелям хоть и порядочным, верным – но представляющим атеистически-западническую ориентацию, и привлечь они могут только себе подобных. Хотя бы уже потому, что с почвенническим флангом они не имеют общего языка. Это ведет к превращению НТС в демократическую партию, которая будет лишь одной из многих.

Национально-государственный полюс притяжения создается, если оценивать существующие политические силы прежде всего по их мировоззренческому масштабу, и уже во вторую очередь – по сиюминутным политическим шагам. Политические ошибки исправить легче, чем мировоззренческую ограниченность. Однако в политике союзного руководства эти два критерия поменялись местами. А наши органы печати воооще почти аллергически воспринимают недостатки правого фланга, сужая критерий приемлемости до игольного ушка, и открывают все кингстоны на левом борту. Этот крен все чаще заметен и в действиях Центра.

5. Так, именно важнейшие – мировоззренческие – причины разногла­сий внутри НТС в упомянутом заявлении ИБ (14.9) замолчаны. Оно вообще составлено в увертливом стиле, со странной математической загадкой: против нового председателя СибРО голосовали только 2 человека, а исключенных позже оказалось целых 5... Лишь из присланной Вами статьи Н. Маслова стало понятно: несогласные представители Новосибирска и Иркутска в выборах не участвовали – поэтому и получилось соотношение голосов 15:2. Но зачем же вводить нас в заблуждение, что семинар и Съезд в Бердске прошли "благополучно"?..

Письмо "От Совета Союза – членам Союза", пришедшее с последними "Встречами", дает еще один пример умолчания и забвения мировоззренчес­ких критериев. Там признаются многие недостатки правительства Ельцина: "верно", что оно то да се... Однако среди этих "верно" нет двух главных аргументов, о которых я писал и в своей отвергнутой "Посевом" статье, и в других:

– нет признания мировоззренческой узости и Ельцина и его прави­тельства (Вас не коробят почетный караул у ленинского мавзолея, красные звезды над Кремлем, сохранение в Москве коммунистических названий и прочей символики, недавнее утверждение 7 ноября праздником (!) – "с уче­том мнения президента"?.. Почему НТС. столь чуткий к "красноте" справа, ни в одном заявлении против правительственной "красноты" не высту­пил?);

– нет признания, что прозападнические иллюзии нынешних правителей облегчают враждебным иностранным кругам их цель: удушить Россию как духовное явление и превратить в свою сырьевую колонию (доказательств этому достаточно, я их привел в последнем письме БСП – но на эту опасность НТС ни в одном из документов также не указал).

6. Все это слишком серьезные проблемы, чтобы я мог о них молчать. Если нет возможности обсуждать эти проблемы в союзных органах печати – оставляю за собой право высказывания в других. Считаю неискренним порицание, сделанное в том же заявлении ИБ (14.9) по поводу "желания высказать свое мнение любой ценой в любой газете". Так, моя статья, опубликованная в "Пути", писалась для "Посева" и была им отвергнута, как и газетой "За Россию". И статья Линника в "Дне", вызвавшая Ваш протест, мне кажется верной и даже весьма деликатной. А если Вы считаете недопустимым печататься в "Дне" (как Вы мне сообщили) – обеспечьте таким членам Союза право голоса в "Посеве". Иначе этим происходит вытеснение из организации и ее собственного правого фланга.

7. И в этой связи последнее: почему моя фамилия появилась в редколлегии "Северо-Востока" (в присланной Вами копии стоит восклицательный знак). Инициативу здесь проявила сама редакция (Аристов), подчеркнув, что мое одновременное членство в редколлегии "Посева" не мешает, даже наоборот: приветствуется. Я принял это предложение по трем причинам: во-первых, газета мне нравится и своим духовным уровнем и политической позицией; во-вторых, Сибирь сейчас важный стратегический участок: если "мировой закулисе" удастся его отделить (на это вовсю работает Радио "Свобода", которое Ельцин с почетом аккредитировал в Москве) – то России нечем будет выплачивать долги; в-третьих, моя фамилия Назаров связана с Сибирью: там вырос мой отец, дед командовал отрядом у Колчака и расстрелян красными, и моего прадеда-священника убили там же в том же 1920-м году.

С "Посевом" я заинтересован в сотрудничестве (как мы договорились с ЕРО) – но независимо от того, что я публикую в других местах, и даже от того, стоит моя фамилия в составе посевской редколлегии или нет. Если и дальше будут Радзиховские – предпочитаю, чтобы не стояла: я готов к помогать, чем могу, и без этого. Но надеюсь, что все эти обострившиеся проблемы будут учтены. К тому же я не люблю условностей и тумана, предпочитаю ясность, поэтому еще раз настоятельно прошу: если теперь главный редактор "Посева" ЕРО – это следует указать в журнале, обозначив перемену, да и незачем вводить читателей в заблуждение.

Для более конкретного разговора хотел бы приехать во Франкфурт как можно скорее, т.к. потом буду сильно загружен переводами.

С дружеским приветом всем

+ + +

Еще о масонстве и эмиграции

Письмо в редакцию

Многоуважаемая редакция "Русского Востока"! Получил от друзей 10-й номер Вашей газеты [1992] , который мне понравился (отмечу глубокое понимание российских проблем в статье Ю. Балкова).  Именно поэтому решил написать Вам по поводу помещенной в том же номере рецензии В. Зарубина "Масонство в эмиграции", содержащей критические замечания о моей публикации в "Вече" № 43 [журнальный вариант главы 6 из книги "Миссия русской эмиграции". – М.Н., 2016]. Мне кажется, эти замечания нуждаются в корректуре, тем более, что высказываются повторно (ранее та же статья была напечатана в аргентинской "Нашей стране"  № 2178).

Тема масонства сложна для исследования, так как масонство имеет разные течения (от атеистических до "религиозных"), разные уровни посвящения, и, будучи организацией тайной, не склонно раскрывать своих секретов. На Западе оно при прорыве к власти было очень агрессивно и, будучи врагом христианства, вызывало страхи и сопротивление правых кругов, которые в пылу борьбы нередко связывали с масонством едва ли не все проявления зла в мире. Этот метод борьбы с масонством не утрачен и в наши дни.

В принципе мы с Зарубиным относимся к масонству одинаково отрицательно. Различие в том, что мой уважаемый коллега доверяет любой информации о "происках масонов", я же в своих работах предпочитаю опираться на источникине вызывающие сомнения: масонские или такие, которые не враждебны масонству. При изучении масонства в русской эмиграции это уместно еще и потому, что обвинение в принад­лежности к ложам использовалось "знатоками" в политических спорах столь часто, что невозможно принимать это как доказательство.

Именно этим мне "не угодил" харбинский автор В.Ф. Иванов, концепция работ которого (1930-е годы) в общем верна, но многие фактические утверждения бездоказательны или ошибочны (в частности, что касается "парижских" философов: впадать в ересь можно и без вступления в ложу). Тем более "не угодил" мне Г. Бостунич, который часто аргументировал не фактами, а эмоциями (особенно когда вступил в гитлеровскую партию и усвоил ее стиль).

Поскольку В.  Зарубин прорецензировал  лишь одну  главу  из  моей книги ("Миссия русской эмиграции", находится в печати), вряд ли стоило упрекать  меня в "упущении" каких-то фактов,  которые  содержатся  в других главах. В частности, я предупредил (с. 159), что об экуменической организации YMCA пишу в связи с ролью масонства в зарубежном церков­ном расколе (отрывок вскоре появится в "Вестнике Германской епархии Русской зарубежной Церкви"). Об "упущенном" указании на то, что Р. Гуль вступил в масонскую ложу, у меня говорится именно в рассматриваемой главе (с.  160), со ссылкой на его воспоминания (в которых сказано то же самое, что и в рекомендованном Зарубиным "Новом журнале"). А "упущен­ный мною" факт, что митр. Евлогий (основатель "парижской" юрисдикции) причащал масонов, мой оппонент вообще узнал только из разысканного мною источника, цитируемого в той же главе (с. 161-162). Все эти упреки не очень понятны.

Опровергая мое мнение, что у Иванова нет доказательств о причастности к масонству Нобелевского лауреата И. Бунина и крупнейшей довоенной молодежной организации НТСНП (Национально-Трудовой Союз Нового Поколения – так раньше назывался нынешний НТС российских солидаристов), В. Зарубин, однако, и сам таких доказательств не привел. Вряд ли для столь серьезных обвинений может служить оправданием то, что Зарубин и Иванов "не могли же у ворот каждой ложи следить за входом туда солидаристов". А такой "масонской символической терминологии", как "новое поколение" – в 1930-е годы можно найти сколько угодно именно в боровшейся с масонами фашистской "Новой Европе" (стилистика названия НТСНП идет скорее отсюда).

Конечно, и у руководства Русского Обще-Воинского Союза (остатков Белых армий), и у его смены (НТСНП) не могло не быть контактов с западными масонскими деятелями. Этого невозможно было избежать, ведя нелегальную деятельность на Россию из стран Антанты (именно поэтому влияние масонства в первой русской эмиграции было очень большим – я был поражен, когда свел воедино обнаруженную информацию). И переходы в Россию были возможны лишь в сотрудничестве со штабами приграничных государств-лимитрофов, где тоже правили масоны. Но все это уже другая тема: о взаимоотношениях политической эмиграции с Западом, а не о причастности к масонству. Эту тему я тоже затрагиваю в своей книге. Кстати, позже и "Наша страна" (усердная противница НТС) опубликовала в № 2184 обоснованное возражение Зарубину, что в довоенном НТСНП "никакие вхождения в масонские ложи были немыслимы"; у членов организации "идейный профиль был прямо противоположным масонской идеологии".

Что касается "масонства большевиков" – об этом у меня подробно говорится в предыдущей главе, опубликованной в "Вече" № 42 (и в "Нашем современнике" № 12, 1991). Связь большевиков с западными масонами, разумеется, была (я привожу бесспорные факты и имена), но для этого им вовсе не нужно было всем вступать в ложи. "Сильным мира сего" было достаточно того, что большевики разрушают православную Россию – для этого им и давали деньги. Масонской была предыдущая – Февральская  революция, в которой большевики не участвовали. Идеи Февраля,  однако, оказались для России непригодны – почему прагматичный Уолл-стрит и сделал уже в августе 1917 г. ставку на  максималистов-большевиков с намерением их оседлать и прибрать к рукам российские богатства. Однако, тогда это не удалось; похоже удается только сейчас: с неофевралистским завершением "перестройки"...

Но и в наше время (вопреки мнению Зарубина в "Нашей стране" № 2167) вовсе не обязательно было Горбачеву, Яковлеву, Шеварднадзе и прочим "архитекторам перестройки" вступать в ложи, чтобы развалить Россию и подчинить ее западному диктату. Даже западных денег теперь не понадобилось: достаточно было одних аплодисментов – при западническом комплексе неполноценности у самих "архитекторов".

Вступил кто-то из них в ложу или нет – сегодня несущественно и потому, что после достижения масонством на  Западе своих целей (уничтожение монархий  и  создание  дехристианизированного общества) политическая роль масонских лож изменилась. Похоже, они существуют скорее по традиции. Тайные организации нужны для прихода к власти, но для ее осуществления в демократии необходимы и достаточны деньги –именно они властвуют сегодня в атомизированном западном  обществе в виде  "мировой закулисы". Впрочем, закулиса уже выходит на сцену со своей идеологией мондиализма (мирового правительства) и приобретает видимые глобальные структуры: одной из них на наших глазах становится ООН (обрастающая  армией,  разведкой  и  аппаратом принуждения  для "непослушных стран" – первой такой страной стал Ирак, второй, возможно, окажется Сербия...).

Существенным мне здесь кажется то, что наши "архитекторы перестройки" и "демократическая интеллигенция" сыграли на руку Западу, избрав идеалом для России американскую (наиболее масонскую) модель общества – но, думаю, это произошло скорее по политической безграмотно­сти и мировоззренческой узости. Правильно замечает Ю. Балков, что нет принципиальной разницы между коммунистами и демократами: и те и другие материалисты.

Поэтому в историософском плане не было принципиальной разницы также между масонами и большевиками: и те и другие вознамерились построить "рай на земле", только одни назвали его "царством Астреи" и аллегорически отождествили с восстановлением "Храма Соломона", вторые – назвали этот же общественный идеал коммунизмом. Масонская пятиконечная  звезда, все еще украшающая кремлевские башни и нашу армию – впечатляющая символика этой духовной общности (хотя, вероятно,  и не осознанной самими коммунистами). Эта материалистическая гордыня объединяет их духовно и с "первым революционером – сатаной" (выражение масона и члена 1-го Интернационала М.  Бакунина). В масонстве этот сатанизм проявляется наиболее откровенно, вплоть до ритуалов поклонения дьяволу (факты я приводил и анализировал в московской "Политике" № 16/1991 и в "Вестнике Германской епархии" №№ 2-3/1992).

Поэтому, мне кажется, не стоит сегодня всю агрессию враждебных сил против России сводить к политической организации масонства – поиски тайных лож отвлекают внимание от действий зла в других ипостасях. Сегодня изучение масонства  важно с духовной, а не политической точки зрения: оно дает ключ к пониманию того, как мир пришел к нынешнему бездуховному состоянию и чем оно ему грозит в будущем (тема антихриста).

Тем более не следует подозревать в масонстве всех, кто имеет иное мнение о путях возрождения России: так можно оттолкнуть и многих потенциальных союзников, превратив их в противников. Я очень критически отношусь к нынешнему проельцинскому курсу НТС и особенно к участившемуся появлению в энтээсовских изданиях статей, недопустимых для русской организации. Если это перерождение (пополнение организации западниками и атеистами) пойдет дальше – это будет трагедия для самого НТС. Но я не вижу никакой необходимости связывать это с масонством и огульно чернить организацию, в которой много порядочных людей. Полемизировать нужно по конкретным вопросам и на конкретных примерах.  

Михаил Назаров (Мюнхен)

"Русский Восток". Иркутск. 1992.  № 17.

+ + +

Режим убьёт сам себя

Взгляд на Россию из Мюнхена

Диалог: Владимир Бондаренко – Михаил Назаров

Михаил Назаров – ведущий публицист русской патриотической эмиграции, автор журналов «Москва», «Слово», «Наш современник», газет «Литератуная Россия», «Политика». «День». Родился на Ставрополье [Ошибка, правильно: в Макеевке. – Прим. М.Н., 2016]. Закончил в Москве институт иностранных языков. Живет в Мюнхене.

– Вы приехали в Россию впервые после 17 лет, проведенных на Западе. Каковы ваши впечатления?

– Ожидал худшего. Конечно, положе­ние ужасное: распад государства и эконо­мики, антирусское засилье в средствах информации, диктат аналогичных кругов с Запада, огульная дискредитация патриоти­ческих сил...

Но меня обнадежили лица людей: чисто­та и целомудрие женских лиц, славянское добродушие мужских. Даже наши пьяные пьяны по-русски; тут характерно это классическое «Ты меня уважаешь?..». Не на­шел я и злобы в людях, на которую жалу­ются многие визитеры. Есть не злоба, а ранимость. Все это мне сразу бросилось в глаза, может, потому, что долго не видел русских в таком количестве, когда в них становится заметна общая качественная субстанция...

Конечно, не все лица были такими, но я выделял именно их. Это как икона темнеет, скрывается за черным слоем, так и за темнотой нынешней жизни в людях скры­то, но просвечивает лучшее, должное. И вот то, что несмотря на ужасный век. не­смотря на нынешнюю унизительную жизнь, в народе остались доброта и стремление к справедливости, – в зтом надежда. Ду­маю, это русское качество неискоренимое: оно может исчезнуть, если исчезнет сам народ. А пока он жив, он будет именно таким. С таким народом, пожалуй, капита­лизм не построить: наши люди не примут ни западной рациональности, ни освящен­ного эгоизма: у нас. наверное, в душе больше сохранилось устройство по образу и подобию Божию... Отсюда, наверно, и «Ты меня уважаешь?..». Вопрос в тем, сколько еще времени и жертв понадобит­ся для того, чтобы мы все это осознали.

И еще одно впечатление на этом фоне: нынешнее российское правительство все еще недостойно своего народа.

– В чем вы видите главные недостат­ки правительства?

– Прежде всего у него недостаток зна­ния России, мира, природы человека, при­роды добра и зла. Они себя уже не назы­вают коммунистами, но мировоззренческая косность та же. Именно поэтому им, начи­ная с Горбачева, не хватило ума провести в «перестройке» границу между тоталитар­ным режимом и Россией. Подлинную-то Россию они не знают. Нужно было, раз­рушая одно, спасать другое. Но разруши­ли и режим, и страну – по западным мер­кам, переняв оттуда и терминологию, и критерии политического анализа, и даже презрение к русскому "патриархальному" самосознанию... Как бы они ни оправдывались, никакая необходимость реформ не оправдывает развала государства.

Второй недостаток – следствие перво­го: поскольку эти правители не знают и Запада, не знают нравов этой пресловутой «общечеловеческой семьи», в которую стремятся, они делают страну беззащитной перед натиском враждебных иностранных сил. Вообще большинство нашей интелли­генции не рассмотрело того, что борьба шла не только между коммунизмом и де­мократией, но и за расширение власти «сильных мира сего» на все человечество.

– Многие видят в происшедшем и сознательнее предательство интересов России частью коммунистической номен­клатуры, пошедшей на службу Западу...

– Конечно, не исключено, что даже на правительственном уровне могли быть внедрены сознательные агенты иностран­ных сил – примерно так, как недавно в "Дне" выдвигалось такое подозрение относительно Примакова. На «тонущем ко­рабле» агента найти легко: тонуть не хо­чется. Но, думаю, типичнее агенты ком­прадорского типа, которые руководствуют­ся прежде всего интересами своей личной власти. Вот и нынешнее правительство: чем ниже падает его популярность в наро­де, тем острее оно сознает, что может удержаться у власти только с помощью Запада. Отсюда погоня за сиюминутными кредитами – «а после нас хоть потоп». И ради зтого делаются позорные уступки, даже территориальные. Механизм преда­тельства интересов России мне сейчас ви­дится таким. У вас была примечательная иллюстрация этому – наставления Бэйкера Козыреву о санкциях против Сербии...

– Как вы расцениваете возможность прихода к власти русских национальных сил?

– У вас больше информации, чтобы судить об этом. Лично я пока такой воз­можности не заметил: патриотические си­лы плохо организованы, разношерстны, плохо себе представляют конкретные пу­ти реформ. Ведь нужно не только прийти к власти, но и повернуть страну к оздо­ровлению. Это труднее, чем ходить на ми­тинги. Главное же – сейчас в области политики силы слишком неравны: у запад­ников, учитывая западный экономический и по­литический потенциал, огромные стра­тегические мощности влияния.

Но сила патриотической оппозиции – на духовном уровне: в стремлении воссо­здать тысячелетнюю Россию. Эта идея на русской земле потенциально мощнее, чем нынешнее западническое подражательство. Поправение общества уже происходит по мере знакомства с Западом и утраты де­мократических иллюзий – вот вам при­меры: С. Говорухин, Ю. Власов... Ведь только русская идея может объединить и спасти народ, дать ему второе дыхание.

В зтом, кстати, и самое уязвимое место нынешнего правительства: оно стало пре­емником последних 75 лет нашей истории, а не тысячелетия. Ведь Ельцин мог после августа, запрещая КПСС, провозгласить правовую преемственность от дореволю­ционной России, мог сделать Советскую Армию российской, снять с нее сатанин­скую пентаграмму. Он мог 6ы оперев­шись на мартовский референдум 1991 го­да, сохранить и единое Российское госу­дарство, не признав искусственных большевистских границ...

– Уточним терминологию: что сейчас следует считать Россией – РСФСР или СССР или что-то иное?

– Россия сейчас не имеет четких го­сударственных границ. Единственным пра­вовым путем разрешения территориальных вопросов было бы возвращение к послед­ней законной ситуации: до февраля 1917 года. Все последующие акты были неза­конными. Если не хотим подрывать поня­тие «право» как таковое, мы должны за­ново юридически оформить даже отделе­ние Польши, Финляндии... а свои грани­цы определить на основе волеизъявления населения спорных территорий, но позже – в нынешнем хаосе это незозможно. Этому не смогут убедительно противодей­ствовать и западные демократии: ведь речь идет именно о демократическом способе решения проблемы. Они, конечно, всегда найдут возможность наклеить яр­лык, но у нас будет неопровержимый пра­вовой аргумент.

Он уже и сейчас есть – и в Придне­стровье, и в Карабахе, где население по­давляющим большинством высказало свою волю... Но это правительство неспособно пользоваться даже такими аргументами. И Запад, и такие «эксперты», как Старовой­това, настаивают на сохранении больше­вистских границ – вплоть до отсечения русского Крыма! – и обосновывают это Хельсинкским соглашением: мол, оно за­фиксировало неизменность государствен­ных границ в Европе. Но ведь тогда госу­дарством был весь СССР, и, с этой точки зрения, неприкосновенными следует считать его внешние границы, а не внутренние, административные! Можно даже ска­зать, что расчленение прежнего единого государства – не что иное, как наруше­ние Хельсинкского соглашения.

Главное, конечно, не в границах. Рос­сия – это неповторимое духовное явле­ние в мировой истории. В сравнении с этим не так важно, сколько террито­рии она будет занимать. Если уж выбирать, то сохранить дух важнее сохранения прежних границ. Но и проблема границ не только количественно-территориальная, она тоже духовная, нравственная. Ведь это было бы предательством и живущих там миллионов наших соотечественников, и наших предков, освоивших, поливших кровью и потом эти земли. Мы должны учитывать их мнение. Только вместе с ни­ми, с прошлыми и будущими поколениями, мы и есть Россия.

– В чем, по-вашему. заключается восстановление правопреемственности от Российской империи до 1917 года? Возможна ли в России монархия?

– Прежде всего нужно восстановить историческую справедливость в отношении России как субъекта международного права, признать весь эксперимент, прове­денный над нею при активнейшем участии Запада, преступным и незаконным. Об этом было наше обращение к российскому парламенту в связи с 75-летием февраль­ской революции. Тогда можно будет точ­нее подсчитать и наши «долги» Западу за «кредиты», которые «сильные мира сего» давали и дают нашим разрушителям с на­чала XX века – тогда революционерам и сепаратистам, теперь – их преемникам...

А что касается восстановления именно монархии, то это вопрос не столько поли­тический, сколько религиозный. Ведь что такое русская монархия? Это не западный абсолютизм: «Государство – это я». У нас монархия была выражением духовно-мак­сималистского понимания истории. Рус­ский царь – это человек, получающий особое церковное посвящение: быть точ­кой, в которой Божий замысел о мире реализуется в человеческой воле. Царь – слуга Божий, и это служение требует пра­ведности. Не зря один из наиболее пра­вых апологетов царской власти – препо­добный Иосиф Волоцкий учил, что «непра­ведный царь – не Божий слуга, но дьяволь», и такого царя «не послушавши» даже под угрозою смерти...

Однако все это действует лишь при ре­лигиозном правосознании народа. Монар­хия – предельная, максималистская вера в промысел Божий. Все это возможно только при оцерковлении общества, при восстановлении ведущей роли Православ­ной Церкви. Возможно ли это снова? К сожалению, церковное руководство в Рос­сии сейчас очень пассивно в деле нацио­нального возрождения. Похоже, Церковь еще не оправилась от того, что с нею сде­лали за три четверти века...

— В этом, по-вашему, одна из причин раскола между Московской патриархией и Зарубежной Церковью. Но готово ли зарубежье посмотреть на проблему и с другой точки зрения: кому на руку се­годня православный раскол на Руси?

– Этот раскол возник еще в 1920-е го­ды в самой России. Ведь тогда не все иерархи согласились с компромиссной по­литикой митрополита Сергия (Страгородского). Русское зарубежье присоедини­лось к мнению внутрироссийских оппонен­тов митрополита Сергия, считавших, что нельзя надеяться на мир с богоборческой властью. Лишь по мере уничтожения в России бескомпромиссных иерархов граница раскола переместилась и пролегла между СССР и эмиграцией. И то не совсем: в России всегда были и катакомбная Церковь, и внутрицерковная критика. Но вопрос этот нельзя решать прагматически: чья политика была для церкви полезнее – компромисс или сопротивление. Речь идет о том, что такое Церковь. Она остав­лена нам Христом на земле как Истина о мироздании, о борьбе добра и зла и о месте человека в ней – это выше поли­тики.

С наступлением «гласности» эти разно­гласия снова вышли на свет Божий и в России. Ведь не Зарубежная Церковь на­чала агитировать и «открывать» свои приходы в России. Это сами верующие стали настойчиво проситься в зарубежную юрис­дикцию – и они были приняты не сразу, не без колебаний... Разные мотивы были у просящихся...

Но если посмотреть на поведение укра­инского митрополита Филарета, ныне запрещенного в служении, то отталкивание людей от подобных иерархов было неизбежным. Беда в том, что очищение Русской Церкви от таких деятелей идет медленно. И российские новомученики все еще не прославлены – нет ли тут рав­нодушия к их подвигу? Или взять тот факт, что высокие иерархи благословляют нынешнее правительство на любые его «подвиги», не возражая ни слова – раз­ве этого ждет от Церкви патриотическое движение?

Но вы правы в том, что раскол исполь­зуют в своих целях антирусские и антиправославные силы. На мой взгляд, в на­шей Зарубежной Церкви некоторые недо­оценили этого обстоятельства и даже проявили недальновидность в сотрудниче­стве с такими «христианскими диссидента­ми», которые выступают не только про­тив руководства Московской патриархии, но и против русского патриотизма. Вооб­ще зарубежье в целом могло бы вести се­бя мудрее, четче отделяя в России грех от грешника: бороться против первого, жалеть второго...

– Кто и как в эмиграции относится к правлению Ельцина?

– «Правый» религиозный фланг эмиграции видит ситуацию примерно как я: тут неприятие правительства прежде всего, идейное. Но чем дальше влево, в либе­рально-демократические круги, тем боль­ше надежд на Ельцина: ведь эта часть эмиграции сама не обладает националь­ным самосознанием в должной полноте. А в третьей эмиграции причин для недоволь­ства практически нет: ведь и Хануку в Кремле теперь празднуют, и телевидение про Израиль столько лестного рассказы­вает... Чего же боле... Вроде бы уже в России все в порядке...

– Вы член руководящего круга НТС и член редколлегии «Посева». Десятиле­тиями НТС была нам известна как самая непримиримая, «махрово антикоммуни­стическая» организация русской эмиг­рации. Как она относится к нынешнему режиму?

– Совет НТС принял резолюции в под­держку правительства Ельцина, исходя из того, что оно «пользуется доверием народа», что на него можно «конструктивно влиять», что оно «меньшее зло», ибо дру­гой сравнимой политической силы нет.

Но я с этими аргументами не согласен. И доверия в народе к правительству я не заметил, и меньшим злом его не могу считать, ибо оно позволяет столь разру­шительное влияние в России Западу. А что может быть хуже? И более достойные силы в России есть, только их бьют по голове и Запад, и западническая интелли­генция, и ельцинская номенклатура с моно­польным телевидением...

– Нет ли тут отхода НТС от нацио­нальных принципов довоенного НТСНП и даже от позиции «Посева» начала 1980-х годов, когда Вы были ответствен­ным секретарем редакции? Если да – в чем причина?

– Конечно, довоенный НТС был пра­вее. В либеральной демократии тогда ви­дели духовное разложение человечества: искали свой, «русский путь» под знаком святого Владимира, крестителя Руси. Сей­час же НТС превращается в прагматич­ную демократическую партию, которая выносит за скобки вопрос духовного при­звания России. Нынешнее пополнение НТС выросло в СССР и часто не приоб­щено к русской традиции, не видит обще­мирового масштаба нынешнего смутного времени. Знаю это по себе: ведь и я по­пал на Запад таким же...

Вот и снизился духовный потолок орга­низации. Отчасти поэтому я ушел из кадровой системы НТС в 1987 году, после десяти лет работы: стало скучно. Почувствовал, что судьба России решается на историософском, религиозном уровне – без осознания этого политическая дея­тельность бесплодна.

– Как же вы тогда остаетесь членом организации и членом редколлегии?

– Все еще перевешивают дружеские связи. Одно дело – политические разно­гласия, другое дело – когда вместе про­жили и проработали столько лет... Ведь у нас во Франкфурте тогда была дружная и жертвенная жизнь, что-то вроде ордена. Такое не забывается. Но, конечно, мое членство в редколлегии, тем более из Мюнхена, давно стало формальным.

Кстати, хочу выразить несогласие с неэтичной и неуместной критикой в «По­севе» вашей речи на 60-летии НТС во Франкфурте: эта речь не была опубликована в «Посеве», читатели не могли оценить, прав или нет критик, и ваш ответ редакция не напечатала... Впрочем, даже я свое мнение о происходящем в России сейчас в «Посеве» напечатать не могу. А если взять последние номера – уже и стыдно отождествлять себя с редакцией, которая считает «ценным автором» какую-нибудь Т. Иванову, печатает похвалы книге А. Янова против русской идеи... Это уже по ту сторону водораздела между силами добра и зла. Видимо, пути наши расходят­ся. Жаль.

– А каковы, по-вашему, плюсы и ми­нусы нашего патриотического движения и печати?

– Спасибо за этот вопрос, иначе было бы неловко критиковать только свой журнал. Позволю себе откровенно сказать и о вашем «Дне».

Ваши достоинства не нуждаются в спе­циальной апологии. Вы нарушаете правительственную монополию на истину – и это очень важно при таком правительст­ве. Но это очевидно, как и ваша смелость, ваш патриотизм, так что от похвал перей­ду к критике. Не придираясь к мелочам (мне кажется, вы часто «хулиганите»), ска­жу о главном – о вашей концепции, как я ее вижу.

Существование духовной оппозиции очень важно. Но мне кажется, что ваш подзаголовок неточен: вы не духовная оппозиция, а политическая – вы стремитесь объединить самые разные политические силы по признаку противостояния правительству, а не по единому духовному прин­ципу. На ваших страницах, помимо многих верных, с моей точки зрения, материалов, появлялись и коммунисты, и какая-то га­лиматья Новодворской, и язычники (кстати, спасибо, что вы дали мне возможность им возразить [Имеется в виду краткий вариант моей статьи "О "слабости" и силе христианства. Неоязычество и еврейский вопрос". День. 1991. № 23. – Прим. М.Н., 2016]), и даже зачислен в союзники рок-звезда Паук с Люцифером и эмбри­оном... Если считать все это духовной оп­позицией, то слишком уж разные тут «духи». А ведь нам было сказано: разли­чайте духов...

Думаю, и евразийство, которое у вас проходит красной нитью, следовало бы определить точнее. Как сопротивление западному космополитизму, энтропийному разложению – да, оно оправданно. Оно возникло как реакция на пошлость Запа­да и на его предательство России. Но за­чем тут географическое определение, если мы для тех же целей имеем понятие ду­ховное – православие?

Недавно уважаемый мною В. Кожинов возразил на это, что и евразийцы были люди православные. Но ведь православие – это не только личное благочестие, это и обьяснение смысла истории: она разви­вается от Адама до антихриста. И миссия России в этом процессе совершенно осо­бая – всечеловеческая миссия «удержи­вающего» мир от катастрофы. Россия должна и сегодня принять этот вызов ми­ровой энтропии, задержать мир от сколь­жения к апокалипсису. Евразийство же наивно надеется убежать от этого всемир­ного процесса, от антихриста в некую географическую резервацию. Тем самым оно отказывается и от «удерживающей» миссии России.

Конечно, если евразийство толковать проще, как сложившийся исторический и политический союз с нашими мусульман­скими республиками, – это нормально. Только при этом невозможно никакое совмещение православия с мусульманст­вом. Кстати, ваш евразийский союзник Г. Джемаль. которого вы печатали, смот­рит на этот союз как на неизбежную мусульманизацию «ослабшей России». В ре­дакции «Политики» мне дали прочесть од­ну его публикацию в этом духе.

Но критика критикой, а смелость вашей газеты заслуживает уважения, тем более если сам еще не живешь в России, не сидишь на передовой. Можно со многим не соглашаться, но трудно сомневаться в искренности ваших патриотических целей. Поэтому я желаю вам большей зоркости и стойкости, как и всей патриотической печати. Сейчас она должна любой ценой выжить физически. Мне думается, что при таком народе и при такой политике пра­вительства время, хоть и медленно, но ра­ботает на нас.

– В том-то и дело. Сейчас главное – выстоять против еще небывалой коали­ции антирусских сил. Теоретически ваша критика в чем-то верна, но практически выстоять можно тоже лишь в коалиции с разными течениями. Думаю, если бы вы жили здесь, вам бы эта проблема виделась иначе. Кстати, я знаю, вы на­мерены переехать в Россию. Когда?

— Как только закончу работу над свои­ми книгами «Миссия русской эмиграции» и «Русские и евреи в драме истории». Для этого нужны западные библиотеки. Мне кажется, этим я в данный момент при­несу больше пользы делу.

– В чем «День» и желает вам успеха.

– Спасибо.

Газета «День» № 40 (68), 4–10 октября 1992 года
(заголовок публикации дан редакцией "Дня")

+ + +

Письмо Е.Р. Романова МВН от 19.10.1992

Председатель Народно-Трудового Союза
(российских солидаристов)

19.10.1992.

Дорогой Михаил Викторович!

Твое выступление в "Дне" перешло границы терпимого и, по моей оценке, есть грубое нарушение союзной этики. Оно оскорбительно для всех Твоих коллег по редакции. Само собою разумеется, что Твое пребывание в редколлегии "Посева" стало после этого невозможным. К сожалению № 6 журнала был уже отправлен в печать, когда стало известно о Твоем выступлении в "Дне". Это будет зафиксировано в № I журнала за следующий год.

Я пишу Тебе это письмо на бланке Председателя Союза, поскольку касаюсь только этической стороны дела, как Староста союзного кадра по духу Устава. Полемика по этому вопросу бесполезна. Что касается политического аспекта дела, то Твое письмо, которое Ты прислал МВС, передано Исполнительному Бюро. Некоторые мысли из него я доведу до сведения членов Совета, поскольку оно содержит несомненно важную проблему - отмежевания от необольшевистского лагеря и привлечения всех здоровых патриотических сил к конструктивной деятельности. Также заслуживает обсуждения и Твоя мысль о судьбе "правого крыла" в Союзе. Надо только уяснить себе, что такое "правое крыло".

Что касается дальнейшего сотрудничества в "Посеве", то я буду благодарен за рекомендации публикаций по идеологическим вопросам.

С наилучшими пожеланиями,
Е.Романов.

+ + +

Письмо МВН Е.Р. Романову от 24.10.1992

Мюнхен, 24.10.1992

Дорогой Евгений Романович!

Спасибо за то, что в письме от 19.10.92 Вы разделили этическую и политическую стороны моего интервью в "Дне". Благодарен Вам и за сдержанность. Но в моем поведении этика и политика взаимосвязаны.

1. Мои горькие констатации в интервью не содержат неправды. Но признаю, что и высказывание правды в посторонней печати приобретает обидный оттенок даже для многих членов Союза, в принципе согласных со мной. Вы вправе видеть в этом нарушение союзной этики. За это – в личном плане, а не в политическом – приношу свои извинения Вам и всем, кого это задело. Для Вас это было тем более неожиданно, что накануне поездки в Россию я согласился остаться в редколлегии, возглавленной Вами.

2. Однако, согласитесь, что свою критику я высказал не за спиной руководства Союза. О том же я многократно писал Вам и БСП в гораздо более драматичных тонах. В том числе о "расхождении путей" с "Посевом" –вплоть до просьб о выходе из редколлегии. Вопросы о политике НТС в указанном контексте я предлагал и для обсуждения в союзных органах печати – но это было Вами отвергнуто, несмотря на мое напоминание, что об этом выгоднее говорить на своих страницах, чем на чужих...

Не было бы и с Вашей стороны этичнее дать возможность члену редколлегии и члену РК [Руководящего круга. – Прим. М.Н., 2016] обсудить столь важные проблемы в своем издании, чем порицать их затрагивание в других? Ведь мне можно было бы тут же возразить. Ибо волнует это в Союзе не только меня – что уже видно и по патриотической печати в России. Быть может, я был в интервью слишком эмоционален, но неужели Вы полагаете, что, члену Союза, имеющему дело с правым флангом в России, можно долго делать вид, что в НТС все в порядке – вопреки фактам, вопросам, упрекам? Именно эти проблемы, воочию увиденные в России, стали "спусковыми" причинами для моих высказываний в "Дне". В этих причинах этика и политика оказались очень сложно и тесно переплетены, на разных ярусах. Причем "союзная этика" не всегда оказывается совместима с этикой иных уровней.

3. Прежде всего – в Москве я наглядно увидел перерождение НТС в партию западнического толка. Удручающее впечатление произвела Московская (центральная!) группа НТС; там же прочел газету "За Россию", которая наклеила ярлык "нацисты" РНСобранию, похвалила друзей из ЦРУ и дала "добро" татарским номенклатурным сепаратистам; там получил и "Посев" № 3 с похвалой яновской трактовке русской идеи. В такой Союз я не вступал, и моя "союзная этика" на подобные новшества распространяться не может. А в самый последний момент перед дачей интервью стало известно о возвращении АМЮ [А.М. Югова. – Прим. М.Н., 2016] на пост редактора... Все это и пробило изоляцию сдержанности. Но силу пробившего напряжения можно понять лишь с учетом потенциала других факторов, о которых я Вам столько писал в последнее время, а Вы не обращали внимания.

4. Нельзя не видеть, что патриоты-почвенники в России не имеют сравнимых с западниками инструментов влияния и подвергаются, особенно после Августа, огульному очернению в средствах массовой информации, субсидируемых западническим правительством. Но ни в одном заявлении руководство НТС против этого не выступило, более того: в очернение патриотического Фланга включились и "За Россию", и "Посев" (примеры я приводил ранее). Одновременно "кредит доверия" НТС явно некомпетентному правительству доходит до того, что, обостренно реагируя на малейшую "красноту" на правом фланге, руководство НТС ни в одном из документов не выступило против вопиющей правительственной "красноты" (звезды над Кремлем, почетный караул у ленинского мавзолея, узаконение "праздником" 7 ноября).

Быть может, эту позицию можно рассматривать только с политической точки зрения, но она на меня как члена РК и редколлегии налагает и этическую нагрузку. Поэтому я счел необходимым высказаться в защиту как патриотического фланга, так и лично знакомого мне В. Бондаренко, который за два года до Августа призвал патриотов отмежеваться от компартии, хорошо отнесся к НТС – но был несправедливо (и без всякого повода!) обижен "Посевом" (напомню, что письмо Утехина было несправедливо втройне: и по содержанию, и поскольку читателям не было известно критикуемое выступление Б., и из-за отказа редакции напечатать его ответ). Чтобы хоть как-то загладить это, я предлагал и Вам и обеим редакциям опубликовать статью Бондаренко, посылал их несколько – но безрезультатно. Поэтому я согласился дать – именно ему – интервью и отмежевался от неэтичного поведения своего журнала. Или Вы полагаете, что "Посев" поступил этично?

5. Это неравенство сил западников и почвенников становится особо опасным при национальном кризисе в стране, в который активно вмешиваются иностранные силы, поддерживающие выгодных себе западников. Я приводил бесспорные факты, что эти силы стремятся к окончательному расчленению России и превращению ее в колонию. Именно поэтому я считаю западничество не только бесплодным (о чем раньше можно было терпеливо теоретизировать), но и опасным в нынешние времена (против чего необходимо действовать). Именно это для меня неприемлемо в правительстве, которое заискивает перед иностранными силами и позволяет им разрушительное вмешательство в российские дела – что облегчается западническими иллюзиями большей части российской интеллигенции.

Руководство НТС, однако, совершенно не учитывает этого в своей оценке положения. Обмен мнений с Вами и с БСП об опасности иностранного фактора ни к чему не привел. БСП считает это преувеличением, а Вы, видимо, предпочитаете не портить отношений с "сильными мира сего" и их пропагандными средствами. Но мне кажется, что в наступившие времена в России необходима максимальная откровенность – иначе наше пребывание в эмиграции нравственно не оправданно.

6. При таком несовпадении взглядов на друзей и врагов России мой выход из редколлегии рано или поздно был неизбежен. Прошу меня извинить за то, что это произошло после моего июньского согласия помогать Вам. Спасибо, что мою помощь Вы не отвергаете и теперь; конечно, я готов предлагать Вам идеологические материалы, не навязывая своего мнения, но уже и не неся ответственности за содержание журнала.

Потому что и под Вашим руководством (при Вашем понимании солидаризма) печатание западнических материалов будет продолжаться. Так, статью Радзиховского в № 4, возмутившую Солженицына, дали в номер Вы, вопреки моей оценке; как и в № 5 саморекламную статью Т. Ивановой о ее "смелости" в 1988 г. – вопреки печатному (1989 г.) доказательству обратного... Видимо, и такие авторы для Вас чем-то "ценны", ибо Радзиховский украшает три последних номера подряд. № 5 вообще удивляет мелкотемьем статей, которыми и без того заполнены российские газеты. Неужели "Посеву" нечего больше сказать? Неужели, если уж печатать Дюкина, нечего было ему возразить положительного, кроме приведенных цитат? Духовная вертикаль в номере вообще отсутствует – а ведь редактор, по Вашим словам, – Вы.

Вторая часть Вашего письма оставляет надежду, что будут предприняты какие-то коррективы, чтобы хотя бы не позориться в глазах почвеннического фланга. Но я вижу, что подлинные улучшения возможны лишь после кадровых перемен на многих ведущих постах, вплоть до редакторов изданий и членов ИБ. А на это ни Вы, ни БСП не пойдете. Да и заменить таких работников некем: патриотические деятели сотрудничать с таким НТС не желают. Получается замкнутый круг – что я и увидел в России.

7. На фоне этих проблем второстепенным выглядит вопрос о нерукопожатности "Дня" – о чем мне ранее написал МВС. Но отвечу и на этот упрек, поскольку и тут вижу важную проблему.

К своей организации всегда относишься требовательнее, чем к другим – их недостатки воспринимаются не так болезненно. Поэтому меня больше волнует, что публикуется в союзных изданиях, чем в "Дне". Тем не менее и критику "Дня" (неразличение духов) я высказал в том же интервью.

Однако замечу, что в этой газете появлялись статьи других членов НТС – В. Сендерова, В. Жедилягина, Ю. Штейна, Ю. Линника, А.П. Столыпина (перепечатка Бондаренко); друзей НТС – А. Авторханова, П. Паламарчука, Л. Бородина, В. Солоухина; выступления главы Зарубежной Церкви митр. Виталия и таких антикоммунистов, как В. Максимов, Е. Вагин (статья о Галанскове с его письмами), И. Шафаревич, В. Аксючиц, В. Осипов; таких известных ученых, как Нобелевский лауреат Ноам Чомски, Л. Гумилев, академик Раушенбах; были перепечатки о. Сергия Булгакова, Г. Федотова, ген. Деникина и др. В редколлегии – лидеры кадетов М.Г. Астафьев и христианских демократов – И.В. Константинов.

Конечно, в "Дне" много вульгарности и "духов", вплоть до одиозных. Но тот же "День" ранее напечатал и мою полемику с ними – со статьями язычников – и именно в такой газете это было полезно. В этом основа моего отношения даже к "нечистым" представителям правого фланга: в России сейчас и левые, и правые проявляют неграмотность, каждый фланг по-своему. Но руководство НТС взялось воспитывать западнический Фланг, считая "рукопожатными" даже недавних высших номенклатурщиков; я же стараюсь в меру сил заниматься очищением почвеннического. Это направление мне и ближе по мировоззрению, и убежден: это более благодарное и нужное России занятие. Кстати, в политических структурах почвеннического фланга практически нет бывших видных партаппаратчиков. А вот в рядах правящих "демократов" они заняли важные посты – потому что всех их объединяет материалистическое понимание прогресса. Но Совет НТС, объявив о поддержке правительства, ни в одном документе не отметил его мировоззренческую несостоятельность -хотя бы в той мере, как я это сделал в отношении "Дня".

8. Учитывая вышесказанное, мне непонятно, в чем мое интервью так уж "оскорбительно для всех моих коллег по редакции". В том, что я не согласен нести ответственность за печатаемые в "Посеве" похвалы книге Янова, за отождествление всех патриотов с "красно-коричневыми жидоедами", за очень "этичные" выпады Утехина против Бондаренко и Радзиховского против Аксючица? В том, что мне не было разрешено опубликовать свое мнение в "Посеве" и оно отразилось на других страницах? На фоне нашей переписки в этом году и приведенных в ней фактов я в интервью был даже весьма сдержан. Вы же не высказали своего отношения ни к одному такому примеру из союзных изданий, которые я приводил: как они соместимы с союзной политикой и этикой? Не оскорбительны ли они для тех членов редколлегии и Союза, которые (как и Солженицын в своем отклике [см. ниже. – Прим М.Н., 2016]) считают это позором для "Посева"? Не создается ли этим серьезная трещина именно в целостности "союзной этики" по большому счету?

Замечу, кстати, что у меня были и более серьезные личные основания счесть себя оскорбленным со стороны редакции. Имею в виду выговор мне от Председателя ИБ в "Посеве" № 12/1989 [по поводу публикации в "литературной России" моего открытого письма руководству Радио "Свобода", . – Прим. М.Н., 2016] за "неумение различать" между коммунистической печатью и свободной и одновременное (пусть и "случайное") выведение меня из состава редакции. Как и в случае с Бондаренко, причины этого остались непонятны для читателей "Посева", которые моей статьи в "Лит. России" не знали и могли лишь сделать вывод, что Назаров и впрямь совершил что-то политически недостойное. Причем редактор "Посева" отказался поместить мое, члена редколлегии, очень мягкое объяснение, а ВССиЧ [Высший Суд Совести и Чести. – Прим. М.Н., 2016] на мою, члена РК. просьбу – уточнить в этой связи права члена редколлегии и члена РК – просто не ответил... И я не обижался, не напоминал – ведь это касалось только меня самого.

Сейчас же мы говорим о судьбе России. И я просил бы редакцию тоже не обижаться за возвращение ей того же упрека: что уже она, с моей точки зрения, не различает врагов и друзей нашей страны. О наиболее важных критериях этого, религиозно-философских, я тут не упоминаю, пишу об этом в своих статьях – надеюсь, у Вас было время прочесть "Историософию смутного времени" ("Вече" № 46)...

9. Впрочем, только на историософском уровне можно ответить и на Ваше пожелание: «уяснить себе, что такое "правое крыло" в Союзе». Для меня это те, кто ощущает весь онтологический масштаб человеческой истории от Адама до антихриста и соответственно определяет свое место – и свою ответственность – в ней. Это те, кто о прошлом скажет: "не хотел бы иметь иной страны и иной истории"; кто для будущего имеет ориентиром прежний идеал Святой Руси; и кто считает только развитие в этом направлении спасительным для России в настоящем. Здесь, с моей точки зрения, проходит водораздел между левым и правым флангом как в России, так и в НТС – даже если у нас правый фланг теперь невелик. Резолюция Совета НТС ("Посев" № 4) о преемственности "от российского государства до октября 1917 года", то есть от масонского Временного правительства, по-моему, лежит по левую сторону от этого водораздела. Моя "Историософия...", помещение которой в союзных изданиях я себе не представляю, – по правую.

10. Поэтому я бы просил Вас, дорогой Евгений Романович, судить об этичности моего поведения в более широком масштабе. Поймите, что мои дружеские чувства к Вам и многим другим членам НТС при моем поправении вошли в серьезное противоречие с идейным дрейфом Союза в противоположную сторону. Видимо, было нереально преодолеть это противоречие в рамках формальной союзной дисциплины. Поэтому я предлагаю в дальнейшем неформальный путь: разделить, как и Вы это делаете в своем письме, между личными добрыми отношениями и разными идейно-политическими концепциями. Поэтому я бы просил Вас, чтобы не омрачать таких отношений, вывести меня из членов Руководящего круга (звучит этот титул громко, но своей семантики не оправдывает: не то что "руководить", но просто обсудить серьезнейшие вопросы в союзной печати для меня оказалось невозможно).

Вспомним, что у нас и раньше были серьезные разногласия, напр., об эффективности "главного направления" (отстройка подпольной организации). Некоторые из них уже разрешились сами собой – и судите сами, кто из нас и в чем был прав, кто нет... В том числе и в оценке происходящего в России: так, если моя статья в № 3/1987 ["Как реформировать советский социализм?"] и была "ошибочна", то не в том, что я переоценивал антикоммунистический заряд реформ Горбачева, а в том, что переоценил горбачевские (и его "прорабов") способности управлять этим могучим зарядом и различать между режимом и Россией, между потребностями реформ и целями Запада.

Надеюсь, вместе с нынешним "временным правительством" канет в лету и многое в наших нынешних разногласиях. Правда, трудно ожидать кадровых перемен в организации и поэтому моего активного участия в ее деятельности. Подчиняться людям с иным мировоззрением и соблюдать "союзную этику" в их трактовке я не смогу. Потому что убежден: под их руководством НТС в лучшем случае окажется никому не нужен, кроме самого себя.

С уважением, Ваш М. Назаров

PS. Поскольку мне не всё равно, что обо мне в связи с этим интервью думают Вадим Филимонов, Роберт [Андрей Васильев. – Прим. М.Н., 2016] и МВС очень прошу Вас дать им прочесть это письмо и затем приложить его к моему письму МВС, переданному Вами в ИБ.

+ + +

[Поскольку после выхода моей книги "Миссия русской эмиграции" в НТС стали муссировать тему моего "зацикливания на жидомасонстве", приведу далее также одну из статей, в которой я защищаю НТС от обвинений в масонстве в полемике с мюнхенским автором аргентинской "Нашей страны". – М.Н. 2016]

+ + +

Письмо МВН Е.Р. Романову от 21.1.1993

Мюнхен, 21.1.1993

Дорогой Евгений Романович!

Сегодня пришла [от Вас] фотокопия из "Нашей страны". Из Вашей записки не совсем ясно, заметили Вы или нет, что несмотря на отсутствие источника и подзаголовок "Нам пишут из Мюнхена" – это отрывки (причем сокращены смягчающие выражения) из моего прошлогоднего интервью в "Дне", за которое Вы мне уже вынесли порицание. С той же страницы "Дня" взято интервью Солоухина, которое цитируется тут же, но уже с подзаголовком "Нам пишут из Москвы". Нового интервью Бондаренко об НТС я не давал.

Все свои печатные критические высказывания о нынешнем курсе НТС я Вам посылал (в т.ч. полемику с мюнхенским представителем "Нашей страны" Зарубиным по поводу "масонства в НТС" – "Русский Восток" № 17; "Северо-Восток" №15). Эти публикации произошли не по моей инициативе. Во время второй поездки в Россию высказываний об НТС для печати я не делал и больше затрагивать эту тему не собираюсь. По мере развития событий, думаю, и так все станет ясно.

О причинах, побудивших меня к этим высказываниям, я Вам уже писал: впечатление от происходящего в России, от НТС в России и его взаимоотношений с патриотическими кругами (в виде еще одной иллюстрации я Вам на днях послал выдержку из письма историка, работающего над темой РОА – как его приняли в московском НТС. Сюда же добавилась невозможность обсуждать все эти серьезнейшие проблемы в союзных изданиях. Но ни на один аргумент или вопрос из моего объяснительного письма (от 24.10.92) Вы не ответили.

С тех пор не изменились ни моя оценка положения в стране, ни Ваша (и вообще руководства НТС) – судя по последнему номеру "Посева" и по присланной мне рукописи БСП "Что дал первый год реформы". С той лишь разницей, что все мои прогнозы, высказанные Вам после первой поездки в Россию (письмо от 4.8.92). оправдались: о разрушительности и крахе гайдаровско-ельцинской "реформы", о падении доверия народа к правительству и президенту, о вынашивавшемся Ельциным намерении ударить "переворотом" по всей оппозиции, о назревавших переменах в правительстве и принесении в жертву Гайдара; о предстоящем, хоть и медленном, поправении общества (обратите внимание на результаты подписки на периодику в России на 1993 г.)... Ваши же надежды на поумнение Гайдара-Ельцина и на улучшение положения не оправдались (один их "праздник 7 ноября" чего стоит, против чего возмутились даже "русские американцы" – КРА, но не НТС). Если Вы не признаете этого, Вам (руководству НТС) будет все труднее совмещать продолжающийся "кредит доверия" – с участившимися даже в печати НТС указаниями на "ошибки" Гайдара-Ельцина; причем "ошибки" такие, из-за которых в правовых государствах не только уходят в отставку, но и попадают под суд.

Еще актуальнее стали мои опасения насчет разрушительного влияния зарубежных антирусских и антихристианских сил. Жаль, что у Вас не было возможности провести хотя бы один вечер перед российским телевизором. Несколько иллюстраций я Вам на днях послал: за деньги можно все, одна иностранная секта купила еженедельный час телевеща­ния. Государственные же программы делаются по принципу: "одной истины нет, все хороши и нужны" – оккультисты, секты, мусульманство, иудаизм. Кстати, сначала я подумал, что Вы мне прислали копию этой страницы "Нашей страны" из-за заметки "Клинтон и евреи" – но эта сторона "нового мирового порядка" Вас, видимо, до сих пор не интересует...

На этом фоне Ваше замечание о возможной причине моей критики позиции НТС – "популяризация своего имени" – удивляет. Момент моего личного престижа здесь можно видеть лишь в том, что мне, будучи членом РК, стало стыдно нести ответственность за такую политику НТС – а право отмежеваться от нее на страницах союзных изданий Вы мне не дали. Но если бы я исходил из собственной "популяризации" – то не выходил бы из редколлегии "Посева" (обладающего большим политическим капиталом) и не ухудшал бы отношений с друзьями в организации (имеющей столь уникальную историю и к тому же прекрасные материальные возможности в России при нынешнем курсе валют). А если Вы полагаете, что критикой НТС можно приобрести популярность – не стоит ли задуматься: почему?..

Подобная популярность мне не нужна, т.к. партийной политикой я не занимаюсь и ни в одну политическую организацию в России, в какие-нибудь президиумы на патриотических вечерах, даже в редакции двух солидных центральных журналов не вошел (несмотря на приглашения). В Союз писателей меня приняли без моего ведома. В "Северо-Восток" вошел как в газету местного значения, географически связанную с памятью деда; снабжаю их материалами о Белом движении в Сибири. Я давно говорил Вам, что я не политик, поэтому не надо оценивать мое поведение политическими критериями. Если мое имя и стало известным на правом фланге – то не потому, что я себя популяризировал, а потому, что мало кто из эмиграции теперь откровенно пишет об историософских проблемах "нового мирового порядка" (тут и тема антихриста), опираясь на достоверные источники. Это для меня главное. Об этом масштабе российских проблем я считаю необходимым говорить как для просвещения сотрудников и читателей "Дня", так и для сотрудников НТС. Так уж получилось, что в интервью в "Дне" оказались затронуты оба эти адресата, но по одной причине: поскольку оба, занимаясь политикой, с моей точки зрения, не соответствуют масштабу задачи.

Спасибо за публикацию в № 6/92 статей И. Ильина и С. Волкова (его и Паламарчука гонорары мне уже перевели, передам им с оказией).

Послал Вам вместе с прочими материалами статью священника Т. Сельского. Быть может, не все его выражения о былых коммунистах Вам понравятся с политической точки зрения, но попробуйте увидеть в этом более важную – нравственную проблему современной России.

С дружеским приветом
М. Назаров

Прошу показать это письмо также МВС.

+ + +

Письмо МВН Е.Р. Романову от 5.5.1993

Мюнхен, 5.5.1993

Дорогой Евгений Романович!

Позвольте ознакомить Вас с письмом старейшего члена Союза и члена ВССиЧ Бориса Степановича Брюно [*] и с моим ответом ему – речь идет о моем членстве в Союзе. Его мнение не единично: прилагаю фотокопию статьи из газеты "За Россию", которую я упоминаю в своем ответе. Хотелось бы знать Ваше мнение как председателя Союза об этом.

Что ж делать – БСБ прав в том, что моя политическая позиция противо­положна позиции организации. Хотя я не собирался выходить из Союза (а только из состава РК – вывод тут неизбежен, как ни оттягивать решение: если моя позиция "компрометирует" Союз, то это можно прекратить только таким способом. И для меня тут важен именно этический аспект (о чем так печется БСБ): у меня, члена редколлегии "Посева" и члена РК, не оказалось возможности – даже в виде дискуссии! – высказать на страницах союзной печати свое мнение по важнейшим проблемам, стоящим перед Россией, высказать свое сомнение в верности союзной политики – в то время как членство в организации налагает ответственность за нее.

В любом случае надеюсь, что нам удастся сохранить дружеские и деловые связи, которые я ценю. Хотя с Вашей стороны первое время это будет психологически трудно. Но Вы всегда обладали способностью широко смотреть на вещи. Нет оснований зачислять меня во враждебный лагерь, как это сделано в газете "За Россию". Люди не могут быть одинаковы в столь важных вопросах, как политические и тем более мировоззренческие; многим приходится уточнять свой путь, и на моем пути новое не отменяет старое, а включает его в себя как важную предшествовавшую часть. (В "Нашу страну", через Казанцева, я послал письмо, правда, не для печати, с просьбой не выставлять в столь скандальном свете эти разногласия.)

Думаю, что и в случае выхода из Союза я могу быть ему полезен, т.к. не отождествляю его только с нынешним периодом. В частности мне кажется, что, с союзной точки зрения, заслуживала бы внимания (рецензии с указанием на погрешности) моя книга "Миссия русской эмиграции", т. I (в который вкраплена и история НТС; второй тираж снова в 50.000 выйдет в Москве этим летом); сейчас я работаю над идеологическими главами второго тома, где тоже говорится о довоенном НТС. Если в этой книге Вам не все понравилось, то не забывайте, что моя задача – не апология НТС, а осмысление опыта русской эмиграции.

Спасибо за объявление о сборнике "Радио Свобода в борьбе за мир..." (где также есть положительные упоминания НТС и "Посева"). Думал, что Вы об этом уже забыли. Правда, заказы на него пока приходят только с Украины от корреспондентов PC, которые истолковывают название сборника в положительном смысле и готовы платить за него карбованцами...

В марте я послал БСП через Вас подробный отклик на проект новой Про­граммы – но, видимо, он (БСП) так и не появился во Франкфурте. Сообщите ему, пожалуйста, об этом, т.к. не знаю, куда ему в данный момент писать.

С дружеским приветом
М.В. Назаров

[*] Письмо Б.С. Брюно от 4.5.1993 («Миша, ...свою организацию можно критиковать только в своей среде... ты уже не раз эти нормы нарушал... НТС призывает к поддержке законно избранного президента Российской Федерации Бориса Ельцина, а член НТС Михаил Назаров в демагогическим, клеветническом и вредном "Обращении" поливает этого президента грязью и с пеной у рта орет (другого слова не нахожу): "Нет" Ельцину и его политике!" Я полагаю, что тебе уже настолько не по пути с НТС, что ничего другого не остается, кроме официального заявления о выходе из организации»). Получил я и аналогичное письмо Я.А. Трушновича от того же числа ( «Дорогой Миша... Вы должны, не откладывая, подать заявление о выходе из НТС по причине резкого расхождения Ваших политических позиций с позицией организации, в которой Вы еще состоите»). Их письма и свои ответы им я тут не привожу, так как в этой нашей переписке нет ничего нового.

+ + +

Еще о друзьях врагов России

Письмо в газету НТС "За Россию"
(Опубликовано в "За Россию" (1993. № 8. С. 5) в искромсанном виде. Курсивом тут обозначены вырезанные части текста.)

Многоуважаемый Владимир Мечеславович! В газете НТС "За Россию" (№ 2, 1993) Вы, главный редактор газеты и член Совета НТС, опубликовали статью "О честных друзьях врагов России". В этой статье Вы назвали меня в числе тех, кто вступил в "союз" с "коммунистами-нацистами" и, следовательно, стал "врагом или изменником России".

Эта Ваша оценка меня удивила. Просил бы подтвердить ее фактами. А поскольку Вам их обнаружить не удастся (во множестве статей и интервью я подчеркивал как раз то, что союз части патриотов с коммунистами дискредитирует патриотическое движение) – прошу сообщить об этом своим читателям, ибо устал отвечать на недоуменные запросы.

Похоже, основой для этого обвинения послужило логическое заключение такого рода: коммунисты выступают против Ельцина; значит тот, кто против Ельцина – коммунист. Поскольку именно с этой логикой, практикуемой ныне руководством НТС, вступили в противоречие мои публикации с критикой правительства – считаю, что целесообразно рассмотреть мои аргументы по существу. До сих пор издания НТС отказывались печатать и обсуждать их, из-за чего мне приходилось писать об этом в других органах печати (например: "Путь" № 8/21, "Северо-Восток" № 11/15, "Наш современник" № 6/1992; "Кубань" № 1-2/1993, "Литературная Россия" от 14.5.93). Но после столь серьезного обвинения, думаю, Вы не вправе уклониться от дискуссии. Поскольку не у всех читателей Вашей газеты была возможность ознакомиться с моими статьями – позволю себе выделить из них вопросы, противоречащие нынешней позиции НТС, и прошу Вас дать на них ответ в Вашей газете.

1. Прежде всего я считаю, что если бы в августе 1991 г. к власти в России пришло мудрое, подлинно национальное правительство, оно не только запретило бы КПСС, но и

– провозгласило бы преемственность от тысячелетней российской государственности, восстановив ее символику;

– признало бы незаконными все результаты правления незаконной власти большевиков, в том числе их произвольные границы между "республиками";

– этим сохранило бы единство страны – опираясь на волю народа, выраженную в мартовском референдуме 1991 г.;

– сохранило бы единую армию, превратив ее из советской в Российскую и сняв с нее позорную красную звезду;

– повело бы экономическую реформу на основе здравого смысла и русских традиций, а не в духе очередной иностранной "панацеи"; т. е. поощряло бы естественное рождение новых свободных производителей, давая рынку прорасти через существующую экономику снизу вверх, без ее разрушения, чтобы не допустить ослабления и распада государства.

2. Ельцин же и его правительство поступили совершенно противоположным образом:

– ради захвата власти, в нарушение воли народа (упомянутого референдума) поделили единое государство на "национальные" вотчины между высшей номенклатурой КПСС (это как если бы в послевоенной Германии лидеры нацистской партии стали президентами "земель", объявив их независимыми государствами);

– юридически узаконили несправедливые большевицкие границы России, предав 25 миллионов россиян в т. н. "ближнем зарубежье" – вплоть до русского Крыма и русских областей в Казахстане;

– поделили и армию – оружие которой используется "суверенными" национал-номенклатурщиками в кровавых конфликтах вдоль этих неестественных границ;

– ограбили народ, ликвидировав его трудовые сбережения сознательно вызванной инфляцией; грамотное правительство, уважающее свой народ, не пошло бы на такую "шоковую терапию", т. е. ценовой произвол в области распределения, а начало бы реформу с поощрения производства при постепенном и контролируемом упорядочении цен (сейчас же, при отсутствии конкуренции, производители-монополисты богатеют за счет повышения цены при сокращении объема продукции – и это еще больше ускоряет инфляцию);

– под ширмой "приватизации" (проводимой сверху вниз) делят народное достояние между партноменклатурой, мафией и иностранным капиталом – в нарушение элементарного чувства справедливости, ибо народ, после ликвидации его сбережений, в такой "прихватизации" реально участвовать не может;

– никто не в состоянии контролировать распродажу запасов и природных богатств страны, которые по бросовым ценам уходят за границу и оседают там десятками миллиардов долларов на иностранных банковских счетах;

– выпущенным джином анархии уже разрушают и единство нынешней Российской Федерации; суверенизация автономий и регионов – это не только новые номенклатурные вотчины, не только стремление эгоистически распоряжаться своими ресурсами (якутские алмазы и т.п. – как тут не вспомнить призыв Ельцина Татарстану: "берите столько суверенитета, сколько сможете переварить"), но и бегство от разрушительной политики центра;

– имея монопольные средства информации, правители привычно врут народу о "стабилизации" и даже "росте", жонглируя всевозможными процентами и выдавая рост цен за рост производства (что осуждает даже экономист Радио "Свобода" А. Чернов-Крончер);

– насаждают "реформаторскую" идеологию в духе "морально, все, что экономически эффективно" – вплоть до того, что разрешили искусственные выкидыши сформировавшихся младенцев для расчленения на органы и продажи их за валюту (см. "Штерн" № 6/1993 или мою заметку в "Русском Вестнике" № 14/1993); стариков же, не имеющих средств и родственников, хоронят в пластиковых мешках, как ненужный мусор (в Москве – просто сжигают);

– поощряют атмосферу разгульной безнравственности ("позволено все, что не запрещено писаным законом"), вплоть до кощунств по телевидению; средства массовой информации проповедуют под видом "свободы" сексуальные извращения, под видом "духовности" – оккультизм, продают телевизионное время зарубежным сектам, которые, пользуясь огромным валютным преимуществом по сравнению с Русской Церковью, активно заполняют духовный вакуум в стране...

Какое из этих обвинений не соответствует действительности? Как может НТС поддерживать такое правительство? Не отдают ли в правовых государствах за подобные деяния под суд?

Конечно, главная причина нашего национального кризиса – три четверти века коммунистического правления. Но в августе 1991 г. у мудрого правительства были все шансы не допустить нынешнего экономического и политического развала страны. Ельцинские же неофевралисты (как и их предшественники в 1917 году) своей государственной некомпетентностью, духовной неразвитостью и чужестью русским традициям способны лишь усугублять хаос и сваливать свои бесконечные просчеты на "коммунистов" (которые оказывают большую услугу правительству – в роли козла отпущения). Запад тоже использует демагогический прием "коммунистической опасности" для поддержки нынешней власти в России как наиболее соответствующей интересам своей геополитики.

3. Если уж говорить о "продолжающемся сопротивлении коммунистов", то уместно поставить вопрос о сути этого сопротивления. Показательно, что сейчас в коммунистическом движении бывших номенклатурщиков и идеологов нет – это рядовые "коммунисты", в основном пожилые. В отличие от прошлого, никаких привилегий им это не дает, одни лишь неприятности. Они все еще ходят под красным флагом – лишь поскольку оказались ему более верны, чем их перекрасившаяся в "демократов" верхушка. Но насколько их требования руководствуются коммунистической идеологией (ведь они не собираются запрещать религию или частную собственность)? Не протестуют ли они прежде всего против нарастающего хаоса (хоть и предлагают негодные средства)? Так ли уж они многочисленны, влиятельны и опасны?

Не диктуется ли порою их неприятие происходящего – чувством личного долга и той жертвенностью, которую в русских людях не смог уничтожить коммунизм, а лишь эксплуатировал в своих целях (как об этом верно писал свящ. Т. Сельский – см. "Посев" №2/1993)? Не связано ли для многих из них с красным цветом само понятие патриотизма и государственности, которую в этот цвет окрасил Сталин, но за которую кому-то приходилось проливать свою кровь? Учитывая всю сложность судьбы таких людей, наших отцов, не уместны ли для преодоления таких коммунистических пережитков – терпеливое просвещение и милосердие, переориентация их жертвенности на служение истинным ценностям?

То есть, будучи противником коммунистической идеологии, я считаю, что нынешних коммунистов следует не демонизировать, а анализировать. Русские религиозные мыслители говорили: чтобы победить духовную "ложь" социализма, нужно понять его частичную "правду" – стремление к большей социальной справедливости – и бороться за эту правду на верном, христианском пути. Как раз наступившие времена с узаконенным социальным неравенством, культом "делания денег" и освященным эгоизмом – питают неокоммунизм как примитивно-уравнительную реакцию на эти явления. Но и метод борьбы с ним остается тот же.

Однако главный вопрос: только ли коммунисты недовольны происходящим? Можно ли зачислять в "коммунисты-нацисты" всех, кто протестует против таких "реформ"? Не стыдно ли НТС участвовать в огульно-высокомерном очернении оппозиции, и прежде всего патриотического фланга – как "красно-коричневых"? (См., напр., статью Радзиховского с одобрением книги А. Янова в "Посеве" № 3/1992; осуждение Конгресса патриотических и гражданских сил как "нацистского" в газете "За Россию" № 2/1992.) Да, в патриотической среде далеко не все приемлемо – но не полезнее ли отделять и в ней правду от неправды, белое от красного, ради исправления их ошибок, ради становления здоровых патриотических сил?

Как Вы оцениваете тот факт, что ни одна патриотическая организация, ни один известный патриотический деятель в России, даже очень достойные, не желают сотрудничать с НТС, видя в нем западническую организацию, нечуткую к происходящему в России?

Однако и в противодействии пережиткам коммунизма я не вижу логики в нынешней политике НТС. Логично ли осуждать "красноту" в патриотической оппозиции – но поддерживать президента, над резиденцией которого (над Кремлем!) все еще торчат красные звезды; который не прекратил оказание караульных почестей ленинской мумии, не снял портрет Ленина (фото в ж-ле "Экономист"), подтвердил "праздник 7 ноября"? Ни одна резолюция НТС не высказала своего отношения к этой позорной государственной символике – но заявления о "законно избранном президенте" перешли в барабанный бой.

4. Позволительно спросить: соответствует ли такой президент – подлинным интересам России? Допустимо ли называть его "законно избранным" – если тогда народ, выбирая "фрондера" Ельцина, голосовал прежде всего против власти главных вождей КПСС, не имея подлинного выбора из всего спектра российских политических сил? И как можно считать "народной поддержкой президенту" результат апрельского референдума 1993 г., учитывая, что:

– монопольные средства массовой информации вели активную пропаганду в пользу Ельцина, не гнушаясь дезинформацией, не давая слова серьезным оппонентам и огульно черня всю оппозицию как "коммунистов"; накануне референдума были резко повышены зарплаты и пенсии, "укрепился" курс рубля, статистика обнаружила "долгожданный перелом в ходе реформ";

– США и другие западные страны в нарушение международных норм пошли на беспрецедентное вмешательство в предвыборную кампанию (как и в украинском "референдуме" о независимости), посулив в случае поддержки Ельцина – 43-миллиардную "помощь", в случае народного недоверия ему – возобновление угрозы атомной войны;

– в референдуме не участвовали упомянутые 25 миллионов преданных Ельциным "заграничных" россиян;

– и при всех этих выгоднейших для себя условиях Ельцин получил доверие лишь 37,6 % голосов списочного состава избирателей при 37,2 % воздержавшихся и 25,2 %. голосов против; а его политика набрала лишь 34 %. голосов "за". Если учесть не внесенных в списки россиян "ближнего зарубежья" (около 20 миллионов голосов), хотя бы как воздержавшихся – то Ельцин набрал явно менее трети голосов. А уж если бы эти преданные им миллионы людей проголосовали, результат для президента получился бы отрицательным по любой системе подсчета.

Может ли Народно-Трудовой Союз наплевать на две трети народа, не поддерживающих Ельцина и его "реформы"? "Цивилизованные правовые нормы", по которым президент получает "мандат от народа" на основании малой части голосов избирателей – быть может, уместны в Америке (там президент "побеждает", получая голоса лишь около четверти избирателей), но это противоречит и русскому стремлению к правде, и русской политической традиции (соборности).

Разве на такую "демократию" в послекоммунистической России надеялось русское Зарубежье и разве для этого был создан в 1930 г. НТС? Разве в поддержке разрушителя Ипатьевского дома, бывшего члена Политбюро ЦК КПСС, заискивающего теперь перед американским президентом и международными банкирами, заключалась миссия русской эмиграции? Неужели ей нечего предложить своего, выношенного и осмысленного за эти 75 лет?

5. Опыт русской эмиграции имеет и такой важный аспект: можно ли закрывать глаза на то, что на Западе есть влиятельные круги, враждебные к исторической России?

Это они, вопреки интересам своих народов, финансировали револ-ционное движение в России, предали Белое движение, выдали Сталину миллионы его противников после Второй мировой войны; об этих силах ("мировой закулисе") много писал И.А. Ильин в "Наших задачах"; далее их с головой выдает американский закон о расчленении России – PL 86-90, который не удалось отменить по сей день. Это о них сказал первоиерарх Русской зарубежной Церкви митрополит Виталий: «Будут брошены все силы, миллиарды золота, лишь бы погасить пламя Русского Возрождения. Вот перед чем стоит сейчас Россия. Это почище Наполеона и Гитлера» ("Литературная Россия" № 52/1989). Сейчас эти силы беспрецедентно вмешиваются в российские события, а российское правительство со своими прозападными иллюзиями вольно или невольно действует им на руку – и в оборонной, и в экономической, и в духовной сферах.

Кстати, ощущение этой опасности – главная причина того, почему часть патриотов пошла на союз с коммунистами. Но убедить их в том, что коммунисты способны только раскачивать лодку, а не спасать и созидать, можно лишь откровенным обсуждением всего комплекса этих проблем.

Вы же пишете, Владимир Мечеславович, о поиске патриотами лишь «мифических врагов: евреев, масонов, цыган, кавказцев – вообще всемирного заговора против России». Только ли мифических? Стоит ли здесь валить в одну кучу кавказцев и "цыган" (?)– с чикагскими "специалистами" по экономике и банкирами вроде Жака Аттали? Если же Вы намерены оспорить роль "мировой закулисы" в разрушении православной России – попробуйте оспорить их же собственные признания и точные факты, приведенные мною в сборнике «Радио "Свобода" в борьбе за мир», в книге "Миссия русской эмиграции", в статье "Историософия Смутного времени" ("Наш современник" № 6/1992, "Кубань" № 1-2/1993).

Совместимо ли с национально-государственной позицией замалчивание в документах НТС этого важнейшего фактора мировой политики? Почему, в отличие даже от 1950-х годов, когда "Посев" издал книгу проф. И. Курганова с критикой американского закона о расчленении России – сейчас НТС не осмеливается осудить практическое осуществление этого закона, нарушающего и международные нормы невмешательства, и результаты референдума 1991 г., и Хельсинкский Акт, провозгласивший неизменность государственных границ (когда государством был весь СССР)?

Мне кажется, что на фоне этих проблем допущенное Вами обвинение "изменник России" может бумерангом вернуться к Вам же, точнее – к нынешней политике НТС. Как и заглавие Вашей статьи – о "друзьях врагов России".

Во всяком случае, нельзя не видеть, что не только патриотические деятели-антикоммунисты, названные Вами в числе "изменников", но огромная часть русских людей на родине и в Зарубежье, включая возглавление Русской Зарубежной Церкви (см. также решения майского Собора 1993 г.) – разделяют изложенную мною оценку положения в нашей стране. Даже если Вы не согласитесь с ними – ответа на поставленные вопросы давно ждут от руководства НТС многие члены организации и, думаю, такой ответ уместно дать именно в печати НТС.

Михаил Назаров (Мюнхен)

+ + +

Письмо МВН руководству НТС о выходе из организации от 27.10.1993

Michail Nazarow
Krokusstr. 18 D-82216 Maisach

ИБ Совета Н Т С

В С С и Ч

а также лично: EPQ, БСП, ЯАТ, БСБ, MBC, BMP

Мюнхен, 27.10.1993

Дорогие друзья!

В последние два года в политике и облике НТС, как отмечают многие люди, произошли значительные изменения.

С одной стороны, обнаружилась эволюция от почвеннических позиций – к либерально-западническим. Это видно и по обновляющемуся составу организации, и по содержанию периодических изданий, и по последнему проекту Программы. С другой стороны, после падения режима КПСС изменилась сама раскладка сил в стране и мире, и в ней НТС занял новое, довольно неожиданное место.

Во-первых, вместо того, чтобы занять независимую принципиально "белую" национальную позицию, в духе своей 60-летней традиции, НТС активно выступил в поддержку одного из двух противоборствующих наследников капээсэсного периода в их борьбе за кормушки власти. Не только парламент, но и президент, избранные еще при старом режиме (когда не было подлинного выбора) и совместно узаконившие "праздник 7 ноября", не заслуживали поддержки старейшей русской национально-антикоммунистической организации. Тем более что этот президент, бывший член Политбюро, все еще восседающий под красными звездами с командой из коммунистической номенклатуры – стал инициатором расчленения единого Российского государства.

Во-вторых, в новой раскладке сил НТС вольно или невольно вписался уже не в антикоммунистическую, а в антирусскую политику влиятельных кругов Запада, которые поддерживают того же расчленителя, поскольку своей неграмотностью и западническими иллюзиями он предоставляет "мировой закулисе" небывалые возможности освоения России. В геополити­ческом масштабе президентская неофевралистская команда со своей прогрессивной глупостью опаснее для нашей страны, чем была консервативная глупость парламента. В борьбе против глупости тех и других это надо было учесть – а не принимать одну из сторон.

В-третьих, НТС отказался поддержать патриотическое движение, выступающее против этих обоих наследников советского периода. И что совсем уже неожиданно: издания НТС, подобно русофобской пропаганде, стали допускать огульное зачисление всех противников разрушительной политики Ельцина в "красно-коричневые" – тем самым исключая возможность союза с достойной частью патриотического движения (РХДД, РОНС Артемова и Волкова, организация В. Осипова и др.). Соответственно, НТС пополняется только с противоположного, западнического фланга. Это вызывает несогласие у многих зарубежных членов Союза.

Даже меня газета НТС зачислила в союзники "нацистов-коммунистов" и в "изменники России", хотя я, выступая в патриотической печати, всегда принципиально призывал к отмежеванию от коммунистов, напоминал, что союз с ними компрометирует тех патриотов, которые идут на это. Мой ответ в "За Россию" был опубликован в урезанном вдвое виде, причем обви­нитель оказался не в силах признать свою неправоту, выбросив из текста и соответствующее опровержение, и все главные аргументы.

В сентябре, в своей безоглядной поддержке Ельцина, руководство НТС дошло до открытого к нему призыва устроить путч против парламента и против существовавшей, какой ни есть, законности – как будто у Ельцина имелось больше легитимности и порядочности, чем у его противников, и как будто не было ясно, что он ударит по всей оппозиции. Тем самым НТС, отказавшись от различения между "красными" и "белыми" противниками Ельцина – несет некоторую долю ответственности и за преследование антикоммунистических патриотических органов печати ельцинским КГБ (во главе с одним из главных гебистов доперестроечных времен).

Ельцинская провокация (тому много доказательств) с "запланирован­ным коммуно-фашистским мятежом", горящий парламент, сотни убитых, закрытые патриотические издания во многих городах, бесчинства ОМОНа На улицах Москвы – и в той же Москве безнаказанная коррупция на уровне министров, узаконенное расчленение русских младенцев на органы для продажи за валюту, колдуны в государственных телепрограммах, общение с проституткой как услуга московской телефонной сети – вот что поддержал НТС. Этот упрек можно было бы смягчить, если бы хотя бы в одной резолюции руководство НТС отметило глубокие и опасные пороки нынешней власти но таких случаев не было. Промолчали даже о "национальном празднике 7 ноября".

Очень жаль, что за долгие годы "революционной борьбы" с коммуниз­мом Вы, дорогие мои старшие друзья, упустили из виду, что граница между добром и злом не всегда совпадает с понятиями рынка и приватизации – тем более в их гайдаровском варианте. Эта граница не проходила и по линии омоновского оцепления Белого дома. У двух третей народа, не отдав­ших голоса за Ельцина на референдуме, были веские причины отвергать его "реформы". В числе защитников парламента было много честных людей, съехавшихся со всей страны, которые могли ошибаться в оценке границ частной собственности, но которые в противостоянии неофевралистской власти были готовы жертвовать жизнью. Их бескорыстный нравственный облик заметно выигрывает по сравнению с тем, что тульской десантной дивизии правительство обещало платить долларами; ОМОНу платили премии – 10.000 руб. рядовым, 400.000 офицерам; депутаты, перебежавшие до 3 октября, получили за это по 2 миллиона рублей, сохранение квартир и новую руководящую работу (эти факты передавала "Свобода").

Все это вместе взятое заставляет меня, с некоторым опозданием, принять предложение уважаемых мною председателя ВССиЧ А.Я. Трушновича и члена ВССиЧ B.C. Брюно – выйти из НТС. Потому что надежд на изменения в организации у меня не осталось.

В личных письмах руководству я много писал обо всем этом. Но ни на один аргумент не получил ответа. Предлагал статьи – они отклонялись. В течение нескольких лет у меня не оказалось возможности даже в виде дискуссии! обсудить эти важнейшие проблемы в союзных изданиях. И даже члены ВССиЧ, предложившие мне покинуть Союз – акт чрезвычайный! – не нашли нужным объяснить суть своих обвинений и ответить на мои вопросы и аргументы (БСБ откровенно заявил, что не будет их обсуждать, а ЯАТ вообще не ответил на мое письмо) .

В этих условиях стали фикцией не только мой титул "члена РК", но и само членство в организации. К тому же оно возлагает на меня моральную ответственность за ее действия, которую я больше нести не могу.

До сих пор я не принимал приглашений российских друзей войти в ту или иную организацию. Сейчас, в связи с октябрьскими репрессиями против патриотического движения, я такое предложение принял, согласившись баллотироваться на выборах по списку РХДД. Не знаю, удастся ли РХДД собрать достаточно подписей для участия в этих выборах; при информационной монополии правительства шансы на успех вообще невелики. Но, включаясь в это дело и отправляясь в Россию, я со своей стороны хочу освободить Союз от ответственности за мои действия.

Личные отношения с Вами я не хотел бы рвать, помня о совместном прошлом – и благодарен Вам за него. Как все-таки жаль, что Вам нечего ответить на мои аргументы и что Вы не можете привести свои...

Тех, кто захочет разобраться в сути разногласий, прошу ознакомиться со следующими документами, которые имеются в ИБ у МВС:

 – мое письмо ЕРО от 24.10.92 (копия в мае 1993 г. приложена также к письму БСБ);

– статья В. Рыбакова "О честных друзьях врагов России" в газете "За Россию" (№ 2, 1993);

– письмо БСБ мне (от 4.5.93) и мой ответ ему (от 5.5.93);

– письмо ЯАТ мне (от 4.5.93) и мой ответ ему (от 7.5.93);

мои статьи в изданиях: "Путь" № 8/21, "Северо-Восток" № 11/15. "Вече" № 46 - причем статья, опубликованная в "Пути", была написана для "Посева", но отвергнута всеми союзными изданиями в апреле 1992 г.

– мое письмо от 22.6.93 в редакцию газеты "За Россию" (прилагаю).

– мой ответ БСП на его рецензию в "Посеве" № 4/1992 г. (прилагаю).

С уважением, М. Назаров

+ + +

Примечание 2016. К этому прощальному письму добавлю, что В.М. Рыбаков лично сообщил мне, что 4 октября 1993 г. он участвовал в штурме парламента с автоматом в руках и стрелял "куда-то туда, не видно было"... Это меня шокировало и стало последней каплей...

Все это время я работал над книгой "Миссия русской эмиграции", главы из которой публиковались в 1991-1992 гг. во многих журналах и которая в 1992 г. была издана (т.I) на моей малой родине в Ставрополе издательством "Кавказский край". В "Посеве" № 4 за 1993 г. была опубликована рецензия председателя ИБ Совета НТС Б.С. Пушкарева на эту книгу. БСП раздражает рассматриваемый мною популярный в эмиграции «вопрос о так называемом "жидо-масонском заговоре"... Верный своему методу педантичной работы с источниками, он [МВН] приводит множество цитат еврейских и масонских авторов. Из них явствует, что еврейские деньги играли определенную роль в мiровой политике, что очень многие видные политические деятели на рубеже веков состояли в масонских ложах, что масонство участвовало в мiровом процессе секуляризации общества. Ну и что? – скажет непредвзятый читатель. – Тоже мне, открытие! От этих фактов до идеи какого-то мiрового заговора против России – огромное расстояние, перескочить которое может лишь воображение, настроенное на "поиск врага", отказывающееся покаяться в том, что врагом этим были – мы сами». Мой ответ на эту рецензию "Посевом" не был опубликован.

Для полноты картины и лучшего понимания аргументации в дискуссии следует учесть и некоторые мои публикации на разные темы в эти годы, характеризующие цели моей деятельности. Из этих статей очевидно, что я вовсе не "зациклился на жидомасонах", как с этих пор в НТС стали объяснять главную причину разногласий со мной.

1987

Как реформировать советский социализм? ("Посев". 1987. № 3)

Дискуссия об образе Христа в советской художественной литературе (Радио "Свобода", 16/17 марта 1987)

Литература и публицистика под знаком "Перестройки" ("Вестник РХД". 1987. № 150)

Гласность и религия ("Посев". 1987. № 10)

1988

Молодежный съезд Германской епархии ("Вестник Германской епархии РПЦЗ". 1988. № 1)

Мысли о тысячелетии ("Вестник РХД". 1988. № 152)

Игорь Огурцов на Западе ("Посев". 1988. № 3)

Что будет с Киево-Печерской Лаврой? ("Посев". 1988. № 4)

"Смех за левым плечом". О новой книге Владимира Солоухина ("Русская мысль". 1.7.1988)

Писатели о милосердии ("Вече". 1988. № 28)

Борьба за открытие храмов ("Вече". 1988. № 29)

О романе Д. Балашова "Ветер времени" ("Вече". 1988. № 29)

Может ли атеизм поумнеть? ("Вече". 1988. № 30)

Политический театр Михаила Шатрова ("Вече". 1988. № 31)

Два кредо. Этика и эстетика у Солженицына и у Бродского ("Вестник РХД". 1988. № 154)

1989

Задача для сталкера: "перестройка"("Вестник РХД". 1989. № 157; и др. журналы)

Вселенские корни и призвание славянской культуры ("Посев", 1989, № 7; "Москва", 1990, № 8)

Открытое письмо директору радио "Свобода" господину Ияну Эллиоту ("Литературная Россия". № 42, 20.10.1989)

Культура – христианская, славянская, православная. Русская идея и национальный вопрос. Полемика с С. Сажиным ("Вече". 1989. № 36)

1990

О радиоголосах, эмиграции и России"("Вече". 1990. № 37; "Слово". 1990. № 10)

Западники, почвенники и русская идея ("Наш современник". 1990. № 9)

Какой быть России? О двух зарубежных съездах российской молодёжи и общественности ("Единение". Сидней, октябрь 1990, №№ 41, 42)

Русская идея и современность. Доклад на VI Всезарубежном съезде русской православной молодежи в Монреале в августе 1990 г. Полный текст: "Единение". Сидней. 1991, №№ 1-4; отдельной брошюрой в изд-ве "Кавказский край", Ставрополь, 1992; в сборнике "Заговор против России". Потсдам, 1993 (репринт в Москве). В сокращении: "Родина", М., 1990, № 11; "Литературный Иркутск", ноябрь 1990; "Посев". Франкфурт-на Майне, 1992, № 4 и др.

1991

Наши идеалы. Доклад на съезде российской молодежи и общественности в Брюсселе в мае 1989 г. ("Слово". 1991. № 1)

Книга об эмиграции, которая примирилась с советской властью. Рецензия на книгу В. Костикова "Не будем проклинать изгнанье..." ("Посев". 1991. № 3; см. дополненную рецензию на второе издание этой книги в 1995 г.)

Призываем к осторожности. Обращение представителей Русского Зарубежья накануне референдума 17.3.1991 о сохранении единого союзного государства ("Литературная Россия", 15.3.1991 и др.)

О религиозном оправдании частной собственности ("Вестник РХД". 1991. № 161)

Спасти себя мы можем только сами. Открытое письмо Конгрессу соотечественников ("Литературная Россия", 26.7.1991)

"Ложь" и "правда" Августа 1991-го ("Литературная Россия". 1991. № 43)

1992

Восстановить историческую справедливость.Обращение представителей Русского Зарубежья к Российскому парламенту в связи с 75-летием Февральской революции (февраль 1992)

Если уж на то пошло... О масонах, еврейском вопросе и радио "Свобода" ("Вече". 1992. №№ 45)

В связи с активизацией масонства в России ("Вестник Германской епархии Русской Зарубежной Церкви". 1992. №№ 2-3)

Историософия смутного времени ("Вече". 1992. № 46)

Мы – живы. Несколько впечатлений о поездке в Россию... ("Вече". 1992. № 47; "Литературная Россия". 1992. № 45)

Сборник критических материалов «Радио "Свобода" в борьбе за мiр» (Москва-Мюнхен, 1992). См. послесловие к сборнику от составителя.

1993

Остановить поточное детоубийство! (март 1993)

К дискуссии о Церкви и о патриотизме. Письмо в редакцию "Православной Руси" ("Православная Русь" 1993, № 13)

О "красных" и "белых". Беседа В. Бондаренко с публицистом М. Назаровым (Мюнхен) (лето 1993)

Опыт Русского Зарубежья и всемiрное призвание России (декабрь 1993)

1994

"Российско-американская совместная революция..."(1993-1994)

1995

"Наши задачи" И.А.Ильина и наше время ("Русская жизнь". Сан-Франциско, 1995, июнь)

Запад, коммунизм и русский вопрос. В связи с возвращением А.И. Солженицына ("Москва". 1995. № 6)

Сибирь – геополитическое чудо России ("Роман-газета", 1995, № 15)

Фашизм – возвращение к "ветхому" Риму (беседа на всероссийском "Радио-1 Останкино", в эфире 5.9.1995)

Отдавая долг памяти своим старшим наставникам, хотя и по-прежнему не разделяя их политики в годы крушения коммунизма, в 1998 г. я подготовил сборник статей В.Д. Поремского "Стратегия антибольшевицкой эмиграции" ("Посев", 1998). В 1999 г. – воспоминания Е.Р. Романова "В борьбе за Россию" (М., "Голос", 1999).

В конце последней книги ЕРО позволил обсудить наши разногласия в виде дружеской полемики, которая озаглавлена его признанием: «Свержение коммунизма нам виделось иначе...» (советую нынешним членам НТС это прочесть). В ней он критически высказывается о руководстве НТС в эти годы в России. И в своем собственном послесловии, в связи с расколом НТС в 1996 г. из-за разногласий по аналогичным причинам, поскольку большинство российских членов организации не поддержали проельцинский курс руководства, ЕРО признал: «что-то неправильное было в том пути, по которому мы пошли... Сейчас все зависит от того, как идея Народно-Трудового Строя [имеется в виду довоенная корпоративная идеология. – М.Н., 2016] найдет свой путь в народ. Идеи не умирают... Идея НТС выжила в тяжелое военное и послевоенное время. За нее не один человек отдал свою жизнь. Она не умрет и найдет носителей. И жертвы, которые во имя этой идеи принесены, не пропадут даром».

Не знаю, осталось ли еще у русского народа для этого время...

Заключение

Время крушения коммунизма стало моментом истины, обнажившем духовные сущности сил, противоборствовавших в ХХ веке, в том числе в годы Холодной войны. Их сущности давно распознали и И.А. Ильин, и такие отцы Русской Зарубежной Церкви, как архимандрит Константин (Зайцев) и архиепископ Аверкий (Таушев). Приведу несколько их оценок из заключительных глав своей книги "Миссия русской эмиграции" (выделив главное курсивом).

Архимандрит Константин:

 «Духовное состояние современного мiра являет разительный контраст по сравнению с тем, чем был мiр до Великой Войны, до Русской Революции, до падения Русского Православного Царства. Огромны были уже к тому времени успехи "темных сил", но оставалось подпольным их действие по отношению к государственному порядку, носившему еще отчетливые признаки порядка Богоустановленного – пусть расшатанного и даже искаженного, но живого в своей доброй преемственности.

Сейчас не то! Сейчас в подполье находятся силы добра, а господствует в мiре злое начало – пусть и рядится оно льстиво в былые одеяния и общественной, и политической, и государственной, и даже церковной традиции...

Нет, поэтому, достаточных оснований преувеличивать реальное значение даже коммунизма в исходных и привычных его формах, в перспективе дальнейшего развития событий – так далеко зашло овладение Злом исторических образований человечества, привычно воспринимаемых нами как образования "добрые". Дальнейшее оформление растущих сил Зла не обязательно пойдет по линии дальнейшего успеха коммунизма, в завоевании им мiра... Это значит, что исполнив свое нарочитое назначение физического истребления и духовного развращения той части человечества, которая была наиболее насыщена исторически сохранившемся "добром", он должен ныне и сам изменять свой облик, чтобы найти себе место… в составе расширившегося до пределов вселенскости многоликого, всю историю человечества, под определенным углом зрения, в себя вбирающего, ареопага Зла...

Дело уже не в распространении власти Красной Москвы на весь мiр; дело уже не во всесветной победе коммунистического Интернационала. В прошлом уже эта угроза – за ненадобностью ее... Процесс роста Зла в мiре далеко обогнал специфически-коммунистическую агрессию.

А свободный мiр?.. если коммунизм нередко и отвергается, то во имя идеалов, от истинного христианства достаточно далеких. А это самое историческое христианство – надо ли здесь и сейчас даже упоминать о том, какие процессы наглядно для всех нас протекают в нем!... Дух антихристов утверждается победоносно, и вот в это новом "климате" и устаревает ортодоксальный коммунизм, да и вообще теряют свое индивидуальное значение все "темные силы". Открыто строится антихристово здание – и делается это, намеренно-льстиво, под знаменами былыми: подмена то, фальсификация, которая полным ходом идет и во всех возможных направлениях. Приспособляется к этому процессу и коммунизм, в своей звериной отвратительности, намеренно прикрываемой, уже устаревший...» (Православная Русь. 1959. № 21. С. 4-9).

«Тогда Россия правилась настоящими коммунистами. А сейчас? Можно с уверенностью сказать, что таких коммунистов сейчас в России нет. Они в прошлом. Они уже сделали свое дело... Некий общий язык слагается у современных "коммунистов", правящих Россией, со свободным мiром, свободно идущим навстречу антихристу. И в этой атмосфере и слагается в СССР некий новый режим, в котором рядом с официальным коммунистическим доктринерством, формально господст­вующим, право гражданства получает всякое самоублажение, не только попускаемое, но и поощряемое вождями – самоублажение, особенно прельстительное в СССР в силу его новизны, а потому способное покупать людей по такой дешевке, которая для свободного мiра даже мало понятна. Вот тот "климат", который обещает объединить весь, и свободный и коммунистический мiр...» (Православная Русь. 1962. № 11).

Архиепископ Аверкий:

«Существо идеологии Русской Зарубежной Церкви состоит в полном и безкомпромиссном неприятии того мiрового Зла, которое широко разлилось сейчас по всему лицу земли и подчинило своей власти, в большей или меньшей степени, уже все стороны жизни людей, не исключая и религиозной, церковной.

Богоборческий марксо-коммунизм, или большевизм, борьбу с которым ставят себе главной задачей все национально-настроенные русские люди-патриоты, является всего лишь одним из детищ, злым порождением этого "мiрового зла". Бороться только с ним это значит – рубить ветви, не замечая ствола и корня, их породившего и их питающего.

К сожалению, многие у нас видят только эти ветви, оставляя без внимания ствол и корень. Мало того: этот коренной источник "мiрового зла" представляется некоторым вполне безобидным, к нам и нашей Церкви будто бы даже благожелательным, и многие у нас готовы даже искать в нем опоры для себя и поддержки в борьбе с коммунизмом. Какая жалкая наивность!.. если только не сознательное предательство!» (Современность в свете слова Божия. Слова и речи. Джорданвиль. 1975. Т. II. С. 514-515).

«Многие из таких наивных людей с апломбом заявляют о себе, что они убежденные "антикоммунисты" и якобы борются с коммунизмом и через это находятся в стане ведущих борьбу с Мiровым Злом, в то время, как в действительности они сами находятся в порабощении у этого Мiрового Зла и вольно или невольно помогают ему в его борьбе со Христом и Его истинной Церковью» (Современность в свете слова Божия. Слова и речи. 1975. Т. IV. С.490.

Уже после падения власти КПСС Архиерейский Собор РПЦЗ заявил в мае 1993 г. о грозящей опасности России:

«Должно отметить, что этот смрадный, ядовитый поток свобод направляется в Россию мiровым центром зла... Мы отчетливо чувствуем в современном мiре действие системы зла, контролирующей общественное мнение и координирующей действия по уничтожению Православного христианства и национально устойчивых народов» (Церковная жизнь. 1993. №№ 3-4. С. 3-4).

Миссия русской эмиграции как передового дозора русской нации в том и заключалась, чтобы вынести уроки из антирусской революции в познании всех разновидностей мiрового зла и его истока и чтобы охранить от этого зла освобождающуюся от коммунизма Россию. В 1930-е годы НТСНП по крайней мере стремился к этому.

Сейчас та орденская служебная организация, созданная детьми первой эмиграции как молодежная смена белогвардейского РОВСа на основе национально-корпоративной православной идеологии, противостоящей и жидо-масонской капиталистической демократии, и интернациональному коммунизму, – эта организация больше не существует. Последние следы той идеологии (корпоративизма-солидаризма) испарились именно тогда, когда, выполняя заветы Ильина, ее нужно было утверждать в освободившейся от коммунизма России в сопротивлении планам мiровой закулисы.

Ныне переродившийся НТС в России представляет собой обычную демократическую группу благонамеренных людей, лишенных опыта своих предшественников, который сводят лишь к голой "борьбе против коммунизма" за "демократию". Эта крохотная "партия" публикует много полезного из истории антикоммунистической борьбы, однако в современности по инерции продолжает лишь бороться с остатками коммунизма (что, конечно, необходимо) и с неосоветизацией, усилившейся при Путине (поэтому ельцинско-гайдаровский период для "истинных антикоммунистов" выглядит даже предпочтительнее!). Причем такие борцы с коммунизмом, особенно припозднившиеся по молодости, не желают видеть даже причину путинской неосоветизации: она ведь объясняется не стремлением постсоветской власти восстановить советский режим, а нежеланием дать честную оценку его преступлениям, которые замазываются советскими научно-техническими, спортивными, военными достижениями. Замазываются, чтобы новому руководству лично не каяться в служении этому режиму, а отмывать преемственность от него своей уже не коммунистической, а компрадорско-олигархической системы как сырьевого придатка западного Нового мiрового порядка на основе западнической же идеологии.

К сожалению, нынешний облик НТС в РФ в сочетании с прежней ложью об НТС советской пропаганды, шлейф от которой остался в памяти у "красных патриотов", дискредитируют и всю прошлую историю этой организации, в которой послужило Отечеству немало достойных людей. Хотя, видимо, и причины для такого перерождения НТС закладывались давно, возможно отчасти и в расколе 1950-х гг. на "духовиков" и "деловиков" (см. в "Миссии русской эмиграции", гл. 13).

Тем не менее я с добрым чувством (и с сожалением об утрате) вспоминаю напряженные годы работы в "Посеве", ушедших в мiр иной своих старших православных наставников-безсребренников, их братскую служебную воспитующую атмосферу, которой, наряду с Зарубежной Церковью, многим обязан в своем политическом и идеологическом образовании. Надеюсь, и после ухода из НТС мне удалось сохранить и выразить это приобретение во всей своей дальнейшей деятельности с новыми единомышленниками в России.

М.В. Назаров
Москва, октябрь 2016

Постоянный адрес данной страницы: http://rusidea.org/?a=41003


 просмотров: 1688
ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ:
Ваше имя:
Ваш отзыв:


Администратор2016-11-14
 
Просьба не размещать большие тексты-статьи в данных откликах. Краткая история НТС уже есть на нашем сайте: http://rusidea.org/?a=25070110

 
Н.В.Д.2016-11-07
 
Упомянутую книгу воспоминаний Е.Р. Романова можно приобрести по почте на тех же условиях, что и книги РИ: http://rusidea.org/?a=102

 


Архангел Михаил


распечатать молитву
 

ВСЕ СТАТЬИ КАЛЕНДАРЯ




Наш сайт не имеет отношения к оформлению и содержанию размещаемых сайтов рекламы

Главный редактор: М.В. Назаров, Редакторы: Н.В.Дмитриев, А.О. Овсянников
rusidea.org, info@rusidea.org
Воспроизведение любых материалов с нашего сайта приветствуется при условии:
не вносить изменений в текст (возможные сокращения необходимо обозначать), указывать имя автора (если оно стоит) и давать ссылку на источник.